Хорошо иметь своего "мальчика"...

Влажный, подобно раскаленному солнцу горячий язык проходит по клитору, задевая самые чувствительные точки. Следом за языком идут два пальца, а затем и вовсе без каких либо трудностей входят во влагалище, выдавливая из шатена жалобный скулеж и сладкие для ушей Дани стоны. Руслан дёргается, но не от синдрома, а от этих ощущений. Внизу мокро, дырка вся течёт, ноги сводит, живот тянет, голова адски кружится и мозг уже не в силах воспринимать какую либо информацию, 3 пальчиковых вибратора внути, хвост в заднице и плюс два длинных пальца, засадившиеся по костяшки, заставляли кареглазого раздвигать ноги и выкрикивать имя возлюбенного с протяжным стоном, сжимая рыжие волосы в ладонях. Казалось, сознание начинает потихоньку отключаться, голова все чаще запрокидывается, легонько ударяясь об деревянную спинку кровати, дышать становится всё труднее, глаза закатываются, а блядский привязанный к борту кровати ошейник так и давит на кадык, создавая ощущение удушья при попытке встать, даже чуть-чуть. -Не дёргайся, блять! – очень громкий шлепок по ляжке разносится по комнате вперемешку со звонким стоном, на мышце остается красный след ладони, – громче скули. Вязкую слюну растирают пальцы, к которым присоединился и третий без всякого предупреждения, уже во всю длину фаланги делают два толчка и резко выходят, тянут за собой веревочку маленьких стимуляторов. Тушенцов ёрзает от неприятного ощущения пустоты, сжимает ноги как только рыжий привстает меж его ног, чтобы убрать игрушки на полку, голову откидывает и блаженно выдыхает, мычит, стонет. Послышался грохот на полке, а затем и усталый выдох рыжего, после неё ехидная усмешка: –Не расслабляйся, Русь, мы еще не закончили, – Даня наблюдает за реакцией Руслана, за его бегающими карими глазками с хрусталиками слез от его действий, сбитым дыханием и дерганными веками. Чуть наклоняется, надвисает над тем и чешет за собачьим ушком ободка с милой, но такой противной улыбкой. В его глазах огонёк животного желания, от которого так просто не избавиться. Хорошо, что под его рукой есть свой "мальчишка". Ошейник отвязал и чуть ослабил, давая тому глотнуть чуть больше воздуха чем прежде. Двигаться Руслан не мог из-за того что не чувствовал самую чувствительную точку, поэтому Даня рывком его в позу догги поставил, на спину нажимая чтоб прогнулся кошечкой. Хвост поднял к позвонку, прижал. Щелчок открывания теплого лубриканта даже как-то успокаивал шатена, ведь естественной смазкой тут не обойтись, а мало ли что Кашину в голову взбрендит? Он и не только на такой разврат способен. Нижний чувствует, как между ног стекает вниз тягучая густая субстанция, тут же снова два пальца оказываются внутри. Снова вздохи, ахи, стоны. Шатен даже говорить ничего не мог – полностью терял контроль над разумом, тело контролировал только Кашин, а мозг был отключен. Совсем. Руслан, уже не в состоянии держать корпус, хочет лечь пластом на кровати, расслабиться, уснуть крепким сном, но Даня не даёт. Ладонью по клитору проходит, бедра сползащие вниз поднимает, слышит скулёж. Орган нуждающийся из ткани освобождает. Так тесно было в этих джинсах, ткань неприятно тёрла, давила на давно вставший твёрдый член. Ловкими пальцами предэякулят растирает и не медля ни минуты сразу вставил ствол во всю длину, слушая сладкие, манящие стоны. Слушать их хотелось вечно, они были для рыжего как наркотик. Начиная ускорять темп, взял того за поводок и потянул на себя, вырывая из шатена больше звуков. Хвост не только неприятно щекочет спину Руслана, но и мешает Дане, от чего Кашин на руку наматывает черно-белый далматинский хвостик и резко вырывает из колечка мышц, снова слушая сдавленное мычание. Дане слишком нравились такие игры, а Руслан даже и не сопротивлялся. Давал любимому свободу воли, позволяя делать с собой все что он хочет. Не всегда конечно это было приятно, но впринципе оба оставались довольны собой. –Грязная шлюха...–Даня прикусил мочку уха Руслана, заставляя его затаивать дыхание, нервно глотать слюну и покорно слушать эти возгласы рыжего, которые несомненно ему нравились, –Весь течёшь, малыш. Не стыдно? Грязные разговоры заводили двоих, причем очень сильно. Минут 10 Кашин долбился в обмякшее тело шатена, тянул на себя ошейник удушая того, говорил на ухо всякие пошлости. Наконец, закончив на спину, отпустил Руслана. Тот сразу упал, чуть зажмурился от боли в промежности, но разлегся долгожданной позой пласта на всю кровать. Даня лишь кладёт руки на его щеки и благодарно целует в розовые пухлые губки, а Руслан отвечает на чмок, выдыхая. Пульс у двоих сбит, дыхание неровное, грудь вздымается при каждом вдохе, сердце бешенно стучит, а пульс поднялся, наверное, до максимального. Один другого еще недели две на руках таскать будет, а сейчас спать завалились, устали очень.