касания

тендо тактильный и любит вакатоши, а еще у него повышенное либидо. ничего из этого ушиджиму первые два года старшей школы не беспокоило: касания сатори были аккуратными и безобидными, о симпатии он знать не знал и даже не догадывался, как и о последнем. но карта легла так, что на третий год они начали встречаться, и тогда со всем вышеперечисленным вакатоши пришлось столкнуться лицом к лицу.  до тендо ушиджима никого не любил и этой темой особенно не интересовался, хоть и знал какую-то базу. ему никто не сказал, что его парень будет трогать его всегда. постоянно. все время. вакатоши нравится переплетать пальцы, получать поглаживания, а еще сатори научил его целоваться. а еще у сатори повышенное либидо, поэтому он также постоянно пытается ненароком задеть края спортивных шорт, оголяя бедра; ерзает холодными пальцами по спине, вызывая мурашки, каким-то образом перемещаясь от позвонков к груди; лапает задницу и некоторые другие места.  вакатоши на свете не один и даже не два дня живет, так что в курсе, что секс в отношениях, а тем более в их возрасте — абсолютная норма, поэтому он был к нему готов, когда сатори предлагал ему встречаться, но он не был готов к тому, что тендо будет пытаться потрахаться везде: в туалете во время школьного обеда; в комнате общежития, когда они делают домашние задание; на тренировке, пытаясь запихнуть ушиджиму в подсобку.  у вакатоши есть самоконтроль, но еще у него есть парень тендо сатори, который до визга привлекает его. худшее — что вакатоши не может устоять перед ним, даже осознавая абсурдность всех попыток залезть к нему в штаны.  второе худшее — когда тендо лез к нему, пусть даже и не намекая ни на что особенное, при команде. тендо говорил, что, скорее всего, ребята и так догадываются обо всем безусловно, но ушиджиме кажется, что сатори делает все, чтобы создать эти догадки у остальных.  тренировка сегодня закончилась немного раньше, чем обычно. вашиджо-сенсей приказал убирать зал, но как только тот скрылся за дверьми спортзала, а ушиджима собрался пойти за шваброй, его запястье сжали и потянули в противоположную от подсобки сторону.  — эй, нам нужно вымыть пол.  — за небольшую плату охира-кун и эйта-кун согласились выполнить нашу часть работы, а у нас с тобой есть дела поважнее, вакатоши-кун, — тендо, ведущий ушиджиму на выход из зала, говорил почти что шепотом, но вакатоши все равно расслышал. сатори обернулся к нему, прищурив глаза и ехидно улыбнувшись, и ушиджима понял, к чему все клонит.  они быстро оказались у входа в клубную комнату, которую тендо принялся отворять. вакатоши не стал уточнять, откуда у того ключи, которые сегодня были у него самого.  дверь закрылась обратно так же быстро, как и открылась, а ушиджима тут же оказался зажатым у шкафчиков.  тут вся спешка пропала.  тендо всматривается вакатоши в глаза, касается челки, перебирает волосы от уха до затылка и гладит. второй рукой находит пальцы ушиджимы и переплетает их. невесомо касается лица губами так, что они почти не чувствуются. целует скулы, уголки губ, челюсть.  — почему ты ни разу не можешь дождаться, когда мы вернемся в общежитие?  — мне нравится, когда ты в смятении. такой милый и смущенный.  ушиджима нахмурил брови и решил взять инициативу в свои руки, поцеловав тендо по-настоящему. он сам начал выводить круги на сатори пальцами: от ключиц к плечам, от плеч к лопаткам. вакатоши был аккуратен и нежен, касался чужого тела с опаской, пока инициатива снова не оказалась в руках тендо, который проник в рот ушиджимы языком. вакатоши не отпрянул, но сильнее надавил пальцами на спину тендо, еще больше нахмурив брови.  ушиджима почувствовал, что его пах прижали коленом. ему на пару секунд показалось, что он умер, а его лицо взорвалось от перегрева. тендо отстранился, прижавшись щекой к щеке вакатоши, нашептав: — а еще я знаю, что хоть ты и упрямишься, тебе это до чертиков нравится.  сатори задрал края спортивной футболки ушиджимы и коснулся его пресса кончиками холодных пальцев. ушиджима не выдержал и простонал тендо в плечо.  — я знаю, о чем ты думаешь и чего хочешь, когда я перебинтовываю пальцы, или когда мы переодеваемся на тренировку, вакатоши-кун.  тендо убрал колено с паха ушиджимы и сжал член вакатоши через шорты свободной рукой, пока другая шарила у него под футболкой, метнувшись с живота на грудь, поглаживая соски большим пальцем.  к этому вакатоши, когда тендо предлагал с ним встречаться, готов не был.  — тендо… сатори не стал церемониться и задел пальцами резинку шорт ушиджимы, пролезая рукой внутрь, поглаживая головку члена, медленно-медленно проводя от основания к концу и обратно кольцом из большого и указательного пальцев. бинты там ощущались странно. — я все вижу, вакатоши-кун. я вижу, куда ты смотришь, когда мы разминаемся. я вижу, как ты пялишься на меня на выездных матчах, когда мы моемся все вместе.  тендо снова сжал член вакатоши всеми пальцами и ускорился до безобразия резко. ушиджима перестал обращать внимание, с какой громкостью стонет и сконцентрировался на горячем воздухе шепота, на холодных забинтованных пальцах и на своих ощущениях.  — я знаю, что ты такой же, как я, просто контролируешь себя. я знаю, что если бы не твоя воспитанность, ты бы не ограничивался поцелуями. если бы не твоя скромность, ты бы отнял у меня возможность сидеть, ты бы искусал мое тело до кровавых подтеков, оставил бы на моей заднице след от своей руки. тендо повысил скорость руки до предела. у ушиджимы начали подкашиваться колени.  — я… — ты такой распутный мальчик, вакатоши-кун, но сдержанный, — тендо повысил голос. — если бы не твоя сдержанность, ты бы сейчас не хныкал мне плечо, а во все горло стонал. ты бы впился ногтями в мою кожу, просил бы меня не останавливаться и не дать тебе кончить, да, вакатоши-кун?  ушиджима эякулировал сатори в руку. если бы не плечо тендо, которое вакатоши прикусил, то он был действительно застонал очень громко. вытащив руку из шорт, сатори наконец посмотрел на вакатоши.  — оу, ну посмотри на себя. я всего лишь рассказал тебе правду, а ты так перевозбудился. ты и правда развратник, вакатоши-кун, — отчего-то тендо выглядел очень счастливым, но будто издевался. на это ушиджима лишь тяжело выдохнул и навалился на тендо всем телом.