—А меня спросить, не?

В подъезде было тепло. Илью тут же разморило, но он знал, что оставаться здесь нельзя — уснет прямо под дверью Жени. Парень говорил что-то про новый сериал, который ему так зашел, потом переключился про постановку в театре, Виногорский только кивал и соглашался с некоторыми фразами, чтобы хоть как-то поддержать диалог. Но в голове крутился не Женин сериал и спектакль, а размышления о том, где он будет проводить эту ночь?.. Из дома его выгнал пьяный отчим, он успел взять только телефон и куртку, чтобы на него не обрушился поток ругани или не дай бог кулак. Было, проходили. Чтобы не проводить весь вечер в одиночестве, он решил позвать прогуляться Женю. С ним как-то резко забываешь о том, что происходит дома, что отчим пьет, что в школе ему грозят отчислением, что в принципе жизнь у него не складывается, с ним он мечтает о главных ролях в театре, о будущих отношенях с какой-нибудь милой девушкой, о том, как они будут вести свою весёлую студенческую жизнь и все вокруг сразу играло более яркими красками. Но то было пару часов назад, когда солнце еще не село и было довольно тепло. А сейчас наступил вечер, который тут же принес с собой собачий холод. Вот она — апрельская погода. Пока Женя продолжал вести свой уже монолог о какой-то новой книжке по психологии, которую ему недавно любезно подогнали родители, Илья судорожно начал перебирать в голове родственников и друзей, у которых можно было бы поспать хотя бы до пяти утра. Но как на зло, таких оказалось крайне мало. К бабушке не пойдёшь, она сразу начнет заваливать вопросами или еще не дай бог матери позвонит. К Соне (знакомой девчонке со школы) тоже не заявишься, у той родители даже подруг не часто домой разрешают водить, что уж там говорить про парня. Прокрутив так еще пару кандидатов, которые также были отклонены здравым смыслом, Илья решил провести остаток вечера и ночь в какой-нибудь круглосуточной забегаловке. Конечно, там особо не разляжешься, но это будет хотя бы отапливаемое помещение, а не металлическая качель в мороз, как когда-то он провел ночь. — Илья, - обратился к нему наконец Женя, заметив, что собеседник его почти не слушает. — Да, я слушаю тебя. - отозвался тот, но по внимательному взгляду Шварца понял, что врать бесполезно. - Ладно, прости я задумался. Женя окинул его внимательным взглядом. Из кармана тонкой куртки одиноко торчал телефон, домашние штаны и футболка, выглядывающе из под верхней одежды указывали на то, что Виногорский ушел из дома далеко не по своему желанию. Значит, отчим. Значит, пил и снова не пожелал видеть парня при себе. Шварц был не дурак, анализировать умел и от самого Илья совсем немного, но знал о происходящем в его семье. Усмотрев на себе этот внимательный взгляд последнему стало не по себе, поэтому, приняв окончательное решение отсидеться в забегаловке, он вытащил руку из кармана и протянул ее Жене, чтобы попрощаться. — Ладно, Жень, я пойду, уже поздно. Спокойной ночи тебе, до понедельника! - улыбнулся он, но вдруг понял, что на его протянутую руку никто так и не ответил. - Ты чего?.. Шварц глубоко вздохнул. — Я надеюсь, что мое предположение ошибочно и что ты сейчас пошутишь надо мной, типа я зачитался своей психологией и у меня уже крыша едет, но... - он поднял глаза на Илью, чтобы тут же увидеть его реакцию. - Ты звонил, потому что тебе спать негде? Глаза у Виногорского тут же испуганно заметались, а рука была быстро засунута обратно в карман. Женя понял, что он не ошибся. — Что? — Посмотри на себя. Не помню, чтобы у нас появилась мода выбегать в плюс пять в тоненькой куртке и домашних штанах, чтобы гулять несколько часов подряд. А сейчас мы стоим в подъезде и ты не слушаешь меня, а пытаешься отогреться, я же вижу. — О-о-о, что ты, нет, ты все не так понял! - начал было говорить Илья, но был быстро прерван. — Но ведь так и есть! — Нет, Женя, нет, ты все напутал. - пытался возразить ему Виногорский, но под серьезным взглядом Шварца замолчал. — Почему сразу не сказал мне? Зачем ходить вокруг да около, когда можно спросить меня, Иль? Он стушевался. Женю, как кандидата, у которого можно было бы поспать, он даже не рассматривал. Да, они были близкими друзьями, но до ночевок дело никогда не доходило да и повода не было. И нет, отсутствие дома на ночь не было причиной, Илья с ним дружит не для того, чтобы ночевать в период запоя своих родителей. Не хотелось навязываться, не хотелось мешать. Повисло молчание. В кармане куртки Илья от волнения оторвал заусенец на большом пальце и чувствовал, как размазывает о ткань кровь. — А это не слишком ли сложно?.. — Сложно спросить? - подняв одну бровь сказал Женя, хотя понимал, что сложно. Сам через это проходил. Тогда Илья, как маленьких ребёнок зажмурил глаза и, вобрав воздуха для смелости, робко сказал: — Меня выгнали из дома. Можно я у тебя переночую?.. И, уже приготовясь слушать отказ, вдруг ощутил на своем запястье теплую руку и услышал звон ключей в двери. — Да! Нужно было сразу мне об этом говорить, а не морозить себя на улице. Илья опешил, а когда до него дошел весь размер его счастья и благодарности своему другу, готов был кинуться и заобнимать его прям здесь, на лестничной клетке, даже если бы их назвали геями и побили потом где-нибудь за гаражами. Дома у Шварца было ещё теплее, чем в подъезде, и отогревшийся полностью Виногорский начал клевать носом. На кухне уже кипел чайник, а Женя разбирал диван в гостиной, благо, родители уехали с ночёвкой на дачу и до вечера воскресенья дома никого не будет. — И можно мне поинтересоваться, куда ты собирался идти в такую холодрыгу? — Думал зайти в какой-нибудь круглосуточный, купить там чего-нибудь и уговорить охранника разрешить посидеть до утра. - полусонным голосом отвечал Илья. — Ну и дурак же ты... На кухне засвител чайник и Женя отправился наливать чай, потому что от одного взгляда на трясущегося друга, который минуты две отогревал руки под струей горячей воды, ему самому становилось холодно. Поставив на стол две чашки с крепким горячим чаем, сахар и две небольшие пиалы с печеньем и вафлями, он позвал Илью к столу. — Бля, Илюх, давай я тебе что-нибудь из своих теплых вещей дам? - косо посмотрев на друга, который прилип руками к чашке, спросил Женя. — Не-не-не, все в норме, это я так, по привычке. - замотал головой Илья. — Понятно, сейчас принесу. - тихо произнес Шварц и пошел к себе за свитером, штанами и теплыми носками. Положил это все добро на диван перед Виногорским, он буквально приказал немедленно переодеться в теплое и сухое, иначе: — Получишь по своей и так не особо умной башке. Аргумент был железный, поэтому уже через минуту на Илье красовался свитер со смешным принтом лисы, бежевые штаны и новогодние носки с Дедом Морозом. Допив чай и заметив, как у настрадавшегося за весь вечер Ильи уже буквально закрываются глаза, Шварц не стал предлагать посмотреть кино или тот самый сериал, а просто указал на диван, застеленный специально более теплым постельным, выключил свет, собрал все чашки, намыл их и на цыпочках пошел к себе в комнату. В коридоре он еще около минуты послушал умилительные посапывания друга, а затем, поплотнее укрыв его оделом, ушел к себе и улегся спать.