Lady Boss

      Вечер опустился на город неожиданно. Офис в самом центре Бангкока утопал в стекле и бетоне. Огромные окна от пола до потолка пропускали вечернюю темноту, а где-то на последних этажах башни, с видом на город, за матовой дверью с табличкой CEO, ещё горел свет.       Линг сидела в кожаном кресле, откинувшись назад, с планшетом в одной руке и чашкой крепкого кофе в другой. На ней был идеально сидящий костюм цвета антрацита, подчёркивающий линию плеч, с белоснежной рубашкой и узким тёмным галстуком, чуть ослабленным на горле. В её взгляде читалась усталость, но и удовлетворение — ещё один насыщенный, успешный день завершён. Она взглянула на наручные часы, и уголки её губ чуть дрогнули. Уже почти одиннадцать. Орм наверняка заждалась.       Домой она ехала вжав педаль газа в пол, желая как можно скорее добраться до своей жены, которой каждый раз обещала «не задерживаться на работе». В очередной раз провалилась и теперь, кусая губы, нервно стучала пальцами по рулю. Жаль, она никак не могла ускорить движение других автомобилей на дороге.       Их квартира занимала последний этаж одного из самых роскошных жилых комплексов Бангкока — с панорамными окнами от пола до потолка, видом на огни города и приватным лифтом, который открывался прямо в прихожую. Внутри всё было как на страницах дорогого архитектурного журнала: строгая, современная эстетика с мягкими акцентами — всё в оттенках молочного, графитового и золотого. На полу — гладкий серый мрамор и мягкие светлые ковры. Из стиля выбивался ковер, который представлял собой черно-белую надпись «keep silent», он лежал здесь только потому, что это был бренд Орм, который она решила основать в один из вечеров. Стоит ли говорить, что Линг была не только инвестором, но и постоянным покупателем?       Воздух был насыщен тонким ароматом сандала и белого мускуса — парфюмированные свечи, заказанные из Парижа по желанию Орм. Каждая деталь говорила о вкусе и статусе Линг. Огромный диван от Minotti, дизайнерские лампы, редкие арт-объекты, выбранные специально для неё. И, конечно, десятки брендовых коробок с одеждой, которые Орм лениво разбросала по гардеробной после очередного шопинга: Prada, Dior, YSL, Louis Vuitton — всё, что только мелькало в её ленте желаний, Линг исполняла без вопросов.       На кухонном острове стоял букет — белые каллы и зелёные ветви эвкалипта. Всё гипоаллергенно, с учётом того, что у Линг была аллергия на пыльцу. Орм обожала цветы, но в их доме они появлялись только в таком виде — из-за заботливой строгости Линг. Это был их компромисс: красота — без риска. И Орм соглашалась, ведь видеть страдающую Линг ей не очень хотелось.       Жильё было наполнено уютом. Оно было местом для любви, покоя и радости. Здесь Орм капризничала, просила парижские круассаны и танцевала в белье под музыку из колонок. А Линг смотрела, позволяла, улыбалась и поднималась с кресла, чтобы снова и снова дать ей всё, что только можно пожелать.       В тёплом полумраке прихожей раздались лёгкие шаги босых ног — Орм вышла навстречу, едва услышав стук каблуков Линг. Она прищурилась, не скрывая своего недовольства, руки были на бедрах, а губы недовольно надуты, словно у ребëнка.       — Опять опоздала, — протянула она с упрёком, но больше похожим на каприз. — Ты обещала быть дома к восьми, Линг…       В голосе звучало не столько раздражение, сколько ожидание и лёгкое нытье. Орм выглядела как воплощение нетерпеливого желания. На ней была открытая шёлковая комбинация цвета розового жемчуга, с тонкими бретелями, обнажающая спину до самой поясницы. Мягкий свет скользил по её коже, падал на изгибы ключиц, линию шеи. Волосы были распущены и мягкими волнами спадали на плечи, прикрывая острые костяшки. Она выглядела не как девушка, а как настоящее искушение. Если бы желание было человеком — оно выглядело бы в точности как Орм.       Линг застыла, медленно и шумно сглатывая. В деловом костюме и галстуке, с лёгкой усталостью на лице, но с той самой натянутой пружиной внутри, которая каждый раз срабатывала, стоило ей увидеть Орм такой. Галстук, кажется, начинал душить.       — Тяжёлый день? — спросила Орм, подходя ближе, заглядывая снизу вверх, почти с насмешкой. — Или ты нарочно заставляешь меня скучать?       Она провела пальцем по краю её пиджака, медленно, изучающе, и добавила уже тише:       — Я ждала… Всё это время. В таком вот виде, — она дернула край комбинации и одновременно с этим лямка предательски соскользнула с одного плеча. — Ты даже не представляешь, как это тяжело.       И снова — едва уловимый тон хныкающей капризной девочки, которой всё равно, сколько было встреч, переговоров и часов в пробках. Она просто хотела Линг. Сейчас. И без оправданий.       Линг едва дышала, ощущая невыносимый жар и ещë более невыносимое желание — содрать с себя чертов пиджак. Взгляд зацепился за обнаженное плечо Орм, с которого буквально секунду назад сползла бретель. Хотелось впиться губами в еë светлую кожу, оставляя там розовый след своей помады. Но Линг играла по еë правилам. Всегда. Или почти всегда.       Орм с улыбкой подошла поближе, её пальцы скользнули по галстуку Линг, играючи перетаскивая его с одного бока на другой. Она позволила себе немного шалостей — тянула галстук вниз, сбивая дыхание Линг с привычного ритма. С каждым движением её взгляд становился всё более томным, а её губы расплывались в лёгкой и манящей улыбке. Она заставляла Линг желать еë сильнее. С каждой чертовой секундой.       Линглинг всегда жила в мире, где желания исполнялись по одному щелчку пальцев. Она не просто управляла многомиллиардной корпорацией — она держала весь деловой центр в кулаке, её уважали, её боялись, её желания исполнялись раньше, чем она успевала их озвучить. Но только рядом с Орм она превращалась из хищного зверя с холодным взглядом в женщину, готовую подвинуть мир из-за одного капризного вздоха своей любимой.       Все знали, что если в здание корпорации вошла Орм — можно не работать. Линг не будет так строга, когда услышит знакомый стук каблуков и звонкий голос, а когда увидит свою жену на пороге кабинета и оценит еë платье, едва прикрывающее спину, то вовсе может простить пару оплошностей бестолковым сотрудникам. Орм любили все, не только Линг, но и весь персонал. Своим присутствием она мигом озаряла всë пространство, постоянно шутила, пока шла до кабинета директора, улыбалась и бросала комплименты секретаршам, пока кхун Линглинг Квон не слышала.       Главное — она всегда могла обезвредить босса. В каком бы бешенстве не прибывала Линглинг, стоило Орм появиться на пороге, как она тут же распускала любые совещания и откладывала разбор полëтов. Как правило, после этого они уже были не такими ужасными и без последствий (Линг хотя бы не кидалась документами в несчастных стажеров).       Орм была её слабостью. Её принцессой. Её избалованной, сияющей, невероятно красивой музой. Всё, что она хотела, Линг доставала — и с магазинных витрин, и с других концов света, если нужно было. Сумки, платья, эксклюзивные украшения, лучшие салоны, спонтанные путешествия, охапки цветов просто за «хочу» или даже просто за взгляд. Стоило уронить в магазине взгляд на какое-то платье или пощупать ткань, как Линг тут же кивала продавцу и прикладывала банковскую карту к терминалу. Но всё это было ничто по сравнению с тем, как Линг смотрела на неё — с безусловной готовностью сделать для неё всё, что угодно.       И Орм это знала. Она играла с этим, как с галстуком на шее Линг — легко, вызывающе, дерзко. Она любила, когда Линг нервничала от её взгляда, когда переставала быть стальной и превращалась в женщину, которой нужно только одно — держать Орм ближе. И в такие моменты, когда Орм улыбалась и тянула пальцами галстук, шепча свои капризы в губы, Линг понимала: нет такой вершины, которую она бы не покорила ради этой девушки.       — Я ведь твоя любимая, да? — шептала Орм, глядя прямо в глаза Линг, и сама, казалось, не замечала, насколько близко была.       Её голос был тихим и почти неслышным, но в нём была скрытая сила, манящая в своей страсти. Орм ловко подтягивала галстук, медленно накручивая его на свои длинные пальцы, притягивая Линг ближе, дыхание едва не касалось её губ, и от этого напряжение между ними только нарастало.       — Ты любимица босса и ты это знаешь, — прошептала Линг и шумно вздохнула, ощущая на своих губах жаркое дыхание Орм. Аромат парфюма, исходящий от еë разгоряченной кожи окончательно дурманил разум.       — Любимица босса, — сладко повторила Орм, словно пробуя каждую букву на вкус, — это так приятно слышать… Но ведь, несмотря на это, ты всё равно опоздала… — шепнула она, рывком притягивая Линг к себе.       Орм взглядом распаляла Линг, казалось, провоцируя её на шаг в эту пропасть. Чертова комбинация уже сидела на теле адски неуютно, а взгляд жены, кажется, прожигал дыры на нежной коже. Орм буквально могла увидеть то, как бешено билось сердце Линг, заставляя вздрагивать еë белоснежную рубашку. Ей хотелось, чтобы оно билось ещë чаще, ещë громче и чтобы жар в теле Линг стал невыносимым. Чтобы она, наконец, показала ей то, как на самом деле скучала по своей жене.       Линг, почувствовав, как власть в руках Орм начинала набирать силу. Она не могла больше оставаться в стороне. Поглощённая игрой, Орм снова вытягивала свои пальцы к галстуку, задевая ногтями шею Линг и воротник рубашки, её дыхание становилось всё более тяжёлым, и в этом был какой-то дерзкий вызов.       — Хватит, — сказала Линг, её голос прозвучал твëрдо, но одновременно с этим в нëм можно было четко расслышать дрожь.       Орм — чëртово слабое место. Избалованная принцесса, привыкшая к вниманию Линг, привыкшая получать своë любыми способами.       Пальцы сразу сжали плечи Орм, а в глазах вспыхнул огонь. Решительности у босса Линглинг Квон было более чем достаточно. Линг слегка толкнула Орм, её движения были быстрыми и уверенными, и Орм мгновенно оказалась прижата к стене. Линг оказалась совсем близко, её дыхание смешалось с горячим дыханием Орм. Линглинг мягко, но с силой прижала жену к стене, её руки скользнули по плечам девушки.       Сейчас, когда Линг прижимала её к стене, сердце билось чаще не только от желания, но и от чего-то большего. От этой непреодолимой любви, из-за которой она была готова не только отдать всё — но и отобрать власть, когда игра заходила слишком далеко. Потому что любимицу босса баловать — одно. А напомнить, кто здесь босс — это уже совсем другой вид удовольствия.       — Ты всë ещë опаздываешь, — хмыкнула Орм, поднимая взгляд на сияющие часы на запястье Линг. — Могла бы уже быть в спальне, если бы правда скучала, — снова эти нотки наигранной обиды в голосе.       Чëрт. Сводит с ума.       — Ты слишком много говоришь, — прошипела Линг. — Время, чтобы замолчать.       — Так поцелуй, чтобы я замолчала, — Орм нарочно немного сползла по стенке, становясь ниже, и теперь прижимаясь к телу Линг.       Линг лишь звонок цокнула языком и качнула головой, пытаясь спрятать за нервным смешком всë то, что уже так беспощадно плавило еë внутренности. Она перехватила Орм за талию свободной рукой и тут же подтолкнула в сторону спальни.       Спальня утопала в полумраке. За стеклянной стеной пентхауса город искрил огнями, отражаясь на полированных поверхностях, но всё внимание Линг было приковано к одной единственной фигуре — к Орм. Она отпустила еë руки, решив испытать судьбу ещë раз, а Орм не теряла времени и тут же стянула с шеи Линг галстук.       — Сильно скучала? — хмыкнула Линг, неторопливо стягивая с себя пиджак.       — Узнай, — усмехнулась Орм и пожала плечами.       Линг лишь усмехнулась и принялась расстегивать пуговицы на рубашке. Орм всё ещё держала галстук Линг в руках, играла с ним, переплетая между пальцами, словно не решаясь отдать, но и не зная, что с ним делать дальше.       Линг подошла медленно, словно охотница, и остановилась совсем близко. Провела ладонью по щеке Орм и прошептала у самого уха:       — Дай мне.       Орм молча протянула галстук, и в ту же секунду Линг мягко, но уверенно развернула её к кровати. Осторожно, но с твёрдой решимостью, она взяла её запястья и вытянула вперёд. Один, два витка — и галстук обвился вокруг тонких запястий Орм, связав их в мягком, но достаточно крепком узле. Он не сковывал полностью, но четко обозначал — теперь ты моя. Орм сглотнула и посмотрела на неё снизу вверх, едва сдерживая шумный вдох.       — Ты доверяешь мне? — спросила Линг, не отводя взгляда.       — Всегда, — шепнула Орм.       Чëрт возьми, она прямо сейчас была готова сделать всë, что угодно, лишь бы Линг коснулась. Лишь бы поцеловала в губы, вбирая в себя сладость блеска, который Орм выбирала полчаса.       Линг провела пальцем по её шее, затем ниже — вдоль плеча, по тонкой бретельке комбинации. Каждый её жест был размеренным, выверенным, как у человека, привыкшего управлять. Но здесь, в этой спальне, её власть была не только о контроле — ещë она была о желании заботиться, читать желания с полувзгляда. Орм несмело потянулась вперёд, чтобы поцеловать, она была уверена, что Линг отодвинется и не даст заполучить желаемого. Но Линг позволила.       Их губы встретились, и в этом поцелуе не было ничего поспешного — только томительная жажда быть ближе. Орм задрожала всем телом, едва удержала стон, когда кончиками пальцев Линг провела по еë обнаженным лопаткам, чуть надавливая и привлекая ближе к себе. Это было невыносимо.       — Правда так соскучилась? — нагло усмехнулась Линг, отодвигаясь лишь на секунду и бросая взгляд на покрасневшее лицо возлюбленной.       — У тебя есть сомнения? — на выдохе прошептала Орм, с трудом поднимая взгляд от влажных губ Линглинг до еë хитрых глаз.       — Поцелуй меня ещë раз, чтобы я поняла, — Линг мягко подтолкнула Орм к себе за бедра.       Дважды говорить не нужно было. Орм в ту же секунду впилась в пухлые губы, заставляя Линг потерять дар речи. Связанными руками обхватила еë за шею и прижала ближе к себе, углубляя поцелуй. Орм не долго наслаждалась своей властью, ведь уже через несколько секунд Линг ловко вынырнула из-под еë рук и отступила на пару шагов, упираясь спиной о холодную стену.       — Ложись, — единственное, что сорвалось с еë губ.       Орм сглотнула, рассеянно улыбнулась, но послушно опустилась на кровать, подняв руки к своей голове. Она не сводила голодного взгляда с Линг, которая как назло, слишком долго расстегивала оставшиеся пуговицы на своей рубашке. Сердце забилось оглушительно, когда белоснежная ткань упала на пол, обнажая подтянутое тело и округлую грудь, скрытую тонкой тканью белья. Орм шумно сглотнула, на секунду зажмурилась, а затем повернула голову, утыкаясь в своë плечо. Ноги дрогнули сами собой, когда она услышала то, как ударилась пряжка ремня об пол, а в следующую секунду Линг уже нависла над Орм, опаляя своим дыханием шею.       — Я тоже скучала, моя непослушная девочка, — прошептала Линглинг и тут же скользнула влажным поцелуем к ключицам Орм.       Еë ладони огладили бедра, поднимаясь всë выше и задирая комбинацию так, что теперь ткань осталась только на груди. Губы Линг обжигали. Она выводила ими дорожки по шее, целовала шрам между ключиц, а затем опускалась к животу, рассыпая бесчисленное количество. Целовала острые ребра, оставляла едва заметные следы от укусов на талии, и блаженно прикрывала глаза, когда слышала то, как рвано дышала Орм.       Поцелуи оказывались ниже с каждой секундой. Линг без конца водила пальцами по бедрам, иногда надавливая чуть сильнее, чтобы отрезвить Орм. Спускалась ещë ниже, целуя колени и наблюдая за ней снизу. Вид был шикарный: бретели, сползшие с плеч, грудь, спрятанная под скомканной тканью, дрожащий живот, и невероятно стройные и длинные ноги — отдельная слабость Линг.       Желание пульсировало в голове и всëм теле. Оно горело жаром, заставляя извиваться и просить большего, сводя с ума. Орм зажмурилась, пальцы сжались в кулаки, грудь тяжело вздымалась от рваного дыхания. Линг продолжала — методично, с особым, почти болезненным вниманием. Её губы словно оставляли на теле поцелуи-обещания, один за другим. На животе, на рёбрах, у линии бедра — она двигалась с той самой грацией и терпением, с которыми Орм никогда не могла бороться. Орм — всегда вспыльчивая, нетерпеливая, лëгкая на подъем и не умеющая ждать.       — Ли-инг… — простонала Орм, голос дрожал, сбивался на вдохах. Она чуть выгнулась, сжала колени, обвила талию Линг ногами, будто пыталась остановить её — или наоборот, приблизить сильнее. — Я больше не могу. Не дразни…       Линг подняла взгляд, прикусив губу с довольной усмешкой, в которой сквозило обожание. Яркий румянец на щеках Орм выглядел очаровательно, он контрастировал с еë блондинистыми волосами. Приоткрытые пухлые губы со смазанным блеском, который теперь был аж на подбородке и под носом, так и манили. Дразнящая шëлковая ткань, лежащая на соблазнительных изгибах тела — стоило снять, прежде чем связывать руки Орм галстуком. Линг об этом не думала.       — Леди Босс Линглинг Квон, — прошептала Орм, кажется, уже задыхаясь. Она не смогла продолжить.       Очередной влажный поцелуй прямо под грудью, а внутри у Орм извержение вулкана, заливающее всë вязкой лавой. Ладони уже липкие от пота, а волосы спутанные от бесконечного метания по простыням. Кончик галстука ненавистно падал на лицо, мешая, поэтому Линг поднялась ещë выше и мягким движением убрала кусок ткани Орм за голову.       — Я больше не могу ждать, — Орм сорвалась на стон, когда почувствовала как Линг прижалась ближе между еë ног.       — Тогда просто скажи, чего хочешь, — прошептала Линг, её пальцы мягко соскользнули по боку Орм, а затем опустились к бедру.       Орм судорожно вдохнула, вся суть её желания отражалась в одном лишь горящем взгляде. И Линг поняла всë, не утруждая жену.       Стоило опуститься ниже, как Орм вздрогнула всем телом, когда волосы Линг защекотали живот. Она тут же перекинула их на одну сторону, продолжая выводить дорожку поцелуев по изящному животу. Линглинг адски нравилось то, как блестела влага с еë губ на светлой коже Орм. Это соблазняло. Соблазняло еë вздрагивающее и разгоряченное тело, мраморная кожа, покрытая мурашками, и тихие стоны, которые она уже не могла держать в себе.       Линг мягко подцепила пальцами резинку белья и потянула его вниз, освобождая Орм от бесполезной детали гардероба. Не нужно было ни о чем просить, потому что Орм сразу же развела ноги в стороны, позволяя Линг расположиться между ними.       — Ты снова отбираешь власть, — хмыкнула Линглинг, обхватывая округлые бедра руками и оставляя россыпь поцелуев на внутренней стороне.       — Со мной у тебя еë никогда не было, — выпалила Орм и дернула руками так, что галстук сполз ниже по запястьям.       Линг лишь усмехнулась, ощущая колкость этой правды, а в следующую секунду укусила Орм за бедро, заставляя ойкнуть. Она была права. С ней — у Линг никогда не было власти. Даже сейчас власть — только у Орм, ведь именно она сжимала Линг между своих ног, именно она всë время контролировала ситуацию и саму Линглинг Квон. С связанными руками, но только она.       — Я тебя обожаю, — выпалила Линг, касаясь губами дрожащего живота.       Ответом был тихий стон, который сорвался с губ Орм. Орм всегда была нетерпеливой. Всегда. С раннего утра — хватала телефон, не выспавшись, чтобы посмотреть, ответила ли Линг. За обедом — не могла спокойно доесть, если Линг медленно попивала кофе и вела свои деловые разговоры. Она хотела всё и сразу: внимания, поцелуев, тепла, — всего, что шло от Линг. А особенно — когда дело касалось близости.       И сейчас, лёжа на тёплой постели в роскошной спальне, облитая мягким светом лампы, Орм сгорала. Потому что Линг, как всегда, действовала медленно. Не спеша, с той самой сдержанностью и грацией, которая выводила Орм из себя и сводила с ума.       Линг целовала её — лениво, методично, будто наслаждалась каждым сантиметром кожи. Вбирала в себя тягучую влагу и наслаждалась тихими стонами. Её ладони легко скользили вдоль изгибов тела Орм, как будто у неё было всё время мира, и она не торопилась никуда. Она знала — каждое движение медленного языка, каждый тёплый выдох на коже, каждое нежное нажатие губ лишало Орм разума. И пользовалась этим.       Орм то и дело извивалась под ней, пальцы вцеплялись в наволочку, бёдра напрягались. Она поднималась навстречу, пыталась ускорить ритм, всхлипывала, кусала губу, хныкала почти жалобно:       — Линг… П-пожалуйста… — голос дрожал, и в нём было столько желания, что Линг замирала на секунду, чтобы послушать.       Но вместо ответа Линг лишь медленно провела пальцами вдоль внутренней стороны бедра, нежно, едва ощутимо. И Орм дернулась, выгнувшись, вся дрожа, будто прикосновений стало слишком много.       — Ты всегда хочешь всё сразу, м? — прошептала Линг, обводя пальцами еë округлую грудь. — Но я хочу, чтобы ты запомнила каждую секунду, ведь завтра я снова уйду на работу, а тебе придëтся ждать.       Орм сдалась. Она сдалась давно — в тот самый момент, как Линг накинула галстук ей на запястья. Сейчас она только и могла, что сгорать — от желания, от любви, от этой медленной пытки, в которой не было ни капли страданий, только бесконечное, трепетное наслаждение.       Линг касалась языком влажной кожи, впивалась губами, а пальцами сжимала бедра, оставляя на нежной коже красные следы. Орм сжимала бедра вокруг шеи Линг, вынуждая ту не прекращать, иначе она сжала бы еë ещë сильнее, а Линг не рисковала играть с этой длинноногой красоткой в такие опасные игры.       Орм сорвалась на стон — высокий, дрожащий, полный такого восторженного, захлебывающегося блаженства, что сама Линг замерла на секунду, наблюдая, как её возлюбленная теряла себя в этом моменте. Орм выгнулась, пальцы запутались где-то в блондинистых прядях, щёки вспыхнули пуще прежнего, дыхание сорвалось на хрип. Всё тело дрожало, и Линг смотрела на неё, чувствуя себя самой сильной женщиной на свете — не от власти, не от количества денег, а от того, какое удовольствие могла доставить той, которая единственная имела значение.       Сквозь жаркое дыхание, сквозь пульсирующий ураган чувств и дрожь тела, Орм судорожно втянула воздух, а потом просто сдалась, упала обратно в постель, тяжело дыша, прижавшись щекой к прохладной простыне. Её губы были приоткрыты, ресницы дрожали, и она была красивее, чем когда-либо. Такая уязвимая, настоящая, в приглушенном свете лампы и в галстуке, всё ещё туго сжимающим её запястья.       Линг поднялась, провела языком по собственным губам, будто пробуя вкус её удовольствия, и тихо выдохнула, довольная до глубины души. Она всегда любила этот момент — после. Когда всё сказано не словами, а делом и телами. Когда можно молча смотреть и чувствовать, как между ними тянется тончайшая, жгучая нить близости.       Она потянулась вперёд, коснулась пальцами галстука и ловко развязала. Ткань с лёгким шелестом соскользнула с её запястий, и Линг лениво отбросила его куда-то в сторону, не сводя взгляда с её лица.       — Довольна? — прошептала она, наклоняясь, чтобы поцеловать горячую щëку. — Такая красивая… Всегда.       Орм лишь расплылась в глупой улыбке и тут же дернула головой, ловя губы Линг в поцелуй. Пальцы наконец запустила в уже растрепанные темные волосы и чуть сжала, притягивая ближе к себе.       — Стоило освободить тебя, как руки тут же нашли себе место, — с усмешкой цыкнула Линг и отстранилась, укладываясь рядом.       Орм положила ладонь под щеку и с нежной улыбкой наблюдала за Линг, которая, прикрыв глаза, откинулась на подушки. Было что-то совершенно умиротворяющее в том, как её дыхание становилось ровным, а черты лица — мягче, расслабленнее, чем в течение дня. Орм чуть подалась вперёд, коснулась губами родинки на левой щеке Линг — той самой, в которую влюбилась с первого взгляда. Потом повела пальцами по её животу, ласково, медленно, по контуру рельефного пресса, чуть задев ногтем — просто чтобы услышать, как Линг тихо смеётся и дёргается от щекотки. Тело Линг — слабость Орм.       На кровати всё ещё лежал галстук. Орм, почти не глядя, накинула его на шею Линг, пока та не успела ничего понять, притянула к себе и поцеловала — медленно, глубоко, наслаждаясь близостью. Линг сначала хмыкнула, а потом послушно наклонилась ближе, позволила себя поцеловать, отвечая мягко, с лёгкой усмешкой.       — Ты и лежать спокойно не можешь, любимица босса, — прошептала она Орм в губы, всё ещё улыбаясь, и смотря снизу вверх.       Орм таяла. Таяла под этим щенячьим взглядом своей любимой женщины.       — Не могу, — шепнула Орм и коснулась носа Линг своим. — Ты слишком красивая, чтобы просто лежать, — выдохнула Орм и снова потянула её ближе.       Линг рассмеялась тихо, хрипловатым смехом, будто бы сама не верила, как быстро таяла от таких слов. Она опустила голову, уткнувшись лбом в шею Орм, и выдохнула:       — Как ты вообще умудряешься быть такой соблазнительной всё время, а?       — Не умудряюсь, — хрипло шепнула Орм, — я просто тебя люблю. Ну и ты отхватила себе такую красотку, — хихикнула она.       Она провела ногтями по обнажённым лопаткам Линг, медленно, будто рисуя на её коже невидимые узоры, и почувствовала, как та вздрогнула и чуть выгнулась, прижимаясь ближе. В этот момент хрупкая застёжка сдалась под её пальцами, с мягким щелчком освобождая стройную спину Линг от ткани. Орм чуть приподнялась, чтобы коснуться губами её ключицы, пока ладонь другой руки скользнула вниз, в очередной раз ощупывая рельефный живот.       — М-м… — выдохнула она, будто бы сама себе, — моя прекрасная леди босс.       Линг прижалась ближе, обвивая хрупкую Орм своими сильными руками. Она чувствовала каждое движение Орм, каждое прикосновение, будто бы это было впервые. Её пальцы зарылись в тёмные длинные волосы, дыхание сбилось, а глаза вновь просияли той безграничной любовью и восхищением.       — Прекрасная, — прошептала Орм, касаясь выпирающих ключиц Линг.       — Просто целуй меня и не разговаривай, — недовольно шепнула Линг в ответ и щёлкнула Орм по кончику носа, выбивая у той сдавленный смешок.