красные нити корицы.

холодные простыни прожигали бледную кожу на стопах ким минджон, оставляя неприятный след. наклонив голову к коленям, она пыталась усмирить свой дрожащий взгляд на открытой форточке, где из-за ветра массивно двигались шторы. взгляд у неё был тусклый, её яркий оттенок молочного шоколада сумел пропасть ещё два года назад и так и не соизволил явиться, потому на замену пришла тёмная нефть. иногда в своих же омутах полной печали, она не могла разобрать, есть ли у неё вообще зрачки, или они слились с радужкой в одно целое. из ванной, совмещенной с комнатной, вышла девушка небольшого роста. шорты её были мокрые, капли воды стекали по всему телу, а она воротила полотенцем по влажной макушке. ниннин душ приняла, теперь пора и ким. вытянув свою спину и хорошо потянувшись, минджон собиралась направить свой путь в ванную комнату, но резкий прилив нежности у ниннин было не остановить. – ты как всегда прекрасна, – она прижалась своей головой к шее старшей, периодически терлась об неё словно кошка. – в сексе я не могу быть не хороша, – что то искреннее, с ноткой сарказма слетело с сухих губ ким, от чего крошка нин успела поулыбаться. минджон всегда думала о себе на голову выше, чем о ней думало общество. она всегда хотела казаться им недоступной, настолько скрытной и неприкосновенной, что люди захотят узнавать её годами, чтобы открыть хотя-бы самый маленький ящик у неё в чулане. но даже ниннин не была из тех, кто смог узнать хоть что-то. они не слишком часто виделись с друг другом, но и не слишком редко. обычно их встречи начинались с терпкой чашки кофе где то под мостом или же в малоизвестном кафе, но заканчивались всегда одинаково. у ниннин дома на кровати вдвоём и без одежды, усыпанные кучей жадных поцелуев и грязных мыслей. минджон казалось, что младшей весело проводить с ней время, так, как оно проходило сейчас. но зачастую, когда ким собиралась покидать её ложе, она смотрела на неё глазами, полными печали, с тоской на сердце и пропавшей улыбкой. минджон не хотела, чтобы в неё влюбилась ниннин, она не хотела доставить ей боль, потому что та так и не смогла узнать настоящую минджон. не один ключ она так и не отыскала, все сундуки уже пылились, ожидая своего часа, но ичжо думала, что знает о ким все, хотя крайне ошибалась. она вновь лезла ластиться к старшей словно новорождённый котёнок, который не мог отойти от мамы. она своими горячими руками властно обнимала талию минджон, пока её корпус чуть ли не полностью лежал на сидящей ким. она не отстранялась, так же сидела, иногда водя пальцами на ногах по белой подушке. её мысли снова были не о том, и минджон никак не могла наконец, избавиться от них. с кем бы она не спала, с кем бы не флиртовала или встречалась, она не как не могла забыть тот сладкий запах корици и тёплые шоколадного коктейля глаза. – думаю, мы опять долго не сможем увидеться. – опять устала от меня? – нет, думаю сменить обстановку, недели на две или же больше, – минджон соизволила коснуться своей головой макушку ниннин, для младшей это уже был один из самых значимых действий с её стороны. в этой умиротворенной обстановке, кажется даже вдоха не одной из девушек не было слышно. каждая из них просто смотрела в серые стены, изредка касаясь друг друга кончиками пальцев. тело ниннин грело, а у минджон нет. она всегда была холодной, словно ледышка, была похожа на суровую бурю, чем яркое лето. но младшая любила её любую, каждый раз брала её белую ладонь в свою мягкую и тёплую. ким нравилось чувствовать тепло, но было не правильно не отдавать ничего взамен. потому минджон опять резко встанет и уйдёт, а ичжо её силой никогда не держала. пол в коридоре был теплее, чем многие комнаты в этой дряхлой квартире. ким бережно водила пальцами с таналкой на руках, замазывая хоть какую то близость с нин. она никогда не была против, не задавала вопросов и не встревала, когда не нужно. ей просто нравилась минджон, вот в чем фишка. ким всегда думала, что младшую было легко обмануть, потому что та никогда не прикладывала сильных усилий, чтобы хоть чуточку подумать. а минджон нравилось, когда в ней роются. перебирают десятки тысяч одинаковых ключей в тайном месте её души, чтобы попытаться открыть хотя-бы самый огромный ящик. он был самым простым, словно уровень в игре. в нем хранились сундуки меньшего размера и ключей с потайными люками становилось все больше. но нин не пыталась открыть даже его, потому что никогда не лезла. или же ким так казалось. старшая быстро натягивала на себя порванные кроссовки просто запихивая внутрь кучу вперемешку связанных шнурков. младшая стояла уже рядом, подбежала, чтобы поправить воротник у куртки и вновь долго посмотреть ким в глаза. у ниннин омуты были просто загляденье, большие глаза шикарно сочетались с радужкой светло-коричневых глаз, которые можно разглядеть без сильных усилий. – на улице холодно, а ты без шарфа, – она встаёт на носочки, протягивая руку на самую высокую полку, доставая минджоново проклятье, которое она так сильно пыталась забыть. – ты у меня его оставила, когда мы встретились в прошлый раз. слегка грязный, порванный красный шарф, у которого в разные стороны торчали нити. ниннин протянула руку с ним к ким, а та на отрез отказывалась брать. этот шарф принёс ей куча боли, она пыталась избавиться от него любыми способами, но почему то он все время вновь оказывался у неё перед лицом. бросать в реку, забывать на станции, отдавать незнакомцам на улице и даже попытка сжечь его в костре и то не помогла. и даже сейчас, сделав вид, что она по случайности оставила его у младшей, и то обернулось все крахом. хотя минджон считала, что ниннин его вряд-ли вернёт, потому что она не лезет, когда это не нужно. – говорят, всего-то небольшой ветер, перетерплю, – как на зло руки начали потеть, а глаза бегать. то ли от злости это или же раздражения, или того самого чувства, которое пыталась спрятать в себе ким эти два несчастных года. – можешь оставить его себе, а сейчас мне уже пора. опять зарыв в себе бурю эмоций, старшая начала резко открывать дверь, дрожащие пальцы слетали с замков, но та хотела лишь убежать, вновь убежать от вечно её преследуемого запаха сладкой корицы. младшая аккуратно повернула её лицом к себе, не встречаясь глазами, она томно вздохнула, посмотрела на опушенную голову минджон вниз и слегка приподняла уголки кошачьих губ. – это же о той самой девушке с черными короткими волосами, чью фотографию ты хранишь у себя в кошельке? и тут минджон словно окаменела. она никогда не думала, что ниннин сумеет открыть хоть какой-то из потайных мест глубоко у неё в душе, но младшая оказалась куда хитрее. раз за разом, пропуская самые лёгкие сундуки, она подбиралась ближе к самому маленькому, находящемуся у неё прямо в сердце. минджон слышала отчётливый хруст где-то у неё в груди, и резко её дыхание сбилось, а зрачки увеличились в размере. – как там её звали, на шарфе имя было, – ниннин вела себя очень спокойно, не будто бы открыла самую огромную тайну своей старшей, а будто просто помогает ей разобраться в своих чувствах, как оно на самом деле и было. – ю.. ю джимин что-ли? и тут сердце перестало пропускать удар, минджон сжала ладони в кулаки, с огромной силой впиваясь ногтями в тонкую кожицу. она не была зла, больше раздражена, будто её голую поставили перед огромной толпой людей. – ты что рылась в моем кошельке? пытается отвести тему разговора, чтобы только ниннин не копала дальше. – хватит уходить от вопроса, та девушка с короткими черными волосами. что происходит между вами двумя? минджон голову поднять так и не сумела, лишь шмыгала носом, словно ребёнок, которого только что отругала мама за то, что он вновь не одел варежки на улицу. а ниннин все таки была ниннин, она положила руку ей на плечо, нежно поглаживала тонким большим пальцем. несмотря на то, что она понимала, что безумно любит минджон, несмотря на то, что минджон была к ней холодна и что никогда не любила её в ответ. на улице стоял мороз, ветер с огромной силой врезался в лицо девушки, оставляя после себя красные пятнышки, которые неприятно жгли кожу. зарыв свой нос в том старом, любовью пропитанном шарфике, минджон перебирала ногами по уже знакомой ей тропинке. она знала тут все наизусть, и когда то ей это приносило счастье, а теперь лишь больные воспоминания. она была вся в камнях из-за которых ким чуть пару раз не упала, но подпинывая их в разные стороны, считала, что такая проблема перерезать ей путь не сумеет. спрятав уже красные руки в карманы, перед глазами стоял дом, полностью серый дом. окна были зашторены, весь тот маленький миленький сад, который когда то минджон сажала вместе с ней уже весь завял, и скамейка украшенная разными наклейками, была полностью переделана. разум минджон говорил ей уйти, что сюда возвращаться смысла даже не было. она только что и сделать, как опять своими руками возьмёт холодный нож и воткнет себе в сердце. будет его крутить до тех пор, пока полностью не вырежет его из грудины. белая дверь, словно на расстоянии обжигала током, не давая к себе подойти. но вспомнив глаза ниннин, её самые любящие на свете глаза и самые тёплые руки, которые так и не сумели согреть минджон, она сделала глубокий вздох и пошла вперёд. постучалась в дверь, как всегда звонких три раза. только так она раньше стучалась к джимин. никто долго не открывал, то ли из-за холодного ветра, или из-за чувств тех противных у ким начали слезиться глаза. мысли путались, хотелось убежать, дышать было невозможно из-за грозной стихии, засунула нос в шарф и опять её аромат. та самая корица с нотками горячего шоколада, кажется, минджон его не хватало. дверь отворилась на пороге стояла она, та самая девушка, которая всегда приходила к минджон ночью, заставляя во снах её сжиматься от боли и плакать. она была ошарашена, но приятно удивлена. та горькая улыбка, которой она всегда улыбалась, появилась на её лице. родинку около них сразу стало заметно, а волосы она отрастила, теперь совсем длинные стали. глаза минджон стали полностью хрустальными, не одно словечко не могло вылететь из её маленького рта, она могла лишь смотреть неподвижно и ранять свои слезы на кафель. – зачем.., – минджон попыталась начать, несмотря на то, как тяжело ей это даётся, голова очень пульсировала, глаза устремились на фигуру перед ней, а руки в карманах предательски дрожали. – зачем ты опять вернулась ко мне? это был пик, горькие слезы начали стекать без остановки с бледного личика младшей, она больше ничего не могла держать в себе. бьёт себя по груди, пытаясь прокашляться, глаза её были закрыты, а если открыть, то все будет мутно. джимин стояла неподвижно и кажется, ей тоже стало грустно за ту печальную душу когда то самого её любимого человека. она понимала, про что та говорит, говорит про тот шарф, что был ей подарен на её день рождение, который никогда не мог её покинуть. – наверное, это любовь, – она опять улыбалась, поддерживая одну свою руку другой, смотрела на минджон когда либо самыми тёплыми глазами, смотрела так, что могло согреть. ким полностью сдалась, положила голову на её тонкое плечо и залилась горем. это была не печаль, была не злость и было не отвращение, это было глупое чувство влюблённости, которое она не могла в себе подавить. она не могла забыть джимин, её запах корици, тёплый голос, мягкую улыбку и чёрные волосы. и даже сейчас никакая тёплая любовь ниннин не могла согреть холодное сердце минджон, так как это смогут сделать холодные руки джимин.