Кровь на пионерском галстуке.

      Руки парня тряслись. Он был дома, далеко от лагеря, но в голове всплывали момент от туда. Он бы хотел навсегда забыть эту смену, этот лагерь, это лето. Большое пятно воспоминаний осталось в его голове, и уходить оно не собиралось. Его жизнь не будет прежней. За три недели в лагере парень постарел лет на десять морально, а может и физически.

***

      Коля сидел на своей кровати и пытался выкинуть воспоминания из своей головы, но они не хотели уходить. Расскажи кому либо - не поверят. У взрослого человека от такой истории сердце начинает биться сильнее, ком встает в горле, а руки начинают трястись. Ромадов не представлял, что ему делать. У него все еще была паническая атака, как бы он не пытался успокоиться, все было напрасно. С его возвращения прошла неделя, но он так и ни разу не вышел из квартиры. Его мать пыталась выгнать его на улице под предлогом сходить в магазин, погулять с друзьями или сходить в кинотеатр, но Коля на отрез отказывался. Он не говорил причины, молчал и, чуть ли не плача, смотрел на мать, начинал мотать головой, падал на колени перед матерью, чтобы она разрешила ему никуда не ходить. Женщина уже была в отчаянии – она не знала, что с её сыном. Она отправляла его в лагерь буйным подростком, который возвращался домой поздно вечером, не слушал никого, абсолютно никого, делал все, что взбредет в голову. Одним словом – трудный подросток. Сейчас же это был человек, который панически боится улицы и общественных мест, где могут быть незнакомые ему люди.

***

      Сквозь зашторенные окна пробивались яркие утренние лучи солнца. Стрелка настенных часов показывала ровно восемь часов утра. Мать Николая зашла в нему в спальню и подошла к кровати. Она нежно коснулась его плеча и начала будить. Парень ни в какую не хотел вставать, отнекивался и просил еще пять минут, но резко вскочил от крика матери.       –Николай! – рявкнула мама, а потом нежно продолжила, – вставай, пожалуйста. Тебе совсем скоро нужно будет идти на автобус в лагерь.       –Ма-а-м, – сонно протянул парень, – мне обязательно ехать в этот лагерь? Я все же уже не маленький мальчик для таких мест.       –Так, никаких мам. Живо встал, пошел на кухню, поел, собрался, оделся и пошел на место сбора. Мы уже много раз об этом разговаривали. Этот лагерь пойдет тебе на пользу, сам потом будешь жалеть, что не хотел ехать.       Парень ничего не ответил, просто молча встал и направился в ванную. Он жил с матерью и отцом, но сейчас только с матерью. Отец еще неделю назад уехал в командировку на месяц, оставив мать за главную. Коля, в принципе, не был против этого отъезда. Он и так не очень общался с отцом раньше, поэтому что его нет, что он есть.       В квартире было достаточно жарко, что было удивительно для начала июня. Солнечные лучи с кухни падали на дверь в ванную. Подойдя к двери, парень щёлкнул выключателем, и лампочка в ванной комнате зажглась. Босыми ногами Ромадов пошлепал по прохладной плитке к раковине. Включил холодную воду, набрал её в ладони и окунул в них лицо. Она омогла ему пробудиться и немного прийти в сеья. Коля взял зубную щетку и пасту из стакана и принялся чистить зубы. Все как положено, ровно две минуты, ни больше, ни меньше. Все именно так, как говорил стоматолог.       Выключив перед выходом из комнаты свет, парень прошёл на кухню. Там его уже ждала мама за столом и две порции еды : одна его, а другая матери. Он давно привык, что женщина встает раньше всех и готовит завтрак на всю семью. Для него это были лишь плюсы, ведь не нужно вставать раньше на несколько десятков минут, чтобы сообразить себе что-нибудь, чем можно забить желудок. Встаешь с кровати, идешь на кухню и завтракаешь уже приготовленным завтраком, а после мчишься в школу. Не мечта ли?       Ромадов взял вилку в правую руку. На завтра мать не стала делать что-то необычное, всего лишь банальная яичница-глазунья с куском белого хлеба и половиной помидора. Простой, но достаточно питательный завтрак для пионера. Именно поэтому парень с удовольствием съел все до последней крошки. На тарелке остался небольшой потек от желтка, ничего более. Парень уже было хотел помыть за собой посуду, но мать отправила его собираться и сказала, что сама все помоет. А Коля против и не был, ему же меньше делать.       Большинство вещей уже были собраны и сложены в чемодан, остались только средства личной гигиены, которыми парень воспользовался утром, несколько полотенец и ещё пару не сильно важных вещей. Кроме одежды Коля так же собирался взять гитару. Он умел не плохо на ней играть и очень хотел похвастаться этим в лагере. Его не волновали интересы парней и уважение с их стороны, его интересовали девушки. За всю его жизнь ему много кто признавался в любви, ведь Ромадов - красивый парень, с какой стороны ни посмотри. И он гордился этим, считал это своим, так сказать, достоинством.       Все вещи, что нужно было положить в чемодан, уже там лежат. Парень был готов к выходу из дома, но на протяжении нескольких минут возился с галстуком у зеркала. У него всегда были с ним проблемы: ну никак ему не удавалось нормально его завязать. Либо он был кривой, либо развязывался через пару минут. Именно поэтому часто мать помогала Коле завязывать галстук. Его, конечно, ругали за это :«Пионер и не может завязать галстук!», но он уже не обращал на это внимания. Уже в детстве он не хотел становиться пионером, но выбора у него не было, поэтому каждое утро ему приходится стоять у зеркала и мучаться со столь ненавистным ему галстуком.       Мать как почувствовала, что нужна её помощь. Она подошла к Коле сзади, развязала его неуклюжий галстук и завязала как нужно. Когда-то она сама была пионеркой, поэтому помнила как это делать. В конце она слегка дернула один конец красного платка и поцеловала парня в лоб.       –Все, теперь можешь идти. Кстати, поторопись.       Парень ничего не ответил. Его вещи стояли на входе в комнату, чтобы далеко не идти. Коля подошел к ним и взял все сразу за ручки. Гитару закинул за спину, а в освободившиеся руки взял чемодан. Он не грустил, что уезжает. Сейчас ему было уже все равно. Николай кивнул головой в сторону двери, намекая, чтобы ему открыли дверь. Мать поняла, что он имел в виду, и подошла к двери. Щелчок донесся из замочной скважины, и дверь открылась. Коля быстро перешагнул через порог и напоследок обернулся. Глаза его матери слегка намокли, она прослезилась. Это показалось парню так странно, ведь не в армию отправляет, а всего лишь в лагерь, но он ничего не сказал, даже не попрощался.       Быстрые шаги по лестницы послышались с четвёртого этажа и с важной секундой становились ближе и громче. Коля бегом спускался со своего этажа. Он толкнул подъездную дверь плечом и вышел. Свежий утренний воздух ударил в нос. На траве виднелась исчезающая роса, а птицы во всю пели свои песни. За недолгое время они уже успели поднадоесть, но ничего с ними сделать нельзя. Всю дорогу до остановки парня сопровождало пение неизвестных ему птиц.       На остановке стояла толпа подростков, примерно возраста Коли. По их внешнему виду и вещам в их руках сразу было видно – они тоже едут в лагерь. В группе народа Ромадов узнал нескольких человек, ранее он видел их у себя во дворе. Ни с кем лично он не был знаком, но все было впереди. Коля подошел к трём парням, которые стояли в стороне от других. Они о чем-то бурно разговаривали, но когда подошел четвёртый, они замолкли и сконцентрировали внимание на нём.       –Привет. Что-то хотел? – Первым спросил парень примерно того же роста, что и Коля. Первое на что он обратил внимание : зубы парня и нос.       –Привет. Я хотел познакомиться. Раньше я где-то вас видел.. – Парень почесал затылок.       –Я Денис. – самый запоминающийся парень из компании. Это был блондин высокого роста. Он протянул руку.       –Я Максим, приятно познакомиться. – он протянул руку. Макс был единственным, кто вообще никак не выделялся из компании.       –Ну а я Илья – тот так же протянул руку.       –А я Коля. – парень пожал всем руки.       Между ними завязался разговор. Они обсуждали базовые темы, о которых говорят в начале знакомства. Все трое показались Коле очень даже хорошими и дружелюбными, хотя не очень так выглядели. Его догадки о том, что они одногодки оказались верными. Всем им было по шестнадцать лет, и учились они в девятом классе, но в разных школах. Время за разговором пролетело незаметно, и к остановке подъехал автобус. Услышав скрип тормозов, все обернулись, а потом начали толпиться, чтобы первыми залезть в автобус, будто им может не достаться места. Но мест было много, и никому бы не пришлось стоять. Четверо парней заняли целый ряд, сев рядом друг с другом. Но так как сиденья были предназначены только для двоих, им пришлось разделиться. С правой стороны сели Коля и Максим, а с левой – Денис и Илья. Макс был рад, что в этот раз сидит хотя бы с тем, кого немного знает, а не с первым попавшимся человеком. В прошлые поездки Илья и Денис всегда садились рядом, а Максим сидел с незнакомцами, так как всего их было трое. Коля заметил радость Шабанова и сразу понял в чем дело. Он тоже когда-то был эти третьим ненужным человеком, который всегда был как бы один.       Ромадов едет в лагерь впервые, но был наслышан от других. Его товарищи и знакомые рассказывали чем обычно занимаются в лагере, и что они там делали. В такие моменты было желание поехать в лагерь, но желание провести лето в знакомой обстановке было сильнее. Сейчас же, когда он едет в автобусе, обратного пути нет. Он не может отказаться ехать и просто выйти. В следующий раз дома он будет только через три недели. Эти мысли нагоняли тоску по дому и, возможно, по матери, но Коля быстро их отбрасывал.       Всю дорогу, которая к слову была длинной, парни разговаривали, шутили и смеялись. Их вожатые, конечно, ругались на них, но когда ругань останавливала подростков? Правильно, никогда. Именно поэтому их чуть ли не рассадили, но парни уверили вожатых, что больше так не будут. Через час взрослые смирились и разрешили делать им что угодно.       Автобус остановился где-то в лесу. В пятидесяти метрах виднелся забор лагеря, за которым стояли одноэтажные домики. Кроме их автобуса рядом стояли ещё несколько, но уже пустых. Он самые последние приехали в лагерь, поэтому двое вожатых постоянно подгоняли всех, говоря, что они опаздывают. Никто, конечно, спешить не собирался. Первой из автобуса вышла вожатая. Она пересчитывала всех, кто выходил. За ней стали выходить пионеры по двое человек. Самым последним вышел второй вожатый, убедившись, что никого не осталось, все вышли и ничего не забыли. Первый отряд отправился на территорию лагеря.       У ворот стоял небольшой домик, в нём жил сторож. Пройдя прямо по дорожке можно было выйти на площадь, на которой стояла статуя Ленина. В правой стороне от площади находилась столовая, домики вожатых, кинозал, два детских корпуса и стадион. В левой стороне от площади находились душевые, спортивная площадка, библиотека, три взрослых корпуса, медпункт и тропинка к озеру. Это все что успел увидеть Коля, пока он осматривался с товарищами. Они там были уже не первый раз и знали, где что находится. Илья объяснял ему, что за здание справа, а что слева, пока они гуляли. Всего им дали пятнадцать минут для того, чтобы осмотреться. Им этого было мало, потому что Максим очень хотел показать Коле озеро, где он любил проводить свободное время, но горн из колонок на столбах говорил о том, что все пионеры должны вернуться по домикам, потому что совсем скоро будет линейка.       В домике ждали только их. Все уже построились и были готовы идти на площадь. Парни хотели пойти так, как были, но их заставили надеть пилотки. Трое сразу нашли их, а Коля возился несколько минут, пытаясь найти эту чёртову пилотку, но понял, что забыл её.       –Ромадов, ну как ты мог забыть пилотку? Ты понимаешь, что это одна из самых главных вещей, это как галстук! Ты не можешь так пойти на линейку. Ищи у кого хочешь запасную пилотку, но так я тебя никуда не пущу. – парня ругала вожатая его отряда. Её звали Елизавета Петровна, но все звали её Элизой.       –Коль, держи. – девушка протянула ему пилотку.       –Настя, спасибо! Я потом обязательно верну. – Коля забрал головной убор и натянул его на голову.