Volens — nolens

      После кроваво-мрачной Гордыни, отдающей запахом гари и гниения, круг Лени впечатлил своей легкостью и обилием пастельных тонов. Едва выйдя из портала вслед за Люцифером, Аластор застыл как вкопанный, рассматривая представший перед ним пейзаж. Светло-розовое небо, парящие острова с водопадами, воздушные облака, ароматы цветов... Он будто очутился в другой реальности. Люцифер подождал несколько минут, пока радио-демон налюбуется местными видами и будет готов продолжить путь, но тот словно впал в транс, и вместо того чтобы пойти за серафимом в клинику, к дверям которой они вышли из портала, Аластор развернулся в другую сторону и побрел прочь, смотря куда-то в небо.       — Эй, ты куда? — Люцифер рванул следом, хватая его за рукав красного сюртука, который по памяти наколдовал ему этим утром, как и другую одежду, максимально приближенную к тому, что раньше носил радио-демон. Аластор, впрочем, сделал несколько замечаний, на что дьявол закатил глаза, но все же переделал.       — Здесь очень красиво, — ответил ему демон. — Даже не верится, что мы все еще в Аду.       — Есть такое, — серафим, не отпуская рукав, потянул его в клинику. Аластор все еще озирался по сторонам, но послушно шел, куда его вели.       Козлоподобная демоница на ресепшене приветливо улыбнулась и поинтересовалась, записывались ли они на прием.       — Да, на имя Люцифера Морнингстара, — король удивленно вскинул брови.       Что-то медленно вбив в компьютер, демоница о чем-то задумалась, потом еще раз постучала по клавиатуре и, снова задумавшись, спросила:       — Какая первая буква в фамилии?       — Да ты издеваешься, — Люцифер уронил челюсть, а Аластор засомневался, что хочет проходить здесь какие-либо обследования.       — Ваше величество! — в холл вышел важного вида бафомет в белоснежном халате, с седой бородкой и в очках. — Добро пожаловать в госпиталь имени Бельфегор! Прошу, следуйте за мной, — он открыл перед королем и его спутником дверь, приглашая их пройти внутрь и бросая при этом испепеляющий взгляд на администратора.       В кабинете было светло и чисто, пахло дезинфицирующими средствами, возле одной из завешанных дипломами стен стоял огромный, притягивающий взгляд аквариум с плотоядными рыбками. Аластор на секунду позавидовал оскалам этих рыбок. Доктор жестом указал на два кожаных кресла, а сам сел за стол перед компьютером.       — Если позволите, перейдем сразу к делу. Я изучил историю болезни пациента. Конечно, это необычный случай, поэтому нам понадобятся некоторые дополнительные обследования как на физическом, так и на духовном уровнях. К счастью, наш госпиталь оснащен самым передовым оборудованием, чтобы произвести полный спектр диагностики, — самодовольно вещал врач, поправляя очки. — Вот диагностический план, который я вам предлагаю, — он протянул Люциферу несколько листов бумаги, проигнорировав Аластора, словно его мнение тут никого не интересовало.       — Мы все это за один день успеем? — поинтересовался ангел, бегло просматривая содержимое документа.       — Конечно, успеем! — заверил врач. — Предлагаю начать с некоторых анализов и МР-томографии всего организма, потом сделать электроэнцефалографию и сканирование сущности. Если мы не получим достоверных результатов, можно прибегнуть к лоботомии и диагностической лапаро- и торакотомии, а потом...       — Эй, эй, — Аластор подскочил в кресле. — Если меня тут собираются препарировать, как лабораторную мышь, то я на это все не согласен! — он перевел возмущенный взгляд с врача на Люцифера.       — Да уж, — дьявол вернул бумаги доктору. — Давайте остановимся на гуманных исследованиях. Без вскрытий.       — Как пожелаете, ваше величество, — кивнул рогатой головой бафомет, приуныв.       Согласовав дальнейшие действия и кратко описав процедуры, доктор передал Люциферу документы на подпись. Аластор хотел возмутиться, ведь пациент — он! Он должен все согласовывать и подписывать, а его даже никто ни о чем не спросил. Все выглядело и ощущалось так, будто Люцифер привел своего питомца к ветеринару. Видя настрой радио-демона и понимая, что добром это не кончится, дьявол попытался сгладить углы:       — Не куксись. Ты не адорожденный и не имеешь юридических прав за пределами Гордыни. Так что я выступаю твоим представителем как король Ада и владелец всех грешных душ.       Как ни странно, это не помогло. Аластор помрачнел еще сильней.       — Ладно, — вздохнул Люцифер. — Просто делай, что скажут, и не пытайся никого убить или покалечить.       «Если будешь себя хорошо вести, я куплю тебе мороженку», — хотел добавить серафим, но небезосновательно рассудил, что после такого заявления покалечить могут уже его.       Уходя вслед за доктором, Аластор ощущал себя висельником, которого ведут на эшафот, никак не меньше. Хотя и понимал, что это все делается для его же блага, а Люцифер вообще не обязан так с ним возиться. Его забота о грешнике уже давно вышла за все разумные пределы.       К вечеру Аластора вернули в тот же кабинет, где уже ожидал Люцифер — а может, он и вовсе никуда не уходил — потрепанным и измученным. Усадив его в то же самое кресло, доктор начал листать историю болезни, делая в ней пометки.       — Ну... Хорошие новости заключаются в том, что на физическом уровне пациент полностью здоров, — спустя некоторое время объявил бафомет.       — Так, а есть и плохие новости? — Люцифер поерзал в кресле, сцепив руки в замок.       — Сканирование сущности выявило некоторые отклонения, — доктор сделал паузу, поправляя очки. — Насколько мне известно, пациент несколькими неделями ранее получил серьезную травму в область грудной клетки ангельской энергией, которая не была своевременно извлечена.       — Нет, я ее полностью удалил из тела, — нахмурился Люцифер, понимая, к чему идет разговор.       — Конечно, конечно, иначе господина Аластора уже не было бы в живых, — кивнул врач. — Но ангельская энергия какое-то время оставалась в организме, нанося урон как физическому телу, так и разъедая духовную эссенцию, словно кислота. И если после ее извлечения тело может очень быстро регенерировать, то душа...       — Так что с душой? — перебил его радио-демон, желая быстрее подойти к сути проблемы.       — Сканирование выявило обширный дефект в области, куда была нанесена рана, составляющий около пятнадцати процентов от основного объема, — озвучил окончательный диагноз врач.       — Так, даже я нихера не понял, — Люцифер откинулся на спинку кресла. — Что с этим делать-то?       — С этим ничего нельзя сделать, — бафомет закрыл внушительную папку с историей болезни и положил на край стола, пододвигая ее к повелителю. — Душа имеет свойство восстанавливаться, но, учитывая, что о подобных прецедентах достоверно нам неизвестно — грешники после схожих ранений никогда не выживали — мы не можем предположить, сколько по времени займет восстановление. Возможно, месяцы. Возможно, столетия.       Аластор, сидевший все это время почти молча и пытавшийся переварить информацию, не выдержал:       — То есть, пока не восстановится душа, я остаюсь без своих сил?       — Все верно, — подтвердил врач. — Но хорошая новость в том, что это не жизнеугрожающее состояние, хотя и возможны некоторые физические недомогания вроде головокружений и обмороков, — радостно закончил он.       — Вы к нам в круг наведайтесь и посмотрите, насколько отсутствие сил может быть «не жизнеугрожающим»! — рявкнул демон, делая рывок в сторону бафомета. Адорожденный от испуга шарахнулся и вжался в свое кресло.       Серафим удержал Аластора от смертоубийства за протянутую к бафомету руку с подрезанными, но все еще очень опасными, когтями. Не отпуская демона, он забрал папку с историей болезни и попрощался:       — Спасибо за вашу помощь, доктор Мерезин.       Из клиники Аластор вышел в скверном расположении духа. Он ожидал, что пережив все сегодняшние манипуляции, он узнает, как излечиться и вернуть себе свои силы, а после и положение, статус, честь и достоинство. Отомстить тем, кто его унизил и надругался над ним. А в итоге он остался ни с чем.       Люцифер, видя его настрой, не стал сразу открывать портал домой, предложив прогулку по кругу Лени. Аластор тяжело вздохнул, огляделся и решил, что хочет еще немного времени провести в этом необыкновенном месте.       Какое-то время они шли в молчании, нагоняя шок на всех встречаемых на пути адорожденных. Свернув куда-то в уединенный и живописный сквер, Люцифер рискнул нарушить напряженную тишину:       — Может, не стоит так расстраиваться? — неуверенно начал он. — В конце концов, ты не болен смертельно, а сила когда-нибудь восстановится.       — Когда-нибудь... Может, через пару-тройку сотен лет, — Аластор сжал кулаки. — Месть, конечно, принято подавать холодной, но к этому времени она уже не то что замерзнет, а сгниет. Вместе с моими врагами и, возможно, мной.       — Что такое для бессмертного несколько сотен лет? Ну а кроме мести есть еще другие причины жить, — серафим поднял на него взгляд. Аластор в который раз поймал себя на ощущении, что, несмотря на свой рост, он смотрит на дьявола будто снизу вверх.       Остановившись на узком деревянном мостике, перекинутом через бурную фиолетовую речку, радио-демон вцепился когтями в шершавые перила, не зная, как задать следующий вопрос.       — Тебя беспокоит что-то еще? — проницательный серафим давно научился читать его эмоции по глазам, подрагиванию кончиков ушей и тому, как Аластор всегда прикусывает губу, прежде чем обнажить истинную причину его волнения. Глубоко вздохнув, радио-демон перевел на короля взгляд:       — Мы никогда не обсуждали, на сколько вы пустили меня пожить у вас во дворце, — выдохнул он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Люцифер улыбнулся, поняв, наконец, о чем тот переживал все это время.       — Я сам об этом не думал, — помедлив, начал он. — И мне трудно было даже представить, как мы с тобой сможем сосуществовать под одной крышей.       — Может, пришло время об этом подумать? — уши Аластора едва заметно дернулись, но он старался сохранять самообладание.       Серафим перевел взгляд на воду, облокотившись рукой о перила и раздумывая над чем-то.       — Я понимаю, чего ты боишься, — наконец произнес Люцифер, не отрывая взгляда от бурлящей воды. — Тебе кажется, что я в любой момент могу указать тебе на дверь. Что ж, должен признать, в твоих опасениях есть доля правды. Я действительно не планировал, что ты задержишься у меня так надолго.       Аластор молчал, не зная, что ответить. Он ожидал услышать что угодно, но не такую откровенность. Обычно Люцифер предпочитал скрывать свои истинные намерения за слоем сарказма и шуток.       — Но, — продолжил серафим, поворачиваясь к нему лицом, — жизнь — удивительная штука, полная неожиданных поворотов. И наше с тобой сосуществование оказалось... гораздо более приятным, чем я мог себе представить.       Аластор вскинул бровь, удивленный искренностью в голосе Люцифера.       — Так что, — улыбнулся король Ада, — можешь не переживать. Я не собираюсь выгонять тебя из дворца, оставайся столько, сколько хочешь. И... Если быть совсем откровенным, время, проведенное с тобой, было, наверно, лучшим за последние семь лет, — Люцифер смущенно отвернулся, словно выдал непозволительную тайну. — Возможно, мы могли бы помочь друг другу.       — Вам приятна моя компания? — наклонив голову в бок, промурлыкал Аластор, изогнув губы в наигранно-ехидной усмешке.       — Только не зазнавайся, грешник, ты просто оказался не так плох, как я о тебе думал, — фыркнул в ответ Люцифер.       Не до конца отдавая отчет своим действиям, Аластор сделал шаг к ангелу, заключая его в объятия и прижимаясь щекой к его макушке. Люцифер был ошарашен необычным поведением демона. Прошла долгая секунда, прежде чем он ответил на объятие. Чувствуя, как бешено бьется сердце в чужой груди, он осторожно, словно успокаивая напуганного олененка, погладил его по спине. В следующую секунду радио-демон вздрогнул и отпрянул от дьявола прочь, смотря на него со смесью смущения и растерянности.       — Простите, ваше величество, — он сглотнул подступивший к горлу ком. — Я поддался порыву.       — Ничего страшного, Аластор, я не против, — мягко улыбнулся ангел, заправляя за ухо выбившуюся прядку золотистых волос. — Тем более что это был не худший твой порыв. Ты хочешь еще прогуляться или пойдем домой?       — Домой.