Гуляя во снах

"Мы сотканы из ткани наших снов" — эти слова можно было применить к любому человеку, но не к Уильяму. Потому что снов своих у него никогда не было. Были чужие, где можно было переждать ночь, только и всего. Сам он не спал. Уильям не мог сказать точно, являлось ли это благословением или проклятием. С одной стороны, его усталость достаточно восполнялась снами чужими, чтобы организм нормально функционировал. Он мог прийти ночью к Льюису или Альберту, посидеть рядом с уснувшим Фредом, проникнуть в сон к Морану. Он мог просто переждать ночь сторонним наблюдателем, а мог и явить свой облик. Другой жизни он не знал, он привык и не мог жаловаться. Но с другой стороны, порой это утомляло. Временами Уильям действительно хотел самого обыкновенного отдыха. Хотел почувствовать, каково это, по-настоящему засыпать и просыпаться. Каково это, выспаться однажды после долгого дня. Каково это, увидеть свои собственные сновидения. И, быть может, видеть кого-то в своих снах. Уильям сидел за книгой, поглядывая в окно. Половину вечера проведя за чтением, он изредка отвлекался от текста, погружаясь в свои мысли. Смысл строк доходил до него с трудом, буквы расплывались. Вздохнув, он отложил книгу и откинулся на спинку стула, потирая глаза. Очень вовремя в дверь постучали, затем послышался тихий скрип. — Ах, Льюис, — Уильям поприветствовал его нежной улыбкой. — Ты ещё не спишь? — Я заварил тебе чай, — с заботой произнёс Льюис и, поставив на стол небольшой поднос, налил горячий чай в чашку. — Тебе нужно отдохнуть, брат. — Спасибо, — Уильям с удовольствием сделал пару глотков и отставил чашку в сторону. — Но ты же знаешь, я не сильно нуждаюсь в отдыхе. Взгляд Льюиса обеспокоенно скользнул по бледному лицу брата. — Вчера ты полночи просидел у меня, отгоняя кошмары. Я же знаю, как тебя это утомило. Тебе не стоило... — Льюис, мне ничуть не сложно. Поверь, на душе спокойнее, когда я знаю, что ничто не потревожит твой сон. Льюис подошёл ещё ближе и посмотрел ему в глаза. Как всегда: понимает, но всё же волнуется. Он протянул руку к щеке Уильяма, оглаживая пальцем синяки под глазами. — Твой организм ведь тоже нуждается в восстановлении энергии. Я ценю всё, что ты для меня делаешь, но ты жертвуешь своим отдыхом, это неправильно. — А ты прямо сейчас жертвуешь своим сном, чтобы напоить меня чаем, хотя я и без того тебя люблю, — Уильям мягко улыбнулся и взял руку брата в свою. — Когда люди любят, они готовы чем-то жертвовать. Неважно, чем. Важно, ради кого. И мы с тобой не исключение. Льюис отвёл взгляд, однако тоже сжал его ладонь в своей. Уголки его губ приподнялись в ответной улыбке, и он тихо проговорил: — Думаю, ты прав, но я не могу за тебя не переживать. — Знаю. Но сейчас тебе не о чем волноваться. Я обязательно отдохну, просто хочу кое-что сделать. Уильям отпустил его руку и отодвинулся, пытаясь найти что-то в ящике стола. — Все спят? Их ничто не беспокоит? — Всё хорошо. — Прекрасно, — сказал Уильям, положив что-то на стол. Он посмотрел на найденный конверт и бережно прогладил уголки. Льюис же, не сказав ни слова, с пониманием кивнул, бросив на конверт недоверчивый взгляд. — Тогда спокойной ночи, брат. — Доброй ночи. Отдохни как следует. — Ты тоже, — с любовью произнёс Льюис, подходя к двери. — Приятных снов... Дверь за ним закрылась, и Уильям сначала перевёл взгляд на часы, проверяя время, а потом в окно, на тёмное небо. Поздняя ночь. Он взял в руки конверт и открыл его, смотря на аккуратно написанное имя. "Шерлок Холмс" — гласила записка внутри. Уильям пробежался пальцами по буквам, ощущая приятную взволнованность. Он уже делал так несколько раз и даже добивался успеха. Знал: рисковано. Но запретный плод сладок. Интерес к Шерлоку постепенно перерастал в привязанность, а с привязанностью пришла обыкновенная жажда встреч. Видеться часто значило противоречить плану, стать опасно ближе. Это всё затрудняло. Однако, всё же идя на поводу у собственных чувств, Уильям нашёл средство: приходить к нему во снах. Ведь люди, насколько ему было известно, не всегда запоминают свои сны, а тем более такой человек, как Шерлок Холмс, не стал бы придавать этому значения. Важно было действовать осторожно, чтобы ненароком не заиграться, но Уильям сам не был уверен, а не поздно ли. Пальцы задрожали от предвкушения, когда он сложил записку обратно в конверт. Что-то запорхало в животе, когда он взял заговорённую свечу и накапал на конверт немного воска, ставя затем печать. Когда приготовление завершилось, он допил остывший чай и погасил свет. Требовалось всего лишь запечатать записку с именем заговорённым воском, прикоснуться к печати и сделать всё то же, что и обычно, только представляя нужного человека. Способ странноватый, но несложный и на удивление рабочий. Если, конечно же, у человека было сновидение, иначе либо не выйдет, либо тебя встретит кромешная темнота — это проверено Уильямом ещё давно, на братьях. Накрыв ладонью конверт и ощутив ещё горячий воск, он закрыл глаза. Старательно представил в мыслях Шерлока, подумал о том, что проникает в его сон. В этом деле важна была сила мысли и воображения, и он понимал, как ей пользоваться. Почувствовав, словно он прошёл через незримый барьер, Уильям снова распахнул глаза. Он очутился на искажённой версии Бейкер-стрит. Местами вид улицы был нечётким, но она узнавалась. Вокруг стояла гробовая тишина. Ни одного промелькнувшего силуэта, ни одного шороха. На улице было темно, глубокая ночь, а тусклый свет фонарей едва ли давал нормальный обзор. Вдруг, тишину резко прервали частыми звуками шагов, которые становились всё громче, словно кто-то бежал. Не успел Уильям обернуться, как его схватили за руку. — Ты-!.. — И вам добрый вечер, мистер Холмс. Уильям улыбнулся знакомому детективу, чьё лицо выражало смесь удивления, радости и некоторого разочарования. Тот, пару раз недоумённо похлопав глазами, выдохнул и всё же отпустил его. — А, Лиам, это ты, — Шерлок проговорил, восстанавливая дыхание. — Верно. Вы куда-то торопитесь? — Торопился. Или, может быть, ещё тороплюсь... Он посмотрел по сторонам. Там, где останавливался его взгляд, картинка становилась более чёткой, но тут же снова расплывалась. Он смахнул со лба каплю пота и усмехнулся. — Что ж, рад тебя видеть, Лиам. — Но вы кого-то ищете, не так ли? — спросил Уильям с любопытством. Шерлок снова огляделся, но, похоже, безрезультатно. Он цокнул языком: — Чёрт, я упустил его! — Кого же? Уильям, разумеется, знал ответ. По крайней мере, догадывался. Как ирочно: нет, вовсе не упустил. — Преступного лорда. — Надо же, — Уильям изобразил изумление. — Того самого Преступного лорда? Вам точно не померещилось? — Без понятия. Почему-то мне казалось, что это был он. — Интуиция? — Не совсем... Впрочем, сейчас это стало неважным. Я же сплю. Глаза Уильяма на секунду расширились от удивления. Значит, это осознанный сон? Весьма интересное и редкое явление. Он загадочно улыбнулся: — Возможно, так и есть. Но как вы это поняли? — Элементарно, — ухмыльнулся детектив. — Тут даже не требовалось сложных рассуждений: я это почувствовал. Но ты и сам взгляни, Лиам, разве это похоже на реальность? — Пожалуй, вы правы, мистер Холмс. Это всего лишь иллюзия. Шерлок кивнул и вот уже в третий раз осмотрел улицу, а затем, словно заметив что-то, взял за руку и повёл за собой. — Пойдём. Я вдруг почувствовал, что мне нужно тебе это показать. Уильям охотно пошёл за ним следом вдоль дороги, проходя сквозь сгустившийся туман. Почти ничего не было видно, но эта неизвестность ничуть не тревожила, даже успокаивала. Когда туман рассеялся, они оказались в совершенно другом месте, точно не на Бейкер-стрит и не на любой другой обычной, грязной и шумной улице Лондона. Вокруг них выросли красивые кустарники, под ногами зеленела свежая трава. А впереди — далёкий горизонт, где бескрайнее небо загоралось пламенем утренней зари. Здесь, в этом волшебном месте, дышалось невероятно легко. Как будто все беды и тревоги растворились, исчезли, остался лишь ласкающий кожу ветер и сладкий запах цветов. — Смотри, Лиам! Шерлок развёл руки в стороны, а на губах его заиграла яркая улыбка, такая заразительная, что уголки рта Уильяма приподнялись в ответ. На душе, пусть только на это недолгое время, стало легче. — Чудесное место. — Красиво, да? Я верил, что тебе понравится. Уильям подошёл с кусту сирени и прикоснулся к ветке, вдыхая нежный аромат. Он прикрыл глаза, полностью расслабляясь, наслаждаясь магией момента. — Мне очень нравится. Тут так хорошо... — А знаешь, что нравится мне? —Шерлок сорвал маленький сиреневый цветок и поместил его Уильяму на голову, усмехнувшись. — То, что тебе было суждено мне присниться. Уильям замер, почувствовав, как в груди растеклось приятное тепло. Кожа покрылась мурашками, ветер заставил его вздрогнуть. Губы робко расплылись в улыбке, но он не мог найти слов для ответа. Он лишь молча стоял, приложив руку к тому месту, где учащённо билось его уже не ледяное сердце, и повернувшись к рассветному солнцу. Отвернулся, словно спрятался специально, чтобы не смотреть в глаза напротив. Он и так позволил себе слишком много вольности, слишком много от этого глубокого нежного чувства. Спустя минуты молчания, Уильям всё же нарушил тишину и задумчиво вздохнул: — Наверное, это замечательно: видеть кого-то во снах. — А у тебя такого не было? — опешил Шерлок. — Никогда, — покачал головой Уильям. — Совсем-совсем?! Ты никогда не видел никого во сне? —  Я никогда не видел снов. Странно, да? Может, это и к лучшему, но иногда мне становится любопытно. — А ты не хочешь разок попробовать? Давай я отдам тебе свой сон? Уильям обернулся к нему, не сдерживая удивления. Передать сон? Для кого угодно это прозвучало бы как бред, но не для него. Он как никто другой знал, насколько на самом деле сильна связь сновидений и реальности. — Отдать? И как это сделать? Шерлок почесал затылок, подыскивая правильные слова для объяснения, и пожал плечами: — Ну, не то чтобы я знаю. Но я подумал, что если очень сильно захотеть, то что-то и получится. Я же, по-факту, владелец этого сна. Мы можем проверить, ведь так? Уильям задумался, взвешивая все за и против. Никогда прежде он не думал об этом, но предложение звучало заманчиво. Один маленький эксперимент им не повредит, верно? — Думаю, да. Только тебе нужно подумать о том, чего ты хочешь, и сильно этого пожелать, представить. Тогда может сработать. Шерлок широко улыбнулся и кивнул, взяв обе его ладони в свои. — Тогда я попробую проснуться. — Но ты, скорее всего, проведёшь остаток ночи с бессоницей. — Плевать, зато я смогу помочь тебе и утолить любопытство. Разве это не здорово? Уильям сжал его ладони в ответ, чувствуя приятный трепет от этих слов. Что-то в них его тронуло. То, что Шерлок действительно этого хотел, делал ради него, как будто бы Уильям был ему по-настоящему дорог. Он не был этого достоин. — Спасибо, Шерлок. — Уильям посмотрел ему в глаза напоследок. — До встречи, Лиам. Шерлок тихо рассмеялся и переплёл их пальцы вместе. Он плотно закрыл глаза и замер, задумался. Его губы едва шевелились, что-то неслышно нашёптывая, его руки согревали теплом, его волосы растрепались на ветру. Это было последнее, что увидел Уильям, прежде чем его взгляд начал размываться, а веки потяжелели. *** Льюис шёл по коридору, направляясь в кабинет Уильяма и беспокоясь о его состоянии. Брат вчера был очень уставшим, сегодня не явился к завтраку. Может, он плохо себя чувствовал? Внезапно, ему на встречу вышел Альберт. Он приложил к губам указательный палец и молча подозвал Льюиса следовать за ним. Дверь кабинета приоткрылась, и Льюис ахнул, не веря своим глазам. За столом, положив голову на руки, сидел их брат и... спал. Его лицо выражало спокойствие и умиротворение, плечи едва заметно поднимались и опускались с ровным дыханием. Рядом с ним лежал распечатанный конверт. Льюис наблюдал за этим, затаив дыхание. Они обменялись понимающими взглядами и счастливыми улыбками. Альберт бесшумно подошёл к Уильяму, рассматривая его мирно спящее лицо, и аккуратно вытащил из его волос маленький цветочек сирени. — Спи спокойно, Уилл.