Тот кто всегда был рядом

Коноха была всё такой же — шумной, живой, полной запахов и голосов. Люди спешили по делам, дети гонялись по улицам, а в окне рамена "Ичираку" улыбчиво махал рукой Тейучи-сан. Всё как всегда. Но для Наруто всё изменилось. Он стоял на крыше тренировочного полигона №7. Отсюда открывался вид на деревню, на её мирное настоящее, и — чуть дальше — на тот путь, по которому ушёл Саске. Уже давно. Уже слишком давно. Солнце касалось края горизонта, окрашивая небо в рыжевато-розовые оттенки. Цвета, которые Сакура называла красивыми. Цвета, которые Саске терпеть не мог. Наруто сжал кулаки. — Идиот, — пробормотал он себе под нос, не зная, к кому именно обращается. — Почему ты всё ещё нужен мне? Он тренировался до изнеможения. Каждый день. Каждый час. До ссадин на руках, до судорог в мышцах. Он думал, если станет сильнее, если догонит его, если будет достоин… Но Саске всё равно уходил всё дальше. За грань деревни. За грань дружбы. За грань понимания. И всё же — каждый раз, когда ветер приносил запах сожжённых листьев, Наруто чувствовал его рядом. Как будто Саске был всего в нескольких шагах. Как будто он всё ещё мог вернуться. Всё ещё мог услышать. Иногда он разговаривал с ним. Вслух. Наедине. — Ты ведь тоже скучаешь, да? — прошептал он, опускаясь на колени. — Хотя бы немного... Тепло, которое оставалось после Саске, давно исчезло. И всё же, каждый вечер, когда небо окрашивалось в оранжево-синий — цвета их чакры, цвета их сражений — Наруто чувствовал: он не один. Он ждал. И будет ждать, сколько потребуется. Утро в Конохе начиналось с запаха влажной листвы. Весна только вступала в свои права, и деревья, наконец, начинали оживать — медленно, как будто неуверенно. Было в этом что-то странно знакомое, почти уютное. Но не для Наруто. Он проснулся, как обычно, слишком рано. Комната была холодной, даже несмотря на луч солнца, пробившийся сквозь щель в занавеске. Простынь сбилась к ногам, а рубашка слиплась на груди — он снова видел его во сне. Саске. Наруто не помнил деталей — только силуэт. Черные глаза. Безмолвная спина, уходящая вдаль. Он не сразу поднялся с постели. Последние несколько месяцев утро для него — это не начало, а просто ещё один отрезок бесконечного дня. Он знал: будет тренировка, будет миссия, будет рамен в "Ичираку", будет Сакура, которая всё ещё улыбается натянуто, когда заходит речь о Саске. Но за всем этим — ничего. Он не знал, как назвать это состояние. Грусть? Нет. Это было бы слишком просто. Тоска? Пожалуй, ближе. Но, скорее, это была пустота. Та, которая заполняла грудную клетку, особенно по ночам. Та, которую он пытался забить разговорами, боями, даже дурацкими шутками с Кибой. — Эй, Наруто! Ты опять весь в себе! — крикнула Ино, проходя мимо. Он вздрогнул. Улыбнулся. Помахал рукой. И снова остался один. Он знал: никто не понимает, каково это — быть тем, кого оставили. Тем, кто остался с обещанием на губах и тяжестью в сердце. Саске был больше, чем соперник. Он был ориентиром. Направлением. Смыслом. И без него всё стало… размытым. Вечером он сидел в "Ичираку". В третий раз за неделю. Тейучи-сан уже не спрашивал, что подать — он просто ставил перед ним миску мисо-рамена и наливал воды. Всё по привычке. — Ты снова тренировался допоздна, да? — спросил старик, присаживаясь напротив. — Тень под глазами выдаёт. Наруто пожал плечами. — Хочу стать сильнее. — Для себя или… для кого-то? Он не ответил. Только отодвинул миску, выудил из бульона кусочек нарута и положил его в рот, жуя медленно. Тейучи вздохнул. — Ты знаешь, Наруто, люди возвращаются. Даже те, кто уходят далеко. Главное — чтобы их здесь кто-то ждал. Наруто кивнул, не поднимая глаз. Будет ждать. Потому что в каждом глотке лапши, в каждом камне на тропинке к полигону, в каждом порыве весеннего ветра он чувствует — Саске ещё не исчез. На дне ящика, под старыми бинтами и свёрнутыми свитками, хранилось кое-что личное. Наруто редко туда заглядывал. Не потому что забывал — он помнил о нём каждое утро, когда завязывал повязку на лбу. Просто иногда легче жить, делая вид, что у тебя нет ничего незаконченного. Но в тот день он не мог — слишком тяжело было в груди. Слишком громко молчал дождь за окном. Он открыл ящик и достал старый, потрёпанный конверт. Без имени. Без печати. Без адреса. Внутри был листок, пожелтевший от времени. Почерк неровный — буквы пляшут, будто написаны в спешке. Или в отчаянии. "Саске..." Наруто прочитал первую строчку, и в горле сразу защипало. Он знал, что там написано, и всё равно — каждый раз будто нож по сердцу. "Если ты читаешь это, значит, я всё-таки нашёл способ тебе его передать. Или… кто-то нашёл тебя первым. Я не знаю, что ты сейчас чувствуешь. Возможно, ты злишься. Возможно, ты уже совсем другой. Но если в тебе осталось хоть что-то от того Саске, которого я знал… пожалуйста, просто прочитай до конца." Письмо было коротким. Слишком простым. Но в этих словах было больше правды, чем в любом отчёте Цунадэ или разговоре с Сакурой. Наруто хранил его не как надежду — а как якорь. Как доказательство самому себе: он пытался. Он кричал. Он звал. Но ответа не было. — Наруто! Подожди! Какаши догнал его уже у ворот. Тот даже не оглянулся — только перекинул свиток в сумку и поправил повязку. — Я должен идти. Я нашёл его. Я знаю, где он был. Какаши с сомнением сдвинул брови. — Ты уверен? Наруто кивнул. В голосе — одержимость. — Один торговец из Страны Рисовых Полей рассказал… тёмные волосы, шаринган, один, без банды. Сходится. Какаши молчал. Он знал этот взгляд. Видел его много лет назад в зеркале, когда терял друзей один за другим. — И если это ловушка? — Тогда я сломаю ловушку. — голос Наруто дрожал. — Но если это он — я не прощу себе, что не пошёл. Какаши медленно кивнул. — Береги себя. Мы пойдём следом, если не вернёшься через три дня. Наруто рванул вперёд, словно за спиной горело всё, что у него было. День сменялся ночью. Дождь, грязь, скользкие склоны, чужие запахи на ветру. Он не ел. Почти не спал. Его вела не сила — упрямство. Обычное, неистовое, человеческое упрямство. Он добрался до старой полуразваленной усадьбы на границе. Следы. Костёр. Почти свежий. Он метнулся вперёд, как будто мог поймать его за край плаща. Как будто Саске ещё был тут, за углом. Но — ничего. Лишь тишина. Пустота. Остывшая зола. И вдруг — он понял. Это был не он. Только похожий силуэт. Только случайность. Или обман. Мир зашатался. Он упал на колени. Ладони в грязи. Сердце билось как бешеное — от злости, от боли, от бессилия. Всё, что он сдерживал, вырвалось наружу: крик, почти рычание, почти плач. Грудь сдавило так, что воздуха не стало вовсе. Он упал лицом в мокрую землю. Он больше не чувствовал тела. Только пустоту. Опять она. Единственное, что никогда не покидало его. Тьма была вязкой. Не как ночь — нет, ночь может быть даже уютной. А эта тьма тянула вниз, вглубь. Она обволакивала сознание, как будто земля под ним вдруг захотела забрать себе ещё одного потерянного. Наруто не чувствовал тела. Мысли текли медленно, обрывками. Образы путались, как клочья снов. Лицо Саске. Письмо. Дом, которого больше нет. Пустота гудела в ушах. Но в какой-то момент — сквозь этот вязкий, тяжёлый мрак — прорезался голос. Хриплый. Злой. Глубокий, как сама бездна. — Ты чего, кретин. Встать не можешь? Наруто не сразу понял, что это — не галлюцинация. — Да… ты. Ушастый. Я понимаю, ты нытик, но чтоб так сдаться? Тьфу. Даже смотреть тошно. Где-то в углу его сознания загорелся тусклый красный огонёк. Наруто стоял, по щиколотку в чёрной жиже, в том самом месте, где жил демон. Его клетка. Его темница. Его товарищ — если это слово хоть немного подходило Кураме. — Я… не могу, — прохрипел Наруто, не поднимая головы. — Я думал, он там. Я так… хотел, чтобы он был… — Хотеть — это для детей. Ты уже не ребёнок, Наруто. Сколько раз ты будешь падать, чтобы наконец научиться вставать? — А если… если больше нечего ждать? Кураму смотрел на него сверху, глазами, как два раскалённых угля. И в этом взгляде вдруг было не презрение, а… понимание. Древнее, звериное понимание боли потери. — Тогда хотя бы вставай ради себя. Не ради него. Не ради деревни. Ради тебя самого. Пока ты жив — ты идёшь. Всё остальное — после. Наруто вздохнул, и в груди что-то дрогнуло. Он почувствовал — сквозь всё — тяжесть рук. Чьи-то руки. Реальные. Настоящие. Кто-то тряс его за плечо. Глаза открылись резко, как от удара. — Наруто! Эй! Очнись, ты слышишь меня? Какаши. Голос тревожный, но сдержанный. Рядом — звук дождя по листьями, и тепло — человеческое тепло. — Сенсей… — прохрипел он, едва выговорив. Какаши склонился ниже, взглянул в лицо. — Ты что, совсем спятил? Один, без снабжения, наугад — и всё ради тени? Наруто попытался улыбнуться, но получилось криво. Он хотел что-то сказать. Объяснить. Но слова застревали в горле. Какаши не дожидался. — Молчать. Потом всё расскажешь. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Всё остальное — потом. Он поднял его аккуратно, как будто боялся сломать. Наруто чувствовал каждый шаг — будто всё тело было камнем. Он прижался лбом к его плечу. Не из слабости — просто… просто так. — Он был так близко, — прошептал он еле слышно. — Или я хотел в это верить… Какаши не ответил сразу. Только плотнее затянул ремни на своей сумке, проверяя что-то. — Иногда… мы гонимся за тем, что ещё не готово быть найденным, — наконец сказал он. — Но это не значит, что путь зря. Наруто кивнул. И где-то внутри, в клетке под сердцем, Курама молча наблюдал за ним. Не комментируя. Не язвя. Просто — рядом. Прошёл год. Время ускользало, а Наруто всё ещё не мог забыть Саске. Он пытался двигаться вперёд, но каждый шаг был как борьба с собственной болью. Он старался сосредоточиться на миссиях, поддержке друзей, особенно Хинаты, которая была рядом и помогала ему забывать — хотя бы на время — об этом пустом месте, оставшемся внутри. Но Саске был всегда с ним. В его мыслях, в его мечтах, в его чувствах. Всё было связано с ним, и Наруто не мог просто выкинуть его из своей жизни. Даже если это было больно. Когда началась очередная миссия, Наруто не ожидал ничего сверхъестественного. Он был с Хинатой и командой на границе Конохи, чтобы отразить нападение группы бандитов, но вскоре всё пошло не так, как планировалось. В лесу, в том самом лесу, где Наруто когда-то бежал за Саске, он почувствовал его. Пронзительный холод, знакомый и одновременно чуждый. Тот же запах, та же аура, которая когда-то была его спасением. — Это… это он, — прошептал Наруто, не в силах поверить своим чувствам. Хината взглянула на него, заметив его нервозность. — Наруто, что ты чувствуешь? Ты… ты уверен? Наруто не ответил. Его тело словно двигалось само, не слушая его разум. Он шагал вперёд, не зная, что его ждёт. Вскоре он увидел его. Тень, которую он знал наизусть. Саске. Но этот Саске был другим. Он стоял, погружённый в тень деревьев, в его глазах не было прежней решимости, но и не было этой бездны отчуждения, которая была год назад. Это был тот же Саске, но в нём что-то изменилось. Саске стоял в темной одежде, его волосы были длиннее, и выражение лица холодным. Он был один. — Саске, ты… — Наруто едва мог выговорить слова. Его сердце билось так быстро, что он думал, что оно сейчас вырвется из груди. Саске не ответил сразу. Он смотрел на него — долго, тяжело. Его взгляд был таким же, каким был всегда — полным эмоций, которые он не показывал. Он сделал шаг вперёд, но в его глазах всё ещё было много боли. — Ты пришёл. Ты снова меня нашёл. — Саске сказал это тихо, как будто сам не верил в эти слова. Наруто чувствовал, как в его груди всё сжалось. Он не мог больше молчать. — Саске… я не могу больше жить, не зная, где ты. Я не могу просто забыть тебя. Я… я люблю тебя. Я всегда любил. Саске замер. Он не отводил глаз от Наруто, но его выражение лица стало мягче, как если бы камень, который он так долго носил в себе, наконец начал трескаться. — Ты… Ты так говоришь, Наруто, но ты не понимаешь. Я не могу просто вернуться. Всё изменилось. Мы изменились. Наруто шагнул к нему, не в силах сдержать свои чувства. — Я изменился, Саске. Я не тот, кто был раньше. Но я всё равно тебя люблю! Я не могу просто забыть тебя, не могу. Саске стоял в молчании, его глаза были полны боли и сомнений. Он был на грани, но внутри него всё рушилось. Все те стены, которые он так долго строил вокруг себя, начали падать. — Ты не понимаешь, Наруто, — сказал Саске, его голос срывался. — Я… я всегда чувствовал то же самое. Но я не знал, как быть. Я не мог тебе это сказать. Я думал, что это будет слишком сложно. Я думал, что я тебя подведу. Что я не смогу быть тем, кем ты хочешь меня видеть. Наруто почувствовал, как его сердце наполнилось теплом, но это было не счастье. Это была боль. Боль от того, что столько времени они не могли быть вместе. — Я не хочу быть кем-то другим, Саске, — прошептал Наруто. — Я просто хочу быть с тобой. И я знаю, что ты тоже хочешь этого. Ты не можешь отрицать это, даже если ты боишься. Саске замолчал, его глаза наполнились слезами, но он не мог больше удерживать эту стену. — Я… я боюсь, Наруто. Я боюсь снова потерять тебя. Я боюсь, что если вернусь, то окажусь слабым. Но я… я тоже люблю тебя. Эти слова были для Наруто как свет в конце туннеля. Он не мог сдержать эмоций, и, не сдержавшись, шагнул вперёд и обнял Саске. Это был не просто объятие. Это было признание обоих в том, что они не могут быть друг без друга. — Ты не потеряешь меня, Саске. Мы пройдём через всё, вместе. Я обещаю. Ты не один. Саске прижался к нему, чувствуя, как его сердце успокаивается. В его глазах больше не было холодности. Были слёзы, но они не были горькими. Это были слёзы освобождения. — Я возвращаюсь, Наруто. И больше не уйду. Они стояли там, под дождём, обнявшись, зная, что теперь, несмотря на все испытания, они будут вместе. Прошло несколько месяцев с того дня, как Саске вернулся в Коноху. Всё, что Наруто когда-то считал невозможным, стало реальностью. Он снова был рядом с Саске, и теперь они были вместе. Но эта идиллия не была безмятежной. Между ними и окружающими оставались нити недосказанности, боль и одиночество, которые приходили с любовью и привязанностью, но также с потерями и не выраженными чувствами. Наруто чувствовал себя счастливым. Каждый день, проведённый с Саске, был как подарок. Они тренировались вместе, завтракали, гуляли по деревне, и каждый момент с ним был особенным. Но вместе с этим счастьем Наруто начал замечать, как тяжело становится остальным, кто тоже был частью его жизни. Сакура, как и раньше, любила Саске, несмотря на все те годы, которые прошли, и несмотря на его холодность и отстранённость. Она продолжала верить, что когда-нибудь он вернётся к ней. Но теперь, когда Саске снова был рядом, её сердце было в разладе. Она видела, как он и Наруто стали всё ближе, и это ранило её. Она всё ещё хотела быть тем, кто будет рядом с ним, но понимала, что Саске уже давно определился. Он любил Наруто. Но это не делало её чувства слабее. Напротив, они становились лишь глубже, как камень, который с каждым днём становился тяжелее. И Сакура пыталась скрывать свою боль, но каждый раз, когда она видела их вместе, когда Саске смотрел на Наруто таким взглядом, каким он никогда не смотрел на неё, её сердце сжигалось. — Саске, ты опять не ответил на мой вопрос! Почему ты такой молчаливый?! — раздражённо сказала Сакура, когда они встретились в штабе после одной из миссий. Она пыталась не показывать своей боли, но раздражение было очевидным. — Неужели невозможно хотя бы немного пообщаться? Саске, стоявший у стены, лениво взглянул на неё. Его глаза были холодными и неприветливыми. — Сакура, если ты хочешь, чтобы я отвечал на твои вопросы, может быть, тебе стоит не надоедать? — ответил он с явной неприязнью в голосе. Он чувствовал её напряжение, и ему было не по себе, но он не знал, как это исправить. Он всегда считал её слишком настойчивой, и эти её постоянные попытки заставить его реагировать не нравились ему. Сакура вздрогнула от его слов, но сдержала эмоции. Она не ожидала, что он будет настолько резким. Но что ещё можно было ожидать от Саске? Он никогда не был мягким и добрым, как Наруто. — Ладно… — её голос был сдержанным, но в глазах читалась боль. — Я понимаю. Саске, увидев её реакцию, фыркнул. Он даже не знал, что сказать. Всё, что он хотел — это не быть частью этой драмы. Он снова вспомнил, как он был с Наруто, как Наруто был тем, кто понимал его без слов. Он не знал, как реагировать на всё это, но, по крайней мере, с Наруто было легко. Тем временем, Хината также не могла скрывать свою боль. Она всегда была рядом с Наруто, поддерживала его, но её чувства к нему были глубокими. Хината видела, как Наруто менялся, как его сердце тянулось к Саске, и хотя она знала, что не сможет победить в этом, ей было больно. Она пыталась скрывать свою боль, но каждый взгляд Наруто на Саске, каждый его жест, заставлял её сердце терзаться. Она понимала, что её чувства никогда не будут взаимными, но это не делало их менее настоящими. Однажды, когда Наруто снова встречался с Саске, Хината не могла больше молчать. Она подошла к нему, чувствуя, как её руки начинают дрожать. — Наруто… — её голос был тихим, но полным боли. — Ты… ты же знаешь, что я всегда буду рядом. Но я не могу больше видеть тебя с ним. Я… я не могу быть просто твоей подругой, когда ты так смотришь на него. Наруто посмотрел на неё, и его сердце сжалось. Он понимал её чувства, но не мог скрыть, что его сердце было занято другим человеком. Саске был его первой любовью, и это чувство не исчезло. — Хината, я… я не могу изменить то, что я чувствую, — тихо сказал Наруто, его голос был полон сожаления. — Ты важна для меня, ты всегда была рядом, но… я люблю его. Я не могу это игнорировать. Слёзы заблестели в глазах Хинаты. Она пыталась сдержать их, но не могла. Всё её сердце было переполнено болью. — Я понимаю, Наруто. Просто… пожалуйста, будь счастлив. И не забывай, что я всегда буду рядом. Наруто потянулся к ней, чтобы утешить её, но сам не знал, как это сделать. Он был настолько поглощён своими чувствами к Саске, что порой забывал, сколько боли причиняет тем, кто его любил. Саске чувствовал, как вокруг него витают напряжённые отношения. Он не мог не заметить, что Сакура и Хината страдали из-за их с Наруто отношений, и ему было тяжело. Но он не мог изменить того, что чувствовал. Он не мог отрицать, что Наруто был тем человеком, с которым он хотел быть. Однажды, после того как он видел, как Сакура и Хината в очередной раз пытались скрыть свою боль, Саске подошёл к Наруто. Они сидели на крыше, наблюдая за заходом солнца. Наруто молчал, но Саске знал, о чём он думает. — Я не знаю, как всё будет дальше, Наруто, — сказал Саске тихо. — Всё это… сложно. Я вижу, как они страдают. Но мне плевать. Наруто молчал некоторое время, а затем повернулся к нему. — Мы не можем заставить людей не страдать, Саске. Но я обещаю тебе одно — я буду рядом с тобой. И я не отступлю. Саске взглянул на него и почувствовал, как его сердце успокаивается. С теми, кто любил их, было сложно. Но в этом мире они были друг для друга, и это было главное.