"Злодейка" или "Приносящая победу"?

— Госпожа, вставайте! — кто-то тормошил меня, но мне уж слишком сильно хотелось спать, потому я настойчиво игнорировала незнакомый голос.       Ровно до того момента, пока меня не пронзила секундная, но нельзя сказать, что совсем не ощутимая боль в левом предплечье.       Я открыла глаза и резко приподнялась на кровати, отчего одеяло слегка сползло и моему взору предстало хрупкое девичье предплечье, усеянное небольшими синяками… Будто от иглы.       Я мотнула головой, будто скидывая наваждение. И потом до меня снова стало медленно доходить, что я и где я. — Проснулись, госпожа?       Я повернулась на звук голоса и увидела милую веснушчатую девушку с каштановыми волосами, собранными в пучок. Её карие глаза с плохо скрываемым злорадством смотрели на меня, даже с какой-то насмешкой.       Я терпеть не могла таких людей. Они похожи на маленьких детей, которые знают, что уйдут безнаказанными, и потому с каждым днем начинают наглеть всё больше и больше.       И если смотреть на количество красных точек на коже, то я была права.       Только передо мной стоял далеко не ребёнок…       Мне хотелось возмутиться и стереть эту едва скрываемую ухмылку с лица горничной, но увы, я все еще не могла вымолвить ни слова, а реплик не предусматривалось. — Я подготовила для Вас воду, госпожа. Умойтесь.       Я тихо встала с постели, ступая в сторону… ванной? Да, хвала небесам, именно туда. (А то планировка мне не была известна, в игре на это упор не делали.)       Оказавшись на некоторое время наедине с собой, я сделала пару глубоких вдохов и выдохов. Нужно успокоиться — нервнозность до добра не доводит.       Передо мной оказалась наполненная раковина с водой, и опустив туда свои пальцы — почувствовала, как по моей коже пробежали мурашки. Ледяная.       Подготовила она воду, конечно. Сомневаюсь, что все леди принимают ледяной душ по утрам.       Несмотря на это, я зачерпнула немного воды и освежила лицо, просыпаясь окончательно…       …Но к сожалению, не у себя в квартире.       Я оперлась ладонями на край раковины и подняла глаза к зеркалу.       М-да уж…       В отражении на меня смотрела юная девушка, с почти аристократично-белой кожей (или это всё-таки бледность?), на которой местами красовались кровоподтеки от иглы. Когда я разглядывала героиню в игре, то думала, что это просто родинки, или веснушки… Реальность, как обычно, оказалась хуже.       Я потрепала длинные малиновые волосы, с неким восхищением и раздаражением одновременно. Мне всегда хотелось иметь длинные волосы, но короткие были практичнее и легче в уходе.       И должна признать, у Пенелопы очень красивые изумрудные глаза.       Только вот, что в игре, что сейчас — в них не наблюдалось и капли счастья… А ведь глаза — зеркала души.       Разглядывая «новую себя» — глубоко погрязшую в раздумьях, я и не сразу расслышала, как меня позвали обратно в комнату, чтобы позавтракать.       Собравшись с мыслями, я вышла из ванной, и под наблюдением девушки, неспеша подошла к столу у огромного окна.       На мгновение я задумалась, почему трапезничаю в комнате, а не с остальными, но быстро вспомнила вчерашний инцидент. — Прошу, госпожа, Вы верно голодны?       Вырвавшись от очередных мыслей, я наконец взглянула на свой завтрак. И если бы я могла, то сейчас из моих уст вырвался бы нервный смешок.       Еда в школьной столовой выглядела и то аппетитнее.       Передо мной появились варианты реплик, но облегчение ушло так же быстро, как и появилось.       1. Это что? С ума сошла?! Повара ко мне, немедленно! (Опрокинуть стол.)       2. Такое даже собакам не дают, ешь сама! (Скормить служанке.)       3. (Съесть.)       С каждой прочитанной репликой в голове всплывали воспоминания.       Когда я выбирала первую реплику, то жалобы слуг привели к тому, что старший брат лишил Пенелопу еды и воды, и она умерла от истощения и обезвоживания. При выборе второй — на крики горничной прибегал второй брат и толкал меня (точнее Пенелопу… Но по сути, уже меня, ладно) — по итогу она погибала от случайно воткнутой в шею иглы.       Моя ладонь невольно легла чуть выше ключиц, и я нервно сглотнула. Ужасная и мучительная смерть.       Значит, методом исключения, придётся выбрать третий вариант.       Если бы кто-то мог понять, какое же это стрёмное чувство, когда в определённый момент ты вообще не контролируешь своё тело.       Я словно робот, отточенными, почти механическими движениями, взяла ложку и, превозмогая внутреннюю борьбу (хотя можно ли было назвать ее таковой, если по сути я ничего не могла сделать?), зачерпнула солидное количество неизвестной жижи.       Готова поспорить! Если бы эта жижа была бы хоть немного теплой, то возможно это еще могло быть терпимым. Насколько это было возможно в данной ситуации…       Кормление помоями — должно быть отдельной пыткой, ведь несмотря на всё своё самообладание, стоило только холодной мерзости подойти к горлу — в глазах защипали слёзы. — Г-госпожа? — горничная уж точно не ожидала такого исхода событий, и если в любом другом случае — я бы позлорадствовала, мол, чей-то план провалился… Сейчас мне даже не хотелось существовать.       Когда я потянулась за второй и последующими ложками данного кулинарного ада, на миг меня посетила мысль, что я наверное умерла и это моё наказание за все грехи. — Что тут происходит? — послышался, словно из-под толщи воды, голос младшего сына герцога, который видимо проходил мимо. — Господин Рейнольд! — готова биться головой об заклад, что она побледнела.       Позывы к рвоте не заставили себя долго ждать и с каждой минутой мне становилось всё хуже и хуже.       Мне же не придётся есть собственную… Боже, прошу, не надо!       Я закашлялась и глубоко задышала, пытаясь тем самым облегчить себе страдания. — Эй, с тобой всё хорошо?.. — рядом материализовался названный брат, который сразу же, как увидел, что у меня на столе — осёкся. — Это что ещё такое?       О, это наверное картина маслом для какого-нибудь мазохиста. Наполовину съеденные помои, заплесневелый хлеб, и бледнее прежнего — лицо младшей сестры, у которой по всем признакам в ближайшие несколько минут ожидается рвота.       Лицо мужчины исказилось. — Господин! Я… — девушка стала запинаться. — Таким даже бедняков не кормят. А в доме герцога — и подавно! И ты подала такое на стол?! Убирайся! — Господин! — Я сообщу об этом отцу и брату. Эй, есть кто снаружи? Дворецкий!       И как по взмаху волшебной палочки, в комнату сразу же явился пожилой дворецкий, а за ним и ещё несколько слуг. — Господин? — Немедленно уведи эту девчонку с глаз моих! — Господин! Пожалуйста! Простите меня!       Сколько же вокруг моей персоны развелось драмы, видимо к этому придётся привыкать…       Я с трудом подавила очередной желудочный спазм и откинулась на спинку стула, мечтая только о двух вещах: сначала прополоскать рот, а затем выпить чистой воды. — Эй, ты как? — я почувствовала как меня потрясли за плечо. — Идиотка… Но не слепая же? Где твой истеричный нрав?       Я даже не знаю как сейчас это расценивать. Провокация или своеобразный способ утешения? Или же просто эмоциональные качели? Увы, но у меня не было сил сейчас об этом даже задумываться.       Спустя пару минут мне вроде стало чуточку легче… Но о еде думать я не смогу в ближайшие пару часов точно.       Вот так неожиданность! Помощь пришла откуда ее и не ждали. — Надо вызвать врача… Ты совсем бледная.       Я заметила появившиеся реплики.       1. Отстань.       2. Какая тебя разница? Вон!       3. Не притворяйся добрым.       Очень хотелось выбрать третий вариант, но так как я понимала, что отношение слуг ко мне подобным образом — непосредственно вина братьев. Но я же не хочу все-таки умереть, верно? Поэтому я выбрала первый вариант.       Тут хотя бы можно было сослаться на моё состояние… — Отстань.       Надеюсь, я не подписала себе только что смертный приговор. — Ну и отлично! Делай, что хочешь, раз такая умная. Хоть умри! Но никто больше не потратит время на такую как ты!       Следом за этими словами последовали удаляющиеся шаги и громкий хлопок входной двери.       Но перед этим я заметила, как индикатор симпатии с «-10», поднялся до «-3».       Только вот обрадоваться не успела, как побежала в ванную, где меня наконец-то стошнило.

***

      После того, как тошнота отпустила меня, я устало села на холодный пол в ванной комнате. Наверное делать этого всё-таки не стоило, то что я оказалась в игре — еще не значило, что я не могу заболеть.       Постепенно, как мне легчало, голова стала с удвоенной силой переваривать произошедшее, за столь достаточно короткий, но мучительный отрезок времени.       Так, Вероника, спокойно. Надо ещё раз разложить всё по полочкам и оценить масштаб проблемы.       Исходя из информации в самой игре, то Пенелопа Экхарт, в тело которой я попала — являлась приёмной дочерью герцога Экхарта. К слову, Экхарты были единственным герцогством в Империи Иока.       Пенелопа росла под опекой родной матери вплоть до двенадцати лет, прежде чем та умерла от болезни. И по воле судьбы, девочку-сиротку заметил безутешный герцог, который искал свою пропавшую дочь, но вскоре забрал девочку под свое крыло. И то, потому что та была похожа на родную дочь.       Только вот она всё-таки не была его родной дочерью, и по мере взросления это становилось очевиднее и девочка стала предоставлена самой себе. Как котёнок, к которому утратили интерес, только к этому бонусом прилетела ненависть старших братьев и презрение со стороны слуг.       Отчасти я могла понять, через что ей пришлось пройти…       Пенелопа вела себя и выглядела как злодейка, по сравнению с невинной внешностью Ивонн, за которую можно было поиграть в обычном режиме. У родной дочери волосы были нежного розового цвета, светло-голубые глаза, как небо, и более миловидные черты лица. Внешность Пенелопы, наоборот, более броская, и прям так хотелось сказать «кричащая». Не люблю судить людей по внешности…       Но учитывая то, что я уже успела прожить в её шкуре за… день? Неудивительно, что она стала такой истеричной и обозлённой.       Злодеями не рождаются — ими становятся. В большинстве случаев…

— Как же это до боли знакомо, верно?

      Так, что-то я раскисла. Надо немедленно привести себя в порядок и взять себя в руки. Если хочу выжить и выбраться отсюда, то нужно продумать план.       О том, что может способа выбраться — нет, я старалась не думать.

***

      Передо мной лежало перо и несколько листов бумаги. Надо было упорядочить мысли и записать то, что всё ещё помнила и что окончательно не выветрилось из головы.       Итак, я — Пенелопа Экхарт, приёмная дочь в герцогстве Экхарт; персонаж сложного уровня, а значит права на ошибку у меня быть не может, или только с очень чреватыми последствиями.       В игре есть пятеро целевых мужских персонажей, чью симпатию мне предстояло заслужить (а в сложном режиме, это было в стократ тяжелее), начиная с того, что у всех персонажей симпатия была не от «30%», а от «0%». (А у кого-то даже «-10%».)       Дерек Экхарт       Рейнольд Экхарт       Каллисто Регулус       Винтер Берданди       Иклис       Ну что ж…       Дерек Экхарт — старший сын и будущий герцог на смену отцу. В основном занят делами семьи, предпочитая игнорировать существование Пенелопы. (Неудивительно, ведь по сути её привели как замену. И чем думал герцог? Одному видимо Богу известно.)       Убивал редко, в основном только наказывал, и тем самым накладывал ограничения. Желательно было просто поддерживать нейтралитет, ведь строить отношения… Кажется делом сомнительным.       Рейнольд Экхарт — младший сын герцога, неприпомню, чтобы он занимался чем-то важным… Вероятно, просто бездельник. С характером тоже не все гладко, даже гадко. И если кого и можно было винить в таком неподобающем поведении слуг, то только его.       Напрямую не убивал, но был причиной некоторых «покушений». Наверно, стоило бы держаться от него подальше, насколько это конечно было возможно. Иначе сюрпризы с его подачи — могут оказаться для меня фатальными.       Каллисто Регулус. Кронпринц Империи Иока, «кровавый тиран», который в обычном режиме, под влиянием героини встает на «путь истинный», но в сложном…       Я перепроходила его очень долго, но так и не смогла продвинуться. Увы, но в этом плане — характер Пенелопы, как красная тряпка на быка. Но можно было бы попробовать конечно…       Посмотрим, в общем.       Винтер Берданди. Известен всем как маркиз, а также являлся волшебником, но так как в Империи Иока их притесняли — ему приходилось скрывать сей факт, как в принципе и то, что он был руководителем торгового дома. Там он продавал как информацию, так и вещи с чёрного рынка, где и познакомился с героиней обычного режима.       По натуре обаятельный молодой человек, в определенной мере романтичный и заботливый, в обычном режиме очень много помогал главной героине.       Жаль до сложного не дошла, но пожалуй с ним бы стоило пересечься. Такой союзник был бы очень кстати. Особенно когда именно он должен был привести родную дочь герцога обратно в отчий дом.       Иклис. Раб, которого герцог выкупил, заметив его талант к фехтованию. Парень добился большого успеха и стал самым молодым мастером меча. Сочувствовал Пенелопе достаточно, чтобы даже какое-то время прислуживать ей.       По сути он самый лёгкий вариант, если я смогу его найти. Ведь на сложном уровне я так его и не встретила. Даже намёка на него не видела.       Информации не густо и мне предстояло ещё по мере поступления хвататься за любую информацию, чтобы как можно лучше выстроить последовательнсть своих действий.

— Забавно, Вероника. То есть, ты уже даже не задумываешься о «реальности» этого мира?

      На самом деле, будто у меня был выбор. Мне нужно было пройти одну из нескольких любовных линий до дня совершеннолетия Пенелопы. Ведь именно тогда в дом вернется родная дочь, и…       Скорее всего, я просто умру. Game over.

***

      Я сидела за столом, оперев голову на руки. Мысль о том, что времени у меня ограничено, и что вероятнее всего меня ждет смерть… Ну скажем так, не особо обнадеживала.       Когда неожиданно кто-то постучал в дверь, я подпрыгнула на месте, словно отпрянула ото сна, вернувшись обратно, в новую реальность. — Госпожа, Его Светлость желает Вас видеть, — в комнату вошёл пожилой мужчина. Снова дворецкий.       Я не то чтобы придиралась, но разве не нужно было дождаться пока я дам разрешение войти? То есть, всё настолько запущено в герцогстком доме, по отношению к Пенелопе?       Хотя, о чем это я… Мне же служанка утреннее иглоукалывание провела и смачный завтрак подала.       Передо мной снова появилось белое окно, с выборами.       Боже, сохрани.       1. Как ты смеешь входить без разрешения? Жить надоело? (Запустить в дворецкого чем нибудь.)       2. Ему надо — значит сам и придёт!       3. Хорошо. (Просверлить взглядом, а затем встать.)       Если мне так придётся постоянно выбирать, то я сойду с ума быстрее, чем хотелось бы. — Хорошо.       Надеюсь, я переживу эту встречу.