Безрассудно — и я не отступлю

— Ну вот, наконец-то я прокачу тебя на яхте, — с довольной улыбкой произнесла Вай. Она обвила руки вокруг талии Кейтлин и, с озорным блеском в глазах, потянула её за собой на кровать. Они повалились в мягкое одеяло, и Кейтлин, не удержавшись, тихо рассмеялась. Смех этот был уставший, но живой — будто после долгого шторма показалось солнце. Полёт, пересадки, бесконечная тряска в машине — всё это слилось в один гул усталости. Поспешные сборы, очередная ложь родителям про «безопасный отдых с гидом», прощание с Руи — теперь казалось, будто это было неделю назад, хотя прошло всего несколько часов. И всё же где-то глубоко внутри зародилась тихая тоска, смутное предчувствие чего-то большого. Вай ощущала, будто её жизнь свернула в совершенно незнакомое русло. И, может, так оно и было. Недавние ужасы, переезд, новая глава, в которой рядом оказался человек, ставший родным. Она иногда сама поражалась: как всё перевернулось, как стремительно изменилась она сама. Стоило вспомнить нападение — пальцы невольно сжимались в кулак. Но гнев уже не обжигал, как прежде. Осталась лишь усталость, накопившаяся с того самого дня, когда пришла новость о смерти Сейло. А вот Кейтлин, напротив, будто ожила. В её взгляде почти не осталось прежней грусти — только упрямая решимость, глухая злость и боль, перемешанная с уверенностью. Она словно заново обрела себя — сильнее, прямее, острее. И Вай не могла не гордиться ею. Иногда она вспоминала слова Кейтлин: если у меня есть силы, я должна их использовать. Эти слова застряли где-то под кожей. Вай боялась — что Кейтлин выгорит, устанет, сломается. Но каждый раз гнала эти мысли прочь. Потому что видела: та справляется. Настоящая Кейтлин — сильная, решительная, живая. Ещё в самолёте, когда за иллюминатором мерцали облака, Вай тихо шепнула, что гордится ею. Кейтлин ничего не ответила, просто улыбнулась и крепче сжала её ладонь. Этот жест стал для них невидимым кодом: если страшно, просто держи за руку. Без слов, без объяснений. Это значило — я рядом. Отель оказался лучше, чем ожидалось. Не роскошь, но уют и чистота чувствовались во всём — даже в тихом гуле кондиционера и запахе морской соли, что тянуло с балкона. Городок был небольшой: в центре — жизнь и шум, по окраинам — бедность и запущенность. Контраст резал глаз. Вай хмурилась — такие места ей всегда напоминали детство. Но они приехали не ради комфорта. План был прост: обзавестись оружием, а затем связаться с человеком, которого порекомендовал Джейс. Если тот окажется разговорчивым — отлично. Если нет, у них хватало данных, чтобы искать самим. Пройтись по улицам, где мелькали имена из дела, задать нужные вопросы, втереться в доверие. Но всё это — завтра. Сейчас — только отдых. И немного покоя, которого обе заслужили. — Будь уверена, прокатишь ещё не раз, — засмеялась Кейтлин, наваливаясь на Вай всем весом. — Ты, по-моему, потяжелела, — хмыкнула Вай, пытаясь перевернуться. — Или я просто вымоталась. Дорога как марафон. — Скоро восстановишься, — прошептала Кейтлин и коснулась её губ лёгким поцелуем. — Немного сна — и я снова в строю, капитан, — устало, но с теплом ответила Вай. Кейтлин кивнула, устроилась рядом и, обняв Вай, позволила телу наконец расслабиться. Некоторое время они просто молчали, слушая шум кондиционера и приглушённые звуки улицы за окном. — Интересно, как там Руи, — с тихой тоской сказала Кейтлин. — Честно, немного стыдно, что оставили её одну. — Ну, не совсем одну, — успокаивающе улыбнулась Вай. — В руках твоих родителей она как на курорте. Уверена, они уже успели избаловать её больше, чем я. — А ещё говорила, что это я её балую, — фыркнула Кейтлин. — Признаю, — засмеялась Вай. — Сначала так и думала, а потом поняла… вот оно, материнство. Да, она вроде твоя собачонка, но чёрт, я люблю её как родную. Кейтлин немного отстранилась, поймала её взгляд и посерьёзнела. — Она не моя, Вай. Она — наша. — Правда? — растерялась Вай, не ожидая такой серьёзности. — И снова этот взгляд, — Кейтлин усмехнулась. — Мы полгода делим одну постель, а ты всё ещё сомневаешься? — Нууу… — протянула Вай, смущённо почесав затылок. — Просто я знаю, что до меня у тебя не было таких отношений. Не хочу ломиться в твою жизнь, сметая все границы. Кейтлин резко села, глядя на неё почти обиженно. — Вай, я уже говорила, — границы для меня больше не имеют значения. Не с тобой. Вай приподняла брови, тут же села следом и осторожно взяла её за руку. — Прости. Я не имела в виду ничего плохого. Просто… я уважаю твою жизнь, ту часть тебя, где нет меня. Твоё личное пространство, — мягко сказала она. Кейтлин покачала головой. — Иногда это выглядит иначе, — сказала она тихо, но твёрдо. — Будто ты не можешь полностью впустить меня. Будто остаёшься рядом не потому, что хочешь, а потому что… так безопаснее, привычнее. Понимаешь? Вай замолчала. Её пальцы чуть дрогнули, будто от неуверенности. — Это не так, Кейт, — наконец произнесла она, чуть придвигаясь ближе и касаясь её щеки. — Да, мне тяжело, когда ты оплачиваешь почти всё. Я хочу быть рядом на равных, хочу вносить свой вклад. Мне неловко, когда не могу. Может, из-за этого и кажется, будто я где-то в стороне. Но я не отдаляюсь, я просто ищу, как быть достойной тебя. Кейтлин вздохнула, глядя в сторону. — Это я понимаю. И когда всё устаканится, ты сама решишь, сколько на себя брать. Но я не о деньгах. — Она посмотрела ей прямо в глаза, голос стал мягче. — Я о нас. О том, что мы живём вместе уже столько времени, а ты всё ещё будто не до конца веришь, что это и твой дом тоже. Она чуть наклонилась, улыбнувшись с грустью. — Если тебе чего-то не хватает, скажи. Если неуютно — скажи. Мне не нужно идеальное “всё хорошо”. Я просто хочу знать, почему ты всё ещё где-то на полпути ко мне. Вай задумалась: насколько ей вообще комфортно? Да более чем. Время, проведённое с Кейтлин, сама жизнь с ней — всё это было бы раем… если бы не нависающая над ними угроза. Только она портила картину, словно вечная заноза под кожей. И всё же Вай не понимала, почему Кейтлин видит всё иначе. Но, нахмурившись и прокрутив их разговор в голове снова и снова, Вай вдруг осознала. Она чувствовала себя гостьей Кейтлин не потому, что не хотела стать хозяйкой, а потому что никогда раньше ею не была. Не жила внутри отношений вот так — по-настоящему. Снаружи, да, казалось, будто у неё всё под контролем: она и по дому хозяйничала, и уже привыкла, что Кейтлин не примет ни одного решения без её мнения, даже если речь идёт о цвете журнального столика. Но ведь раньше такого не было. Никто не спрашивал её, никто не делил с ней быт, не заводил питомца, которого можно было бы любить как своего. Все прошлые отношения были «не теми» и «не с теми» — поверхностные, мимолётные. Она всегда чувствовала себя лишней. А сейчас, когда всё наконец складывалось правильно, Вай даже не подумала, что можно просто отпустить контроль. Она говорила Кейтлин, что у той не было близких отношений, но, по сути, это касалось самой Вай. Это у неё их не было. И только сейчас, благодаря этому разговору, она поняла, что всё может быть иначе. Что можно позволить себе довериться — не как напарнику в бою, а как любимому человеку. Позволить Кейтлин заботиться, позволить любить… просто так. Без условий, без баланса, без подсчёта, кто сколько внёс. Ведь ей действительно было приятно получать от Кейтлин подарки, читать короткие записки по утрам, есть приготовленный завтрак, даже если та опаздывала из-за этого. Вай мотнула головой и, не раздумывая, притянула Кейтлин к себе. — Мне всего хватает, — выдохнула она. — Всё, что ты мне даёшь — это даже слишком. Мне было тяжело принять это, потому что я… не думала. Но теперь поняла. И тебя тоже поняла. Обещаю — я постараюсь открыться. Просто, пожалуйста, не думай, что ты сделала что-то не так. Банально, но… дело во мне. Кейтлин обняла её в ответ, мягко проведя ладонями по плечам. Она тихо вздохнула, и Вай немного отстранилась, ловя её смягчившийся взгляд. — Может, стоило сказать тебе это раньше, — усмехнулась Кейтлин. — Давно чувствовала, что что-то не так, но не решалась на разговор. — Неважно, — покачала головой Вай. — Главное, что теперь я всё осознала. Просто раньше… да, у меня были девушки, но это всегда было поверхностно, понимаешь? Отношения казались чем-то вроде дополнения к жизни. А теперь, с тобой… это по-другому. Это глубже. Кейтлин улыбнулась, оставив лёгкий поцелуй на её губах. — Я хочу построить жизнь с тобой, Вай. И я уверена, что именно это мне нужно. Да, момент не самый удачный — черт знает где, куча опасностей вокруг… но именно поэтому я говорю об этом сейчас. Я хочу, чтобы ты знала: я сделаю всё, чтобы ты была в порядке. Чтобы мы были в порядке. Чтобы у нас была своя жизнь — настоящая, вместе. — Я тоже этого хочу, Кейт, — тихо ответила Вай. — Мои чувства к тебе… они безграничны. Я просто, наверное, тормоз. Не смогла раньше показать тебе, насколько ты мне дорога. Видимо, мне нужно было твоё официальное приглашение, чтобы это понять. — Приглашение куда? — прищурилась Кейтлин. — В твою семью. Твою и Руи, — с мягкой улыбкой сказала Вай. — Хм, раз обычного приглашения жить со мной тебе было недостаточно, — усмехнулась Кейтлин, снова поваливая Вай на кровать. — Тогда слушай внимательно. Приглашаю тебя в нашу семью. И хочу, чтобы ты чувствовала себя мамой для Руи так же, как и я. Вай рассмеялась и крепко обняла её. — Я согласна, — прошептала она, не сдерживая улыбки. — Вот теперь осталось дождаться, пока кто-нибудь войдёт и скажет: “Поздравляю! Обменяйтесь ключами от дома!” — пошутила Кейтлин. — Если он сейчас войдёт, то станет свидетелем, как ты светишь голой задницей, — хищно усмехнулась Вай и потянулась стянуть с неё штаны. Кейтлин моментально отпрянула и подтянула брюки. — Нет уж, мисс Вайолет. Держите себя в руках. Нам ещё предстоит чемоданы разбирать и выспаться, — она встала, глядя на недовольное лицо Вай с лукавой усмешкой. — Завтра вставать рано. И да, чувствую себя уже достаточно “раздетой” без привычного оружия. Это нужно исправить как можно скорее. — У меня вот есть кулаки, — продемонстрировала Вай, сжимая их в воздухе. — Может, ими я одного из тех придурков и прикончила. Ты бы видела, в какую плюшку я его превратила. — И этим ты выпендриваешься сейчас? Правда? — подняла бровь Кейтлин, но уголки её губ всё же дрогнули. — Хочу, чтобы ты не думала, будто осталась совсем без защиты, — ухмыльнулась Вай. — К тому же ты сама умеешь неплохо вырубать людей. — Могу, — загадочно усмехнулась Кейтлин. — Но, учитывая, что вижу я пока не идеально, рисковать не стану. Вай встала, снова заключила её в объятия, прижимая к себе — крепко, с теплом, будто не имея возможности нормально дышать, оставаться поодаль. — Но ведь тебе уже лучше, да? — мягко спросила она. — Намного, — засмеялась Кейтлин. — Я даже вижу твою наглую ухмылку. — Вот видишь? Никто не способен сломить такую, как ты, — прошептала Вай, касаясь губами её шеи, а ладони скользнули вниз, притягивая ближе. Кейтлин резко выдохнула, её тело откликнулось, но она посмеялась и отстранилась, всё ещё улыбаясь. — Сколько бы ты ни подлизывалась, Вайолет, — строго сказала она, — сначала дела, потом всё остальное. — Эх, — Вай надула губы. — Верни времена, когда ты сама прыгала на меня прямо в участке, а не вот это вот всё, — с преувеличенным драматизмом протянула Вай. — Не было такого, — сухо ответила Кейтлин. — Было! И ещё как! — рассмеялась Вай. Кейтлин сузила глаза, но, цокнув языком, отвернулась, сдаваясь. — Ладно. Быстрее разложим вещи — быстрее ляжем спать, — пробормотала она, наклоняясь к чемодану. Вай едва сдержала смешок и, кривовато улыбнувшись, потянулась к своему. — Ты позвонишь маме? — уже серьёзнее спросила Вай. — Думаю, завтра, — едва слышно ответила Кейтлин, задумчиво глядя куда-то в сторону. — Вандер, наверняка, уже понял, что мы поехали не на курорт, — грустно улыбнулась Вай. — Уверена, и твоя мама тоже догадывается. — Похоже на то, — вздохнула Кейтлин. — Она смотрела на меня так, будто снова отправляет в академию. Этот взгляд я ни с чем не спутаю. — Она что-то ещё говорила… про увольнение? — осторожно спросила Вай. — Только то, что ей стало спокойнее. Но она ведь знает — я всё равно не смогу стоять в стороне. Это моя суть. Я по-другому не умею, — с печалью усмехнулась Кейтлин. — Когда вернёмся, можешь поискать работу попроще, вроде моей. Да, скукота, но зато безопасно, — пожала плечами Вай. — Безопасно? — фыркнула Кейтлин. — Учитывая, что в тебя недавно стреляли, не уверена. — Не считая старых придурков из прошлого, — усмехнулась Вай. — Там и коллектив нормальный, и все честные. Кейтлин выпрямилась и благодарно улыбнулась. — Заманчиво звучит, но, думаю, это не моё. Я не понимаю, как ты там держишься. — Как видишь, прекрасно, — ухмыльнулась Вай. — Меня даже отпустили в бессрочный отпуск, и никто не стал задавать вопросов. Хотя, может, дело в моей репутации. Она горделиво встала, подмигнула Кейтлин — та закатила глаза, но не удержалась от улыбки. — С моей репутацией всё хуже, — проворчала Кейтлин. — Спасибо, Сейло, где бы он ни был. — Ерунда, — махнула рукой Вай. — С людьми всегда можно договориться. — Возможно, — кивнула Кейтлин, чуть смягчившись. — Но я пока не думала, что будет после всего этого. — И не нужно спешить, — мягко ответила Вай. — Я просто… думаю о будущем. Нашем. Как ты сама только что сказала. — Ах вот оно что, — засмеялась Кейтлин. — Тогда я обещаю подумать. — Договорились, капитан, — Вай отдала честь. Кейтлин в ответ сделала то же, едва сдерживая смешок: — Ладно, давай закончим с вещами, а то рассвет застанет нас с чемоданами. Но ночь оказалась далеко не такой спокойной, как они надеялись. Вай то и дело просыпалась, не находя себе места. Для неё, привыкшей спать спокойно даже под шум улиц, это было непривычно. А Кейтлин, хоть и спала, чувствовала каждое её движение — стоило Вай пошевелиться, как та во сне тоже ворочалась. Новое место. Неизвестность. Слишком много мыслей. Но они договорились — не спешить, не рубить с плеча, обсудили всё и перед сном, и утром. Теперь их задачей было взять автомобиль напрокат и поехать к девушке, которая могла помочь с вооружением. Мысль об этом нервировала Вай, но раз Кейтлин ей доверяла — пусть и не на сто процентов — Вай решила не спорить. Хотя внутренне оставалась настороже: уж больно всё это напоминало начало очередной заварушки. На выходе из отеля Кейтлин вдруг загадочно улыбнулась. — Ты чего так сияешь? — подозрительно прищурилась Вай. — Просто подумала, — протянула Кейтлин, — а почему бы нам не добраться не на машине, а по воде? Так что я арендовала яхту. Ещё на прошлой неделе. — Ах вот как! — Вай засмеялась. — Теперь понятно, почему ты так подгоняла меня! — Именно, — улыбнулась Кейтлин. — Мы должны быть там через десять минут, так что нужно поспешить. Последний раз Вай стояла за штурвалом почти год назад. Ощущение было как сесть на велосипед после долгого перерыва — вроде помнишь, но чувствуешь себя чуть неуклюже. Волна за волной, лёгкий ветер, солнце бьёт в глаза, но не слепит. И плыть недолго — но Вай хотелось, чтобы путь затянулся, чтобы этот момент длился. Вода холодная, не искупаться, а ведь тянуло — так, как тянет к свободе. Хотелось оказаться на настоящем курорте, где никаких дел, только солнце, соль на коже и тропический лимонад в руке. Но сейчас — просто речной канал, тихий, скользящий мимо домов, которые постепенно редели, пока не остались редкие постройки на границе города. — Часто катаешь девушек? — вдруг с усмешкой спросила Кейтлин. — Если считать Пау, то ты вторая, — добродушно ответила Вай. — Всего вторая? — изобразила удивление Кейтлин. — А я думала, это твой фирменный способ покорять сердца. — Тебя это подкупает? — хохотнула Вай. — Когда ты стоишь у руля такая деловая и сосредоточенная? Очень даже, — сказала она почти соблазнительно. — Возьму на заметку, — усмехнулась Вай. — Хотя раньше я каталась только с Вандером и Пау. У Вандера, кстати, была яхта — но как поднялся по службе, та стала пылиться у причала. А я всё работала, некогда было плавать. Да и в Зауне таких мест немного — один и тот же маршрут быстро надоедает. — Скоро и в Пилтовере потеплеет, — улыбнулась Кейтлин. — Будем проводить время на воде. — Уже жду, — Вай ответила так же мягко. Некоторое время они молчали, слушая, как волны мягко бьют о борт. Потом Кейтлин тихо спросила: — Ты скучаешь по дому? Вай чуть нахмурилась. — Зависит, что считать домом. По родным — да. Иногда вспоминаю голос Вандера, смех Пау... и хочется, чтобы они были рядом. А вот по городу, работе, по всей этой суете — не особо. Мы ведь недавно туда наведывались, и, знаешь… хватило. — Но всё равно ты же изменила жизнь. Это должно чувствоваться. — Конечно, — усмехнулась Вай. — Только в Зауне я вечно работала. Без напарников, без отдыха. Иногда думаю, что должна скучать, но нет. Скорее лёгкая тоска. Потому что сейчас мне не одиноко. Даже скучная работа стала терпимой. Будь я там — уже бы спилась от скуки. Паудер сказала бы, что я стала плюшевой. Она рассмеялась, а Кейтлин — вслед за ней. Её улыбка была такой светлой, что у Вай сердце будто перевернулось. На мгновение всё вокруг исчезло: осталась только она — сияющая, свободная, её. — Ты и правда стала плюшевой, — поддразнила Кейтлин. — С такой красавицей как ты любой станет мягче, — ухмыльнулась Вай. — И всё же, с такой красавицей как я ты успела нахватать шрамов, — тихо сказала Кейтлин с улыбкой. — Кто обещал лёгкую жизнь? — Вай фыркнула. — Эти шрамы — моя гордость. И, кстати, я уже давно в порядке. Кейтлин какое-то время просто смотрела на неё. Потом чуть наклонилась и поцеловала в щёку. — Я люблю тебя, Вай, — прошептала она. Вай замерла. От неожиданности по телу пробежала дрожь, словно слова прошли током. Сейчас эти слова прозвучали как впервые. Она улыбнулась, не сразу находя, что сказать. — Почему вдруг так… неожиданно? — спросила она с лёгким смущением. — Я проспорила тебе поцелуй, — спокойно ответила Кейтлин. — Да, давно. Просто хотела вернуть его не между делом, а по-настоящему. — Ты целовала меня уже миллион раз, и не только в щёку, если что, — посмеялась Вай. — Знаю. Но я всё равно чувствовала, что должна. Если вдруг что-то пойдёт не так… я не хочу, чтобы у меня оставались долги. Перед кем угодно, только не перед тобой. Вай хмуро, но тепло посмотрела на неё. Она понимала — в этом «если» звучал страх, который ни одна из них не хотела признавать. — Я тоже люблю тебя, кексик, — тихо сказала Вай и вернулась к штурвалу. Солнце поднималось выше, яхта скользила по воде, и казалось, что время снова замедлилось — как будто мир позволил им ещё немного просто быть вместе. Добравшись до места, им пришлось пройти ещё с полчаса пешком, чтобы дойти до нужного дома. Район выглядел удивительно спокойно. Невысокие новые многоэтажки не давили, деревья, недавно высаженные вдоль дорожек, источали ощущение свежести и лёгкости. Воздух будто был другим — свободным, чистым, будто не имел ничего общего ни с Пилтовером, ни с Зауном. Совсем другой мир, тихий и самодостаточный. Но потеряться здесь было проще простого — одинаковые дома, повороты, различающиеся разве что количеством зелени. Когда они наконец подошли к нужному дому, обе — и Вай, и Кейтлин — ощутили лёгкое напряжение. Да, встречу с некой Веной они заранее обговорили, но кто сказал, что эта женщина — та, за кого себя выдаёт? Вай краем глаза заметила, что и Кейтлин напряглась: даже её уверенная осанка чуть дрогнула. Однако вскоре к ним вышла высокая блондинка — на вид чуть старше их, но в ней было что-то юное, лёгкое. Улыбка — тёплая, почти домашняя. Она без колебаний шагнула к Кейтлин и крепко её обняла. — Никогда бы не подумала, что снова увижу тебя, офицер, — сказала она мягко, почти с нежностью. — Честно говоря, я тоже, — улыбнулась Кейтлин. — Но обстоятельства, как видишь, заставляют не сидеть сложа руки. — Если это что-то секретное, я не настаиваю, — с лёгким пониманием кивнула женщина. — Не всё, но кое-что рассказать могу, — ответила Кейтлин. — Тогда пойдёмте, — предложила блондинка. — Налью вам по чашке чая и передам, что нужно. Тебе и твоей коллеге… — она перевела взгляд на Вай. — Вай, — представилась та, пожимая протянутую руку. — Вена, — ответила она. — Хотя можешь звать Мартой. Откликаюсь на оба. Старая должница Кейтлин, если коротко. — Она посмеялась, но в глазах блеснула тень воспоминаний. Вай уже знала об этой женщине почти всё — и по досье, и по рассказам Кейтлин. Познакомились они больше двух лет назад, когда Кейтлин ещё не пересекала черту, но уже шагала по её краю — занималась делами, где правда и закон редко совпадали. Тогда Вена была женой совладельца крупной компании, и именно муж обвинил её в воровстве, фальсификациях и взятках. На бумаге всё выглядело чисто: переводы с её счёта, отпечатки на его столе, подписи под нужными документами. Всё — идеально выстроенная ловушка. Он лишил её всего — бизнеса, денег, даже собаки. Репутация рухнула за считаные недели, друзья отвернулись, родных не было. Ей некуда было идти, нечем платить за жильё, и даже занять было не у кого. Если бы дело дошло до суда, может, у неё и был бы шанс. Но с таким противником — влиятельным, безжалостным — и шанса ждать было не у кого. Он угрожал ей, но доказательств не оставил. Когда Кейтлин нашла её, Вена была без сознания. Она поехала опросить её по делу — а вместо этого нашла женщину, решившую всё закончить. Кейтлин не растерялась: откачала её сама, не везла в больницу — понимала, что тогда Вене обеспечено психиатрическое отделение, и это станет для неё приговором. Она действовала инстинктивно, советуясь только с отцом. А потом сделала то, чего не позволял ни один устав: помогла бежать. Сделала новые документы вместе с Джейсом, купила билет, дала деньги, собрала вещи и сама отвезла в аэропорт. Нарушила закон — но спасла человека. Потом они созванивались почти год. Вена начала возвращать долг, как только устроилась на простую работу, но всегда говорила: «Эти деньги — ничто по сравнению с тем, что ты сделала». А для Кейтлин это было тяжёлым напоминанием. Её первый шаг против правил, первая настоящая ложь ради добра. Тогда Джейс и Мэл сказали, что она поступила правильно. Но сама Кейтлин долго не могла поверить, что спасение может быть преступлением. Теперь они снова встретились. Вай слушала Вену вполуха, пока та рассказывала о новой жизни — о работе, о доме, о том, как трудно было вначале, но как теперь всё налаживается. А сама Вай оценивающе осматривала каждый поворот лестницы, каждую дверь. Ладонь в кармане сжимала столовый нож, что она без стыда свистнула еще утром в отеле. На всякий случай. Кулаки — надёжное оружие, но осторожность ещё никому не мешала. Она шла чуть позади, молча, и только наблюдала, как Кейтлин и Вена разговаривают — будто старые подруги, но с тем особым оттенком напряжённости, который всегда возникает между прошлым и настоящим. Уже в квартире Вай с любезной улыбкой опустилась в кресло, но внимательный взгляд выдал настороженность. Она заметила, как Вена закрыла за ними дверь на замок — щелчок прозвучал слишком отчётливо. После этого хозяйка ненадолго скрылась, оставив их в гостиной. Квартира была небольшой, но уютной и светлой — аккуратные занавески, пара фотографий на стенах, запах свежего хлеба. Для человека, который пару лет назад лишился всего, жить так — уже победа. Кейтлин стояла рядом, положив ладонь на плечо Вай, явно собиралась что-то сказать, но в комнату вернулась Вена, держа в руках свёрток. — Вот, — сказала она просто, протягивая его Кейтлин. Та развернула ткань и увидела два пистолета — простые, короткоствольные, скорее для самообороны, чем для боя. Но настоящие. — Стоит ли спрашивать, где ты их достала и какой ценой? — прищурилась Кейтлин. — Муж знакомой не слишком чист на руку, — с усмешкой ответила Вена. — Я просто сказала, что по соседству завёлся какой-то маньяк и мы с соседкой боимся выходить на улицу. Он поверил и продал. Я хотела что-то покруче, но он сказал, что “нам и этого хватит”. — Она засмеялась. Вай не удержалась и фыркнула. На фоне всей этой милой, почти домашней картины история с “маньяком” звучала как шутка. — И он просто поверил? — уточнила Кейтлин, приподняв бровь. — Я же обычный бухгалтер, — беззаботно ответила Вена. — С чего бы ему меня бояться? — У тебя не будет проблем? — осторожно спросила Вай. — Не думаю. Тут у многих есть оружие, поэтому лучше со всеми дружить, — улыбнулась Вена. — Все-таки, мафия? — усмехнулась Кейтлин. — В нашем районе нет. Но вообще да, мафия тут есть, и крупная. Так говорят. — Вена пожала плечами. — Может, сплетни. — А советы дашь? Как тут себя вести, что местные ценят? — спросила Вай с лёгкой улыбкой. — Народ здесь сдержанный, — задумчиво сказала Вена. — Не как в Пилтовере. Не улыбаются просто так, не лезут с разговорами. Тихие, закрытые. Так что если вы хотите остаться незаметными, ведите себя так же — хмуро и без лишних слов. — Она слегка усмехнулась. — А может, всё-таки чаю? Вай сразу напряглась. Нет уж. Кейтлин улыбнулась мягко, почти извиняясь: — Не пойми нас неправильно, просто мы мало кому можем доверять. Даже чашка чая иногда кажется подозрительной. — Оу… — Вена заметно смутилась. — Прости, не подумала. Я понимаю вас, правда. Иногда и сама вздрагиваю от любого шума за стеной. Вы, наверное, торопитесь? — Не сказала бы, — ответила Кейтлин, снова осматривая оружие. Она проверила затвор, обойму, кивнула, передала один из пистолетов Вай и только потом подняла взгляд. — Если честно, я бы хотела узнать, как ты живёшь. И о самом месте — тоже. — Я рада, — мягко сказала Вена, садясь на диван. — И мне самой интересно, как ты… после всего. И, если честно, я до сих пор думаю об этом ублюдке. Ты знаешь, что с ним стало? — Немного знаю, — ответила Кейтлин. — И да, ты всё ещё в розыске, между прочим. — О, я та ещё опасная штучка, — кокетливо улыбнулась Вена. — Свалила в другую страну, подделала документы, теперь вот торгую пушками. — Поверь, мы не лучше, — усмехнулась Вай. — Иначе нас бы тут не было. Обе рассмеялись, и напряжение на мгновение спало. — Присаживайся, — сказала Вена, обращаясь к Кейтлин. — Стоять всё время неудобно. Мне столько хочется рассказать и спросить. — Когда Кейтлин устроилась рядом, Вена вздохнула и тихо добавила: — Знаешь, ты для меня — последнее, что связывает с прошлой жизнью. Я только сейчас поняла, как скучаю по дому. Не по нему, — она усмехнулась, — а по самому ощущению дома. Вай уловила эту грусть. Сочувствие было неожиданно острым — ведь они и сами жили закрыто, на нервах, в постоянной готовности. А Вена прошла через одиночество и всё-таки держалась отлично. — Не хочу обесценивать, — вздохнула Кейтлин, — но Пилтовер внутри гниёт. — Не соглашусь, — покачала головой Вена. — Да, я пережила там ад, но не все такие. Ты не такая. — Потому что я не у власти, — тихо ответила Кейтлин. — А многие, кто у власти, часто забывают, что значит быть человеком. — Потеряла веру в людей? — мягко спросила Вена. — Смирилась, — ответила Кейтлин. — Но даже у смирения есть предел. Мы здесь как раз из-за тех вопросов, на которые власти предпочли закрыть глаза. — То есть ты не при исполнении? — приподняла бровь Вена. — А как думаешь, зачем я попросила у тебя оружие? — хмыкнула Кейтлин. — Мало ли, — усмехнулась Вена. — Ты попросила — я сделала. Не думала лишнего. Кейтлин ненадолго задумалась, потом произнесла: — Мы ищем одного человека. Он натворил дел в Пилтовере и, возможно, прячется здесь. Ты упоминала своего знакомого… можешь дать его контакт? — Это может стоить мне слишком дорого, — покачала головой Вена. — Если он узнает, что я помогаю полицейским, мне не поздоровится. Прости, Кейтлин… я обязана тебе всем, но я боюсь. — Говорить, что мы будем осторожны, тоже не имеет смысла, полагаю? — мягко спросила Кейтлин. — Не знаю. Просто… не уверена, что готова рискнуть, — с сожалением ответила Вена. — Хорошо, — кивнула Кейтлин. — Тогда, может, подскажешь, где обычно собираются местные группировки или их люди? — М-м… — Вена задумалась. — Говорят, в районе трех мостов часто происходят “встречи”. Лучше туда не соваться. Я могу показать на карте. — Уже неплохо, — улыбнулась Кейтлин. Они просидели у Вены почти час — за разговорами о городе, о жизни, о людях, что тут живут и выживают. Вена рассказывала без особого энтузиазма, но искренне: то про соседей, то про цены, то про то, что по ночам на окраинах лучше не появляться. Информации оказалось не так уж много, но они и не ждали откровений — Вена, похоже, давно научилась держаться в тени, и это, пожалуй, спасло ей жизнь на свободе. Вай всё время настороженно наблюдала. Вена ей не нравилась — не из-за слов, а из-за чего-то между строк. В её голосе иногда звучала неестественная пауза, а улыбка — будто отрепетированная. То слишком мягкая, то внезапно холодная. Но, возможно, дело было не в ней. Может, Вай просто слишком привыкла искать подвох, видеть опасность даже там, где её нет. Не паранойя — закономерность. Она пыталась прочитать Вену, понять, что движет этой женщиной. И всё же чем дольше слушала, тем больше уважала — как бы странно это ни звучало. Ведь Вена выжила, поднялась с нуля, без поддержки, без гарантий, лишь с упрямством и памятью о том, что Кейтлин была ее единственным костылем в тяжелый период. Может, именно поэтому её теплота к Кейтлин была такой искренней — в ней не было фальши, только благодарность. Но одно Вай заметила сразу: Вена прикасалась к Кейтлин слишком часто. Сначала просто касанием плеча, потом легкий жест на руке, потом ладонь, скользнувшая на бедро. Не нагло, не откровенно — но с какой-то избыточной мягкостью, будто боялась потерять контакт. Вай ничего не сказала, только смотрела, чуть прищурившись. В другое время, в другой жизни, может, она бы даже приревновала. Но сейчас — нет. Сейчас всё казалось сложнее. Кейтлин поймала её взгляд и чуть отстранилась, как будто сама поняла, что всё выглядит неоднозначно. Вай лишь тихо вздохнула — без осуждения. Они все были изранены. И, может быть, прикосновения Вены были просто способом убедиться, что рядом всё ещё есть кто-то живой, кто-то, кто помнит. У неё ведь не осталось никого, кому можно было доверять безоговорочно, кто знает её прошлое и настоящее — только Кейтлин. И всё же, несмотря на настороженность, Вена вызывала симпатию. Она умела смеяться даже тогда, когда говорила о боли. Когда речь зашла о её бывшем муже, она просто устало усмехнулась, качнула головой — ни ненависти, ни злости, только тихое равнодушие человека, пережившего всё, что можно. Что ждало её дальше — загадка. Но Кейтлин пожелала ей удачи, искренне, без дежурных фраз. А Вай просто кивнула, сдержанно, по-своему. Они уже собирались уходить, когда Вена тихо окликнула Кейтлин. — Мне жаль, что мы не можем общаться как нормальные люди, — сказала она, подойдя ближе. — Жаль, что встречаемся вот так… между страхом и надеждой. Но, Кейт, я искренне хочу, если мы увидимся снова, то уже с чувством свободы. Не вот так, прячась. Спасибо тебе. И… позвони, если всё закончится. Просто чтобы я знала, что вы живы. Кейтлин тепло улыбнулась, едва коснувшись её руки. — Спасибо тебе, Вена. Ты помогла нам больше, чем думаешь. Даже рискуя. Я свяжусь с тобой. Обязательно. На обратном пути Кейтлин выглядела задумчивой, хоть и улыбалась краешком губ. Вай не спешила вырывать её из размышлений. Они плыли не спеша. До встречи с местным полицейским ещё оставалось несколько свободных часов, так что Вай просто рассекала водную гладь и ловила момент. Чувство опасности всё ещё сидело где-то глубоко внутри, не давая выдохнуть до конца. А вдруг за ними следят? Вдруг уже кто-то выехал? Но Вай знала — остынет. Привыкнет. Это всё ещё было слишком свежо, но она держала эмоции в узде, не позволяя им вырываться дальше задворков сознания. За обедом Вай наконец задала вопрос, который давно крутился на языке, но не находил выхода: — Думаешь, ты бы смогла, как Вена? Вот так — уехать и начать всё заново? — Не знаю, — сразу ответила Кейтлин, будто давно обдумывала это. — Кажется, что да, но после всего, что было, я поняла — я слабее, чем думала раньше. — Ты про свой депрессивный эпизод? — осторожно спросила Вай. — И про него, и не только. Я изменилась. И теперь… мне, наверное, не хватило бы кого-то рядом. — Она усмехнулась, словно самой себе. — По-твоему, это слабость? — приподняла бровь Вай. — Нет… Боже, уже звучу как Мэдди, — покачала головой Кейтлин, — скорее, человеческая часть. Просто потребность. Хотя, раньше я бы посчитала это уязвимостью. — Думаю, я бы тоже не справилась одна, — задумчиво произнесла Вай. — Раньше, может, и смогла бы. Сейчас — уже нет. — Может, мы обе стали плюшевыми, — посмеялась Кейтлин. — Похоже, да, — улыбнулась Вай. Видеть Кейтлин в хорошем настроении, смеющейся — было почти как глоток воздуха после долгого подводного погружения. Но следующий вопрос вырвался прежде, чем Вай успела себя остановить: — Думаешь, Мэдди когда-нибудь откроется? Кейтлин слегка удивилась, но не нахмурилась, как раньше. Напротив, в её улыбке мелькнула мягкость — будто эта тема уже не ранит. — Думаю, нет, — спокойно ответила она. — Она ведь даже не осознаёт, что живёт в искажённой реальности. — Местами, на записи вашего разговора… казалось, будто понимает, просто делает вид, что нет, — задумчиво сказала Вай. — Может быть. — Кейтлин чуть выпрямилась, будто вернулась мыслями туда, в прошлое. — Но знаешь… раньше я думала, что она — просто ошибка. Моя ошибка. Та, что чуть не стоила нам жизни. И я думала, что смогу вычеркнуть её, как неудачное решение. А теперь… вижу в ней зеркало. Отвратительное, треснутое, но всё же зеркало. Такой могла бы стать я, если бы решила всё контролировать и отгородиться от всего живого. Я больше не злюсь на неё. Не ненавижу. Мне просто… жаль. Жаль девушку, которая хотела смысла, власти, любви, может — но пошла не своим путём. Ведь своих у неё не было. Она пуста. Цеплялась за всех — за меня, за Сейло, за наркотики, за образы. Но не за жизнь. Поэтому, если бы мне снова дали шанс — я бы не стала её убивать и во второй раз. Потому что она уже и так мертва. Просто не поняла этого. — Ты права, — кивнула Вай. — Она сама себя уничтожила. А ты… ты смогла выбраться. Я рада, что тебя не затянуло. Хотя… не думаю, что ты вообще могла бы стать такой, как она. — Может и нет, — усмехнулась Кейтлин, — но что-то общее всё же было. В этом она права. — Сейчас уже точно нет, — отрезала Вай, нахмурившись. — Тебя это злит? — посмеялась Кейтлин. — Да! Когда ты называешь себя похожей на эту идиотку, твоя бешеная питбульша злится. Представь себе, — фыркнула Вай. Кейтлин не удержалась от смеха и, подвинувшись ближе, обняла Вай. — Мы же уже договорились, — мягко сказала она, — ты не бешеная питбульша, ты плюшевая. Щеночек. — Ага, значит, щеночек, да? — усмехнулась Вай. — Хочешь теперь придумать мне ласковое прозвище? — Нет, — рассмеялась Кейтлин. — Это твои методы. Я готова с этим смириться в свою сторону, но сама — не осилю. — Если ты про “кексик”, я могу придумать парочку новых. — Нет, — покачала головой Кейтлин, всё ещё улыбаясь. — Одного “кексика” в моей жизни более чем достаточно. *** Кейтлин и Вай ждали встречи с местным полицейским. Кейтлин не сомневалась в информаторе — сомневалась в местности. В людях. В Вене. Старая знакомая не показала себя с компрометирующей стороны, наоборот — держалась почти так же, как и раньше. Но Кейтлин не могла позволить себе доверять. Никому, кроме самых близких. Вена, казалось, стала другой. Более лёгкой, свободной. Вероятно, именно такой она и была вне того кошмара, что пережила. Скорее весёлой, чем хмурой и отстранённой. И теперь, видя её такой, Кейтлин чувствовала тихую радость — за то, что тогда поступила именно так. Подарила Вене шанс. Свободу. Надежду. Пусть и не идеальную: прятаться на другом конце света от прошлого — не то, о чём мечтает человек. Но всё же лучше, чем сидеть за решёткой за преступления, которых не совершала. Когда-то Кейтлин отчаянно пыталась добиться справедливости для неё — искала улики, проверяла допросы, но всё уходило в пустоту. В итоге ей пришлось смириться. Тогда работа значила слишком многое, репутация была бронёй, и всё, что она могла — сделать опасный ход, помочь убежать, но это хоть что-то. Пусть не идеально, пусть компромиссно, но честно, по её внутренним меркам. Теперь же, спустя время, мысль о том, что можно было бы вернуться к делу, не отпускала. Попробовать ещё раз. Помочь Вене. Но как? Через кого? Недавно, ещё на службе, она тайно поднимала материалы дела. Перечитывала протоколы, новые отчёты детективов — и снова всё упиралось в одно и то же: виновна Вена. Без вариантов. Тогда Кейтлин снова отложила затею. Но сейчас… всё сильнее понимала — если не она, то кто? Кто поможет невиновной женщине, которая уже два года прячется и живёт в страхе? Кейтлин вспомнила разговор с Вай, смогла бы она как Вена? Может, всё же смогла бы? Может, привыкла бы, адаптировалась… Но это было тяжело ставить рядом. Ведь у неё были близкие. А у Вены — никого. Невольно Кейтлин сравнила её судьбу с судьбой Севики. Две разные женщины, но обе оказались в ловушке обстоятельств — потому что рядом не оказалось того, кто вовремя остановит. Кто скажет нужное слово. Кто просто скажет: «Я тебя люблю. Ты не одна.» Больно снова довериться и быть преданной, это правда. Но хорошо ли совсем прятаться от чувств? Закрываться в одиночестве? Сейчас это казалось глупой затеей. И как бы она ни пыталась смотреть на это иначе, Кейтлин понимала — ей повезло. У неё было всё, чего не хватило им. И особенно сейчас, рядом с Вай, казалось, что пустоты внутри заполнились. Все пробелы, что годами прятались в душе, наконец сложились в цельную картину. И если бы только исчезла эта нависающая угроза… всё могло бы встать на свои места. Но думать нужно было по порядку. К этому её вернул приближающийся высокий, худощавый офицер в форме. После полудня воздух стал тёплым, почти душным. На пустующей террасе у небольшого пляжа народу почти не было — идеальное место для беседы, но и чересчур открытое. Кейтлин невольно насторожилась. Им ведь лучше играть в тень, в закрытую. Но, с другой стороны… зачем скрываться, если их и так должны были увидеть? Это ведь и был план. Пусть заметят — нужные люди. Пусть поверят, что они действуют открыто. Хотя, чем больше Кейтлин об этом думала, тем сильнее внутри шевелился страх. Они всё делали правильно… и всё же слишком на виду. Даже билеты брали на свои имена. Полуоткрыто, полуправдиво — и оттого только тревожнее. — Добрый день, — кивнул офицер. Кейтлин отпустила руку Вай и приподнялась со скамьи, пожимая ему ладонь. — Кейтлин Кирамман, бывший капитан полиции Пилтовера. А это моя бывшая коллега — Вайолет, — представила она, кивая на мельком улыбающуюся Вай. — Приятно познакомиться, — отозвалась Вай, крепко пожимая руку мужчине. — Лейтенант Стэб, — представился он, указывая на более широкую скамью, приглашая присесть. — Джейс Талис сказал, что вы могли бы поделиться информацией по делу Сейло. Всё в силе? — уверенно начала Вай. — В силе, — кивнул он. — Но сами понимаете, рассказать могу не всё. — Нам нужно хотя бы знать места и понимать, насколько там будут “рады” нашему появлению, — спокойно произнесла Кейтлин. — Локации я передам, но ходить туда в гражданском опасно, — покачал головой он. — Уверен, что у вас достаточно опыта, чтобы выжить в такой… кхм… среде. Я много о вас читал. Для меня, честно говоря, большая честь встретиться с вами обеими лично. — Ну, если вас там готовят как бойцов и спортзал не пустует, думаю, любой справился бы, — усмехнулась Вай с привычной дерзостью. Кейтлин незаметно закатила глаза. Да, Вай любила поддразнивать — особенно вне службы. Она всегда флиртовала с гранью между наглостью и обаянием. И хотя это порой раздражало, в глубине души Кейтлин не могла не улыбнуться. Просто, конечно, но не подаст виду — она должна быть голосом разума. Не успела Кейтлин даже толкнуть её локтем, как Вай тут же поправилась, будто заранее знала реакцию. — Но это я скорее к тому, что не стоит недооценивать себя, — уже мягче улыбнулась она. — О, ну… да, — смущённо ответил Стэб и едва заметно почесал шею. — Мы стараемся, но такого, как у вас, опыта не наберёшься. Хотя и своих ужасов хватает, конечно. — Ну что ж, Стэб, — Вай откинулась на спинку и внимательно уставилась на него, будто перехватывая инициативу, — как думаешь, Сейло ещё жив? Не попадалось ли что-то, что намекало бы на инсценировку смерти? Или, может, кто-то из его людей остался в живых? Например, следы, новый наркотик, исчезновения девушек? Стэб выпрямился, слегка сжал губы, и наконец спокойно ответил: — Насколько мне известно — нет. Всё, что нашли, это обгоревшие останки. Здание выгорело почти дотла. Там полностью выжженное поле. Никаких улик. Поэтому дело и закрыли. — А с пропажами людей не участилось? — осторожно уточнила Кейтлин. — Всё в пределах нормы, — ровно ответил он. — Тогда спрошу иначе, — Вай подалась вперёд, понизив голос. — Насколько у вас вообще следят за такими исчезновениями? — За проститутками? — переспросил он, скорее выигрывая время. — За людьми, — холодно уточнила Вай. — За теми, кто на дне. Бездомные, одиночки, кто никому не нужен. Если кто-то из них пропадает — расследуют? Или просто… списывают? — Я не уверен, что могу ответить на это прямо, — сдержанно сказал он. — Понятно, — Вай усмехнулась. — Значит, приехали мы не зря. — Почему? — нахмурился Стэб. — Потому что если вы недосмотрели, и наши недосмотрели, значит, кто-то должен довести дело до конца. Мы — те, кому уже плевать на репутацию и безопасность, — пожала плечами Вай. — Мы пытались выйти на его связи, но безуспешно, — спокойно ответил он. — А не проверяли, например, заказы на протезы? Высокие, нестандартные модели, — осторожно спросила Вай. — Не могу сказать, — покачал он головой. — Хорошо, — нахмурилась Вай. — А что ты вообще можешь сказать? Без обид, но кроме гео? Он чуть понизил голос. — Кое что.. У нас действительно есть мафия. Крупная. И связываться с ней не хочет никто. Многие дела тихо уходят в архив: ни доказательств, ни свидетелей. — То есть, если Сейло жив и под ними — мы в заднице, да? — с иронией спросила Вай. — Если допустить такую мысль — возможно, — пожал он плечами. Вай открыла бутылку воды и сделала короткий, нервный глоток. Кейтлин почувствовала, как неприятно сжалось внутри. Всё было слишком знакомо: тупик, страх, и ощущение, что за ниточку тянут не они — а наоборот. — Насколько обширна эта структура? — спросила она после паузы. — Больше, чем полиция, — коротко ответил он. Вай прыснула водой и рассмеялась, хрипло и дерзко. — Прости, но какого хрена ты тогда служишь, если вы ничего не решаете? — Это не совсем так, — покачал он головой. — Мы делаем, что можем. Просто у нас другой порядок, другие правила. — Я слышала, — усмехнулась Вай. — Только не думала, что вы даже отрицать не станете. Он нахмурился, потом вдруг чуть улыбнулся, почти по-доброму. — Боюсь, такая у нас реальность. Мы с вами… разные. — И мы не имеем права её рушить, — уже спокойнее сказала Вай. — Мы не революционеры. Мы просто хотим вернуть своё дерьмо домой. Сейло — наш провал, не ваш. Мы исправим, если сможем. — Нам и самим не нужен новый маньяк, — с раздражением ответил он. — Если он жив, пусть катится куда угодно, только не к нам. — Тогда помоги, — коротко сказала Вай. — Я не хочу идти вслепую. Он задумался. Кейтлин наклонилась вперёд, мягко: — Лейтенант, не говорите того, что может вас подставить. Просто — есть ли хоть одна зацепка? — Даже разговор с вами уже риск, — усмехнулся он. — Ну и зачем тогда согласился? — прищурилась Вай. — Или мог бы встретиться в отеле, инкогнито. — Нет ничего подозрительного в разговоре с двумя туристками, — спокойно ответил он. — К тому же… я уважаю то, что вы делаете, идти против системы... Это вдохновляет. — Хочешь тоже? — посмеялась коротко Вай. — Меня многое не устраивает, — тихо сказал он. — Открою секрет, — нахмурилась Вай. — Мы бы не пошли на всё это, если бы пару недель назад на меня не напали. — Напали? — удивился он. — Да, — подтвердила Кейтлин. — Но дело закрыли. И, конечно же, не связали с Сейло. — Может, и правда совпадение, — осторожно сказал он. — Тебе виднее, — усмехнулась Вай. — Хотя, по глазам вижу — не всё говоришь. — Поверьте, если бы знал наверняка — сказал бы, — спокойно ответил он. Кейтлин почему-то ему поверила. — В общем, Стэб, — Вай устало откинулась на спинку. — Мы в полной заднице и идём туда, где, может быть, есть ответы. Есть что добавить? Он молча взвесил что-то внутри, потом кивнул. — Дам вам ещё два адреса. Там уже опаснее, но, возможно, кто-то что-то знает. Советую ехать под прикрытием — будто вы состоятельные дамы. Богатых у нас стараются не трогать. — Прекрасно, — кивнула Вай. — Что-нибудь ещё? — Только одно, — замялся он. — Хотел спросить…вас… не ранили? Он взглянул на Вай внимательнее, почти с беспокойством. — Просто если вы… на лечении. У нас с этим сложно: без документов — ни врача, ни больницы. — Всё нормально, — отмахнулась Вай. — Моя напарница и с бинтами управляется, и с ножом, если надо, — улыбнулась она, приобнимая Кейтлин за талию. — Если что, могу дать адрес. Один доктор… принимает всех. За деньги, конечно. Но молчит, — добавил он тихо. — Подозрительно звучит, — рассмеялась Вай. — Просто не знаю, чем ещё помочь, — смущённо ответил Стэб. — Ну ладно, — Вай смерила его долгим взглядом. Он поднялся, поправил форму. — Я скину адреса, как только буду в участке. Если что — пишите. Могу не ответить сразу, но я на связи. Кейтлин и Вай тоже поднялись, коротко кивнули. Когда он скрылся за прилавками, Кейтлин повернулась к Вай. — Ты ему поверила? — спросила она тихо. — Меньше, чем Вене. Но выбора у нас нет, — усмехнулась Вай. — Он… чем-то напомнил Клэггора, — задумчиво сказала Кейтлин. — Абсолютно, — кивнула Вай. — Тем и пугает. — Мы готовы к очередному предательству? — с горечью усмехнулась Кейтлин. — Не знаю, — Вай улыбнулась. — Но мы в этой жопе вместе. А две головы — лучше, чем одна, да? — Так и есть, — кивнула Кейтлин и едва заметно сжала её руку.