Iron Maiden

База ITS В помещении было душно — не от температуры, а от концентрации эго, спрессованного в четырёх стенах. По одну сторону длинного стола — Тень-4. Вальяжные, наглые, мерно двигающие челюстями, перемалывая жвачку. По другую — Фантом, элитная инфильтрационная группа прямо из инкубатора военного маркетинга. Стрижены под линеечку, выглажены до блеска, как с рекламного буклета. Ни морщинки, ни ухмылки. Только взгляд, от которого стынет кровь. Их командир — капитан Нолан Весс. Педант с лицом, словно высеченным из гранита. Человек, которому любое отклонение от плана физически причиняет боль. Между ними — прямая и холодная, как хирургический скальпель — Даниэла Райн. Чёрная рубашка, строгий пучок, в руках планшет. Ни лишнего жеста, ни тени эмоции. Ни намёка на то, что всего несколько часов назад она держала за яйца самого неуправляемого ублюдка ITS. Который, к слову, вошёл, как обычно — медленно, громко, с видом «пошли все нахуй». Сел в кресло, вытянул ноги, махнул рукой, словно давая разрешение начинать шоу. Райн одарила его осуждающим взглядом. Кликнула пультом — на экране вспыхнула фотография. — Операция Алекто . Наша цель: Куон Чжэнь, ключевой поставщик вооружений для террористических групп в Восточной Азии. На бумаге — владелец сети поставок медоборудования. На деле — гонит стволы по черным каналам. Вилла под охраной. Внутри — жена и двое детей. Один из них — несовершеннолетний. Пауза. Взгляд по рядам. — Задача: взять объект живым. Чисто, быстро, бесшумно. Она посмотрела прямо на Шейдера. Он встретил ее взгляд твердо, но по раздувающимся ноздрям было видно, что внутри уже закипает. — Я повторю для тех, кто считает приказы формой вежливой рекомендации. Объект крайне важно взять живым. — Возьму с собой конфеты, чтобы уговорить его уйти, — хрипло ответил Кэш. — Должно сработать. Райн проигнорировала его выпад и кивнула Вессу. — Начинает Фантом. — План простой, — отозвался капитан. — Мы заходим первыми. Обходим юг, снимаем сигналку, берем камеры, нейтрализуем внешние посты. Даем зелёный свет — и тогда уже ты заходишь со своей бандой, Шейдер. — Надеюсь, на этот раз сигнал услышат, — тихо буркнул один из его людей. Кэш фыркнул: — Вы в прошлый раз сигналку отключали, как будто банк грабили — с фейерверками и воплями. Услышим точно. Весс метнул в его сторону убийственный взгляд. — Получив сигнал, Тень-4 действует по стандартному шаблону, — продолжила Райн. — При всём уважении, — прервал ее Весс, — но если Шейдер будет действовать по стандартному шаблону, от объекта останется только дымящаяся дырка. — А если твоя вылизанная команда опять засрёт тайминги, я лично вас в эту дырку головой вперед запихаю, Весс, — прищурился Кэш. — И подскажи своим красавчикам, что в грязи маникюр всё равно облезет. Райн подняла руку, словно учительница, разнимающая школьных хулиганов. — Достаточно. Я понимаю, что у вас… творческие разногласия. Но давайте вспомним, что у нас не фестиваль пассивной агрессии, а реальная операция. Она бросила жесткий взгляд — сначала на Весса, потом на Шейдера. — Тень-4 заходит через западный вход. Эвакуация объекта через северный двор. Сделайте все тихо, мы не должны привлекать внимание. — Сомневаюсь, что слово «тихо» входит в лексикон Шейдера, — съязвил Весс голосом, пропущенным через фильтр презрения. — У вас ведь даже шаговка звучит как взрывная волна. Шейд медленно повернул голову к нему, прищурился. — А ты, Весс, звучишь как пособие по мастурбации под устав. Лоусон хохотнул. У Весса дёрнулась скула. Даниэла недовольно качнула головой и продолжила. — Виспер — восточная крыша. Падший, Рэббит — зачистка. Мясник, Майк, Тори — южное крыло, прикрытие. Шейдер — координатор на месте. Повисла удивленная тишина, Фантомы переглянулись, кто-то хмыкнул. Кэш поднял брови, медленно подтянув ноги. — Координатор? Ебать, честь-то какая. Мне дышать-то можно, или сначала у тебя разрешение запросить? — Дыши пока, Шейдер, — отрезала Даниэла, не глядя на него. Кто-то из фантомов присвистнул. — Шейдера на поводок взяли. Весс ухмыльнулся: — Приятно, что его держит кто-то, у кого руки не трясутся. Кресло резко скрипнуло — Шейд вскочил на ноги, сжимая кулаки. — Хочешь попробовать натянуть его сам, уебок? Движение прокатилось по комнате — бойцы обоих отрядов зашевелились, как волки, учуявшие кровь. — Отставить! — рявкнула Райн, вставая между ними, как ледяной барьер. — Или вы правда думаете, что у меня не хватит духу выпороть обоих, если продолжите? Она повернулась к Кэшу и холодно сказала: — Если ты хочешь работать с нами, Шейдер, — ты играешь по правилам. Штурм — только после сигнала Фантома. Не на вдохе. Не «по наитию». Не потому, что у тебя зачесалась интуиция в районе копчика. — Да, Шейдер, соблюдай протокол, — с важным видом кивнул Весс. — Протокол — костыль для тех, у кого яиц нет, — оскалился Кэш. — Спроси у Райн — она в курсе. Даниэла закатила глаза, стараясь не придушить его прямо сейчас. — Заткнись, Шейдер. Если ты почувствуешь, что ситуация меняется — ты обязан передать информацию. Ты не решаешь в одиночку. Не обостряешь. Не влетаешь. Ты сообщаешь. Ждешь. Ответ. — А если цель съебывает? Я должен сказать: «Извините, дайте Райн пару минут, она сейчас все проверит, и, может быть, разрешит не облажаться?» — Тогда ты всё равно ждёшь, — сказала она спокойно и очень тихо. — Потому что если ты ошибёшься — ты не просто облажаешься. Ты станешь гребаным символом этого провала. И я лично прослежу, чтобы твое тупое рыло было на обложке учебника «Как не нужно вести операции». Кэш медленно захлопал, криво ухмыляясь: — Ну все, я понял. Не шуметь. Не запачкать ковры. Сделать реверанс. Вы все усекли, ребята? Мы теперь приличные. За нами мамочка следит — не позоримся. Он повернулся к выходу, бросив через плечо: — Увидимся в аду. — Надеюсь, придёшь вовремя, — бросил Весс с лёгкой усмешкой.

***

После брифинга, курилка за зданием штаба Ночь была тёплая, влажная. Где-то рядом гудел генератор, и воздух пах раскалённым металлом и пылью. Когда Фантомы вышли покурить — в полном составе, ровным строем, будто всё ещё на построении, — отряд Шейда уже был там. Весс кивнул Кэшу, коротко, без вызова. Они встали чуть поодаль — на всякий случай. Искры от зажигалок вспыхнули в темноте, зашуршали пачки. Кэш сидел на ящике, закинув голову к небу и лениво затягиваясь. Сигарета тлела, отражаясь в его зрачках, как маленький пожар. — Дрочите вы тоже строем, Весс? — лениво протянул он, не опуская взгляда. — Только по команде, — отозвался Весс спокойно. — Но тебе не понять. — Друг другу тоже? — невинно осведомилась Эйми, щурясь на него сквозь дым. Кто-то из Фантома заржал. Кто-то фыркнул. Атмосфера чуть расслабилась. — Хотел бы я, чтобы ты мне подрочила, крошка, — ухмыльнулся Йохансон, связист Весса, но тут же осёкся, поймав ее ледяной взгляд. — Остынь, герой, — пробурчал Мясник. — Полезешь к нашей девочке, без члена останешься. Я тебе лично откушу. Новый взрыв радостного хохота прокатился по площадке. Даже Весс хмыкнул. — Шейдер, а что у тебя с Райн? — с интересом спросил он, прищурившись. — Она тебя прессует так, будто ты ей не дал. Кэш ухмыльнулся, выпустив дым в темноту. — Мальчики, вот вы ржёте, а я реально думаю, что она просто не знает, как ко мне подступиться. Говорит «действуй по протоколу», а в глазах — «выеби меня на этом долбаном столе прямо перед задротом Вессом». Командир Фантома закатил глаза под хохот своих бойцов. — Райн — горячая штучка, — одобрительно сказал Йохансон. — Но тебе не по зубам, Шейд. Кэш хмыкнул, стряхивая пепел. — Так и вижу — Райн со своим ебучим регламентом на члене моем скачет. «Пункт три-два-бляяядь…», — передразнил он сиплым голосом. — А я ей: «Заткнись и работай с источником, мэм». — Кэш, — хрипло сказал Лоусон, глядя куда-то за его спину. — Заткнись. Шейд усмехнулся. — Чё, ты тоже её боишься? — Продолжай, Шейдер, — послышался холодный голос за его спиной. — Мне действительно интересно, до какой глубины ты способен выкопать себе яму. Кэш медленно повернул голову. И встретился с ледяным взглядом Даниэлы Райн. Она стояла, сложив руки за спиной, ждала, пока он договорит. — Смотря, чем копать, мэм, — паскудно усмехнулся он. — Некоторые глубины я вообще без рук беру. Все заткнулись, дышать почти перестали. Даже ветер будто стих. В воздухе отчетливо запахло пиздецом. — Знаешь, что мне больше всего нравится в тебе, Шейдер? — спокойно проговорила Даниэла. — Ты всегда находишь способ публично доказать, что не умеешь думать дальше своего члена. У тебя, безусловно, живое воображение. Жаль, что ты его тратишь на дрочево вместо анализа. Она сделала несколько шагов вперед, остановилась прямо перед ним, смотря сверху вниз, всем своим видом показывая что ничуть его не боится. — Ты можешь сколько угодно изображать петуха перед пацанами, Шейдер, но мы оба знаем, кто здесь главный. Если захочешь снова проверить границы — будет, как в прошлый раз. Пауза. Она наклонилась чуть ближе, и тихо, почти интимно добавила: — Только на публику. Ты все понял? Шейд осклабился и хрипло ответил, глядя ей прямо в глаза: — Да, мэм. Ваша хватка достаточно убедительна. Она выпрямилась и ушла, не оборачиваясь. — Ну, — протянул Весс, с лёгким свистом выпуская дым. — Теперь я понимаю, почему ты всё время нарываешься. У тебя, похоже, стойкий стояк на унижения. — Иди нахуй, придурок, — беззлобно ответил Шейд.

***

Вилла Чжэня Операция Алекто трещала по швам с самого начала. Шейд лежал в тени живой изгороди, холод пробирал через перчатки. Ночной дрон над головой тикал инфракрасным, сканируя верхние этажи. С виду — всё штатно: охрана, охват, забор без движения. Слишком штатно. — Фантом, что у вас? — бросил он в микрофон. — Юго-западный сектор — задержка. Один из патрулей не двигается, копаемся. Окно сдвигается на три минуты, — отозвался Весс сухо, как будто докладывал о погоде, а не о сбое в операции. Три минуты. В боевых условиях — вечность. — Ебаные мудаки… — прошипел Шейд и переключился. — Виспер, что у тебя? — Движение на галерее. Охрана. Трое. Один — с рюкзаком. Двигаются к лестнице. — Чё? — бросил Шейд. Что-то забилось в голове, виски запульсировали. Он взглянул в тепловизор. Рюкзак, форма… слишком свободная, походка странная, третий прикрывает, идут к лестнице, замороженный патруль у Весса. Эвак! Прямо под носом. — Это Чжэнь, сука, Чжэнь! — зашипел он. — Падший, Мясник — вход. Рэббит — вокруг. Молодежь — лестница, берите цель. Виспер — северный фланг, не пускай никого. Входим. — Шейдер, нет! Ждём Фантом. Это приказ! — голос Райн прозвучал резко, как натянутая струна. — Сигналка не снята, если ты… Она, как всегда, пыталась удержать его. Как будто могла. — Поздно, — отрезал он. — На счёт три. — Это приказ. Ты слышишь меня? — Слышу, — ответил он. И отключился. — Три. Дверь сорвало с петель с глухим взрывом, они вкатились внутрь, глушители стегнули в сторону ближайшей охраны — два тела рухнули почти синхронно. И тут завизжала, оглушая, автоматическая тревожная сигнализация. Фантомы не успели. Дом ожил, как разъярённый улей. Крики. Очереди. Короткий бой в холле. Один охранник упал, второй ранен, третий — побежал наверх. В хаосе из бокового коридора выскочила женщина в футболке и пижамных штанах. За ней — мальчишка. Маленький, босой. Растерянный. И в ту же секунду сверху по Кэшу сработал сбежавший охранник. — Ложись! — заорал Лоусон, бросаясь в сторону. Мальчик вздрогнул, будто его дёрнули за нитку. Тело согнулось — и упало с глухим стуком. Мать закричала. Финн прыгнул к ней, прикрывая и вжимая обоих в стену, левой рукой забрасывая за угол дымовую. — Блядь, — выдохнул Шейд. Он замер на секунду, глядя на маленькое тело, которого тут не должно было быть. Но не остановился. — Цель у нас, — сообщил Майк. — Ведем вниз. Он переодет. — Минус свой у ворот. — С востока сирены, максимум две минуты! — повысила канал Виспер. Шейд прорычал: — К северному двору! Забираем — уходим! Броневик уже стоял, как вшитый в ландшафт. Двигатель молча урчал. Чжэнь сидел внутри. В слишком свободной форме и бронежилете охраны. Нос разбит — Тори приложила, на запястьях — стяжки. Рюкзак с ноутбуком — в руках у Мясника. Тори быстро заняла место, Майк за ней. Финн закрылся последним. Внутри — мрак и гудение мотора. Снаружи — сирены, лай собак, проблесковые маяки. Они ушли.

***

Через несколько часов после операции Алекто, база ITS Комната дышала злостью. Кондиционер гонял по кругу тёплый воздух, не спасая от ощущения, будто стены сдвигаются. За столом сидела Даниэла Райн, перед ней — сводка, тепловизоры, аудиопротокол, отчёты. Слева от неё — капитан Весс, скрестив руки за спиной, прямой, как штык. Справа — трое офицеров из аналитического отдела, безмолвные и серые, как мыши. Перед ними — как на допросе — Шейдер. Напряженный и злой. Сидел, не облокачиваясь на спинку, медленно курил, стряхивая пепел прямо в пластиковый стаканчик. Виспер, Лоусон, Финн и остальные были в комнате, но держались тенью. — Ты нарушил приказ, Шейдер, — сказала Райн ровным голосом, — Опять. В результате твоих действий сигнализация была активирована досрочно. В завязавшейся перестрелке погиб ребёнок и один из бойцов ITS — сержант Габриэль Клайн, прикрытие южного сектора. Ты можешь объяснить? — Это не была охрана, — в десятый раз повторил Кэш, будто это могло что-то изменить. — Они уходили через юго-запад, где у Фантома патруль завис. Один был гражданский, в чужой форме. С гребаным рюкзаком. Они готовили эвак, ты это знаешь. Это был Чжэнь! — Ты подумал, что это Чжэнь. — Она подчёркнуто не глядела на него. — Ты не подтвердил, не проследил. Ты не дождался команды. Ты просто рванул. Опять. — Да, потому что у нас бы не было второго шанса. — Он затушил бычок. — Секунда — и они бы вывели его под шумок. Я взял его. Ноутбук тоже. Всё, что нужно, — у нас. — И труп ребёнка. — Голос Райн чуть дрогнул. — Потому что сирена сработала. Потому что Фантом не успели отключить сигнализацию. Потому что ты сорвал тайминг всей операции. Тишина. Давящая, тяжёлая. — Это не мой выстрел, — спокойно ответил Шейд. — Но если ты хочешь повесить это на меня — вперёд. Только не делай вид, что по-другому бы всё сработало. Эти уроды знали, что мы идём. Если бы я ждал, объект ушёл бы. А с ним — полтысячи стволов для какой-нибудь «Чёрной руки» в Судане. И там бы, Райн, сдохло бы не два человека, а пара деревень. Я, блядь, — ваша гребаная фурия. Я вытащил операцию. Даниэла тяжело вздохнула. — Ты ее не вытащил, ты ее взорвал. Утром запись с камеры наблюдения оказалась в СМИ. Чжэнь уже подан как «известный бизнесмен, владелец фонда помощи беженцам». Фото с погибшим сыном растиражировано по всем новостям. Она перевела взгляд на остальных. — ITS официально не упомянута, но изображение формы, знаки и маски опознаны. Утром я получила звонок от Хартмана. Он очень зол. Шейд пожал плечами, будто всё это его не касалось. — Подумаешь, прессочка. Переживёте. Бывало и хуже. Райн встала. В её голосе прозвучала усталость, но ни капли сомнения: — Ты отстранён от полевых операций, Шейдер. До окончания внутреннего расследования. Официально. Сдай оружие и код-доступы. Остаёшься на базе. Без права выхода. Без допуска к планированию и анализу. В течение суток ты обязан пройти психологическую оценку и предоставить отчёт по ситуации. Кэш рассмеялся — коротко, громко, как будто услышал хорошую шутку. — Вот только не надо делать вид, что вы во мне разочаровались. Я с первого дня делал то, что вы сами боитесь делать. Вы просто терпели — пока это было удобно. Он пошёл к двери. Проходя мимо Райн, наклонился чуть ближе. — Надеюсь, ты не забыла, как правильно держать. Только теперь — двумя руками. Шея у меня крепкая. И вышел, не хлопнув дверью.

***

Несколько часов спустя, база ITS, кабинет Лекса Хартмана Кэш вошёл к Хартману, не стучась. Напряжённая ярость едва не капала с кончиков его пальцев. Лекс сидел за стеклянным столом, в своем безупречном черном костюме, сцепив руки в замок. Справа у окна — Райн. Даже не обернулась, когда он ворвался. — Что, сука, вся компания в сборе, — фыркнул Шейд, захлопывая за собой дверь. — Нальете шампанского? Мы же празднуем очередной ебаный провал, да? Райн подняла бровь. — А ты считаешь, что всё прошло успешно? — Цель захвачена. — Кэш ткнул пальцем в стол Лекса. — Объект жив, сидит в подвале, готов петь. И если бы я не пошёл — он бы уже был в частном джете где-нибудь над Южно-Китайским морем. Если б я ждал, блядь, ты бы брифовала пустоту! Лекс молчал. Райн — тоже. — А, понял. Проблема не в миссии. Проблема — в картинке. В репутации, — он оскалился. — СМИ сожрали байку про «уважаемого бизнесмена» и его сына. А мы в заголовках — убийцы детей. Отличная работа, команда! Прямо как учили в PR-академии. — Ты нарушил прямой приказ, — спокойно напомнила Райн. — Потому что у тебя в Фантоме тайминг в жопе, а Весс — бесполезный клонированный бюрократ, — рявкнул он. — Они возились, пока цель паковала чемоданы. А ты сидела на своей ухоженной жопе в штабе и говорила «ждём». Ты бы предпочла, чтобы он ушёл? Ушёл — и с ним сотни новых трупов? — Ты не хренов бог, Кэш, — сказала Райн раздраженно. — Не тебе решать, чья жизнь имеет вес. Он развернулся к ней. Вены пульсировали на шее. — Я не Бог, да. Я — солдат, который делает грязную работу. Если ты хочешь, чтобы я сидел и кивал, пока ты играешь в командование — сними с меня жетон. Но не жди, что я буду стоять и смотреть, как съебывает грязный торговец смертью, потому что у вас не совпадают расписания. Лекс наконец подал голос. — Ты перешёл черту, Кэш, — сказал он холодно. — Я очень давно её перешёл, — огрызнулся Шейд. — Просто вы только сейчас решили это заметить. Райн сделала шаг вперёд, не отводя от него взгляда. — На этот раз ты убил ребёнка, Шейдер. Не врага. Не угрозу. Просто мальчика, который оказался не в том месте. И один из наших погиб. Из-за твоего самоуправства. Он посмотрел на неё, резко, в упор. — Дети умирают, Райн. Особенно когда их отцы торгуют стволами с террористами. Или ты думала, Чжэнь вечерами им колыбельные поёт? Ты бы предпочла, чтобы их погибло больше? Райн качнула головой. — Я предпочла бы, чтобы ты делал свою чёртову работу в рамках приказов. — А я предпочёл бы не работать под теми, кто не вылезает из методичек, — рыкнул он, срывая последние остатки самоконтроля. — Но мы не в идеальном мире, да? Пауза. Только их тяжёлое дыхание и молчание, которое жгло воздух, с обеих сторон. Лекс встал. — Достаточно, Кэш. Шейд дышал тяжело, грудь ходила ходуном. Он посмотрел прямо на него. — Ты знаешь, что я прав. Я спас эту операцию. И ты меня убираешь? Лекс стоял, как статуя. Руки за спиной, лицо бесстрастное. — Да. Ты спас операцию. И ты нарушил прямой приказ. Это — не армия. Но мы работаем с партнёрами. С контрактами. С политикой. Мы не можем позволить себе тех, кто ставит свою ярость выше команды. Даже если они хороши. — Ты тоже стал бояться крови? — тихо, но ядовито спросил Шейд. — Я стал бояться волнений в прессе, — ровно ответил Лекс. — Ты отстранён. Полностью. Пока не решим, что с тобой делать. И если ты откроешь ещё один фронт — сам вылетишь к чёртовой матери, без защиты, без пенсии, без команды. Молчание. Кэш перевёл взгляд с него на Райн. — А ты просто счастлива, да? — ядовито бросил он. — Получила своё. Контроль. Поводок. И теперь можешь дёргать, когда захочешь. Тебе же нравится — доминировать, да? — Ты даже не представляешь, как мне это не нравится. — ответила она спокойно, но в голосе был лёд. — Мне противно, что я трачу ресурсы на упрямого, импульсивного ублюдка, который до сих пор думает, что его яйца важнее команды. Она подошла ближе, смотря прямо в лицо. Без страха, без злости — сосредоточенная, как хирург перед разрезом. — Ты должен понять, Кэш. Это больше не твоя песочница. Ты не ковбой в пустыне. Ты работаешь на структуру. А сейчас — не работаешь вообще. Шейд взглянул на неё, глаза метались, но в них уже не было ничего. Тот огонь, что был в нём, потухал. — Ну и пошло оно всё нахрен. — выдохнул он, скривив рот. — Ебаный цирк. Развернулся, толкнул дверь плечом и ушёл.