When You Wish Upon a Star

- Яйца, кур-с-с - на час-стную клинику Люцифера! Полный вперёд! Выжмем из этих двигателей в-с-се!!! Воинственный вид Пентиуса, стоящего за штурвалом, слабо сочетался с ночной рубашкой и колпаком. Как, собственно, и у остальных жителей отеля... - Ааааа!!! - глаза Энджела полезли на лоб. Всю нижнюю часть тела сразу и сдавливало, и рвало, и выкручивало... Пот сбегал каплями по вискам. Он чуть не сломал руки Чарли и Люциферу... Хаск держал его полусидящим на полу, растирая поясницу. Аластор, стоя в стороне, наблюдал за происходящим так, будто пришел смотреть спектакль... - Энджел, дыши! - скомандовала Вэгги, хлопая паука по щекам. - Не спи, только не спи! Чарли, ты засекла начало схватки?! - А? Д-д-да, конечно!.. - принцесса еле удерживала телефон с таймером в свободной трясущейся руке. - В-вот!.. Взглянув на экран, Вэгги покачала головой: - Интервалы маленькие... Пентиус, если не хочешь, чтобы она родилась прямо в твоём дирижабле, поддай ещё газу! - Я и так жму на полную!.. Энджел едва ли что-то соображал, дурея от этой беспощадной, изматывающей боли. Живот будто раз за разом затягивали резко в лассо, а потом медленно отпускали... Ниффти с тараканьей прыткостью пролезла ему между коленей. Бесцеремонно подняла край ночнушки и спросила, заглянув под нее: - А когда будет головка? Дирижабль пошел на снижение. Едва опустился трап, как на борт вбежали падшие ангелы с каталкой... Энджела периодически вырубало и снова возвращало к жизни. Он слышал далёкий грохот колес, чувствовал, что куда-то едет... Это было чем-то похоже на искупление, о котором так мечтала Чарли. Свет в конце тоннеля и куча ангелов вокруг! И боль. Снова ужасная боль...       Очередное пробуждение - и Даст обнаружил себя глядящим в белый потолок операционной. Ему только что всандалили укол в спину, а он даже не сразу понял... Он теперь был в больничной рубашке и с одноразовым чепчиком на волосах. Было очень холодно. Он больше не чувствовал ног... Вокруг ходили врачи, звякали какие-то инструменты, пищала аппаратура. Энджелу было так страшно, но он даже не мог пошевелиться! Только трястись в ознобе... Они поставили ширму. Теперь он видел только верхнюю часть себя, а они ходили там, двигались, как отлаженные шестерёнки в механизме... Больно не было. Но Энджел все равно чувствовал, как они копаются внутри живота. Тянут, режут, промакивают кровь... Время для него будто остановилось, превратившись в бесконечный страшный сон. Он так ослаб. И не мог сделать ничего для своей малышки... - Есть! Энджел вдруг услышал звук шлепка. А сразу за ним - резкий, надрывный крик, огласивший холодную операционную. Мяуканье... Зрение его было мутным, но он собрал все свои силы, чтобы увидеть ее. Ее, что дергалась в испачканных кровью латексных перчатках врача... Она извивалась и кричала, боже, какая она громкая... Она оказалась котёнком. Крошечным котёнком с прижатыми к спине лысыми крылышками, а какого Молли была цвета, и не понять - слишком много на нее налипло крови и слизи! Что ж, работа Энджела на этом завершилась. И, взглянув на свою дочь, орущую, как резаная, в руках акушера, он с чистой совестью позволил себе снова потерять сознание...

***

- М-м?..- простонал Энджел, еле разлепив веки. Во рту ужасно пересохло. Будто мысли прочитав, медсестра с шестью светящимися крыльями поднесла к его губам стакан с трубочкой... Энджел чувствовал себя так, будто его хорошенько отпиздили бутсами с железными носами. Обстановка вокруг стала несколько уютнее. Он лежал на раздвижной кровати в палате - одноместной палате... И вокруг него стояли все жители отеля. Все ещё в пижамах, все ещё с таким видом, будто только что пережили войну. У Люцифера в халате и тапках-уточках слегка дёргался глаз... А у Хаска в лапах был маленький свёрток. Энджел видел голову, покрытую редким белым мехом. Крохотные, прижатые ушки, и бледно-розовое пятно в форме звёздочки на затылке... - Х-хаск, - прохрипел он, еле подняв руки. - Дай... Значит, вот она какая? Вот кого они ждали все это время... Глаза у Молли были закрыты в глухие щелочки. На лбу и макушке у нее оказались круглые розовые пятнышки, у оснований бровей - розовые сердечки... - Ты проспорил, Хаск, - усмехнулся Энджел. - Я же говорил, что она будет похожа на тебя! - Только формой тела. Расцветка у нее вся твоя... Никогда в жизни Даст ещё не чувствовал себя таким уставшим. И таким счастливым... Живот был таким большим - а Молли оказалась такой маленькой! Сквозь ткань пеленки он чувствовал, какая она теплая. Сколько всего хотелось сказать! Но сил хватило только на то, чтобы, прижав ее к себе покрепче, пролепетать: - La mia stellina... Даже не верилось, что он всего несколько часов назад отыграл свадьбу! В окно было ещё видно полную луну... Какое забавное совпадение. Под луной они с Хаском зачали Молли, под луной она и родилась! Существо, поставившее всю его жизнь с ног на голову одним своим существованием. Это ради нее он бросил вызов Валу. Ради нее решился выйти за Хаска, ради нее, блядь, даже бросил пить, курить и гонять на стриптизерских каблуках! Все ради нее... К сожалению, в своей пелене эйфории Энджел слегка позабыл, с кем имеет дело. Молли, как это обычно и бывало, ну просто не могла долго оставаться спокойной! Она вдруг начала извиваться, как червяк, коротко вскрикивая и широко открывая беззубый рот... - Ей нужна грудь, - сразу заключила шестикрылая медсестра. - Я помогу вам ее приложить! Ни под какими грибами Энджелу бы ни привиделось, что он когда-нибудь окажется в подобной ситуации! Но в жизни обитателей отеля "Хазбин" вечно творится какая-то дичь... Делать нечего - пришлось распахнуть больничную рубашку. Молли быстро-быстро дышала в его мех, рылась мордочкой, пытаясь найти сосок вслепую, и... Отсутствие зрения ей не помешало ничуть! Энджела будто током пробило. То, что он чувствовал, невозможно было описать словами... Ну, хотя бы не только у него здесь был прихеревший вид! Молли громко чавкала. Урчала и кряхтела, ещё и мяла грудь передними лапками... Хаск склонился над ним, обнимая за плечи. Устало склонив голову на пушистый живот мужа, Энджел прошептал: - Помнишь, чего я пожелал в ту ночь на крыше? Вот она. Твоя и моя...