Годовщина, которая всё изменила

Подпишитесь на мой телеграм-канал, там много всего интересного!

И там я пишу, когда выйдут главы!

https://t.me/Kiloranur_FF

(Тут из подписчиков только я.. Поэтому заходите, пишите коменты, и решайте со мной, как бы развить нашу историю! А еще я думаю, что написать в следующем фанфике, так что приходите, советуйте!)

***

Завтрак продолжался, но для Юнги время словно остановилось. Он ковырял еду вилкой, пытаясь не поднимать головы. Джин и Намджун переглянулись, и Джин, понимая, что пора дать парням пространство, с наигранным вздохом встал, демонстративно потянувшись. — Ладно, Намджун-а, пойдём позовем Чонгука, и будем вместе убираться, а то он там один, наверное, до сих пор Тэхёна от кровати отдирает, — подмигнул он, и Намджун, улыбнувшись, кивнул. Они быстро собрали часть посуды, давая понять, что оставляют их втроём, и неспешно покинули кухню, оставив Юнги, Чимина и Хосока в звенящей тишине. На кухне повисла неловкая, но теперь уже менее давящая тишина. Юнги попытался разорвать её. Он собрался встать, бормоча что-то про "срочную работу в студии", но Хосок мягко перехватил его запястье, прежде чем он успел полностью подняться. — Хён, посиди ещё немного, пожалуйста, — его голос был тихим, но настойчивым, в нём не было и тени прежнего поддразнивания. Хосок сдвинул свой стул чуть ближе, и Чимин последовал его примеру, создавая уютное кольцо вокруг Юнги, словно ограждая его от всего мира. — Юнги-хён, — начал Чимин, его взгляд был мягким и тёплым, полным искренней заботы. Он говорил медленно, чтобы слова дошли до Юнги. — То, что Джин-хён сказал… это просто его шутки. Ты ведь знаешь, какой он. Он любит так поддразнивать всех нас. Но всё в порядке, правда. Никто над тобой не смеётся, и никто не собирается никуда уходить. Хосок кивнул, его рука всё ещё нежно покоилась на предплечье Юнги, слегка поглаживая кожу. — Ага. Никто даже и не думал смеяться над тобой, хён. Наоборот. Нам… нам было так тепло. Ты такой милый, когда смущаешься. И нам было так уютно спать рядом с тобой. Правда. Ты нам очень дорог. Ты такой сильный и такой... особенный. Никто тебя не бросит, слышишь? Никто не собирается тебя осуждать. Мы ведь семья. Слова Хосока и Чимина, сказанные с такой неподдельной искренностью и нежностью, словно бальзам легли на израненную душу Юнги. Он слушал их, и его глаза, хоть и полные смущения, начали увлажняться. Это было так непривычно – слышать такие прямые, тёплые слова, особенно после того, как он позволил себе быть таким уязвимым и показал свой страх. "Неужели это правда? Неужели они не злятся? Неужели они... действительно так чувствуют?" В его голове метались вопросы, но главное — ощущалось огромное облегчение. Он не был отторгнут. Его худшие кошмары не сбылись. — Я… я просто… — пробормотал Юнги, не находя слов, чтобы выразить всю гамму эмоций, захлестнувших его. Он чувствовал себя таким глупым за свою панику, но в то же время был невероятно благодарен за их понимание и принятие. — Простите. Я, наверное, чушь наговорил. Перенервничал. — Никакой чуши, хён, — мягко ответил Чимин, поглаживая его руку. Его улыбка была такой тёплой и искренней, что Юнги почувствовал, как напряжение медленно покидает его тело. — Мы тебя ценим таким, какой ты есть. Просто… не отталкивай нас, когда тебе страшно. Мы всегда рядом. День продолжался, и Юнги, вернувшись в свою студию, сел за рабочий стол, но вместо привычной концентрации на экране перед ним мелькали образы утреннего разговора. "Слова Хосока звучали так искренне... "Ты такой милый, когда смущаешься". Неужели они правда так думают? А Чимин? Его взгляд был полон такой мягкости, такой... заботы. Могло ли это значить что-то большее?" Юнги потер переносицу, чувствуя, как внутри нарастает волна замешательства. Он попытался запустить рабочий проект, но пальцы не слушались, то и дело зависая над клавиатурой. Он встал и прошёлся по студии, чувствуя себя непривычно беспокойно. Подошёл к окну, уставившись на городской пейзаж, но видел перед собой лишь лица Чимина и Хосока, их обеспокоенные и одновременно нежные взгляды. "Они сказали, что никто меня не бросит... Но ведь они не знают... не знают всего." Эта мысль тут же кольнула его страхом. Что, если они поймут, насколько глубоки его чувства, насколько они... неправильные? Он снова почувствовал, как к горлу подступает комок. Нет, они не должны узнать. "Я должен быть осторожным. Должен вести себя как обычно." Но как вести себя как обычно, когда каждое воспоминание об их близости, даже случайном прикосновении плечом ночью, теперь казалось наполненным новым смыслом? Он вернулся к столу, но вместо работы машинально открыл заметки на телефоне и начал что-то печатать, тут же стирая. Это были обрывки мыслей, несвязные чувства, которые он не мог оформить в слова. Позже, во время общей тренировки, Юнги старался держаться от Чимина и Хосока на расстоянии, но его глаза сами собой искали их в зале. Они еще вчера утром договорились сходить вместе в зал, потанцевать, а может потом и может попеть. Как выйдет. Когда Хосок энергично выполнял очередное движение, его футболка слегка задралась, обнажая полоску кожи на животе. Юнги тут же отвёл взгляд, чувствуя, как краска заливает его щёки. "О чём я вообще думаю? Совсем свихнулся." Затем, во время парной отработки, ему пришлось встать в пару с Чимином. Их движения были слаженными, привычными, но каждый случайный контакт рук вызывал у Юнги лёгкий шок. Когда их взгляды на секунду встретились, Чимин улыбнулся ему той своей фирменной, лучистой улыбкой. Юнги тут же отвернулся, делая вид, что сосредоточен на следующем движении, но его сердце бешено колотилось в груди. "Прекрати, Мин Юнги. Просто прекрати." Во время перерыва Юнги поспешил к кулеру с водой, стараясь избежать лишнего общения. Но тут к нему подошёл Хосок, протягивая бутылку изотоника. — Хён, ты сегодня какой-то напряжённый, — с улыбкой сказал Хосок. — Всё в порядке? Юнги принял бутылку, стараясь не смотреть ему в глаза. — Да, всё нормально. Просто немного устал. — Ну смотри, если что — говори, ладно? — Хосок легонько хлопнул его по плечу и ушёл. Это простое прикосновение снова вызвало у Юнги волну смущения и... тепла. Он открыл бутылку и сделал большой глоток, пытаясь успокоить бурю эмоций внутри. "Они такие внимательные... Слишком внимательные?" После тренировки, когда все собирались расходиться по своим делам, Юнги заметил, как Хосок подходит к нему, держа в руке небольшое полотенце — Хён, ты весь мокрый, — сказал Хосок, и прежде чем Юнги успел что-то ответить, он мягко провёл полотенцем по его лбу, вытирая пот. Его пальцы задержались на коже Юнги на долю секунды дольше, чем было необходимо. — Вот так лучше. Не простудись. Юнги был поражён такой естественной заботой. Он лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова, чувствуя, как его сердце пропускает удар.

***

В то время как Юнги пытался разобраться в своих запутанных эмоциях, Чонгук и Тэхён существовали в своей собственной, уютной вселенной. После завтрака, когда они скрылись в своей комнате, их утро действительно превратилось в нечто большее, чем просто «незаконченные дела». Чонгук обнимал Тэхёна, его запах окутывал альфу, создавая чувство абсолютной безопасности и уюта. Тэхён провел рукой по широкой спине Чонгука, его пальцы нежно прошлись по крепким мышцам. — Ты такой тёплый, Гуки, — прошептал Тэхён, утыкаясь лицом в изгиб его шеи. — Мне так хорошо с тобой. — И мне с тобой, Тэ, — промурлыкал Чонгук, прижимая его еще ближе. — Я бы так и лежал с тобой весь день. Они провели следующее время, наслаждаясь друг другом, их разговоры были тихими, прерывались нежными поцелуями и лёгкими касаниями. Тэхён, будучи дизайнером и теперь личным «контролёром» тренировок Чонгука, мягко поглаживал его плечо. — Ты знаешь, что завтра утром нам уже нужно ехать, да? — сказал Тэхён, поднимая голову и глядя в глаза Чонгука. — У меня работа — следить, чтобы мой любимый муж не переусердствовал на тренировках. А у тебя скоро бой. Надо быть в лучшей форме. Чонгук вздохнул, но улыбнулся. — Знаю, Тэ. Но я бы хотел остаться здесь подольше. Мне нравится быть со всеми вами. Особенно с тобой. — Мне тоже. Но работа есть работа, — Тэхён ласково поцеловал его. — Зато потом, когда вернёмся домой, мы проведем целый день в обнимку, и никто не будет нам мешать. Эта новость о скором отъезде, пусть и ожидаемая, добавила легкую грустинку в их утро, но они быстро сменили тему, сосредоточившись на моменте, который им оставался. Их отношения были примером того, какой может быть любовь – открытой, принимающей и наполненной взаимной заботой.

***

Джин и Намджун, тем временем, вели свои собственные, негласные наблюдения за "любовным треугольником", который медленно, но верно формировался у них на глазах. Во время обеда, когда Юнги сидел между Чимином и Хосоком, стараясь не смотреть на них, но постоянно ощущая их присутствие, Джин наклонился к Намджуну, едва сдерживая улыбку. — Ты видишь, Намджун-а? — прошептал он, кивая в сторону Юнги, который казался намного более расслабленным, чем утром. — Наш Юнги наконец-то тает. Он ведь такой упрямый. Намджун усмехнулся, потягивая воду. — Им просто нужно было дать ему понять, что он в безопасности, солнце. Юнги-хён всегда прячется, когда боится, что его отвергнут. Он всегда был таким, помнишь? Но они… они молодцы. Смогли пробиться сквозь его броню. Они оба видели, как Чимин и Хосок проявляли к Юнги больше нежности и терпения, чем обычно, и не только за столом. После обеда, когда все отдыхали, Хосок незаметно подложил ему любимые закуски во время просмотра фильма, а Чимин, подойдя к дивану, прислонился к его плечу, якобы случайно, но при этом его рука удобно устроилась на бедре Юнги. Юнги, хоть и напрягался сначала, уже не отстранялся. Он лишь чуть сильнее сжимал губы, чтобы сдержать улыбку или вздох. Джин и Намджун обменивались многозначительными взглядами. Для них это было очевидно. Джин, со всей своей чуткостью, радовался за Юнги. "Наконец-то он не один со своими мыслями." Все время думал омега. Намджун же, как продюсер и начальник Чимина в компании, был более сдержан, но его глаза сияли от понимания. Он знал Юнги давно и понимал, как сложно ему даются любые близкие отношения, особенно такого рода. Видеть его таким расслабленным рядом с Чимином и Хосоком было настоящим подарком. К вечеру, когда все собрались в гостиной, атмосфера была намного теплее и расслабленнее, чем утром. Юнги сидел на диване, пытаясь читать книгу по офтальмологии, но его глаза пробегали по строчкам, не вникая в смысл, потому что он слишком хорошо чувствовал двух своих друзей. Он ощущал их присутствие, их невысказанные мысли. Чимин подошёл и, не спрашивая, опустился рядом с ним, прислонившись к его боку и устраивая голову на его плече. Он был омегой, и его природное тепло было таким приятным. Через несколько секунд Хосок, тоже занял место с другой стороны, положив руку на спинку дивана позади Юнги, почти обнимая его. Его присутствие было более сильным, уверенным. Юнги замер. Он чувствовал их тепло с обеих сторон, их дыхание, их запахи, окутывающие его — сладковатый аромат Чимина и бодрящий, пряный запах Хосока. Это было ощущение безопасности и принадлежности, которое он так долго подавлял и о котором, возможно, даже не смел мечтать. Он не оттолкнул их. Вместо этого, он медленно, почти незаметно, прислонился чуть ближе, позволяя себе раствориться в этом двойном объятии. Слова были не нужны. В этом молчаливом моменте было обещание чего-то нового, чего-то прекрасного, что Юнги ещё не понимал до конца, но страх в его глазах отступил, уступая место осторожной, робкой надежде.

***

Вечер медленно переходил в ночь. После ужина и нескольких часов игр и разговоров в гостиной, атмосфера стала ещё теплее и расслабленнее. Юнги чувствовал себя неожиданно спокойно, сидя между Чимином и Хосоком, которые обнимали его с двух сторон, пока они все смотрели какой-то фильм. Присутствие других парней – Джина, Намджуна, Чонгука и Тэхёна – создавало ощущение комфорта и безопасности, но в то же время, его внимание было полностью поглощено теплом Чимина и Хосока. Чимин, который всегда был за максимальное количество совместного времени, поднял голову с плеча Юнги. — Ребята, — начал он, его глаза лучились энтузиазмом. — А давайте останемся ещё на одну ночь! Завтра же выходной у большинства, мы можем ещё повеселиться, посидеть вместе! Джин тут же кивнул. — О, я не против! Мне так нравится готовить для вас! Намджун улыбнулся. — Если все согласны, и если мое солнце согласно, я только за. Чонгук и Тэхён переглянулись. Чонгук пожал плечами, а Тэхён с лёгкой грустью в голосе сказал: — Мы бы с радостью, ребята, но у нас завтра утром уже выезд. У меня работа — я должен следить за тренировками этого лежебоки, да и еще проэкты делать, — он игриво ткнул Чонгука в бок. — А у Гуки скоро бой, так что нам нужно ехать готовиться. Все понимающе закивали. В их кругу всегда уважали профессиональные обязательства друг друга. Чимин надул губы, но тут же расцвёл, глядя на Юнги. — Тогда тем более! Юнги-хён, останешься? Ну пожалуйста! Все взгляды обратились к Юнги. Он почувствовал, как жар приливает к лицу. Остаться ещё на одну ночь? После всего, что произошло этим утром и днём, ещё одна ночь в такой близости с Чимином и Хосоком… Это было одновременно пугающе и невероятно притягательно. Он посмотрел на Чимина, который умоляюще смотрел на него своими большими глазами, затем на Хосока, который ободряюще улыбнулся. Юнги вздохнул. — Ну… ладно, — пробормотал он, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя внутри всё трепетало. Чимин и Хосок синхронно улыбнулись, их глаза засветились. — Отлично! — воскликнул Чимин. — А теперь, чтобы было честно, проведём новую жеребьёвку! Кто с кем и в какой комнате будет спать! Все рассмеялись. Чимин быстро нацарапал на бумажках названия комнат и номера кроватей, а затем сложил их в шляпу. Он разделил их на три команды: 1. Чонгук и Тэхён 2. Джин и Намджун 3. Юнги, Хосок и Чимин Чонгук и Тэхён тянули первыми, как самая молодая пара. Чонгук вытащил бумажку, и его глаза расширились. — Нам выпала трёхспальная кровать! — воскликнул он, глядя на Тэхёна с игривой улыбкой. Тэхён рассмеялся, обнимая его. Затем настала очередь Джина и Намджуна. Джин с торжественным видом вытащил бумажку. — О! — воскликнул он, его лицо просияло. — Нам выпала та же спальня, что и в прошлый раз! Отлично, не нужно переносить вещи! Они обрадовались, что им досталась та же комната, где они уже спали и были знакомы со всем. Теперь очередь дошла до Юнги, Хосока и Чимина. Чимин театрально протянул руку в шляпу и вытащил последнюю бумажку. Он прочитал её, и его улыбка стала ещё шире, хотя и с лёгким оттенком хитрости. — А нам, ребята, досталась… самая дальняя двухспальная кровать, — объявил Чимин, бросая взгляд сначала на Хосока, затем на смущённого Юнги. В воздухе повисло молчание, полное намёков. Юнги почувствовал, как его щёки вспыхнули с новой силой. Двухспальная кровать на троих? Это было именно то, чего он одновременно боялся и подсознательно желал. Хосок лишь довольно хмыкнул, а Джин и Намджун обменялись понимающими, почти ликующими взглядами. Ночь обещала быть долгой. Сборы были быстрыми, но наполненными предвкушением. Каждый двинулся в свою новую, или уже знакомую, спальню. Джин и Намджун с довольными улыбками вошли в свою комнату. Для них это было привычное дело, уютное и комфортное. Джин тут же принялся расправлять одеяло, а Намджун снял очки и положил их на тумбочку. — Как хорошо, что не придётся снова привыкать к новой кровати, — промурлыкал Джин, поворачиваясь к Намджуну и обнимая его. Его голос был наполнен нежностью. — Мне с тобой везде хорошо. Намджун усмехнулся, прижимая омегу к себе. — Мне тоже, Джинни. Ты мой уют. Они обменялись долгим, нежным поцелуем, который говорил о гораздо большем, чем слова. В их отношениях царили спокойствие и глубокая, устоявшаяся любовь, которая не нуждалась в лишних доказательствах. Они могли просто быть рядом, и это было уже счастье. Джин уткнулся в его шею, вдыхая знакомый и такой родной запах альфы. Он чувствовал себя в полной безопасности. Чонгук и Тэхён зашли в свою комнату. Увидев просторную трёхспальную кровать, Тэхён широко улыбнулся. — Вау, нам реально повезло! — воскликнул он, плюхаясь на мягкий матрас и раскидывая руки в стороны. — Можно даже поваляться. Чонгук подошёл и лёг рядом, притянув Тэхёна к себе. Он уткнулся носом в его волосы, вдыхая его аромат. — Хорошо, что мы сможем хорошо выспаться перед дорогой, — сказал Чонгук. Его голос звучал немного грустно. — Завтра уже уезжать… Тэхён поднял голову, поглаживая его по щеке. — Я знаю, Гуки. Я тоже не хочу уезжать. Но нам нужно. Ты же знаешь, как важно оставаться в форме. Особенно сейчас, перед боем. Я должен быть рядом, чтобы следить за тобой. Чонгук кивнул, прижимая его крепче. — Я знаю. Но мне так нравится быть здесь, со всеми. И с тобой вот так… просто лежать. — Мы скоро вернёмся, — утешил Тэхён, целуя его в уголок губ. — А пока давай насладимся этой ночью. И ты не забывай, дома тебя ждёт много-много массажей после тренировок, — промурлыкал он, и Чонгук усмехнулся, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. Они лежали, обнявшись, и говорили о предстоящем дне, о тренировках, о будущем бое, о своих планах. Их разговор был смесью профессиональных обязанностей и личной нежности, демонстрируя их крепкую связь и взаимную поддержку. А что будет с Юнги, Хосоком и Чимином в их двухспальной кровати, мы узнаем только в следующей главе.