слаймы

Вару нервно постукивал пальцами по столу, на котором стояла почти пустая банка с энергетиком. Его взгляд метался по комнате, останавливаясь на Куро, который с ледяным спокойствием разбирал папки с документами, абсолютно игнорируя его присутствие. Тишина тянулась, наполненная лишь тиканьем часов и нервным постукиванием Вару. Наконец он не выдержал. — Куромаку-у, — начал Вару, голос его был то ли жалобным, то ли вызывающим, — можешь… ну… одолжить немного денег? Сигареты закончились. И… ну, знаешь… на всякие мелочи. Куро даже не поднял головы. Только едва заметное движение плечом выдало, что он услышал. Вару вздохнул. Тактика «прямого штурма» не работала. Он перешел к плану «Б». — …Знаешь, эти новые слаймы с блестками… Они такие классные! Прямо завораживают! Представляешь, как это круто – наблюдать, как блестки плавно переливаются… А ещё там есть такие прикольные сквиши… В форме… В форме... чебурашки! Представляешь: чебурашка-сквиш! Это же… это же шедевр! Он говорил всё быстрее и быстрее, голос его становился всё более высоким и писклявым. Куромаку наконец отвлёкся от бумаг и посмотрел на Вару с таким выражением лица, будто тот только что изобрёл вечный двигатель из использованных презервативов. Ну, или просто достал. — И сколько же стоит этот… шедевр, Вару? – холодно спросил Куро. — Ну… тысячу рублей… Может, чуть больше… На всякий случай… И на сигареты… И на… энергетик… Вару замялся, чувствуя, как его план опять начинает рушиться. Он знал, что тысяча рублей – это слишком много. Куро бы никогда не дал ему столько просто так. Куромаку снова вернулся к документам. Вару начал отчаянно искать другой способ. Он начал рассказывать о том, как сильно хочет новый слайм, представляя его текстуру, цвета, описывая, как он будет успокаивать его нервы. Он перешёл на шёпот, потом стал почти кричать, рисуя в воздухе невидимые блестящие дорожки. Он даже пытался изобразить, как он будет мять этого чебурашку-сквиша, издавая при этом странные звуки. Его лицо покраснело, глаза блестели от отчаяния и желания. В какой-то момент серый резко поднял голову. Его взгляд был таким ледяным, что Вару на мгновение почувствовал себя замороженным. — Ты достал, Вару, ведёшь себя как ребёнок! Найди нормальную работу! — прошипел Куро, вставая из-за стола. — Вот, возьми. И больше не приставай ко мне со своими слаймами и сигаретами, пока я сам не захочу тебе дать денег. Он швырнул Вару на стол несколько купюр – немного больше, чем тысяча рублей. Вару молча схватил её, лицо его выражало смесь облегчения и лёгкого раздражения. Куро же, отвернувшись, продолжил свою работу, оставляя Вару наслаждаться своей небольшой победой, достигнутой ценой невыносимого раздражения своего парня. Он знал, эта тактика работает лучше всего. Ведь единственное, что действительно способно пробить броню Куро – это полное и беспощадное его измотание. И Вару, мастерски используя эту слабость, получал свои сигареты и слаймы. Хотя, возможно, Куро просто хотел, чтобы Вару наконец заткнулся.