Hungry

Сугавара Коуши был худым и бледным, а Савамура Дайчи никогда не видел как он ест. Он осознал это на первом году обучения и со временем становилось всё тяжелее не наблюдать за мальчишкой. Его сокомандники, разумеется, заметили его интерес, но его не особо заботило как они его называли. Бывали прозвища похуже, чем Сторожевой Пёс. На самом деле, если бы ему пришлось отдать должное чему-то за последующие два года, то это было бы это прозвище. Дружба с ним начиналась медленно, но наиболее примечательным ее началом стал совместный обед. Или то, что Сугавара вовсе не ел. Дайчи выждал неделю, прежде чем наконец задать вопрос. — Ты не голоден? Сугавара моргнул с выражением лица, которое Дайчи не смог прочесть. — Нет, – он ответил, выдохнув. — Я уже поел. К третьему году Дайчи ненавидел это оправдание. "Я уже поел." Он слышал эту фразу больше раз, чем мог сосчитать. И до сих пор Сугавара не потерял и не набрал ни капли веса. Он редко болел. Он оставался довольно бледным, но никогда не выглядел так, словно ему плохо. И поэтому Дайчи решил, что пора бы заканчивать с этим. Что бы он ни ел, когда бы он ни ел — это не его дело. Если Сугавара не доверяет ему достаточно, чтобы рассказать обо всём или он чувствует себя некомфортно, когда ест в чьём-то присутствии, тогда он будет уважать его решение. Это было немного неприятно, но что он мог поделать? Так и продолжалось, пока Сугаваре не стало плохо. Это был третий матч подряд, который они проиграли, и моральный дух команды пал как никогда низко. Разумеется, небольшая речь могла приободрить кого-нибудь разок. Может два. Но после третьего раза Хината был полностью подавлен, Кагеяма затих, а остальная часть команды последовала их примеру. Никому не нравилось проигрывать, но хуже всего было то, что они никак не могли понять почему они проигрывают. Все чувствовали себя не в своей тарелке. Такое случается, Дайчи знал это. Иногда учёба, стресс или погода могли изменить ход тренировок. К следующей неделе они все придут в себя, он был уверен. Позже он был зол на себя за то, что упустил момент, но Сугавара также вёл себя странно. Прошёл день. Два. Тренировки продолжались, как обычно, но дух команды был на нуле и по неизвестной причине большинство с нетерпением ждало перерыва, который принесут выходные. Даже первогодки казались менее воодушевлёнными, чем обычно, как будто они размышляли о своих неудачах, бросая мяч. — Я и впрямь не знаю, что с ними делать, – признался Дайчи Сугаваре, стоя в стороне, подальше от посторонних ушей. — Тренер сказал, что он... Сугавара опирался на стену, скрестив руки, но кода Дайчи посмотрел на него, то его голова опустилась, будто он внезапно задремал. А затем, вот так, он начал сползать по стене вбок. — Суга! – Дайчи вскрикнул, ловя его и помогая опуститься на пол. Третьегодка был вялым и не реагировал. Ему не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, что тени и скрип приближающихся кроссовок были его сокомандниками. Он наклонился, чтобы проверить дыхание и пульс Суги — оба были в норме. — Эй! Пусть кто-то из вас позовёт врача, – рявкнул тренер, и Хината подпрыгнул. — Я позову! – сказал он, прежде чем убежать. Кагеяма последовал за ним. Укай издал непонятный звук и покачал головой, прежде чем опуститься на колени, чтобы получше рассмотреть Сугавару. — Что случилось? Дайчи покачал головой. — Он просто внезапно упал. — Может стресс или нехватка сна... Укай размышлял про себя, прежде чем замахать руками, отгоняя остальных членов клуба. — Дайте ему больше места! И идите домой! Тренировка сегодня закончилась пораньше. Все ушли, за исключением Асахи и Нишинои, и скрип обуви по полу спортзала стих. Последний наклонился, чтобы потрогать лицо и лоб Сугавары. — Он...какой-то холодный, тебе не кажется? Дайчи подавил желание отругать его, предпочтя проверить всё самостоятельно. — Так и есть. Холодный пот? Нет, он был просто...холодным на ощупь. Его рука переместилась на щёку Сугавары как раз в тот момент, когда карие глаза распахнулись. Они уставились друг на друга. Лицо Сугавары залилось краской, когда сеттер быстро сел, заставляя Дайчи откинуться назад к стене. — Ч-что...как я... Сугавара сделал движение руками, словно говоря "всё в порядке", пока его слова с трудом поспевали за мыслями. Он сглотнул, осматриваясь, и нервно посмеялся. — Упс. — ...Упс? – повторил Дайчи с невозмутимо видом. — С тобой всё в порядке? Ты потерял сознание. – сообщил ему Нишиноя, присев на корточки и вглядываясь в его лицо. Когда Сугавара отодвинулся, Дайчи дал либеро подзатыльник , что вывело его из равновесия. — Э-эй! — Ты как? – спросил Дайчи, больше для себя. Сугавара моргнул. — А, точно. – сказал он, выглядя смущённым. — Я просто забыл поесть. Для остальных эта фраза ничего не значила. Для Дайчи она означала всё. Дайчи устранил все помехи одну за другой, успешно отослав немного обеспокоенную медсестру и оттолкнув обеспокоенного тренера. Асахи и Нишиноя ушли домой. Сугавара остался с ним наедине, и судя по его беспокойству он это понял. — Вот, возьми. Это был сладкий хлеб, который он не съел на обед. Сугавара не потянулся и не взял его. Вместо этого он просто пялился на него, будто не зная, чего от него хотят. Дайчи всунул хлеб ему в руки. — О, спасибо... – сказал Сугавара, кладя предмет в сумку. Дайчи схватил его запястье. — Съешь его. Словно олень в свете фар, Сугавара был сбит с толку. — Ты не можешь, верно? Ты ведь не будешь есть при мне, я прав? Другой третьегодка внезапно стал выглядеть так, будто ему некомфортно. — Я... — Почему нет? Это просто еда. Я не буду осуждать тебя, если ты как-то смешно ешь. Сугавара издал смешок, когда его голова наклонилась вперёд. Он ковырял землю под ногами, ощущая хлеб между тонкими пальцами. — Ты никогда ничего не говорил раньше. – он ответил. — Я думал, что ты не хочешь об этом говорить. Сугавара кивнул. — Да, ты прав. Дайчи отвернулся. Солнце недавно село. Они должны были идти домой. — Почему? Единственным ответом был шорох нераспечатанной обёртки от хлеба. Он посмотрел на своего вице-капитана, своего товарища по команде, своего друга. — Почему? Сугавара посмотрел на него с мрачным выражением лица. Он вернул хлеб обратно и начал уходить. Прежде чем Дайчи начал кричать на него за полное игнорирование, Сугавара обернулся. — Пойдём. Поговорим где-нибудь в другом месте. Дайчи оставалось только последовать за ним. Они оказались у канала, который проходил через город, где рукотворные, покрытые травой холмы спускались к воде. Шаг Сугавары замедлился, пока он окончательно не остановился. Они замерли у дерева под небом, на котором едва начинали появляться звёзды. Сугавара долго смотрел на него. — Мне жаль. Дайчи нахмурился. — Ты не собираешься объясниться? — Нет, я имею ввиду...Мне жаль, что я врал тебе. – он объяснил. — По оплошности. Его выражение лица было крайне смущённым, когда он теребил ремешок своей сумки. Теперь он полностью завладел вниманием Дайчи, хотя, если подумать, он никогда и не терял его. Внезапно Сугавара стал выглядеть неуверенно, одна рука потянулась потереть другую. — Я знаю, что ты думал об...этом. Много думал. – он признал. И вот опять, за то время, что они провели вместе, этого было сложно не заметить. — Я не знал как сказать тебе об этом, поэтому я... не говорил. — Это что-то вроде расстройства пищевого поведения? – Дайчи пробормотал, чувствуя, как его скручивает чувство вины за то, что он не понял этого до того, как ситуация вышла из-под контроля. — Что? – Сугавара поражённо уставился на него. — Нет! Дайчи отшатнулся. — Нет? – он заартачился. — Но ты потерял сознание... — Я вампир. – сказал Сугавара, внезапно возмутившись, если не немного занервничав. Какую бы силу воли он ни собрал, чтобы сказать это, это, должно быть, истощило его, потому что он начал беспокоиться. — Я...Я питаюсь эмоциями других людей, и это как-то, ну...можно сказать, странно. Как я должен был тебе рассказать об этом? Это ведь действительно странно, да? Так что я..ну... Сугавара был не очень хорошим лжецом. И это не было ложью. Но Дайчи всё равно недоверчиво на него посмотрел. — Ты...вампир. – медленно повторил он. Третьегодка заметно напрягся и кивнул. — Д-да... — То есть, ты упал в обморок, потому что... Сугавара выпрямился и посмотрел на него. — Обычно мне удаётся получить много...эм, энергии...от нашей команды. Я не пью кровь или что-то подобное. Но в последнее время... Их командный дух был на нуле. Поэтому Сугавара не мог есть. Он не забыл, у него просто не было возможности. — Находится среди негативной энергии немного...утомительно. – добавил сеттер, потирая шею. — Я чувствую их, но они не так...питательны. Отрицательные эмоции, я имею ввиду. — Ты истощаешь энергию других, когда питаешься? – со всей серьёзностью спросил Дайчи. Сугавара покачал головой. — Н-нет! Ну, может немного, но не настолько, чтобы кто-то заметил! Я бы этого не сделал...Я не могу этого сделать. Я просто забираю совсем немножко. Дайчи посмотрел на него. Всё это было довольно трудно осмыслить, если честно. Он не был уверен, что и думать. Но если это была правда, значит это была правда. Понимание истинной причины страданий его друга ощущалось, словно гора с плеч. —То есть, ты питаешься положительными эмоциями? – он пробормотал. Сугавара слегка кивнул, всё ещё ожидая какой-то реакции на всё, что он рассказал. Дайчи наклонился и поцеловал его. Сугавара напрягся. Отстранившись, Дайчи столкнулся лбами. — Такими чувствами ты тоже можешь питаться? Он отодвинулся назад с улыбкой, в то время как Сугавара смотрел на него с мокрыми глазами. Какова бы ни была его реакция, он не плакал. Пока что, по крайней мере. Вместо этого его губ коснулась смущённая улыбка. — Е-если мы не поторопимся, то ты пропустить свой ужин. О! Я знаю. Я обгоню тебя! – запинаясь, пробормотал Сугавара, теперь, казалось, куда более энергичный, и побежал трусцой, его лицо было ярко-красным. Дайчи мог только покачать головой и ухмыльнуться ему вслед. Это определённо было "да". На следующий день они встретились во время обеда, как они делали каждый день. Но первый раз на вопрос о том, ел ли он, Сугавара ответил: — Ещё нет. Дайчи присоединился к нему. И они 'пообедали' вместе. У него есть всё время мира, чтобы узнать больше о том "как?" и "почему?" Сугавара Коуши является вампиром. А пока он был рад присматривать за ним и видеть его в добром здравии — его верный Сторожевой Пёс.