Долгая счастливая жизнь

***

      Небольшая комната. Окна за шторами, кровать у стены, настенные лампы , что уже давно не включались, маленький рабочий стол. Темно и очень тихо, единствннные звуки доносятся со стороны кровати, на которой неспокойно ворочается юноша - Лу Гуан не мог полноценно заснуть. Снова, уже третью ночь подряд.       Всё его время бодрствования состояло из моментов занудной рутины, пропитанной мрачными размышлениями, а здоровый сон заменяла трясина мерзостно-липких и печальных мыслей. Вот и сейчас, лёжа на кровати, парень не спал, а лишь ворочался, скованный коконом тишины и темноты, погружаясь в тоскливое состояние дрёмы, когда мыслям не удаётся придать ни формы, ни направления, а голову наполняют неясные образы, что насквозь пропитались сожалением и печалью.       Постепенно очнувшись от этого гадкого полузабытья , юноша ощутил саднение иссохшего горла, и решив устранить эту проблему поднялся на ноги, прорезав этим тишину вокрук. Надел тапочки по привычке, а не из стремления к большему комфорту, и пошел к двери, один скрип которой переместил его в темный коридор, полностью лишённый звуков.        Тут отныне царила полная тишина, о которой неделю назад не могло идти и речи. Это относилось и к комнате за шершавой коричневой дверью, за котой в любое время ночи раздавались самые разные скрипы, вздохи, всхлипы, подвываниия и прочие доказательства присутствия Чэна Сяоши - во сне он всё время ворочался, сопел и долго зевал, широко открывая рот.       Раньше это всё раздражало, особенно если из-за ремонта ты вынужден поселиться с ним в одной комнате, но теперь Лу Гуан был бы рад услышать сонное " фить-фить " или протяжное " оуммм ". Всё таки этих раздражающих звуков сейчас не хватало. Да и не только этих, впрочем и не только звуков... Много чего ещё нехватало...

***

      На кухне, где уже выветрился аромат кофе, незаменимого по утрам в прошлом, было темно, единственным источником света служил уличный фонарь, что изливал свет через окно. Благодаря этому фонарю можно было разглядеть помещение : шкафчики, холодильник, несколько стульев, стол, раковину. Около неё в этот момент как раз стоял беловолосый юноша, наливающий воду в стакан. Длительные бессонницы истратили силы, а мрачные мысли не давали ни на чём сосредоточиться, и по этому медиум понял, что налил слишком много лишь спустя пару секунд после того, как вода полилась по его руке. Наконец выключив кран он направился к столу с ожидающим его печеньем.       Печенье это обладало очень странным вкусом, но оно почему-то нравилось Чэну, что подъедая его нередко оставлял крошки, которые не всегда спешил убирать. Он как раз купил пару пачек за день до той проклятой вылазки. Так ни одной и не открыл...       Пожёвывая печенюшку, Лу Гуан никак не мог понять, что же в их вкусе нашёл его друг. Однако он продолжал их есть : всё-таки так ощущался дух тех прошедших деньков, пока они оба еще были в этом доме. Пока под этой крышей ещё было место лёгкой неряшливости и веселой непосредственности одного черноволосого парня, что вечно уравновешивал педантичность своего невозмутимого белоголового друга. Такие разные, противоположные друг другу, но гармоничные - можно сказать Инь и Ян.       Погрузившись в раздумья, юноша и сам не заметил, как съел последнюю штучку, и потому шарил в опустевшей пачке, ища ещё одну. Наконец осознав ситуацию, он встал, вытер со стола и решил прибегнуть к своему единственному спасению из этого душевного болота, а по пути к нему заглянуть в пару мест.       Первым делом Лу Гуан заглянул в комнату для проявления фотографий, но не стал включать лампы : от красного цвета его в последнее время мутило. Однако он всё же зашёл, и проверил чистоту в комнате, проведя пальцем по столу и нескольким тумбочкам, каждый раз находя пыль :" Надо бы протереть тут будет... " - отстранённо подумал парень. А ведь всего неделю назад он даже и не допустил подобного.       Далее заглянул в ванную, включив минимальный свет, что позволял видеть отражение в зеркале, но не слишком яркий, что бы не раздражать измученные глаза, привыкшие к темноте.       Отражение Лу Гуану не понравилось : глаза покраснели, под ними нарисовались фиолетово-синие круги, а волосы, что до этого была лишь немного небрежно уложены, теперь свалялись, облепив лицо и торча несколькими выбивающимися прядями. На подбородке появилась шитина. Надо бы хоть чуть-чуть привести себя в порядок, помыться, но сил хватает только на то, что бы почистить зубы и умыть лицо.

***

      Приведя себя в хоть сколько-нибудь приличный вид, парень направляется в укрытую тенями гостиную, где в центре стоит окруженный креслами и диванчиком столик, на котором были лишь пожухшие цветы в вазочке, да стопка фотокарточек разного размера. Сейчас, эти карточки были наверное главной ценностью медиума.       И вот, Лу Гуан дошел до единственного места в доме, которое могло дать ему недолгое облегчение и спокойствие : диванчик в гостиной, лежа на котором можно посмотреть лучшие фотографии с Чэном. Юноша осознавал : это умиротворение будет временным, оно пройдёт. А тогда горечь и печаль лишь усилятся, и будут с особой жестокостью терзать его ещё пару часов, пока не сойдут на нет, опять оставив пустоту за собой.       Но он всё равно опускается на диван, всё равно тянет руку к небольшому деревяному столику, всё равно берёт стопку матовых и глянцевых фотографий разного размера, заранее отобраных и вынутых из альбома.

***

             Первая фотография, сделанная раньше всех прочих. Вот тут малленький столик. Три деревянных стула вокруг, три улыбающихся ребенка сидят на них - два мальчика, одна девочка. Светло, везде гирлянды, украшения - первая ночёвка, на которой разрешили остаться. Им всем по девять лет, о будущем только мечты, радужные и светлые. Они могут целую ночь делать что хотят, смотреть страшные фильмы для взрослых, не спать сколько угодно, и этого им уже достаточно для счастья. Которое должно будет сопровождать их всегда.       Баскетбольная площадка залитая вечерним светом из окон, восемь ребят , ,по тринадцать-четырнадцать лет каждый, празднуют победу на чемпионате города. Хоть на лицах усталость, в глазах горят огоньки радости. Может от пота майки липнут к начавшему влажно блестеть телу, в позах читается гордость за себя и восторг победы. Вот и два паренька в центре, один с белыми, второй с чёрными волосами такие же : держат вдвоём кубок, улыбаются, просто таки светятся от радости. Тогда они вдвоём верили, что смогут преодолеть все преграды. Преодолеть их вместе.       А вот тут два обнявшихся за плечи подростка делают селфи. Лица обоих весёлые, даже эмоционально сдержанный обладатель белых волос не скрывает широкую улыбку. По украшениям на фоне легко понять - сейчас новый год. Лу Гуан прекрасно его помнил. Тогда абсолютно все пошло не по плану : Цяо Лин отъехала с родителями в соседнюю провинцию, хотя планировала отметить с ребятами, все остальные друзья тоже разбрелись - вот и остались Лу с Чэном одни. Но они не расстраивались : "надо провести этот праздник так, что бы все потом завидовали" - решили они. Наготовили целый пир, и чуть не спалили утку ( мастерство готовки Сяоши спасло ), накупили фейерверков как снарядов для целого артиллерийского взвода, и чуть не сожгли дом ( уже Лу Гуан не дал случится трагедии ). Но не смотря ни на что это был самый запоминающийся новый год. Возможно, лучший из их совместных праздников.       Два юноши, одна девушка, всем троим по двадцать, вывеска : " фотоателье " Время " - мы открылись " - начало их бизнеса. День стоит заметить тогда был не из лучших : всё небо затянулось ровным слоем низкой свинцовой тучи, в воздухе прохладная сырая взвесь, на земле лужи а на шеях шарфы. Но настроение ни у кого не омрачилось : оно было волнительно-преподнятым и солнечно-оптимистичным. Одни надежды на грядущий успех интересного и относительно прибыльного дела.

***

      Стопка вновь отложена на стол. Приятная ностальгия, в которую как в плед укутался Лу Гуан растворилась, оставив за собой лишь гнетущее понимание действительности. Действительность же эта умещалась в короткой фразе : его больше нет. Хотя было бы достаточно и одного слова :                               нет       Нет праздникам, которые он мог сделать самыми весёлыми. Нет его вдохновенным и непосредственнвм выходкам. Нет его нарушениям правил. Нет его нередко малооправданому оптимизму и поддержке. Всему этому, и многому другому отныне " нет ". Теперь только долгая жизнь, полная тишиной, пустотой, лишь для него одного, для Лу Гуана. Без Чэна.

      Если бы у медиума спросили " какие чувства ты испытываешь к Чэну ?" - он врятли смог бы ответить что-то однозначное. Ему это было и не так важно : имело смысл лишь то, что юноше не хотелось жить без этого человека. Сейчас, Лу Гуан был готов безропотно терпеть все его недостатки, лишь бы он был рядом, лишь бы продолжалась их жизнь друг с другом. Лишь бы они успели сделать хотя бы всё то, что уже успели запланировать. Хотя бы отпраздновали день рождения Сяоши...

***

             Черный цвет, желтые полосы, жёлтые иероглифы на спине, складывающиеся в собачью голову - именно так выглядела куртка, которую Лу Гуан купил своему другу в качестве подарка на день рождения. И не успел подарить.       Надевая на себя куртку, медиум представляет реакцию радостного Чэна на подарок. Вот в глазах заблестят огоньки любопытства, вот он улыбнётся, порадуется, что получил недешёвую вещь, которую так хотел, вот похлопает по плечу... Только вот сделает он это только в чужих грёзах... Или всё-таки нет ?       Чэн часто старался нарушить базовое правило их компании : не пытаться что-то изменить. Обоснований для этого правила было предостаточно, но одно из них звучало так : это бесполезно. И агенты нередко в этом убеждались. Но... Если всё же прошлое может меняться ? Что, если его ещё можно спасти ?

***

      На улице брезжил рассвет. Лу Гуан снова лежал на своей кровати, снова не спал, но на этот раз в его голове появилась некоторая ясность и чёткость, столь свойственные ему раньше. В голове из раза в раз повторялся вопрос : можно ли вмешаться в собственную историю, попытаться изменить её, нарушить собственное правило, лишь бы вернуть самого близкого человека ? Совершить преступление против своих принципов, ради потерянного счастья и чувства, будто всё на своем месте, всё так, как должно быть ?       Пока еще Лу Гуан отвечал самому себе " нет ". Но каждый следующий вопрос был чуть больше похож на утверждение, чем предыдущий, а обоснования для отрицательного ответа каждый раз становились всё менее значительными в мыслях юноши. Скоро он решится.