Быть согласным и не перечить

- Давай поговорим о том, как далеко зашла твоя одержимость. Лао Ди, чтоб его бесы разорвали на месте, умеет вовремя начать разговор. Теперь и кусок поджаристой свинины в глотку не лезет, Фан Добин, поморщившись, смиренно отложил надкушенный кусок мяса обратно в тарелку, во избежание возможных проблем с дыхалкой. Ему порядком надоело давиться едой каждый раз, когда Ди Фэйшэн открывал рот, чтобы вбросить очередной невнятный тезис. Пора прекращать обедать с ним за одним столом, того и глядишь, Добин ненароком похудеет и потеряет форму. А ему нельзя, Цзянху слабаков не терпит. Возвращаться в отчий дом с повинной головой в очередной раз ой как не хотелось. - Ну, давай поговорим, - с неприсущим ему принятием пробурчал Сяобао, даже не надеясь улизнуть. Не-а, ни в это случае. Лао Ди слишком хорошо знал все привычки Добина, будто изучил повадки строптивого животного, нуждающегося в обучении для послушания. И как бы мерзко не звучало, Добин хорошо обучался. Блестящая покорность и непревзойденная покладистость. И дело было не в собственной выгоде. Ди Фэйшэн повелевал им с помощью одного лишь секретного оружия. «Либо ты учишься у меня, либо я возвращаю тебя домой к отцу, подбирающему тебе новую невесту». Одна фраза. И все. И Добин уже не в праве отстаивать свои интересы. - Замечательно, - Ди Фэйшэн нерасторопно наполнял две чаши персиковым вином. – Намедни заметил, что ты довольно часто пропадаешь в Доме Удовольствий. - У меня растущий организм со своими потребностями. Ты сам говорил, что тепло девичьих рук может помочь снять напряжение. Вот я и захаживаю к девице одной иногда. Добин подхватил рукой наполненную до краев чашу и опрокинул все содержимое себе в рот одним махом. Нечего с вином церемониться. Но насладиться терпким вкусом у него не вышло. - Ага, - Фэйшэн с издевкой хохотнул. – А эту девицу случаем не Ли Ляньхуа зовут? Вино встало поперек горла, организм попутал функции и заставил Добина резко вдохнуть. И вот опять подавился! Не едой, так выпивкой. Да что ж такое! Прокашлявшись, Сяобао не сразу нашелся, что ответить. Пришлось отшучиваться. - Бредни не неси. Что за совпадение такое? Немыслимо! Вести себя так, будто блеф – это истина, сложно, но Добин старался изо всех сил. Но такие приемы уже давно не прокатывали против великого мастера боевых искусств, не обделенного талантом видеть людей насквозь. - Перестань прикидываться дурачком, - голос Ди Фэйшэна ощущался усмиряющим и строгим. – Я все знаю. Клетка захлопнулась. В очередной раз перед носом Добина образовались невидимые стальные прутья, как символ заточения по своей воле. Если бежать нельзя, то нужно юлить. Именно этому его научил когда-то Ли Ляньхуа. - И что же тебе известно? Взгляд нужно держать, как и осанку, как и чувство собственного достоинства. Но под властным и раздевающим до самой души взглядом Ди Фэйшэна все эти три составляющих личности в момент рассыпались, канув в бездну согласия. Быть согласным и не перечить. Слушаться и повиноваться. Именно так Ди Фэйшэн наставлял Добина, якобы для того, чтобы изгнать ту самую «одержимость». - Я осведомлен, вероятно, не меньше твоего. Например, о том, что Ли Ляньхуа выжил и вернулся. А еще о том, что он прячется в Доме Удовольствий, приютившись под крылом хозяйки. Думает, что никто не знает о его местонахождении. А я вот знаю. И ты тоже. Лао Ди хорошо орудует не только мечом. Да что там, его слова, острее любого клинка, способны резать сердце раз за разом, не проливая кровь. - Никого я не нашел, - продолжал отпираться Добин, но на этот раз опустив голову, не в состоянии выносить этот проникновенный взгляд. Но Ди Фэйшэна такой расклад не устраивал. Он подхватил лицо Добина за подбородок и приподнял его голову, все же заставляя посмотреть в глаза. А глаза у этого дьявола бездонные, завораживающие и пугающие. Если бы Сяобао стоял, то давно бы рухнул на колени от того, как подкашиваются ноги под этим властвующим взглядом. Быть согласным и не перечить. Слушаться и повиноваться. - Давай на чистоту, - Ди Фэйшэн говорил нарочито медленно, растягивая слова так, чтобы они впивались в душу еще глубже и сильнее. – Ты ходишь в Дом Удовольствий не ради плотских утех. Ты ходишь к нему, так? Отнекиваться нет смысла. Увиливать больше нет мочи. - Да, - тихо выдавил из себя Добин. – Я хожу к Ли Ляньхуа. Лао Ди сделал глубокий и очень шумный вдох. Казалось, после такого выпада должен последовать тяжелый кулак. Но опасность миновала. - Мы уже это проходили, Сяобао, - пусть голос и стал мягче, но чувствовалось привычное давление на совесть. – Помнишь, о чем мы договорились пару месяцев назад? Как такое не помнить. Добин на всю жизнь запомнил этот скотский момент, когда поддался эмоциям и расплакался на груди Ди Фэйшэна из-за того, что не смог отыскать Ли Ляньхуа. Дал слабину и попал в лапы зверя. Зверь, который обещал о нем заботиться. Зверь, который склонил его к непоправимому. Зверь, который подчинил себе человека. - Никогда больше не искать Ляньхуа, - сдавленно пробормотал Добин под чутким присмотром старшего. – Если Ляньхуа сам найдется, никогда не приближаться к нему. - Правильно, - одобрительно кивнул Ди Фэйшэн. – А все это для чего? - Для того, чтобы направить меня на путь воина без слабостей и одержимости, от которой я страдаю. Никто не страдал. Ни у кого не было слабостей. Добину в принципе было все это чуждо. Он хотел жить лишь чувствами, вкушая свободу, как вино. А в итоге оказался в еще более невыгодном положении. Лао Ди довольно улыбнулся и, наконец, убрал свою руку от лица младшего. - Все верно. Так отчего же ты решил пренебречь уговором? От того, что сердцу не прикажешь. - Я просто запутался. Небольшая оплошность. Больше не повторится. Добин нагло врал. Повторится. Еще и не раз. Взгляд у Лао Ди был недоверчивым, подозревающим, пришлось резко встать из-за стола и податься в угол кухни, делая вид, что просто насыпает лакомства в миску Хулицзин, крутящейся под ногами. А на самом деле это была попытка избежать дальнейшего разговора. Говорят, попытка – не пытка. Но все, кто так говорит, ошибаются. Ди Фэйшэн в мгновенье ока переместился от стола к Добину и, схватив его за горло, впечатал спиной в стену. Было не больно, но от усилия, с которым тело приложилось стене, задребезжали плошки на тумбе. - Ты обещал не врать мне, - Ди Фэйшэн говорил спокойно, но, казалось, его губы сложились в оскал. – Так выполняй обещанное. Пристыдил. Умеет он. Все умеет, всему учит, во всем помогает. Но временами теряет самообладание и превращается в чудовище. Выход только один. Быть согласным и не перечить. Слушаться и повиноваться. Добин выдавил из себя слабую улыбку, его ладонь мягко легла поверх руки Лао Ди, сдавливающей горло. - Прости меня, - пришлось сглотнуть, и вышло это слишком громко и больно. – Соблазн был велик. Но я не хочу ссориться. Давай все решим мирным способом. Эти слова, как мантра, действовали безотказно. Ди Фэйшэн в миг присмирел и успокоился. Плечи его, ранее поднятые в напряжении, опустились, пальцы разжались, ослабив хватку, и скользнули от горла к холодной щеке. - Извини, я погорячился, - виновато проронил Лао Ди. - Я тоже, - теперь совесть мучала и Добина. – Я знаю, что ты стараешься для меня. Хочешь мне помочь преодолеть трудности и не рухнуть на дно. Но… с возвращением Ляньхуа все стало гораздо труднее. На этот раз взгляд Ди Фэйшэна был пронизан тоской и состраданием. Он мягко поглаживал щеку Добина кончиками пальцев и еле слышно шептал: - Да, он вернулся. Живой. Но ты сам прекрасно знаешь этого человека. Недалек день, когда он вновь сменит имя, личину, местожительства, сбежит и оставит нас. Как всегда. Таков уж он, Ли Сянъи и Ли Ляньхуа в одном лице. Что правда, то правда. При последней встрече Ляньхуа обмолвился, что ищет новое пристанище, а еще шутил про выбор нового имени. Вероятно, он действительно в очередной раз планирует сбежать. И перечить ему нет смысла. Человек волен делать, что ему заблагорассудится. Только он – хозяин своей судьбы. И Добин не смеет вставать у него на пути. У Добина тоже новая жизнь. Новые цели. И совсем другой человек рядом, оберегающий его. Человек, о котором Сяобао никогда бы не подумал в том ключе отношений, в которых они состоят сейчас. Кто они? Учитель и ученик? Наставник и его последователь? Все бы так, да не так. Есть кое-что, категорично выбивающиеся из парадигмы такого рода взаимоотношений. И это кое-что происходило прямо сейчас. Ди Фэйшэн молча потянул на себя младшего, подхватив одной рукой за талию, нежно прижимая к себе, и впился в губы Добина властным, но в то же время не настаивающим поцелуем. И тот безоговорочно ответил, прижимаясь плотнее. Сяобао не понимал, как они к этому пришли. Он упустил момент, когда дружеские объятья стали вовсе недружескими, поцелуи стали чем-то обыденным, заменяющим повседневные разговоры. Просто в один день все резко изменилось. Мир перевернулся с ног на голову. Между ними огромная пропасть опыта, знаний, разница в возрасте также немалая. Но все же друзья сблизились до такой степени, что об этом стыдно рассказывать кому-то другому. Добин не знал, как сам к этому относится. Его душа всегда тянулась к Ли Ляньхуа и продолжала тосковать по нему, даже с учетом его появления. Однако, целуясь вот так вот нежно с Ди Фэйшэном в тереме, который когда-то принадлежал объекту его влечения, Добин не мог остановиться. Ему нравилось все это. Нравилось, что это неправильно во всех смыслах. Нравилось, что им повеливают, несмотря на внутренний мятеж. Нравилось, что чьи-то сильные руки властно обнимают его до затруднения дыхания. Нравилось, что кто-то взял ответственность за его жизнь. Похоже, это просто побег от реальности. Отдушина перед тем, как впасть в безумие и потерять себя. Но Добин не хотел прекращать этот беспредел. Пусть все катится к чертям на радость. А пока… Быть согласным и не перечить. Слушаться и повиноваться.