Dear Destiny

Разговор по дороге в ближайший отель практически не клеился. Дэймон быстро подобрал для них номер с джакузи — сейчас ему отчаянно хотелось роскошной ванны. — Я приму душ, а ты ванну. Так не придётся ждать очереди, — предложил Энзо, едва они оказались в номере. И если он украдкой полюбуется телом Дэймона — тем лучше. Дэймон мысленно поддержал эту идею, пока они направлялись в ванную. Он наполнял джакузи, пока Энзо настраивал температуру душа. Оба украдкой бросали друг на друга взгляды, пока раздевались, прежде чем скрыться за запотевшим стеклом. — Ты тоже из будущего, да? — Дэймон спросил громко, чтобы перекрыть шум воды. — Ага. И ты тоже? — Энзо подтвердил свои догадки. — Да... — Дэймон вздохнул. — Но я не ожидал, что ты тоже вернёшься. Духам не мешало бы предупредить, что тебя отправят вместе со мной. — Я вообще не ожидал вернуться, — Энзо начал смывать пятнадцать лет грязи. — Тебя хоть предупредили? — Духи сказали, что отправляют меня назад. Я должен убедиться, что Другая Сторона не будет уничтожена в этот раз. — Тогда зачем отправлять так далеко? — удивился Энзо. — Какая-то магическая хрень, — уклончиво ответил Дэймон. Энзо заметил уклон, но решил пока не давить. Сначала нужно прояснить другие вещи. — Когда это случилось? Когда тебя отправили назад? — Я пожертвовал собой в адском пламени, чтобы наверняка убить Кэтрин. Чуть не позволил Стефану вколоть мне лекарство и занять моё место. Тогда духи и сказали, что отправляют меня назад. Энзо закрыл глаза, делая глубокий вдох, чтобы не взорваться из-за того, как легко Дэймон пожертвовал жизнью. Да ещё ради Стефана, его убийцы. Взяв себя в руки, он лишь сказал: — У меня примерно в то же время. Я наблюдал, как Бонни пытается остановить пламя. Она использовала всю возможную магию, включая энергию из измерения, где находился мой дух. А потом я очнулся в камере и увидел, как тебя приводят. Закончив с душем, Энзо вышел, хватая полотенце. На этот раз он поймал взгляд Дэймона, но прежде чем осмыслить его, услышал: — Оставь душ включённым. Мне нужно ополоснуться. — Конечно, — кивнул Энзо, продолжая вытираться и пользуясь моментом, чтобы рассмотреть Дэймона, вылезающего из ванны. Подав ему полотенце, он накинул банный халат — об одежде можно будет позаботиться позже. Когда Дэймон вышел, тоже закутавшись в халат, Энзо уже разлёгся на кровати. — Итак, нам нужен план. Что мы будем менять в будущем. Надеюсь, справимся до того, как тебе понадобится бежать за своей девочкой. — Я не собираюсь возвращаться к Елене, — покачал головой Дэймон, неосознанно плюхаясь рядом с Энзо вместо того, чтобы занять вторую кровать. — О? — улыбнулся Энзо, радуясь как теме, так и тому, как Дэймон тянется к нему. — Почему? — Потому что между нами никогда не было ничего настоящего. Она хотела кого-то несуществующего, а я пытался им стать... но не смог. Мы бы только уничтожили друг друга. И чуть не сделали это. — Хотя бы с братом теперь будет проще, — усмехнулся Энзо, пытаясь понять ход мыслей Дэймона. — Не уверен, что хочу его в своей жизни вообще. Он не только убил тебя... дважды... Его последние слова были о том, что я стал достойным спасения. Значит, до этого не был. И не буду, если не позволю ему и Елене меня переделать. Это не считая попытки вылечить меня, зная, что мне предстоит долгая человеческая жизнь в одиночестве, пока Елена будет в коме. — Да, это был подлый поступок, — согласился Энзо. — Не виню тебя за желание вычеркнуть его. — Это говорит тот, кто твердил, что от своих не отворачиваются? — удивился Дэймон. — Ты же не планируешь его убивать или подставлять. Желание убрать токсичных людей из жизни — не преступление, братья они или нет. К тому же... он убил меня дважды. — Да... — вздохнул Дэймон. — Им всем будет лучше без меня. Тебе тоже. — Откуда у тебя такая идиотская мысль? — нахмурился Энзо, вспоминая похожие слова в лаборатории. — Потому что я — яд, Энзо. Все это знают. Даже ты говорил, как я тебя разрушил. Не раз. — Любопытно, как ты поносишь брата за веру в слова, сказанные в гневе, а сам поступаешь так же. Видимо, семейная черта. — О чём ты... — Я похож на разрушенного, Дэймон? — резко спросил Энзо. — Даже если бы был, это не твоя вина. Мы сами отвечаем за свои действия и реакции. Жизнь — это то, что мы из неё делаем. Я разрушусь, только если позволю этому случиться. Как и ты. Ты позволил брату и Елене сломать себя. Убедить, что ты — яд, что нужно меняться, что без их контроля ты монстр. Это чушь! — Тогда как объяснить... — начал Дэймон, но Энзо перешёл в решительное наступление. Он схватил Дэймона за ворот халата и резко притянул к себе, сливаясь в поцелуе. Если Дэймон действительно не собирался к Елене... возможно, у него есть шанс. Если реакция будет негативной — всегда можно сослаться на попытку доказать точку зрения. Но Дэймон ответил на поцелуй. Искренне ответил. Энзо был рад, что сидит — иначе ноги могли бы подкоситься. Дэймон утонул в поцелуе, забыв обо всём. Если он когда-то сомневался, что Энзо — его судьба, сейчас сомнений не осталось. Он чувствовал это каждой частичкой души. Ему это было нужно, как воздух. Углубляя поцелуй, он прижал ладонь к щеке Энзо, словно боясь, что тот отстранится. Но судя по тому, как Энзо повторил жест, это было излишне. Когда рука Энзо начала скользить вниз, расстёгивая халат, Дэймон очнулся, прервав поцелуй и перехватив его руку. — Мы не можем... Я не могу, — вырвалось у него, голос дрожал от боли. — Почему? — Энзо развернул ладонь, чтобы их пальцы сплелись. По реакции было ясно — Дэймон хотел этого не меньше. — Я понимаю твои чувства. Мы оба давно ни с кем не были... и мы безопасный вариант для экспериментов... но я не могу быть для тебя просто развлечением. Вернее, ты не можешь быть им для меня. — Почему ты решил, что мне нужно только развлечение? — мягко спросил Энзо, прижавшись лбом к его. — Бонни, — прошептал Дэймон. — Ты сможешь снова быть с ней. И когда это случится... — Не случится, — твёрдо сказал Энзо. — Та Бонни, которую я любил, исчезла навсегда. И... я надеюсь, что мне не придётся снова пытаться забыть тебя ради кого-то ещё. Он нервно прикусил губу, осознавая, что только что признался. Хотя Дэймон уже сам признал достаточно — и словами, и тем, как отвечал на поцелуй.