Молчание Миньярдов

Шли дни, недели. Жизнь без матери постепенно изменила Эллу. Она стала чаще улыбаться, меньше хмурилась. Джон, хоть и уставал после работы, старался проводить с дочерью как можно больше времени. Порой они выходили в местный парк на окраине Сан-Хосе — тихое, красивое место, где шум города сменялся щебетом птиц и смехом дитей. Апрельское солнце проглядывало сквозь листву, ещё сырую после утреннего дождика. Асфальт блестел от ещё не высохших капель, в лужах отражались облака. Элла, бежала по тротуару, её заливистый смех заставлял улыбаться прохожих. Маленькие капли воды взлетали от её быстрых шагов. Джон, бежавший за ней не поспевая, кричал: — Элла! Осторожней, не убегай далеко! Но сам, увлечённый её бегом, не заметил человека, и случайно врезался в него. Это был молодой парень — на вид студент. — Прошу прощения! — воскликнул Джон. — Элла, вернись ко мне! — крикнул он дочке, которая уже успела отбежать довольно далеко. Девочка обернулась и поспешила назад. Подбежав, она увидела незнакомого ей человека. Лицо её моментально посерьёзнело, и она спряталась за ногу отца. Парень лишь с улыбкой наблюдал за этим и, присев на корточки, тихо сказал: — Здравствуй. Тебя ведь Элла зовут, не так ли? Элла выглянула из-за ноги. — Меня Оскар. Давай познакомимся? — мягко предложил он, протягивая руку, в которой была конфетка. Джон взглянул на дочь и едва заметно кивнул — мол, можно, не бойся. Девочка вышла вперёд и неуверенно, но дружелюбно протянула свою крохотную ладошку: — Давайте, мистер Оскар. Мне очень приятно познакомиться, — застенчиво, но с улыбкой сказала Элла. — А вы не против покормить с нами уточек? — уже с большей уверенностью предложила она. — Аа, я... подожди... — Пойдёмте, пойдёмте! Папа, ты же не против? — не давая договорить, воскликнула Элла. — Элла... если только молодой человек будет не против, — тяжело вздохнув, но с тёплой улыбкой, произнёс Джон. Он прекрасно знал что с дочерью бесполезно спорить. Это её черта характера досталась ей от бабушки. Элла повернулась к Оскару, её глаза сверкали ожиданием. Парень взглянул на её радостное личико — и просто не смог отказать. — Конечно, пошли, — улыбнулся он. Так они втроём направились к берегу реки, где в воде неспешно плавали утки. Элла радостно убежала вперёд, оставив мужчин немного позади. Пока она была занята птицами, завязался разговор. — Прости меня — и за столкновение, и за… Эллу. Ты же не против перейти на "ты" — Конечно, давай. Ничего страшного, с кем не бывает. Она — ребёнок, я прекрасно понимаю. Да и я никуда не спешил, просто домой шёл. А тебя как зовут? — Джон. Джон Дейви Миньярд, — представился он. — Очень приятно. А я — Оскар Демиан Блэкволл, — с шутливой серьёзностью сказал парень, театрально поклонившись. Оба рассмеялись. А впереди, на фоне голубого неба и отражений в реке, смеялась пятилетняя девочка, подкармливающая уток — такой простой, но живой момент, будто вырванный из другой, счастливой жизни.

***

На следующий день утро выдалось особенно тёплым, и солнце с самого начала щедро проливало свет в окно. Элла проснулась бодрой, за завтраком щебетала без умолку, как ей понравился "мистер Оскар" и какие у уточек были «мягкие утиные попки». Джон сдерживал улыбку, кивая и поглядывая на часы — нужно было успеть в дошкольный центр, где Элла проводила часть днем и иногда остаётся на вечерние время. Спустя полчаса он уже прощался с дочкой у дверей группы. Та чмокнула его в щеку, уверенно сказала "Пока, папа!" и побежала к своим друзьям. Оставшись один, Джон вышел на улицу, сел в свою машину и поехал домой. Вечером он заметил в почтовом ящике записку. Аккуратный почерк, бумага с запахом ментола. Это был Оскар. *Джон, привет. Было приятно пообщаться вчера. Может, встретимся на кофе? Есть уютная закусочная на Уиллоу-стрит — “Penny’s Diner”. Буду там в шесть. —О. Д. Блеэквал.* Джон улыбнулся. В шесть вечера он уже сидел за столиком, в том самом "Penny’s", куда заглядывали местные — рабочие с завода, бедные студенты и школьники с дополнительных. Вскоре вошёл Оскар. Снял лёгкую куртку, уселся напротив, и оба мужчины тут же заговорили. Они говорили о детстве, работе, фильмах, книгах. Джон рассказывал о родительстве, Оскар — о своей учёбе, о том, как переехал в город недавно, и как сложно находить "своих" людей. — Ты знаешь, — заметил Джон, крутя ложку в чашке, — я нечасто позволяю себе просто… выйти на кофе. Как будто всё время на бегу. Но вчера и сегодня — будто выдохнул. — У меня то же самое, — кивнул Оскар. — Вчера мне было так легко, Элла как будто бы все мои негативные эмоции забрала, забрала и спрятала. С улыбкой сказал студент Они обменялись взглядами. За окном мимо проходили люди, кто-то спешил, кто-то смеялся. А в этом уголке кафе, казалось, время замедлилось. — Может, сделать это регулярным? — предложил Джон. — Кофе, прогулки, уточки… Элле это явно по душе, да и мне тоже. Оскар улыбнулся: — Я только за! Кстати, — сказал Оскар, отставляя чашку, — ты слышал, что в выходные будет весенняя ярмарка в центре? Говорят, там будет куча всего: уличные музыканты, мастер-классы для детей, еда, карусели... Джон поднял бровь, заинтересовавшись: — Звучит как то, от чего Элла будет в восторге. Мы с ней были на такой осенью, до сих пор вспоминает — особенно сахарную вату размером с её голову. — Вот и я подумал, может, сходим туда вместе? Я как раз хотел посмотреть, что там будет, и, честно говоря, с вами было бы куда веселее, чем одному. Джон улыбнулся, чувствуя лёгкое тепло в груди от самого этого предложения. — Думаю, Элла подпрыгнет от радости. В субботу? — Да, с полудня всё начнётся. Можно встретиться у фонтана в центре площади, оттуда и пойдём. Я возьму рюкзак для всего добра и хорошее настроение. — А я возьму ребёнка с неизмеримым уровнем энергии и желание всё попробовать, — усмехнулся Джон. — Но честно, мне нравится идея. Думаю, это будет интересный день. Они ещё немного поговорили, уже на более лёгкие темы. Когда кофе был допит, а солнечные лучи начали косо падать на стол, Джон взглянул на время. — Мне пора забирать Эллу. Но спасибо, Оскар. За всё. Как будто… нечасто такое бывает. Тепло, спокойно. Оскар кивнул, и в его взгляде появилось что-то почти домашнее: — И тебе спасибо. До субботы? — До субботы. Они разошлись, каждый с лёгкой улыбкой и приятным ожиданием.

***

Центр города был украшен гирляндами, воздушными шарами и пестрыми лентами, развевающимися на лёгком весеннем ветру. Повсюду разносились запахи сладкой ваты, жареных орешков, свежей выпечки и карамели. Музыка, звонкий смех детей, переговаривающиеся торговцы — всё создавалось ощущение настоящего праздника. Элла, одетая в удобные леггинсы, длинную белую футболку с подсолнухами и кофты сверху, с восторгом тянула за руку сначала отца, потом и Оскара: — Папа, Дядя, посмотрите! Там поняшки из шариков! А вон там — домик с леденцами! Оскар едва поспевал за ней, смеясь: — Ты точно уверена, что тебе не надо отдыхать? Мы с твоим папой уже устали! Джон, придерживая панаму, которую купил в одной из палаток, усмехнулся: —Оскара ты бесполезно Элла на ярмарке — как ураган. Если попадёшь под поток — спасайся, кто может. Они подошли к палатке, где мужчина в фартуке раздавал яблоки и груши в карамели. — Одну грушу — мистеру Оскару! — весело выкрикнула Элла, уже держа своё яблоко, — Ты же не пробовал такое? Оно липко-сладкое! Оскар, принимая угощение, сделал вид, что закатывает глаза: — Что ж, ради науки и новых ощущений— попробуем. После пары кругов по ярмарке, мешка жареных орешков и ещё одного воздушного шарика, ведь первый улетел, Элла углядела сцену, где дети могли разукрасить пряники. — Я хочу туда! Пожалуйста! — Девочка с сияющими глазами повернулась к отцу и Оскару. — А вы пока посидите! Вы же взрослые, вам нужен кофе! — Логика железная, — усмехнулся Джон. Они устроились за ближайшим столиком с видом на сцену. Заказали по чашке кофе и круассану, наблюдая за тем, как Элла увлечённо выбирает цвета глазури. — Никогда бы не подумал, что проведу день вот так, — сказал Оскар, сделав глоток. — А я вот как раз и представлял, — улыбнулся Джон, — Просто надеялся, что однажды найду человека, с которым это будет приятно. Оскар посмотрел на него. В этом взгляде не было ни удивления, ни неловкости — только лёгкое тепло. — Думаю, мы на правильной ярмарке, Джон.