Океан утраченной безмятежности. ТГК: @oceanoflostserenity

Лилит повернулась и начала трясти Азалию с такой силой, что её волосы развевались, словно флаги на ветру. Гнев и отчаяние смешивались в её душе, создавая бурю, которую невозможно было утихомирить. — Ты же сказала, что постоянно гадаешь! — выпалила она, её голос дрожал от эмоций. — Даже недавно с Исидорой гадала! Так почему ты не сказала нам?! Почему ты промолчала?! Каждое слово звучало как удар, и Лилит не могла сдержать свою ярость. Она чувствовала, как внутри неё клокочет недовольство, как будто кто-то вырвал из её сердца кусок и бросил его в огонь. Она не могла понять, почему Азалия оставила их в неведении, почему их судьба зависела от молчания одной девушки. Не дождавшись ответа, Лилит схватила Азалию за руку и потащила её обратно к кораблю. Она чувствовала, что на неё надвигается волна безысходности — всё вокруг рушилось. Когда они вошли на корабль, Лилит оставила Азалию с остальными, а сама направилась в свою каюту. Внутри неё всё кипело, словно вулкан готовый извергнуться. 💭 Черт.. все не так.. я всё делаю не так.. Почему всё происходит так? Ненавижу Ринну. Ненавижу всех, к чертовой матери. Словно в ответ на её мысли, мир вокруг казался ещё более угнетённым. Она присела за столик и схватилась за голову, пытаясь унять внутреннюю бурю. Перед ней лежало старое зеркало, покрытое слоем пыли. Лилит вытерла его и взглянула на своё отражение. Свежий порез на шее напоминал о недавней неприятной встрече. Она достала белоснежные бусы из ящика и надела их — они идеально закрывали шрам, словно его никогда и не было. 💭 Иногда ощущение, что я видела этот мир совершенно другим. Не таким.. серым. даже чёрно-белым. Иногда кажется, будто Ринна играет в игру, в которой она уже знает результат. Бесит. Лилит отвернулась от зеркала, глубоко вздохнув. Её сердце сжималось от тяжести происходящего. Выйдя на палубу, Лилит присела за стол, вокруг которого стоял каждый член экипажа. Ветер играл с её волосами, но она не обращала на это внимания, сосредоточенная на том, что происходит. Атмосфера была очень напряжённой и некомфортной. — И... что мы будем делать? Куда направляемся дальше? — произнесла Таеша, её голос слегка дрожал от волнения. Она немного стеснялась, но всё-таки решилась заговорить первой. Лилит посмотрела на неё, чувствуя, как внутри нарастает давление. — Я не знаю. Я извиняюсь перед всеми вами. Побудем ещё день-два здесь, — произнесла она с искренностью, но в её голосе звучала усталость. Азалия стояла за Таешей. Она слегка улыбалась, но эта улыбка была полна печали — уголки её губ поднимались, а брови опускались, создавая выражение, словно она сама переживала за Лилит. После этого вновь воцарилась большая пауза. Никакие слова не могли передать ту тяжесть, которая висела в воздухе. Никто не знал, с чего начать и как правильно говорить в такой ситуации, особенно когда Лилит была так зла и разочарована. Каждый из них чувствовал эту неловкость и неопределённость. Но тишину нарушил самый неожиданный участник. — Лилит. Пожалуйста, давай отойдём на пару минут, — произнесла Азалия. Её голос звучал уверенно и спокойно. Лилит чувствовала, как её гнев постепенно утихает, но слова Азалии всё равно резали, как острые ножи. Они спустились по трапу, и тишина вокруг них казалась ещё более гнетущей. Лилит заметила, как Азалия шла с лёгкой неуверенностью, её шаги были осторожными, но уверенными. — Прости. Это должно было произойти... — произнесла Азалия, её голос был мягким, но в нём слышалась решимость. — Если бы Ринна сегодня не воплотила то, что она задумала, то было бы ещё хуже. Лилит остановилась и посмотрела на неё, хотя знала, что Азалия не может видеть её взгляда. Она заметила, как её губы дрогнули в попытке улыбнуться, но это было больше похоже на печаль. — Иначе бы я нарушила все события. Ты ведь и сама уже давно поняла, что Ринна определенно играет в игры с нашим экипажем, в особенности с тобой. Азалия говорила спокойно, но в её голосе звучала тревога. Лилит видела, как её рука слегка дрожит, когда она поправляла повязку. Это движение выдавало её внутреннее напряжение — она могла чувствовать атмосферу вокруг, даже если не видела её. — Я не могу просто сидеть и ждать. — холодно ответила Лилит. Азалия подошла к Лилит чуть ближе, её руки мягко легли на плечи подруги. Лилит почувствовала тепло и поддержку, но в то же время её внутреннее напряжение только усилилось. — Я понимаю тебя. Я понимаю, что тебе трудно, я понимаю всё, что ты чувствуешь и знаю об этом, — произнесла Азалия, её голос был полон нежности и уверенности. Она наклонила голову немного вбок, как будто искала в Лилит ответ на свои слова. — Но пойми: я пыталась помочь нам всем таким образом. Лилит смотрела на неё, её сердце колотилось в груди. Азалия, казалось, знала больше, чем она могла сказать. Лилит чувствовала, что та действительно верит в свой план, и это внушало ей некоторую уверенность. — Ладно. Только... будь очень аккуратной. Не уходи далеко, чтобы если что, мы нашли тебя. Хорошо? — выдавила из себя Лилит, её голос дрожал от переживаний, но та все ещё пыталась поддерживать свою строгость. Азалия мягко улыбнулась, чуть отстраняясь и оставляя одну руку на плече Лилит. — Хорошо. И помни, Лилит... Ты очень сильная и смелая девушка, раз смогла выбраться из такого ужаса. Просто... продолжай идти дальше. Не слушай Ринну и никого другого. Слушай себя, и мир скоро станет прежним. С этими словами Азалия приобняла Лилит, и та почувствовала, как тепло подруги окутывает её. Но в тот же миг Азалия развернулась и побежала в один из переулков. Лилит смотрела ей вслед, пока та не исчезла из поля зрения. Ощущение пустоты заполнило пространство вокруг неё. Лилит стояла в ступоре, не в силах отвести взгляд от того места, где только что была её подруга. Внутри неё бушевали эмоции: тревога, страх и неясное предчувствие чего-то неладного. Она понимала, что сейчас её нельзя останавливать — Азалия сделала свой выбор, возможно на благо всему экипажу. Словно в ответ на её мысли, ветер подул сильнее, заставляя Лилит поёжиться. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоить бурю в душе. Азалия медленно забрела в темный переулок, её шаги отголоском раздавались в тишине. Она остановилась напротив кирпичной стены, стараясь привести себя в порядок: поправила повязку на глазах и аккуратно уложила челку. В этот момент она почувствовала, как её сердце стучит быстрее — не от страха, а от предвкушения. — Так-так-так... Решила сама попасть ко мне в мои лапы? Умно с твоей стороны. Не перестаешь удивлять, старушка.— прозвучал высокий сладкий голос за её спиной, как будто он был соткан из лоскутков веселья и сарказма. Азалия даже не обернулась, её лицо оставалось неподвижным, словно маска. Она знала, кто это; Ринна всегда умела появляться в самый неожиданный момент. Но прежде чем Азалия смогла бы что-либо ответить, она почувствовала резкую боль в спине — словно укол иглы. Её тело мгновенно охватило онемение, и мир вокруг начал расплываться. Слабость захлестнула её, и она не успела сделать ни шагу, ни крика — лишь упала на холодный каменный пол, погружаясь в бездну темноты. Лилит всё ещё чувствовала себя неуверенно. Внутри неё бурлили эмоции: тревога за Азалию смешивалась с гневом на саму себя за то, что не смогла предотвратить её уход. Она нахмурилась и, с недовольным видом, вернулась на борт, где остальные, казалось, наслаждались игрой в карты, которые явно были украдены на этом же рынке. Когда Лилит вошла, игроки подвинулись, освобождая ей место за столом, и сразу же начали задавать вопросы. — Куда ушла Азалия? — спросила Дейзи, поправляя свою челку на левом глазу. Остаточная боль от недавней травмы всё ещё напоминала о себе. — Я не знаю. Она сказала, что раньше жила рядом с этим городом и поэтому знает его, — ответила Лилит, стараясь скрыть свои тревоги. — Н! Но ты же понимаешь, что это ну никак не безопасно? Отпускать слепого челове— — Довольно! — прервала её Лилит, чувствуя, как гнев накатывает на неё волной. Она потёрла переносицу, пытаясь успокоиться. Слова Азалии звучали в её голове, как зловещий шёпот. Она подняла взгляд и посмотрела на Дейзи. — У меня есть причины доверять ей. — Как твой глаз? Я вижу, тебе уже помогли, — спросила она с нотками беспокойства. — Я уже составляла небольшую статистику по её здоровью... Сейчас глаз немного болит, но через пару дней всё будет хорошо, — стеснительно и тихо заговорила Таеша, поправляя свой пучок. — Отлично, — произнесла Лилит с горькой усмешкой. Азалия очнулась в плохо освещённом помещении, где царила атмосфера запустения. Тёмно-красные стены, покрытые пятнами и грязью, создавали угнетающее ощущение. Она попыталась подвигаться, но поняла, что её руки и ноги прочно привязаны к холодной железной трубе. Внутри неё нарастало чувство паники. — Ох, наша старая карга уже очнулась. Долго же ты спишь, — произнесла Ринна, зевая и безразлично потирая глаза. Она сидела на старом, скрипящем стуле, явно наслаждаясь ситуацией. В этот момент из-за угла вышла знакомая фигура — Шахина. Она держала в руках множество инструментов, которые звенели и переливались, создавая зловещий звук. Как только Шахина заметила Азалию, её лицо на мгновение застыло в выражении шока. — Стой.. Куда ты меня привела? — произнесла она, глядя на Ринну с недоумением. — Ты сказала, что нужно починить кого-то из наших... Но не эту к... девушку. — Расслабься, — с усмешкой ответила Ринна, её голос был холодным и уверенным. — Я помню, что ты не любишь на такое смотреть. Но поверь, если ты мне не поможешь сейчас... у Сяолуня тебе будет хуже. Слова Ринны повисли в воздухе, как угроза. Азалия почувствовала, как холодный пот выступает на лбу. Ситуация становилась всё более напряжённой, и её сердце забилось быстрее от страха. Напряжение в комнате стало почти осязаемым, как будто сама атмосфера сжималась вокруг них, готовясь к неизбежному столкновению. Ринна встала, её фигура казалась властной. Она наклонилась, схватив Азалию крепко за подбородок, поднимая её голову вверх. Взгляд Ринны был полон ненависти и презрения, а её голос звучал, как шёпот злобного духа. — Знала бы ты, сколько неприятностей ты мне всегда доставляла... — процедила она сквозь стиснутые зубы, её слова были наполнены ядом. — Своими тупыми способностями. После этого на её лице появилась улыбка — холодная и зловещая, словно у хищника, готовящегося к нападению. — Ой, а кто это у нас тут забоялся? — произнесла она с насмешкой, её голос был сладким, но в нём чувствовалась угроза. Она наклонилась ближе к уху Азалии и прошептала с явным удовлетворением: — Я же ведь знаю, что ты уже всё давно предсказала и знаешь. Знаешь свою судьбу и дальнейшие происшествия у твоих жалких друзьяшек. Знала бы ты, как давно я готовилась к этому моменту... как я его отчаянно ждала. Каждое слово Ринны было как удар молота по наковальне, вызывая в Азалии внутренние муки и страх. Она чувствовала, как её собственные предсказания оборачиваются против неё, как тёмные тени прошлого начинают сжиматься вокруг неё, заполняя пространство мрачными видениями. Ринна вновь вернулась к лицу Азалии, наклонившись так близко, что их носы почти соприкасались. Азалия могла бы видеть каждую деталь на лице Ринны: блеск в её глазах, который говорил о безумии и жажде власти, и тонкие линии, которые вырисовывали её злую усмешку. — Меня всегда интересовало, как ты прожила более 500 лет. Для человека это же ведь невозможно. — Ринна произнесла это с явным любопытством, как будто пыталась разгадать тайну, которая мучила её долгие годы. Она подняла другую руку и одним пальцем приподняла повязку на глазах Азалии, открывая её один глаз.. В этот момент она увидела светло-голубой, но очень яркий глаз, сверкающий как звёзды. В них читалось множество эмоций — страх, отчаяние. Неожиданно Азалия почувствовала, как Ринна начинает тянуть повязку на себя, медленно разрывая её, но не полностью. — Ах, вот оно как… — произнесла Ринна с ухмылкой. — Решила отдать зрение взамен на такое. Неплохо. Я же вижу, что оно уже начало к тебе возвращаться, тупая карга. Меня не стоит обманывать~. я такое не люблю. С этими словами она влепила Азалии очень сильную пощечину, отчего та пошатнулась, но не закричала. В глазах Азалии мелькнуло что-то — возможно, понимание или даже вызов. Ринна встала, вызывая Шахину. Подруга выглядела немного обеспокоенной, но сейчас явно не хотела спорить. Она протянула инструменты своей подруге, и Ринна, не глядя, схватила плоскогубцы. — О, а вот я и выбрала то, что произойдёт с тобой первым. Ты ведь предвидела много вариантов, не так ли? — произнесла она с насмешкой. — Ведь видения становятся более неточными, особенно когда обманываешь всех своих "друзьяшек". Азалия отвела взгляд, уставившись куда-то в сторону. Она уже не выглядела сильно напуганной, будто приняла свою судьбу и смирилась с ней. — Ну что ж, давай посмотрим, как долго ты сможешь держаться, — произнесла Ринна с холодной улыбкой, готовясь сделать следующий шаг. — Настало время немного поиграть, — произнесла Ринна с лукавой улыбкой, подходя ещё ближе и открывая рот Азалии. Она почувствовала, как сердце её жертвы забилось быстрее, но та вернула и теперь не отводила взгляда. Внутри неё бушевала буря эмоций, но внешне она оставалась спокойной. Ринна схватила плоскогубцы и, не колеблясь, резко вырвала два зуба из десен Азалии. В воздухе раздался резкий треск, и хлынула кровь, заливая губы и подбородок девушки. Азалия тихо вскрикнула от боли, но её глаза не потухли — они лишь немного расширились от неожиданности. Ринна усмехнулась, довольная своей работой. Она с удовольствием посмотрела на выпавшие зубы, затем положила их в карман, словно собирая трофеи с поля боя. Каждый момент этой жестокой игры доставлял ей удовольствие, и она ощущала себя властительницей ситуации. — Знаешь, а ведь это только начало. — произнесла она с ухмылкой. — Ты даже не представляешь, сколько удовольствия я могу получить от твоих страданий. Азалия стиснула зубы, пытаясь подавить боль и не показать слабость. Кровь всё ещё текла по её подбородку. — Ты можешь пытаться сломать меня, — произнесла она тихо, но уверенно. — но я ещё вернусь к тебе, даже после моей смерти. Я уже знаю все будущее. Ринна, словно хищник, вновь бросилась к Азалии. Она с ярким блеском в глазах вырвала ещё четыре зуба по очереди, не оставляя своей жертве ни единого шанса на передышку. Каждый раз, когда плоскогубцы сжимались, Азалия выкрикивала от боли, но старалась подавить эти крики, сжимая губы в тонкую линию. Её глаза наполнялись слезами, но она не хотела показывать свою слабость. Смех Ринны раздавался в воздухе, как дикий и безумный звон колокольчиков. Она наслаждалась каждым моментом этой пытки, словно это была её самая любимая игра. Азалия была для неё не просто жертвой — она стала объектом её развлечения. — Хм, думаю, пора перейти к следующему! — произнесла Ринна, с ухмылкой подходя к Шахине , держащую в руках инструменты. Она перебирала их, словно выбирая наряды для вечеринки, и наконец остановилась на молотке. Ринна подняла молоток над головой, его блестящая поверхность отражала тусклый свет в комнате. В этот момент она почувствовала себя богом, готовым вершить судьбу своей жертвы. — Знаешь, — произнесла она с игривой ноткой в голосе, — иногда я думаю, что ты даже не понимаешь, насколько ты мне интересна. Ты не просто тело, ты — загадка. И я обожаю разгадывать загадки. Азалия с трудом дышала, её сердце стучало в унисон с ритмом страха. Ринна занесла молоток над головой и начала с огромной силой ударять её по коленям, быстро ломая её коленные чашечки. Глаза у неё расширились, не в силах отвести взгляд от Ринны, которая, казалось, наслаждалась каждым мгновением этой жестокой игры. Её губы вновь сжались в тонкую линию, но сквозь них всё ещё можно было слышать сдержанные крики — это были звуки страха и боли, которые она пыталась подавить. На голубых глазах Азалии появились слёзы, которые медленно катились по щекам, оставляя за собой следы отчаяния.Каждый удар молотка по коленям звучал, как звук разбивающегося стекла, а хруст коленных чашечек напоминал ей о том, что Ринна обладает абсолютной властью над ней. — Ой, нашей старой гадалке больно? Как же мне... все равно? — произнесла Ринна с насмешкой, её голос звучал как ядовитый шёпот. Она остановилась на секунду, наслаждаясь моментом, словно собирая силы для следующего удара. В её глазах читалась безжалостная радость от того, что она может причинить боль. Она вновь подняла молоток, и в воздухе повисло напряжение. Затем, с яростью, она нанесла ещё один окончательный удар по коленям Азалии. Боль пронзила её, как электрический ток, и она не смогла сдержать стон. Молоток с глухим звуком отлетел в сторону, ударившись о пол. Ринна оглядела Азалию с ног до головы, её взгляд был полон презрения и злорадства. — Мда, — произнесла она с ухмылкой, — думаю, было бы лучше, если бы ты потеряла сознание. Но ты не сможешь этого сделать, ведь кое-кто... Ах, неважно, ты ведь и сама знаешь. Так ещё веселее! С этими словами Ринна подошла ближе, её шаги были уверенными и властными. Она наклонилась к Азалии, и с небрежной грацией начала развязывать одну из её рук. Верёвка скользнула по коже, оставляя за собой следы боли и страха. Затем, резким движением, она вытянула руку Азалии, заставляя её вскрикнуть от неожиданного дискомфорта. Ринна наклонилась ближе, её лицо было в нескольких сантиметрах от лица жертвы, и с холодной улыбкой произнесла: С этими словами она резко вывихнула руку Азалии в сторону, заставляя ту застонать от острого дискомфорта. Каждое движение Ринны было точно рассчитано, и она наслаждалась тем, как её жертва страдает. — Я же знаю, кто ты на самом деле... — прошептала Азалия, с трудом поднимая голову, её голос был полон боли, но в нем звучала и решимость. — Ты и вправду никогда не сможешь быть человечной... Ринна рассмеялась, этот звук был полон пренебрежения. — О, поверь, я давно знаю о твоих "знаниях". Мне и не нужно быть человечной. Вы, люди, особенно такие как ты — просто мусор на этой планете. Таким нет места тут, ты лишь пешка в моей игре. С этими словами она отпустила руку Азалии, и та безжизненно упала на пол с глухим стуком. Боль пронзила её снова, но сейчас это было не так важно. Она пыталась собраться с мыслями, осознать происходящее. Шахина стояла в стороне, наблюдая за сценой с легким нервным подрагиванием губ. Её руки дрожали, но она старалась выглядеть спокойной и невозмутимой. В руках у неё были инструменты — холодные и блестящие, готовые к использованию. — Шахина, — обратилась к ней Ринна с властным тоном, словно призывая к действию.— Подай-ка мне нож... Шахина на мгновение замерла, её сердце забилось быстрее. Она не хотела этого делать, но знала, что у неё нет выбора. Молча она вытащила нож из коробки в её руках и медленно протянула Ринне оружие. Лезвие сверкало в тусклом свете, отражая зловещий блеск. Ринна с ухмылкой приняла нож, её пальцы обвили рукоятку с такой легкостью, словно это было продолжением её руки. Она подняла его на уровень глаз, рассматривая лезвие с интересом. — Спасибо, Шахина, — произнесла она с игривым оттенком в голосе. — Теперь мы можем продолжить. Ринна, с ухмылкой на лице, быстро прокрутила нож в руке, словно это было простое движение для неё. В один миг она резким движением воткнула лезвие в ногу Азалии. Тотчас же из уст жертвы вырвался тихий, но полный ужаса крик, который она пыталась сдержать, сжимая зубы. — Не бойся, моя дорогая, — произнесла Ринна с игривым тоном, словно это было обычное развлечение. — Мы только начали, как я уже и говорила. Она вынула нож, и в воздухе повис запах крови. Азалия скрипела зубами, пытаясь подавить стоны, но каждый новый укол превращался в адскую муку. Ринна не собиралась останавливаться. С каждым движением она с наслаждением наблюдала за тем, как её жертва страдает, как её тело реагирует на каждую новую рану. Ринна снова опустила нож и вонзила его в другую точку — чуть выше колена. Крик Азалии стал громче, её глаза наполнились слезами, но она всё равно старалась сохранить гордость. Её тело сотрясалось от боли, но в ней всё ещё оставалась искорка сопротивления. — Ты знаешь, я всегда была любительницей искусства, — продолжала Ринна, как будто это было просто разговором о живописи. — И ты — моя прекрасная картина. Она снова вынула нож и вонзила его в бедро, затем в другую ногу, оставляя за собой следы крови и страданий. Каждый раз она выбирала новую точку, как художник, который выбирает место для мазка на холсте. Азалия уже не могла сдерживать стоны; её тело было охвачено муками, а разум погружался в тьму. — Пожалуйста... — прошептала она между судорогами боли. — Зачем.. — Зачем? — Ринна засмеялась, её голос звучал зловеще. — Потому что мне это нравится. И потому что ты этого заслуживаешь. Ты слишком долго мешала мне и моим планам своими глупыми предсказаниями и видениями. Неужели не усвоила это? Неожиданно, Ринна очень быстро наклонилась, встав на колени, после чего протянула свои холодные, нечеловеческие руки: она крепко схватила азалию за бедро. Немного потянув его на себя, та заставила запищать Азалию от боли. Не став растягивать удовольствие, та медленно начала разрывать руками её плоть вместе с мясом, наслаждаясь тем, как быстро высвобождается прекрасная алая жидкость из тела Азалии. Та с ужасом в глазах наблюдала за тем, что творит Ринна. Она уже не сдерживала себя: из её глаз покатились слезы, а из горла вырвался отчаянный, долгий крик, который так давно ждал своего выхода. Кровь начала заполнять все ближайшее пространство: веревки, которыми была связана гадалка, пол, трубы, стены. Ринна не останавливалась, в её глазах горело безумие азарта: её руки и лицо было забрызгано в крови несчастной девушки, но она лишь продолжала, заставляя Азалию переживать словно 7 кругов ада. Практически полностью разорвав бедро, Ринна вновь взялась за инструменты, на этот раз выбрав пилу. Девушка начала медленно проводить по её ноге, не отрывая от неё взгляда, наслаждаясь её страданиями и положением. Кровь брызгала во все стороны, а маленькие кусочки мяса иногда отлетали в стороны. Добравшись до кости, та остановилась, усмехнувшись. через секунду Ринна вновь повернулась к Шахине: она стояла все также неподвижно, но в её глазах был заметен явный ужас и сожаление к Азалии, которая была вынуждена терпеть все эти страдания до конца. обернувшись к Шахине, она вытерла рукавом кровь с одной своей руки, а с лица облизала её, словно это было нечто сладкое и желанное. Её губы изогнулись в ухмылке, когда она взглянула на свою подругу. — Сейчас будешь мне помогать. Достань ножницы, а я займусь другим. Кинь уже эту гребанную коробку и начни уродовать её и её же волосы как можно быстрее. Я же знаю, как они ей дороги, — проговорила она сладким голосом, который звучал как мелодия, полная яда и соблазна. Ринна встала, её фигура нависла над Азалией, словно тень, готовая поглотить свет. Она смотрела на неё сверху, наслаждаясь моментом власти и контроля. С другой стороны, рядом с ней села Шахина. Её руки дрожали, но она не могла противостоять приказу Ринны. С ножницами в руках она начала не щадить Азалию, срезая волосы в рандомных местах. Каждый отрезанный локон падал на пол, как символ утраченной свободы и надежды. Шахина чувствовала, как её сердце сжимается от боли, но под давлением Ринны она продолжала действовать, словно это было её единственным выбором. Внезапно атмосфера накалилась до предела, когда Ринна, словно охотник, почувствовала момент слабости своей жертвы. Она резко схватила Азалию за голову, её пальцы впились в волосы, которые ещё оставались на месте. Ринна потянула с силой вверх, заставляя Азалию запрокинуть голову, и в этот момент её глаза встретились с глазами Шахины. В них читалась паника и страх, но Шахина не могла отвлечься — её руки продолжали работать, даже когда всё внутри неё кричало о том, чтобы остановиться. Ринна с силой ударила голову Азалии об трубу, к которой та была привязана. Звук удара раздался в комнате, как громкий удар колокола, и Азалия изогнулась от боли. Её глаза немного закатились, а губы приоткрылись в безмолвном крике. Ринна снова и снова била её головой об трубу, наслаждаясь этой жестокой игрой. Каждый удар был как нота в симфонии страха. Сзади , на голове у неё мгновенно появилась красная полоска, из которой начала течь кровь, медленно растекающаяся по её затылку. Ринна снова и снова била её головой об трубу, наслаждаясь этой жестокой игрой. Мучительница, наклонив голову Азалии вниз, подставила свою коленку, словно готовясь к следующему жестокому удару. Её глаза сверкали от безумного восторга, когда она начала с силой бить голову Азалии об своё колено. Каждый удар звучал как глухой удар молота о наковальню, отзываясь в комнате эхо страха и боли. Азалия издавала тихие стоны, её тело дрожало от боли. На лбу у неё появились красные полосы, из которых так же начала течь кровь, медленно стекающая по её лицу. Ринна не обращала внимания на состояние Азалии; её лицо было залито кровью, а по щекам стекали красные ручейки. Каждый новый удар был ещё хуже, чем прежний: она не только наслаждалась этим, но и утверждала свою власть. Когда её голова теперь встретилась с холодным полом, Азалия уже почти не осознавала происходящее. В этот момент она ощутила, как её мучительница наклонилась ближе, усмехнувшись с явным удовлетворением. Словно наслаждаясь своей властью, она схватила вывернутую руку Азалии и резко вырвала два ногтя. Боль пронзила её так, словно кто-то вонзил в неё острый нож, а кровь забрызгала пол, образуя тёмные пятна на сером бетоне. — Ох, наверное, ты бы могла прекрасно играть на инструментах с такими пальцами, — произнесла она с издевкой, наблюдая за тем, как Азалия сжала глаза от страха и боли. — Но такой карге не суждено. Слова её звучали как приговор. — Ох, как жалко! — снова рассмеялась её мучительница. — Ты ведь всегда была такой гордой. Где теперь твоя гордость? ~ Смех, резкий и безжалостный, заполнил пространство, словно острые иглы, проникая в сознание Азалии. Она лежала на холодном, жестком полу, чувствуя, как её тело истощено и изранено. Кровь медленно стекала по её коже, оставляя за собой красные след. Каждый вдох давался с трудом, который она делала через боль. Верёвки, сжимающие её запястья, были ослаблены, но это уже не имело значения. Внутри неё царила лишь апатия. *** На палубе корабля царила тишина, лишь лёгкий ветер шептал свои секреты, обнимая Лилит. Ночь окутала мир мягкой пеленой, звёзды ярко светили на небосводе, но её сердце было тяжёлым. Все разошлись: кто-то спал в своих каютах, кто-то сидел вместе, смеясь, а кто-то обсуждал последние события. Но Лилит не могла оторвать взгляд от горизонта. Она знала, что Азалия должна вернуться. Каждый миг ожидания тянулся как вечность, и тревога наполняла её душу. Внутри неё разгоралась буря: что, если с её подругой что-то случилось? Что, если она не вернётся? Лилит сжала кулаки, стараясь прогнать мрачные мысли. — Она сильная. — шептала она сама себе, как заклинание. — Она справится.. Лилит старалась не думать о том, что происходит вокруг. Каждый звук на палубе напоминал ей о том, насколько она уязвима. Но сейчас, когда ночь окутала корабль своим мрачным покровом, она почувствовала, что настало время действовать. Подождав ещё пару минут и убедившись, что все уже легли спать, Лилит резко вбежала в свою каюту. Сердце колотилось в груди, но она заставила себя сосредоточиться. Взгляд её метнулся по комнате, пока она не заметила уголок под кроватью. Сгибаясь, она вытащила старый, пыльный черный плащ. Он был немного затёрт, но всё ещё сохранял свою форму. Накинув его на плечи, Лилит почувствовала, как тьма словно обнимает её, но та не стала акцентировать внимание на этом. Схватив керосиновый фонарь, она зажгла его с лёгким треском. Теплый свет пробивался сквозь пелену ночи, освещая её лицо и отражаясь в её глазах. Лилит знала, что времени у неё было в обрез. Она быстро вышла из каюты и направилась к лестнице, ведущей вниз. Спустившись на землю, она оказалась в мрачном и пустынном городе, где темные тени зданий нависали над ней, как мрачные предвестники. С каждым шагом её сердце колотилось всё быстрее, унося с собой надежду. Она начала бегать по улицам, обыскивая каждый угол в поисках Азалии. Каждый знакомый шорох заставляли её надеяться, что вот-вот она увидит свою подругу. Но вместо этого улицы были полны лишь безмолвия. Лилит чувствовала, как страх и паника сжимаются вокруг неё, как будто этот город сам по себе был живым существом, поглощая её надежды. 💭 Черт, почему же все такое черно-белое?..Что вообще происходит в последнее время? Неужели она потерялась? Она забегала в различные переулки, спрашивала у редких прохожих, но никто не мог помочь. Люди смотрели на неё с недоумением или просто отворачивались, как будто не желая вмешиваться в её бедственное положение. Каждое «нет» отзывалось в её душе глухим эхом. Совсем отчаявшись, Лилит зашла в тот переулок, где последний раз видела Азалию. Здесь царила полная тишина, и даже воздух казался тяжелым от ожидания. Облокотившись об стену, она медленно сползла по ней на пол, в совершенном отчаянии. 💭 Все так не могло быть... нет... — мысли закружились в её голове, словно черные тучи над головой. Она закрыла глаза и попыталась представить лицо Азалии — её улыбку, её смех. Но вместо этого перед ней возникали лишь тени и призраки воспоминаний. Лилит прижала колени к груди, погружаясь в свои мрачные мысли, когда её внимание вдруг привлекло что-то в большом мусорном контейнере. Она прищурилась, прислушиваясь к звукам, и заметила, как что-то там слегка подвинулось, нарушая тишину. С любопытством и настороженностью она встала, направившись к контейнеру. Подойдя ближе, Лилит увидела, что крышка контейнера была прижата к чему-то крупному и черному. Она наклонилась и осторожно отодвинула крышку, чтобы разглядеть содержимое. Внутри лежал большой черный пакет, плотно запечатанный и явно тяжёлый. На нём выделялась белая надпись, которая заставила её сердце замереть. «Твоя старая карга», — гласила надпись, и от этих слов по коже Лилит пробежал холодок. Она почувствовала, как страх сжимает её грудь. Но ещё больше её поразила вторая часть сообщения: «от твоего кошмара». Эти слова словно резали воздух. Лилит замерла на месте, не в силах отвести взгляд от пакета.Она медленно протянула руку к пакету, её пальцы дрожали от напряжения и ожидания. Лилит, с трудом перебарывая страх, наконец-то решилась разорвать пакет. Когда она расправила его края, её сердце замерло в груди. То, что она увидела, мгновенно заставило её задохнуться от ужаса. Внутри пакета лежали куски тела Азалии по отдельности. На верхней части, почти как зловещая корона, покоилась голова её подруги. Порванная повязка, пропитанная кровью, обнажала ярко серо-голубые глаза, которые теперь смотрели на неё с немым страхом. Эти глаза когда-то были полны жизни и дружбы, а теперь они были полны бездонного ужасного молчания. Лилит отшатнулась, её руки инстинктивно схватились за голову, как будто пытаясь остановить бурю эмоций, которая накатила на неё. Она задыхалась, не в силах поверить в то, что видела. Волосы Азалии были изуродованы, а на каждом куске тела были отчетливые следы от рук — словно кто-то жестоко рвал её, оставляя позади лишь осколки жизни девушки. Слёзы катились по щекам Лилит, смешиваясь с ужасом и горем. Лилит видела буквально всё: в хаотичном беспорядке перед ней лежали вырванные зубы, ногти, словно кто-то с яростью вырывал их из тела Азалии. Каждая часть её тела была расположена по отдельности и в разных порядках, как будто кто-то пытался собрать мрачную мозаку из осколков жизни. Руки, ноги, даже части кожи были разбросаны вокруг, а каждая часть была оторвана будто чьими-то жестокими руками, оставляя за собой лишь кровавый след. Особенно ужасающе выглядела шея бедной подруги — она была разорвана так, что казалось, будто её пытались вырвать с корнем. Лилит не могла отвести взгляд от этого жуткого зрелища; её разум отказывался принимать реальность происходящего. Все воспоминания о смехе и радости, о совместных вечерах, которые они делили, теперь были затоптаны этим кошмаром. Трепет и страх охватили Лилит, когда она осознала, что больше никогда не увидит Азалию такой, какой она была. В груди раздался оглушительный удар — это было её сердце, разрывающееся на части от горя и ужаса. Она вся затряслась, и в слезах, не в силах сдержаться, упала на пол. Громкий крик вырвался из её уст, пронзая тишину комнаты. Это был крик боли, отчаяния и безысходности — крик, который мог бы расколоть стены, заставить треснуть стекла и даже пробудить в душах окружающих давно забытые страхи.