Plus One

— Вайолет! — громко позвала Кассандра. — Бросай печенье и иди к нам! Вай выскочила из кухни, яростно дожёвывая печенье. Было так вкусно, что она и не заметила, как зависла у кухонного островка, уплетая сладости из большой деревянной миски. Кухарки испекли свежее печенье с вечера — чтобы было чем подкрепиться перед дорогой. Им уже пора было выезжать на станцию: поезд домой отправлялся на рассвете. Вся семья Кирамман ждала её, когда Вай ввалилась в гостиную. Кейтлин стояла рядом с родителями, уютно устроившимися на резных стульях. Принцесса, разумеется, примостилась у ног Тобиаса — знала, кого надо держаться, чтобы выпросить побольше лакомств. Вай с интересом оглядела высокий штатив с камерой, установленной посреди комнаты. — Давай! — приглашающе махнула рукой Кейт. — Надо успеть сделать семейное фото до отъезда. — Со мной? — Конечно! — быстро ответил мистер Кирамман. — Ты же теперь часть семьи. Вай изумлённо вздохнула. У неё так давно не было семьи… Даже трудно вспомнить, когда в последний раз она участвовала в чём-то вроде семейной традиции. — Тобиас прав, — сказала миссис Кирамман, отставляя чашку с чаем на столик. Она встретилась с Вай взглядом — и, впервые, не нахмурилась в тот же миг. Не излучала обычного высокомерия. У Вай встал ком в горле. Глаза защипало от непролитых слёз. Её признали. Она получила одобрение обоих родителей Кейт — и словно камень с души упал. Впервые за долгое время ей казалось: она всё сделала правильно. — Ну же, давай скорее, — поторопила Кассандра, когда Вай не двинулась с места. — Мы так на поезд опоздаем. — Не бурчи, — мягко сказал Тобиас, беря супругу за руку. — Всё успеем. Вай шагнула к Кейтлин, оглядела позирующих Кирамманов и спросила: — А куда мне встать? — Ко мне, — позвала Кейт. — Встанем за родителями. Все чувствовали себя перед камерой вполне раскованно — кроме Вай. Последний раз она фотографировалась, наверное, ещё в Стилуотере… Фото на личное дело при задержании вообще считается? — И часто вы так фоткаетесь? С позами и все такое? — Каждый раз, как приезжаем сюда. Ну и на День Прогресса, конечно, — улыбнулась Кейт, утягивая её на нужное место. Тобиас обернулся, закинув локоть на спинку стула, и заговорчески сообщил: — У нас дома целый альбом есть. Я тебе покажу. — И детские фото там есть? — Разумеется, — с гордостью ответил он. — Мы наряжали малышку Кейтлин в пышные платья с рюшами. Ей не нравилось, но никто особенно не спрашивал. Зато фото получались отменные! Вай при мысли об этих фото ощутила прилив решимости: надо поскорее вернуться домой — и всё их пересмотреть. — Ладно, давайте уже, улыбаемся! Быстрее начнём — быстрее закончим. Кейтлин рассмеялась от её внезапной прыти. Вай встала за Кассандрой, Кейт — позади отца. Принцесса гордо устроилась между стульями, демонстрируя новый красный ошейник с гербом семьи. Вай обняла Кейт за талию и притянула её ближе, хихикая себе под нос. Все замерли, глядя в камеру. Вспышка! Вай тут же шагнула в сторону — посмотреть, что получилось. Но Кейт успела схватить её за руку и потянуть обратно. — Малыш, вернись! Там сери… Щёлк! — не успела она договорить, как камера снова сработала. Вай в ступоре посмотрела в объектив и поняла, что проебалась. — Блять! Кассандра вскрикнула, дёрнувшись: — Вайолет! Щелк! Вай зажала рот рукой, выпучив глаза. Она… только что выругалась при родителях Кейт?! Кассандра застыла с выражением тихого ужаса на лице. Кейтлин с отцом уже хохотали во весь голос, а Принцесса подскочила и начала звонко тявкать. Щелк! — Да сколько можно?! — взревела Вай. — Остался последний! — сквозь смех выдохнула Кейт, показывая один палец. Вай в долю секунды приняла решение: резко притянула Кейт к себе и смачно чмокнула в щёку. Та только пискнула — и камера в последний раз щёлкнула. Кассандра застыла, спрятав лицо в ладонях. Тобиас согнулся от хохота и начал икать. — Ну вот, испортила фотографии, — хихикала Кейт, склоняя голову на плечо Вай. — А я откуда знала?! Мистер Кирамман, вытирая выступившие слёзы, встал и подошёл к камере — снимки начали сразу печататься и падали в лоток под штативом. — Она права, дорогая, — развернулась Кассандра. — Надо было сразу сказать. — Благодарю, миссис Кирамман, — кивнула Вай. — Зови меня Кассандра, — махнула та рукой. — Теперь эти формальности ни к чему. Кейт, замирая в объятиях Вай, театрально обмякла: — Предательство! И от кого? От родной матери! — А вышло неплохо, кстати, — подал голос Тобиас, перебирая фотографии. Все тут же сбежались к нему, чтобы разглядеть результат. Камера успела запечатлеть хаос в лучших его проявлениях. Эмоции были живые, искренние — получилось настолько плохо, что даже хорошо. — Можно мне вот эту? — ткнула Вай пальцем в снимок, где целует Кейт. — Я хотела её в кабинет поставить! — возмутилась девушка. — Может, лучше дома? Так мы обе будем видеть её каждый день. — Вы съезжаетесь?! До свадьбы?! — ахнула Кассандра, словно это было личным оскорблением, и схватилась за грудь. Ну вот, по новой… — Конечно нет, мама, — закатила глаза Кейт. — "Съехаться" значит "вместе куда-то въехать". Вай просто будет жить у меня. Кассандра укоризненно посмотрела на дочь, решившую пошутить над матерью. — Что ж... хотя бы истории про крыс больше слушать не придётся. Вай ахнула и резко обернулась к девушке, та уже прятала лицо в ладонях, сотрясаемая новой волной смеха. — Ты ей про крыс рассказала?! — Вообще-то она нам обоим рассказала. Во всех подробностях, — вставил Тобиас. — Мы устали слушать. Кейтлин посмотрела на огромные часы — и глаза округлились. — Смотрите, мы же почти опоздали! Все разом повернулись к часам, потом — оглянули багаж, грудой лежавший у двери в прихожей. Через мгновение семейство, во главе с Кейт, уже спешно копошилось у выхода, натягивая верхнюю одежду и подбирая дорожные сумки.

***

То самое фото Вай всё-таки забрала себе. Спрятала его во внутренний карман куртки и достала только тогда, когда поезд тронулся. Рядом, устроившись на её плече, тихо посапывала Кейт. Вай осторожно обнимала девушку, не давая той соскользнуть. У неё на коленях свернулась клубочком Принцесса — тоже спала. Два сапога пара, подумала Вай с улыбкой. Напротив сидели родители Кейтлин и тихо переговаривались между собой. Миссис Кирамман вдруг поймала её взгляд — и, впервые с момента их знакомства, не отвела глаза в ту же секунду. Вместо этого женщина тепло улыбнулась… а затем просто вернулась к разговору с мужем. Вай расценивала это как нехилый такой прогресс. За окном начинался рассвет. Первые лучи солнца окрашивали водную гладь в оранжевые и золотые тона. Вид был почти таким же красивым, как девушка, что сейчас пускала слюни на её куртку. Вай посмотрела на неё, коснулась губами волос и, наконец, поняла: она на своём месте.