Нас больше нет

      Акито шëл по улице, надеясь что этот день станет хоть чуточку лучше. Уже несколько дней его мучает совесть за поступки, которые он совершил по отношению к своему другу. Да, он был зол, но чтобы бить... Акито до сих пор не мог простить себя за это. Но и извиниться ему не хватало сил тоже, да и Тойю он после того случая почему-то не видел, ну, или же просто не замечал, погруженный в раздумия.       И он замечает его.       Тойя. Его дорогой партнëр. Его близкий друг.       Акито улыбается до ушей, от какого-то булькающего внутрях счастья, и бежит со всех ног к своему другу, который стоял и что-то смотрел в смартфоне. Шинономе не верит своему счастью и тому, что он наконец-то сможет поговорить с человеком, который стал для него так дорог. Он подбегает к парню, надеясь, что тот не уйдёт куда-нибудь вновь, не пропадёт, как мираж.       — Тойя! Это ты? — Акито до сих пор не верит в свою удачу. Казалось, что Аояги выглядит, как эфемерное создание, которое сейчас исчезнет, если ты случайно моргнëшь.       — Ох, Акито, привет, — Тойя поворачивается к нему лицом и слабо улыбается. Что-то трескается внутри Акито, потому что Аояги улыбался при нём намного шире, чем сейчас. Шинономе с болью смотрит на бледную щëку, с которой уже давно стëрся след его кулака. Хочется прижаться, поцеловать, успокоить, извиниться за своё поведение и просто преклонить колени перед Аояги.       Пусть всё будет как прежде, пожалуйста.       — Знаешь, — Акито запинается, не зная, как подойти к разговору правильно. Нужно было хотя бы в голове продумать, что говорить, но уже поздно — Тойя стоит и ждёт того, что скажет ему его друг. А друг ли? После того случая Аояги задумался про то, что, возможно, Шинономе ему и не нужен вовсе. Ни как друг, ни как партнёр по пению.       Шинономе ему больше никто, и Аояги это полностью принял для самого себя. Да, с тяжестью на сердце, но признал.       Акито же, наконец-то, собирается с силами и говорит:       — Тойя, может вернëм всё как было? Опять станем парт..., — Акито хотел взять парня за руку, сжать вновь его холодные ладони, но отступается, потому что Аояги, прерывая его, говорит то, из-за чего Шинономе замирает.       — Мы больше не партнëры, перестань жить своими глупыми мечтами, — Тойя говорит однотонно, строго и абсолютно серьёзно. Акито кажется, что в этот момент весь мир потерял краски.       Он же... Шутит, да? Это всё шутка, глупая и очень несмешная шутка. Акито хочет сказать Тойе, что тот никогда не умел хорошо шутить.       Или же это всё сон. Да, просто сон!       Акито сейчас закроет глаза, откроет их и перед взором встанет его милый друг, который улыбается ему и смотрит так нежно, что сердце замирает.       Но ничего не происходит. Чуда не происходит, и у Акито в горле появляется ком. Тойя продолжает стоять перед ним, всё так же продолжая смотреть и ждать ответа. Хотя, судя по всему, ответ ему тоже не нужен. Он просто хочет наконец-то уйти и забыть про своего друга, партнëра.       Акито хочет что-то сказать, пытается сформулировать что-нибудь адекватное у себя в голове, чтобы сказать, но Аояги не позволяет ему этого. Он просто прикрывает глаза и отворачивается от Шинономе, который всё так же продолжает что-то мычать себе под нос. Ему нужно что-то сказать, потому что, если он ничего сейчас не скажет, то всё исчезнет. Исчезнет серебро глаз, приятная улыбка; пропадëт чудо всей его серой жизни.       — Нас больше нет, Акито.       Тон холоден, как и взгляд. Акито слышит, как что-то трескается. Вероятнее всего, это было его сердце. Тойя разворачивается и уходит, даже не попрощавшись, что несвойственно ему — такому вежливому и вечно правильному.       Акито смотрит вслед и чувствует, как сердце сжимается. Хочется рвануть с места, схватить его за руку и никому, никуда и никогда, чёрт возьми, не отпускать.       Но единственное, что может сделать сейчас Акито — просто смотреть.       Тойя ушёл, а ощущение, что исчез целый смысл жизни. Акито горько усмехается и тоже уходит, пытаясь не завыть побитой псиной, продолжая вспоминать слова Аояги и его серьёзный взгляд.       "Нас больше нет, Акито".       Нет больше никаких "мы".       Нет больше никаких "нас".       Нет больше никаких их.       Их обоих больше нет.