Я обещаю.

День выдался особенно паршивым. Хотя в Велене это обыкновенное дело. В разгар дня было темно, как при сумерках, сыпал мелкий дождь. - Ветер, зарраза... Геральт тряхнул головой и вытер рукавом лицо. Зябко. Сыро. Мерзкое место. Плотва медленно приближалась к тракту. Геральт мягко пнул её под бока, хотелось поскорее оказаться там, где тепло и сухо. Он привязал лошадь и вошёл в трактир. Недолго оглянувшись, зашагал к хозяину. - Мутант... Фпф.. - тихо плюнул кто-то из гостей, косо провожая его взглядом. Ведьмак подошёл к стойке. Положил на неё несколько крон. - Темерскую ржаную. И что-то поесть. Погорячее. - Будет сделано, сударь. Чего-нибудь ещё? - мужчина спросил слегка отстранённо. - Что слышно? Не случалось несчастий в последнее время? - У нас одно несчастье - война. А вместе с ней всегда рука об руку идут нужда, голод, страх.. - Я имел ввиду... Может, есть для ведьмака работа? - А, это. Я ни о чём таком не слышал. Но слева от выхода есть доска, можете найти что-нибудь там. Ведьмак коротко кивнул. Неспеша съел похлёбку со свининой, запил ржаной. Тепло приятно заполнило его внутри. В трактире было сухо, но эти косые взгляды и шепотки действовали на нервы Геральта сильнее, чем мерзкая погода. Когда он вышел на улицу, стало немного светлее, ветер чуть стих. Направился к доске. - Дам одну крону за ремонт сломанных граблей... Кто-то украл ведро навоза... Нужно починить прогнившую крышу... Мда.. Так-так, а здесь у нас что? На берегу реки снуют синие уродцы с перепончатыми лапами. Обращаться к Фаире в доме с жёлтой крышей. Видимо, некую Фаиру беспокоят утопцы. - ведьмак вздохнул. - Негусто, но хоть что-то. Внезапно его слух потревожил возмущенный возглас. - Эй! Руками своими грязными не трожь! Это ткань из самого Боклера, остолоп ты неумытый! Двое очевидно не самых добродушных крестьян стояли рядом с небольшой повозкой. Кучером был никто иной, как его друг и бесконечная заноза в заднице. Крестьяне были настроены крайне негативно, а после слов поэта о том, что они ещё и неумытые, страсти только раскалились. - Эй! В чём тут дело? - А тебе-то чего, старик? Проваливал бы ты, пока по зубам не получил. - Оставьте его в покое и уходите. Ведьмак сложил пальцы в знак и наложил чары. - Гхм.. ладно.. нам и правда уже пора. Проводив их взглядом, Геральт посмотрел на поэта. - Геральт, друг! Ты, как всегда, безупречно вовремя! Спасибо, что огородил меня от сомнительного удовольствия общаться с этими... - Лютик, что ты тут делаешь вообще? Как тебя занесло в эту дыру? - Я вёз в Новиград ткани, но, кажется, свернул не туда. - Зачем тебе ткани? - Хочу пошить новый шикарный занавес для моей сцены в кабаре. - Неужели теперь ты сам занимаешься доставкой товаров? Это же очень опасно. - О, ни на кого нельзя положиться в этом грёбанном городе! Геральт, ты не представляешь как это всё утомляет, и эти их непредвиденные обстоятельства, и вечные отговорки, и вся эта... - Да-да, я тебя понял, успокойся. Ты всего-то свернул налево, а нужно было направо. Если ты меня подождёшь здесь, я сопровожу тебя в Новиград. Мне только нужно выполнить небольшой контракт, это не займёт много времени. Выпей пока здесь чего-нибудь. Только, пожалуйста, не нарывайся на неприятности. - Хорошо, спасибо тебе! Буду ждать твоего возвращения. Поэт слез на землю и гордо направился в трактир. Геральт прикрыл глаза и снисходительно закачал головой. Он не собирался в Новиград, но отпускать поэта одного тоже не мог. Дороги и раньше не были безопасными, а сейчас и подавно. Он оседлал Плотву и быстро направился в сторону реки. Домик с жёлтой крышей стоял близко к воде. На ветру возле дома качались руны, сплетённые из веток. Разные знаки украшали дверь. Должно быть, дом колдуньи. Он вошёл внутрь. В нос ударили разные запахи и лёгкий дым. - Тут кто-то есть? Фаира? Из-за двери вышла молодая женщина. - Вы кто? Я сегодня уже никого не принимаю. - Я принимаю. Насчёт заказа. Кто-то вам докучает. - Докучает? Эти синюшные злыдни постоянно снуют по берегу. - Утопцы. - Утопцы? Мне всё равно, как они называются. Они отпугивают посетителей. Я тут местная ворожея. - Ну так.. заворожили бы их, чтоб не приближались. - Ах, вы умный такой? Я вас вашу работу не учу делать и вы мою не учите. В моё поле деятельности не входит убиение монстров. А в вашу входит лечение геморроя? - Мм.. - не успел начать ведьмак. - Вот и давайте каждый будет заниматься своим делом. Так вы их убьёте? - Убью. Сколько вы готовы мне заплатить? - Скажем.. десять крон. - Сколько? Этого слишком мало. - Ну.. давайте пятнадцать. Лицо ведьмака не дрогнуло, он скрестил руки. - И браслет-оберег от поноса! - поспешно добавила женщина. - Простите. Геральт закачал головой и собирался уходить. - Постойте! Пятьдесят крон. Даю пятьдесят крон, только убейте этих проклятых уродцев! Они моему бизнесу мешают, ко мне ходить боятся! Пожалуйста! - отчаянно взмолилась женщина. Он вздохнул. - Ладно. Ждите. Спустя полчаса он вернулся. Ещё более мокрый и смердящий. Бросил у двери семь отрубленных головешек. - Фу! Сюда-то вы их зачем притащили?! - В доказательство выполненной работы. Теперь оплата. - Выбросите их хотя бы подальше! - Хорошо. Но сначала заплати. - Да-да-да, хорошо. - бросила она раздражённо, уходя в комнату. - Вот, держите. Она опустила на раскрытую ладонь монеты. - Здесь только тридцать. - И что? - Мы договаривались на пятьдесят крон. Я выполнил работу, будь добра заплатить. - Ты приволок эту мерзость прямо ко мне в дом! Я ещё два часа буду оттирать пол от них! И вообще, я изначально предложила гораздо меньше, так что будь доволен! - Не юли, ведьма. - его голос стал ниже, глаза сверкнули. - Ты решила обмануть меня. Это твоя благодарность за то, что избавил тебя от проблем? Я тоже могу отблагодарить, но тебе это не понравится. - он опасно приблизился, так, что она почувствовала запах крови на его лице. - Пожалуйста, не надо! Сейчас всюду война, у меня из-за этих уродцев совсем не было клиентов в последнее время, я не могу тебе столько отдать! Прошу тебя, сжалься! Ведьмак медленно потянулся за мечом. Он не собирался его применять, но знал, что она отступит. - Ладно. Ладно! Грр!... - она протянула ещё двадцать крон. - Можешь подавиться! Только знай, белоголовый, тебя не обрадует то, что ты обобрал бедную женщину, нуждающуюся в помощи! Помяни моё слово, тебя это не обрадует! Пошёл вон и забери с собой эту гадость! - Сама уберёшь. - бросил холодно. Он развернулся и вышел на улицу. Лучше бы он позволил этим утопцам разорвать её самовлюбленное лицо. С монстрами было справляться проще, чем с обманщиками, не желающими платить. Он ощутил нечто странное... Непонятное и новое. Всего на секунду. Но не придал этому значения. Может, что-то неприятно натёрло в дороге.. Ведьмак вернулся в трактир. На удивление, поэт не увяз в переделку, наоборот, расположил к себе крестьян, у него в репертуаре были песни на все случаи и для любой аудитории. Они сели на лошадей. - Геральт, от тебя смердит смертью. Видно, контракт выполнен? Всё прошло нормально? - Не нормально, но... обычно. - он был ещё мрачнее, чем час назад. - Мы сразу поедем в Новиград? - Нет. Боюсь, не успеем до заката, а мне бы не хотелось двигаться с тобой ночью по этим лесам и болотам. На полпути есть постоялый двор, приличнее этого. Заночуем там. - Как это замечательно! Рад слышать. Мы обязательно тебя искупаем и смоем с тебя эту грязь, от которой мошки шарахаются. Что-то в его словах кольнуло Геральта вниз живота. Он сильнее ощущал в своём теле что-то непонятное, истязающее, дискомфортное. Может, мышцу потянул... Нет, совсем непохоже. Спустя час езды верхом ощущение нарастало. Что-то... Что-то жгло его. Жгло в самом неожиданном месте. Участилось сердцебиение. Лютик всё о чём-то говорил и говорил, но Геральт прислушивался только к своим ощущениям. Его это начинало всерьёз беспокоить. Хотелось скорее слезть с коня, потому что каждая кочка будто всё усугубляла. Он погрузился в себя. Лютик тоже затих, видя, что его другу совсем сейчас не до болтовни. Он слегка поглядывал на Геральта, думая о том, что сейчас его тревожит. Наконец-то они добрались до постоялого двора. - Лютик, у тебя есть, чем заплатить за комнаты? - Да, но... - Я завтра верну. - он быстро слез с лошади. - Что-то я очень устал. - Да я не о том... В смысле, без проблем. Просто я думал, ты помоешься и мы поужинаем, выпьем, обсудим новости, знаешь... - В другой раз. Я действительно очень хочу скорее прилечь. Прости, Лютик. Ведьмак не смотрел ему в глаза и явно спешил уйти в комнату. Поэт начал беспокоиться за друга. Он привязал лошадей. Вошёл внутрь, расплатился с корчмарём. Завязал с кем-то общение и позабыл о своих прежних мыслях. Геральт влетел в комнату, снял куртку, бросил на пол. Его бросало в жар, а затем в холод. Никаких эликсиров он сегодня не пил. Утопцы его даже не коснулись. Он всё перебирал в голове возможные причины своего нездорового состояния. В горле пересохло. Он снял свою рубашку. Становилось всё только жарче. В дверь постучали. Мужчина осторожно заглянул в комнату. - Милсдарь, вам что-то нужно? Ваша комната оплачена, но вы так быстро прошмыгнули... - Принесите таз воды. Холодной. И... Что-то выпить. - Нильфгардская лимонная устроит вас? - Да, несите, живее. Ведьмак мерил комнату шагами. В штанах становилось очень жарко.. но он не хотел их снимать, пока ждал человека. Наконец-то принесли воду и бутылку с рюмкой. - Меня не беспокоить! Буду спать. Пускай никто не заходит сюда. - Конечно, милсдарь ведьмак, отдыхайте. Едва было сказано последнее слово, как ведьмак захлопнул дверь. Он скинул ботинки, стянул с себя штаны. Его член был напряжён, но сильнее беспокоило то, что.. задница пульсировала. Он чувствовал сексуальное напряжение. - Да что это со мной, зарраза... Он наклонился над тазом с холодной водой, несколько раз умыл лицо. Затем шею, грудь. Снял верёвку с волос, распустил их. Смыл кровь с нескольких розовых прядок. Быстро провёл влажными руками по торсу. Надеялся, что холодная вода его успокоит, но легче не становилось. Нужна медитация. Да, конечно. Когда ведьмаков в пути одолевает желание, а борделей поблизости нет, помогает медитация, прочищает мозги. Он прикрылся полотенцем, сел на пол. Постарался выровнять дыхание и очистить мысли. Но в воображение стало проникать что-то.. горячее... Только вместо развратных девушек Геральт видел... Лютика! Он вспомнил, как увидел его сегодня. Как поэт мягко обнял его. Ощутил прикосновение его ладони к своей спине. Ощутил... Представил, будто ощутил, как что-то конснулось его бедра... Это не помогает! - Зараза! - вскрикнул он со злостью. Он раскрыл глаза и увидел, как полотенце сползло, а член напрягся сильнее и стоял колом. В анусе пульсировало и это болью отдавалось в головке члена. Хотелось приложиться к чему-то холодному, чтоб успокоить зуд, успокоить боль, возбуждение.... Почему он в этот момент, закрывая глаза, видел Лютика!? Ни девиц из борделей, ни одну из своих любовниц-чародеек, ни, твою мать, какого-нибудь суккуба! Это не поддавалось объяснению. Ему становилось всё хуже. Всё жарче. Всё больнее. Он бился в агонии и тихонько стонал в безнадёжности своего состояния. Дрожащими пальцами он слегка коснулся себя, аккуратно ухватился за член, закрыл глаза на мгновение... И увидел, как Лютик берёт его в свой рот. В испуге он тут же открыл глаза, убрал руку и издал стон чуть громче, забывшись где находится. Стук в дверь. Из-за двери донёсся голос Лютика. - Геральт, ты там? Ты.. спишь? Разряд молнии поразил ведьмака. Всего лишь дверь преграждала его позор. Если он войдёт и увидит его в таком состоянии, лежащем на полу... Краска залила бы его щёки в этот момент, если бы он умел краснеть.. Нужно было отвечать быстрее, иначе поэт вошёл бы внутрь. - Я сплю! Уходи, Лютик! - его голос срывался, хотя Геральт пытался его держать ровно. - Лютик, говорю тебе, уходи! - У тебя точно всё в порядке? Геральт, я.. - Лютик, зараза! Пожалуйста, оставь меня в покое, я не хочу никого видеть! Только он закончил говорить, Лютик прислушался к двери и услышал ёрзанье по полу и сдавленные стоны и всхлипы. - Уходи, Лютик... - в его голосе оставалось всё меньше грозности, только мольба. - Я прошу тебя, не стой там... Уходи... - Я так не могу. Прости. Я вхожу. Услышав эти слова, паника обрушилась на ведьмака. Он быстро дотянулся до полотенца и накрыл себя, как мог. Сверху прикрыл себя руками. - Ведь я же тебя просил! - горько и сдавлено вскрикнул он, осознавая своё положение. Лютик несколько секунд остолбенело смотрел на лежащего на полу друга. Затем быстро вошёл и закрыл за собой дверь. Взял метлу и заблокировал её. Эта блестящая мысль не посетила Геральта в его состоянии. - Геральт, что с тобой... Ты нездоров?.. - на его лице было недоумение и беспокойство. - Уходи прочь! Я сказал, что не хочу никого видеть! - он выдавил из себя остатки злости. - Зараза, только не ты, не сейчас... - добавил он гораздо тише. - Я хочу помочь. Только объясни что с тобой такое... - он опустил одно колено и осмотрел ведьмака. Он весь горел и дрожал. Его прошибал пот. - Я... Я не знаю... Не знаю... Ты не сможешь мне помочь... Пожалуйста... - его сознание путалось, он сдался и мог ещё только умолять. - Прошу... Уходи... Оставь меня... Должно быть, это интоксикация, я просто перебрал с эликсирами... - каждое слово давалось ему с трудом. Он сильно сдавливал свой член, отчего было ещё больнее. - Я только полежу немного и всё пройдёт, точно... Мне просто нужно отдохнуть... - Не ври мне, ведьмак. Я прекрасно понимаю как выглядит передозировка зельями и это явно не она. Прошу... - он коснулся Геральта своей рукой, на что тот дёрнулся, издал жалобный стон. Мысль о том, чтоб открыться Лютику, была чудовищной. Он был совсем нагим, прикрытым только полотенцем и собственными руками. Они, конечно, ходили вместе в баню, и не раз, но никто там друг друга не разглядывал. Сейчас ему было до предела стыдно. Но боль и истома были ещё сильнее. Он ослабил руки. - Я.. не понимаю что со мной... ТАМ... всё горит... Я... - он едва справлялся с дрожью в голосе. Лютик осторожно убрал его руки. Ведьмак уже не сопротивлялся. Он действительно отчаянно нуждался хоть в какой-нибудь помощи. Медленно убрал полотенце. Перед ним был эрегированный член. Крупный, налитый, с алой, как спелая черешня, большой головкой. С надутыми рельефными венами. Он сочился смазкой. Лютик разглядывал его с восхищением. Он любил женщин. Но иногда, хоть и гораздо реже, оказывался в обществе мужчин. Он это не афишировал, ему и так хватало проблем, а его внешний вид и без того его компрометировал. Делал подобное он крайне аккуратно и скрытно, чтоб не навлечь на себя беду. Но таких... красивых он прежде не видел. В горле пересохло, он сдавленно сглотнул. Геральт старался не думать о том, что сейчас происходит. Он хотел покинуть своё тело, не ощущать... Не ощущать на себе пристального взгляда своего лучшего друга, который так пристально осматривает самое сокровенное. - Я помогу. - он мягко взял член в свою ладонь. Видя, как страдает ведьмак, он не думал ни о причинах, ни о последствиях. Только о том, что обязан помочь. Сколько раз Геральт спасал его жизнь? Сколько раз выручал из разного рода передряг? Он никогда бы не оставил поэта. Этот долг должен был быть уплачен. Хотя бы частично. Рука Лютика была тонкой, слегла прохладной, с длинными белыми пальцами. Его прикосновение отозвалось мурашками по всему телу. Он смачно плюнул на головку и размазал влагу по всей длине. Крепче сдавил и начал плавное движение вниз и вверх. От этого ведьмак сдавленно застонал, царапая ногтями деревянный пол. Лютик одной рукой постепенно ускорял ритм, а другой мягко массировал яички. Он отметил, что и они были красивыми. Ровными, большими, такими притягательными. Он хотел большего... Хотел поцеловать их, облизать... Но боялся вогнать друга в ещё большее смущение. Геральт старался смотреть куда-то в сторону, но взгляд постоянно спускался вниз, от чего его снова и снова прошибал стыд. Но он ничего уже не мог остановить, не мог спрятаться, прекратить всё это. Лютик продолжал ласкать его, всё быстрее. И Геральт не выдержал. Он сам начал толкаться бедрами, трахать кулак, всё яростнее, нетерпеливее. Он рычал, как раненный зверь. Вдруг он резко притянул свою руку, крепко укусил её и сдавлено протяжно застонал. Струя горячей спермы вырвалась вверх, а затем опустилась на живот и на пальцы Лютика. Его грудь высоко вздымалась, пальцы ног зажаты, зубы всё ещё впивались в правую руку, а левой он закрывал свои глаза. Воцарилась тишина. Лютик осторожно убрал руку. Его сердце колотилось, а на ярко фиолетовых штанах появилось небольшое пятнышко, прямо на бугорке... Он боялся пошевелиться или начать дышать. Член Геральта, казалось, ослаб. "Всё закончилось?" - хотел было спросить Лютик, но не решился. Секунды растянулись, как вязкая липкая масса. Но ответ не заставил себя ждать. Кровь снова начала приливать и член почти обрёл прежнюю твердость. Геральт снова тихонько застонал. "Кажется, это ещё не всё..." - пронеслось у поэта в голове. Почему-то он мысленно обрадовался этому... Геральт разомкнул челюсть и убрал руку, на которой виднелся синяк и укус до крови... Левой рукой он всё ещё закрывал свои глаза, боясь их открыть и увидеть, что всё это реальность. Лютика посетила мысль. Он снял с себя бархатный платок. Чуть наклонился и повязал его на глаза Геральта... "Я не хочу, чтоб после.. тебя преследовали зрительные воспоминания.. ты ничего не увидишь.." - подумал про себя поэт. Даже слова он боялся произносить, чтоб его голос позже не отзывался в памяти Геральта, как что-то, из-за чего ему очень стыдно. Он занял прежнее положение. Ноги Геральта как бы случайно развелись шире. Он подался бёдрами вперёд. Тогда Лютик увидел его отверстие. В паху закололо. Он не хотел дрочить на своего друга, попавшего в столь неудобное положение, но терпеть уже не мог... К тому же, всё равно он ничего не увидит со связанными глазами. Поэт аккуратно развязал штаны и достал свой член. Он был тоньше, чем у Геральта, но чуть длиннее. Розовый, напрягшийся. Лютик устроился удобнее, наклонился. Взял член Геральта в правую руку, а левую завёл вниз, лаская себя. Наклонился ещё немного и опустил свой язык на головку. Геральт глубоко и прерывисто вздохнул. Горячий, мягкий, влажный и шершавый язык... Он спустился ниже, насаживаясь ртом на член. Так мягко и приятно... Внезапно Геральта отпустила боль. Улеглась дрожь. Это было приятно и правильно. Лютик медленно опускал и поднимал голову, помогая рукой. То сдавливая ладонью член у основнования, то массируя яйца. Он делал это так сладко, так жадно. Он доходил примерно до середины, а затем поднимался. Иногда отпускал его, чтоб схватить ртом воздух. Он так приятно заполнял рот Лютика, это всё сильнее возбуждало его самого. Наконец он взял побольше воздуха в лёгкие, обхватил руками бёдра Геральта и опустился максимально низко... Его нос упёрся в пах, волосы защекотали щёки, а головка члена больно упёрлась в глотку. От этого у Геральта перехватило дыхание, он вдруг совсем затих... Лютик хотел было отпустить его, но держался, сквозь слёзы, максимально низко. Геральт издал протяжный развратный стон, очень хотелось прижать голову Лютика к себе ещё крепче, задвигать бёдрами... Но сдержался, в кровь раздирая ногти о деревянный пол. Горячая струя спермы ударила в глотку, Лютик начал захлёбываться ею и своей слюной. Он резко поднялся и начал откашливаться, жадно вдыхать воздух. Он чуть отсел в сторону, переводя дыхание. "Вот теперь, наверное, и всё..." - подумал Лютик, представляя, как сейчас вскочит, запрётся у себя в комнате и наконец даст себе желанную разрядку. Он хотел было встать, но Геральт снова тихонько застонал, стал извиваться, как уж на сковородке, выгибаться... Его член снова поднялся и налился кровью, будто только что не кончил дважды. - Трахни меня... Умоляю, трубадур ты грёбаный, трахни меня уже наконец! Гггррр, курва, ну не стой! Он был в беспамятстве, в бреду, в агонии. Не понимал и не контролировал, что несёт. Всё вокруг плыло и не имело смысла. Лютик хотел сейчас этого больше всего. И он словно ждал разрешения... - Погоди.. нужно что-то... ох... Он засуетился, пытаясь отыскать в сумках Геральта хоть что-то подходящее. - Жёлтая бутылочка... это подойдёт... - сдавлено отозвался ведьмак. Ему самому ничего бы не смогло причинить вред. Но даже в этом состоянии он смог подумать о том, чтоб никакое другое масло не причинило вред его другу. Лютик достал указанную бутылочку. Открыл крышку. Обильно нанёс масло на анус дрожащего ведьмака и слегка на свои пальцы. Медленно проник одним пальцем. Он вошёл очень легко. Тогда в ход пошёл второй палец. Он слегка ускорил темп. Геральт нетерпеливо заёрзал и слегка раздражённо зарычал, подаваясь бёдрами вперёд. Пальцы скользили легко и было ясно, что ведьмак жаждет большего. Лютик обильно смазал маслом свой член, потом провёл рукой, чтоб хорошенько распределить его по всей длине. Аккуратно прижал его к выходу и чуть замешкался... - Ну же... давай... - сквозь зубы прохрипел Геральт. Лютик выдохнул. Мягко вошёл внутрь. Узкие горячие стенки обволокли его. Геральт издал стон облегчения. Он успокоился, перестал дрожать, дёргаться. Будто хотел только этого. Ощутить внутри себя горячий и твердый член. По всему телу разлилось приятное покалывание и облегчение. Но через мгновения он задвигал бёдрами, желая большего. Лютик был на грани. Он хотел кончить прямо сейчас. Излиться внутрь ведьмака как можно скорее. Но он должен помочь. Он потянулся к себе рукой и аккуратно потянул за свои яички. Напряжение слегка отступило, у него было ещё несколько дополнительных минут. Он старался не думать о том, что прямо сейчас его член находится глубоко внутри крепкого мужчины. Он редко бывал в этой роли. И ещё реже мужчины рядом с ним в постели были так хорошо и крепко сложены. Он старался не думать о том, что прямо сейчас под ним извивается и стонет тот, кто по обычаю своему молчит и хмурится. Потому что если бы он позволил себе об этом подумать и осознать, то кончил бы в ту же секунду. Он уверено поднял ноги ведьмака, завёл их себе на плечи. Ухватил руками его за бедра. И увеличил скорость. Он двигался в нём быстро, глубоко, жадно. Их стоны едва слышались сквозь громкие хлопки бьющихся друг о друга бёдер. Его яйца бились о задницу. Хлюпало масло и смазка. Он опустил одну ногу вниз и освободившейся рукой принялся быстро дрочить Геральту в том же ритме, в котором трахал его своим членом. Геральт сходил с ума. Извивался под ним, подмахивал бёдрами, и громко стонал, царапая руки Лютика ногтями. Наконец он вскрикнул, струя спермы вырвалась вверх, пачкая дублет Лютика. Поэт, ощущая, как содрогается под ним его друг, как пульсирует его анус, тоже не мог сдержаться и обильно разрядился внутрь. Горячая жидкость заполнила ведьмака. Он лежал на полу, раскинув руки. Грудь ещё высоко вздымалась, но дыхание понемногу приходило в норму. Лютик медленно вышел из него. Смесь вязкой спермы и выделений медленно вытекала на пол... Он упал рядом. Отдышавшись, проверил состояние друга. Член уже больше не вставал. Сперма на его животе медленно подсыхала, стягивая кожу. Но Геральт этого не чувствовал, кажется, он уснул. Наконец-то успокоился. Сердцебиение выровнялось. Лютик пожалел, что не разделся.. его дублет был испорчен. Он так хотел прилечь рядом на грудь ведьмака, уснуть вместе с ним... Но не мог позволить, чтоб они проснулись в таком виде. Он не знал причин случившегося, но знал своего друга. Он никогда не смотрел на мужчин так, как на женщин. Очевидно, всё произошедшее было не по его воле. Если утром он увидит всё это... От стыда провалится под землю. И дружбе придёт конец. - Я позабочусь о тебе... Как ты всегда заботился обо мне, Геральт. За окном была уже глубокая ночь. Он попытался привести себя в порядок. Завязал штаны. Поправил одежду. Снял дублет, оставшись в рубашке. Пригладил волосы, надел свой берет. Аккуратно убрал метлу и открыл дверь. Спустился вниз. Там был только мрачный хозяин, куривший сигарету. И где-то в углу сидели двое мужчин, с подозрением и презрением глядящих на поэта. Лютик выпрямил спину, настроил голос, в котором не было ни тени смущения. - Кхм-кхм! Моему другу нездоровится. Лихорадка. Мне нужна тёплая вода и чистые тряпки. Хозяин медленно поднял свои глаза. - Можете взять там. - он указал на дверь сбоку. - Спасибо. - И, знаете... Лучше бы вам двоим убраться отсюда с рассветом. Понятно? Лютик на секунду потух. Но тут же вздёрнул нос. - Я понял. Он вернулся в комнату. Убрал все следы преступления. Аккуратно омыл тело мирно спящего ведьмака. Если бы он мог, он бы перенёс его на кровать, но объективно понимал, что не сумеет. Тогда он взял с кровати подушку и одеяло. Аккуратно укрыл его. Мягко поднял голову и просунул подушку. Наконец снял платок с его головы. Посмотрел на его лицо, подрагивающиеся ресницы, губы, шрам... - Я никогда об этом не заговорю... - тихо пообещал Лютик. - никогда не заставлю вспомнить. Не сделаю тебе больно. Всё останется, как прежде. А это будет... Просто сном. Дымкой. Я обещаю. _____________________________________ Благодарю каждого, кто прочёл мою историю! А за лайк отдельный цём ❤️ Это мой первый опубликованный фанфик, поэтому радуюсь каждому отклику))