Здоров как кабан

Санкт-Петербург. Школа №517. Утро начиналось как обычно: серое небо давило на крышу, в коридорах пахло сыростью и дешёвой тушёнкой, а физрук Генеталич, прислонившись к радиатору, курил в окно, плевая окурки во двор. Света Кудрявцева, пухленькая девушка с румяными щеками и вечно растрёпанным пучком волос, шла по коридору, сжимая в потных ладонях тетрадь по литературе. Она споткнулась о порог — её грузное тело чуть не рухнуло вперёд, но кто-то подхватил её за локоть. — Осторожнее, — раздался хриплый голос. Перед ней стоял Матвей Боков — местный врун и обжора, чьи выдуманные истории про "чешские миллионы" и "бабушку-алхимика" уже стали школьной легендой. Его футболка с Путиным еле сходилась на животе, а глаза бегали, будто искали, кому бы соврать ещё что-нибудь. — Спасибо, — Света смущённо поправила растянутый свитер. — Да ладно, — он нарочито бодро хлопнул себя по боку, отчего жир дрогнул, как холодец. — Я вон в Праге каждый день по лестницам бегаю — не то что тут! Она знала, что он врет. Но почему-то в этот раз его враньё показалось... милым. Урок истории. Света сидела, развалившись за партой (она не помещалась иначе), когда Боков плюхнулся рядом, отчего вся конструкция затрещала. — Ты в курсе, что Черчилль тоже был толстым? —шепнул он, доставая бутерброд с колбасой — И ничего, фашистам надавал. — Ты же в прошлый раз говорил, что он был худой, — фыркнула Света. — Ну... это в молодости! — не растерялся Матвей. — А потом разжился, как я. Только я пока фашистов не бил. Хотя... Он замолчал, заметив её улыбку. Спустя неделю они уже сидели в столовой, делясь котлетами. — Я вот думаю, — с набитым ртом говорил Боков, — если мы поженимся, нам диван на троих брать. Для нас двоих и для моей второй личности. — Он похлопал по животу. Света засмеялась так, что чуть не поперхнулась компотом. А потом пришёл он. Новенький. Джаваскрипт — узбек с чёрными, как смоль, волосами и хищной ухмылкой. Он вошёл в класс, бросил рюкзак на парту и окинул всех взглядом, будто оценивал, кто тут слабее. — Меня звать Джавашир, — сказал он, но все уже знали его кличку. Его глаза скользнули по Свете, задержались на её округлостях... и она почувствовала, как в груди ёкнуло. Вечером у выхода из школы Матвей, как обычно, ждал её, чтобы проводить. — Слушай, — он нервно переминался с ноги на ногу. — Я тут подумал... Может, в кино сходим? Там новый фильм про шпионов. Я, кстати, лично одного знаю... Света кивнула, но её взгляд непроизвольно скользнул к окну первого этажа — там, прислонившись к подоконнику, курил Джаваскрипт. Он поймал её взгляд. И подмигнул.