Будни жнецов.

      — Здравствуйте, многоуважаемый жнец Александр! Вы к нам, как обычно, с душами? — спросил чёрт, вежливо поклонившись перед фигурой в темных одеждах. — Если бы… — вздохнул Казьмин и посмотрел по сторонам. Ад выглядел вполне обыденно: костры, огонь, крики грешников. Ничего не изменилось. Почти. — Я вижу, у вас куда-то ваши трезубцы пропали, которыми вы души мучаете…       Чёрт закивал. Его выражение лица стало грустным и жалостливым, насколько это было возможно у адского существа. — Все верно, господин жнец! Ваш напарник все наши трезубцы стырил! Даже мы уже в ужасе. Про Владыку нашего и говорить нечего. Охреневает только так от вашего напарника.       Казьмин ещё раз тяжело вздохнул. Ну почему ему в напарники дали такого шебутного жнеца? Невероятно красивого, с великолепной пушистой шевелюрой, но любящего проказничать и не всегда придерживаться правил! — А он где сейчас? — спросил Саша, вглядываясь в даль адских владений и высматривая пристально невысокую фигуру с охапкой трезубцев. — Да где-то ходит… Сами уже не знаем где! — воскликнул чёрт, немного истерично рассмеявшись, и достал из внутреннего кармана пиджака валидол, наливая себе тридцать капель лекарства прямо в рот.       Александру уже даже хотелось пожалеть эту тварь. Нервная у всего ада работенка стала, когда жнецом вышел работать Егоров.       — Спасите! Помогите! — раздался откуда-то из-за котла с грешниками писк.       Прямо к Саше выскочил маленький бесёнок, который спрятался за чёрта. А следом за ним появился и сам Люцифер. Выглядел тот очень внушительно и мощно. Особенно нагонял страха и трепета хлыст в руках. Сашу же больше веселила ярость и усталость в глазах Владыки Ада. — Где эта мелочь? — рявкнул Люцифер, осматриваясь по сторонам. Чёрт оторвал от себя беса и протянул Владыке. — Возвращай ты уже этому чертиле его косу. Иначе… Голос Люцифера стал совсем инфернальным и пугающим. — Он мне вообще-то хвост чуть не оторвал! — пискнул бесёнок, но, увидев кончик хлыста у своего носа, заверещал: — Ой, не надо, Господин, не надо! Уже бегу, бегу!       Чёрт поморщился, отпустив существо, и оно умчалось куда-то обратно в самые дальние адские места. Люцифер только сейчас обратил внимание на жнеца и кашлянул, убирая хлыст. — Кхм… Вернут вашему напарнику сейчас косу. Но только это… В ближайшее время пусть он в Аду не появляется. Мне своих слуг надо будет в порядок приводить. И вообще все мои владения. — Хорошо, — согласился Казьмин. — То есть он все это затеял из-за того, что у него вот эта мелочь косу украла?       Коса для жнеца — инструмент весомый, важный. Саша это прекрасно понимал, но не мог поверить в то, что Женя эту вещицу потерял. Видимо, и вправду бес стырил. Правда, зачем было устраивать такое представление, он все еще не понимал. — Видимо, так, — произнес Владыка Ада, как за его спиной раздались шаги, и наконец-то появился и сам зачинщик всего переполоха. — Сань! Смотри, сколько длинных продолговатых предметов я насобирал! — весело произнес Женя, держа в руках целую охапку трезубцев. Александр поднял глаза вверх, пытаясь держать себя в руках и не издавать звуки боли и ужаса от выходок своего напарника. «Господи, почему я вообще согласился на эту работу? Почему именно с ним?»       — Жень, верни все трезубцы их владельцам. Сейчас принесут твою косу, — произнес Казьмин, стараясь говорить спокойным ровным голосом. Хотя по сверкающим синим пламенем глазам жнеца было понятно, что Саша едва держится, чтобы не устроить выговор прямо тут.       Егоров этого, казалось, совсем не замечал. Лишь только подмигнул Александру и, замахнувшись дьявольским оружием, метнул его куда-то вдаль. Из места, куда Евгений метнул трезубец, довольно быстро раздался чей-то вой. — Достиг назначения, — проговорил Женя и стал метать остальные орудия. То там, то тут, в адских глубинах стали раздаваться вопли, крики, стоны, оры. Только не грешников, а самих существ преисподней. Люцифер и чёрт стояли и смотрели на жнеца с некоторым страхом в глазах, но мешать такой своеобразной транспортировке трезубцев не решились.       Закончив метать последнее оружие, появился бесёнок, волочивший за собой красивую, начищенную до блеска косу. — В-вот ваша к-коса, господин жнец… — пролепетало существо и, отдав вещицу, быстро скрылось за спиной хозяина. Женька покрутил в руках свое оружие, примерился и после замахнулся ей в воздухе, прочертив большой круг. Прямо в пространстве появился золотистый вихрь. — Что ж, мы пойдем… До свидания, — проговорил Саша с максимальной вежливостью и, затолкнув Егорова в его же портал, зашёл следом за ним.       Портал вывел их на улицы Москвы, прямо неподалеку от Воробьевых гор. — Ну и что это ты за представление разыграл в Аду? — прошипел Саша, намереваясь высказать напарнику все, что он думает о его выходке.       Евгений, прижимая к себе косу и любовно водя пальцами по древку орудия, лишь только посмотрел на Казьмина взглядом чуть притупленных, немного виноватых серо-голубых глаз. Настолько невинный и одновременно хитрый взгляд мог сделать только Егоров. Саше хотелось бы сейчас наорать, разгневаться, потому что звездюлей от начальства прилетит обоим.       Но против такого взгляда его желание злиться и читать нотации куда-то исчезало. Вместо этого Казьмин лишь сунул руки в карманы джинсовки и недовольно покривил губами.       — Ну вот, что с тобой делать? Я, конечно, приносил клятву, говорил, что пойду с тобой в Ад и обратно, но, может, хватит туда ходить так часто? Попрошу вот у Газаевой, чтобы мне напарника другого выдали… Следнева, например. Меньше отвлекаться буду, — проворчал Александр, как почувствовал, что его мягко приобнимают за плечо.       Егоров уткнулся носом в шею Саши, дыша чуть медленнее. Пахло от жнеца копотью, гарью и ромашками. Обычными полевыми цветами, одуванчиками, хвойным чем-то. — Но ведь не попросишь же… Без меня тебе совсем грустно и тяжело станет, Сань. Я ведь знаю, — промурлыкал Женя и хитро глянул на напарника.       Шевелюра еще больше растрепалась, и почти все кудрявые пряди лезли на глаза Евгению, придавая его и без того хулиганскому виду совсем уж отвязный и бешеный образ.       Александр более спокойно вздохнул, потрепал жнеца по пышной шевелюре и едва приподнял уголки губ. — Не попрошу. Но в следующий раз без меня хоть не ходи один. Покажу, как надо правильно сущностей преисподней кошмарить. Все равно они оба огребать будут за проделки. Так хоть тоже повеселиться.