Непогребенные Сожаления / Unburied Regrets

Дав своим шиди возможность поговорить с остальными братьями и сестрами по оружию, Шэнь Юань заставил себя посетить мероприятие, на котором он никогда не был. Это сожаление было продолжением того, что он уже исправил. После того, как он был в саду на крыше с матерью, конфронтация, которая так и не произошла. Вот она, счастливо улыбается ему, пока подается ужин. Отец тоже был здесь, весело разговаривая с Да-гэ о чем-то, что происходит в бизнесе. Мэймэй делала вид, что наслаждается едой, когда Шэнь Юань знал, что она хочет поговорить по телефону, а Эр-гэ... «Почему ты так на меня смотришь?» Нервно спросил Шэнь Юань. «Ты... здесь». Медленно сказал Шэнь Цзю. «Да». Сказал Шэнь Юань, чувствуя себя очень неловко. «Разве мне не суждено быть тут?» «Ты…» Медленно произнес Шэнь Цзю, пристально глядя на него. «Юань-эр?!» Воскликнула мать, мельком увидев его лицо. «Ты бледный!» «Я…» Шэнь Юань с трудом выговорил. «Мне нужен воздух!» Выбежав из комнаты, Шэнь Юань знал, что привлекает внимание. Это был всего лишь сон. Это было всего лишь сожаление. Почему это казалось таким реальным?! Почему было...? Почему...? Как он мог...? Шэнь Юань не смог закончить свою мысль и просто врезался телом в стену, и как способ вырваться из своего заикающегося мыслительного цикла, и потому что он не мог достаточно быстро замедлиться, поворачивая за угол к туалету. Борясь со своим галстуком, Шэнь Юань нащупал его и грубо расстегнул две верхние пуговицы рубашки. Было так жарко! Почему было так жарко?! «Юань-гэ?» Неуверенно позвал голос Мэймэй. «Ты в порядке?» Сдавленный смех вырвался из горла Шэнь Юаня. Он поднял глаза и вздрогнул, когда глюк упал на его Мэймэй, придав ей более молодой, грязный, болезненный вид. Плохо залатанная мантия покрыла ее болезненное тело, прежде чем она повернулась к его прекрасной Мэймэй, в дизайнерском платье, производителя лейбла которого Шэнь Юань не знал. Это было нежно-розовое, облегающее платье длиной до колена с большой лентой, перекрещивающейся на спине, как... а... не о корсетах ли думал Шэнь Юань? Только большая лента превратилась в гигантский бант, а хвосты этого банта стали тянущимся шлейфом. Это было мило; Шэнь Юань ненавидел то, что не смог увидеть, как его сестра носит его в первый раз. Увидев, как ее брат борется, Шэнь Сююэ повернулась и привлекла внимание сотрудника, попросив принести воды. Затем она села рядом с ним, стараясь не позволить себе или своему платью коснуться его. «Нет, ты…» Шэнь Юань с трудом выговорил это. «Стой». Настаивала Шэнь Сююэ. «Ты мой старший брат, я не должна тебя так утешать, это я должна быть той, кого нянчат. Ты собираешься сказать что-то подобное, да?» Шэнь Юань проглотил свои протесты против прямолинейности сестры. Вместо того чтобы продолжать говорить, Шэнь Сююэ достала свой телефон и начала листать. Шэнь Юань молча наблюдал за ней. Каким-то образом он обрел покой, просто наблюдая за тем, как его Мэймэй ведет себя в обычном режиме. Ему было не так больно, когда он просто сосредотачивался на том, что делала его семья, а не позволял зеркалу вызывать воображаемый сценарий, который никогда не случался, и заставлять свою семью разыгрывать эту фальшивую сцену. «О! Вот! Я нашел в сети магазин с фанатской продукцией по мотивам той книги, которая тебе нравится». Сказал Шэнь Сююэ. Это вырвало из мыслей Шэнь Юаня, когда он вздрогнул. Вот дерьмо. Он очень надеялся, что никто из повелителей пиков не обратил внимания на то, что происходило в его иллюзии. «Я не-» «Вот, вот, смотри! Это твой любимый персонаж, да? "Лучшая жена". Как ее звали?» «Мэймэй!» «Лю... Э-э, Лю что-то там». «Мэй–» «Лю Минъянь!» Шэнь Юань почувствовал, как по его спине пробежал холодок, когда было произнесено это имя. Он знал, что сейчас за ним наблюдает кто-то другой. Произнесенное имя нельзя было отменить. «ЗАТКНИСЬ!» Заорал он, испугавшись, что лорды пиков могут уловить это имя. «Я не хочу слышать об этой чертовой книге! Не здесь!» Шэнь Сююэ была явно поражена вспышкой Шэнь Юаня. Она просто пыталась помочь, Шэнь Юань знал это. Она никак не могла знать, что она была иллюзией, вызванной магическим артефактом, призванным дестабилизировать его психическое состояние и подтолкнуть его к отклонению ци. «Ты любишь "эту чертову книгу"». Горячо огрызнулся Шэнь Сююэ. «Что? Потому что мы не дома, ты хочешь ее игнорировать. Какой же ты настоящий фанат». Черт. Шэнь Юань сказал что-то не то. Он только подтолкнул Шэнь Сююэ к тому, чтобы она удвоила разговоры о PIDW. И, к ее сведению, он не был фанатом, он был антифанатом. Шэнь Юань сказал это Шэнь Сююэ, за что получил насмешку. «Да, ты самый большой антифанат из всех. Покупаешь товары с вещами, которые ты ненавидишь, и поддерживаешь других фанатов». Усмехнулась Шэнь Сююэ, поднимая телефон, чтобы показать новый товар. «Потому что ты не так сильно увлечен персонажами, несмотря на паршивое повествование. Или не так сильно увлечен персонажами, как остальная часть фандома, которые были только в бросовых репликах. Как "Бог Войны"». Увидев на плакате изображение Лю Цингэ в качестве Бога Войны, стоящего рядом с сестрой, Шэнь Юань почувствовал тошноту. Кто-то нарисовал воплощение мускулистого идиота, огромного неповоротливого человека, у которого больше мышц, чем разума, шрамы покрывают его тело, и даже один над глазом, придавая ему стеклянно-серый цвет. Это был не тот Лю Цингэ, которого он знал. Хуже всего было то, что до переселения он одобрил бы образ, представленный перед ним. «Заткнись! Прекрати! Прекрати!» Вскрикнул Шэнь Юань. «Это не он! Это...» «Что значит, это не он!?» «Это не Лю Цингэ! Он совсем не похож на свою сестру!» «А он должен это делать?!» «Разве люди не путают меня с Эр-гэ, потому что мы так похожи? Даже сейчас; мы, братья и сестры, не можем отличить тебя и Да-гэ на детских фотографиях, пока мать или отец не скажут нам, кто на фотографии. Братья и сестры должны выглядеть похожими. Даже единокровные братья и сестры могут выглядеть похожими, а в книге сказано, что они были полнокровными братом и сестрой». «И это тебя расстраивает? Он недостаточно красив?!» «Нет! Это не... Заткнись! Просто заткнись! Я не хочу об этом говорить!» Голова у него раскалывалась, а тело было горячим. Было ли это отклонение ци? Или это была паническая атака? Шэнь Юань не знал. Он просто знал, что его сестра напрягает его, и он просто хотел, чтобы она прекратила. «Мэймэй». Раздался властный голос, заставив ее замолчать гораздо лучше, чем это делал Шэнь Юань. Подняв глаза, Шэнь Юань почувствовал облегчение, увидев, как Эр-гэ приближается к ним со стаканом ледяной воды. Стакан был прижат к раскрасневшемуся лицу Шэнь Юаня, отчего тот почувствовал себя прохладнее и расслабление. Рядом с ним Шэнь Сююэ выглядела задумчивой, понимая, что она доводит своего Сан-гэ до предела. Она не понимала, почему он так расстраивается или почему она хочет довести его до крайности. Она была не такой. «Почему вы спорите о таких пустяках в такую ночь, как сегодня?» Вздохнул Эр-гэ, явно раздраженный. «Если ЮаньЮань хочет представить этого скотину в виде симпатичного мальчика, то так тому и быть. Просто позволь этому Полудемону Цзюнь-шану добавить его в гарем». «НЕТ!» «Да!» Младшие брат и сестра Шэнь Цзю дали ему противоположную реакцию. Как он и ожидал. Ужас и отвращение Шэнь Юаня к этой идее сделали Шэнь Цзю еще более мстительным, даже более, чем мечтательный взгляд его фудзёси Мэймэй дала ему. Он поставил стакан, который держал, у головы Шэнь Юаня и медленно отпил воды. «Какой позор, что этот негодяй оказался слишком глупым, чтобы как следует проверить свои меридианы, и в итоге его ци отклонилась в пещерах Линси». Саркастически протянул Шэнь Цзю, и яд капал с каждого слова. «Иначе он мог бы присоединиться к своей сестре. Это был бы не первый раз, когда это демоническое отродье забрало сестер в свой чрезмерный гарем». «Мэймэй, я вижу, о чем ты думаешь! Перестань быть такой отвратительной девчонкой!» Зарычал Шэнь Юань на сестру, прежде чем повернуться к брату. «И в чем твоя проблема!? Почему Бог Войны должен присоединяться к чужому гарему? Разве у него не может быть своего?» «О, но как было бы весело, если бы самый могущественный человек поддался желаниям своего ученика, после того как этот ученик так старается превзойти его?» Насмехался Шэнь Цзю. В поступке, неподобающем второму сыну одной из самых могущественных семей Китая, Шэнь Цзю присел на корточки перед Шэнь Юанем, все еще умудряясь нависать над молодым человеком. В его улыбке была не просто жестокая острота, но расчетливый взгляд в его глазах, как будто Шэнь Цзю нужно было, чтобы Шэнь Юань оступился и сказал что-то, а затем он сделает... что-то. Шэнь Юань не знал что. Он не хотел знать. «Они не учитель и ученик». Возразил Шэнь Юань, не понимая, в какую ловушку пытается его заманить Эр-гэ. «Это правда». Протянул Шэнь Цзю. «Но владыка пика есть владыка пика. У него уже есть один, что значит еще один? Что ты думаешь, Мэймэй? Разве Бог Войны не должен пасть и стать 0? В конце концов, его сестра поддалась, а братья и сестры так похожи». «Цзю-гэ!» Прошипела Шэнь Сююэ, ее лицо покраснело от болезненного возбуждения. «Прекратите!» Рявкнул Шэнь Юань. «Почему? Ты думаешь, что вместо этого дерьма должен быть 0?» Ухмыльнулся Шэнь Цзю. «Шэнь Цзю!» Закричал Шэнь Юань, не помня, зачем ему нужно было затыкать рот своему брату. «Нет, ты прав, ЮаньЮань. Демоническое отродье, так поглощенное властью и силой, и нуждающееся в сохранении лица, притворяется, что он 1, но на самом деле ему нужен его большой сильный шишу, чтобы трахнуть его до тупости». Задумчиво сказал Шэнь Цзю. «Нет, это не может быть возможным. Те, кто побеждает, не любят, когда их побеждают. Зверь, должно быть, тот, кто 0». «Зачем ты так говоришь! Зачем ты включил мужчину в гарем только для того, чтобы просто изнасиловать его!?» Шэнь Юань попытался сформулировать связный аргумент против своего брата. «Ты так говоришь, словно этот маленький зверь не насилует своих жен». Усмехнулся Шэнь Цзю. По спине Шэнь Юаня пробежал еще один холодок, на этот раз он понял, что это из-за зеленого свечения в глазах его брата. Помощь. Кто-нибудь, помогите ему. Он не хотел снова забывать. Он не хотел... «Продолжай, ЮаньЮань». Прорычал Шэнь Цзю. «Скажи мне, что это не изнасилование. Скажи мне, что каждая жена добровольно вошла в гарем. Что они все любят иметь маленького зверя в своей постели, когда он этого потребует. Скажи мне, почему такой высокомерный благородный негодяй, как Лю Цингэ, не должен знать, каково это — принимать член». Рядом с ними Шэнь Сююэ выглядела испуганной и не знала, что сказать. «Цзю-гэ». Выдавил Шэнь Юань, слезы застилали ему глаза. «Скажи это!» Рявкнул Шэнь Цзю.

– – – _ _ _ – – –

Именно в этот момент Ци Цинци — которая слушала с тех пор, как услышала имя своей ученицы из уст незнакомца — привлекла внимание своих братьев и сестер по боевым искусствам. Шэнь Цзю вел себя странно, заставляя Шэнь Юаня признаться или раскрыть какую-то тайну. Только когда его глаза засияли, она поняла, что Шэнь Цзю снова собирается стереть воспоминания Шэнь Юаня. Он уже делал это раньше, когда Шэнь Юань рыдал из-за Ци-гэ — из-за Чжанмэнь-шисюна. «Что ты имеешь в виду, говоря, что с Шэнь Юанем что-то не так?» Лю Цингэ напрягся, готовый к битве, несмотря на то, что не мог взаимодействовать со старым миром Шэнь Юаня и Шан Цинхуа. Шан Цинхуа не нуждался в объяснениях, он уже спешил вывести Шэнь Юаня из его извращенного видения. «Я не совсем понимаю языка, на котором они говорят, но Шэнь Юань сражается с Шэнь Цзю, и они пугают свою младшую сестру». Заявила Ци Цинци. «Твоя сестра была упомянута». «Шэнь Цзю упомянул ее?» В замешательстве спросил Лю Цингэ. «Нет, его Мэймэй сделал это». Сказала Ци Цинци, так же сбитый с толку. «Как будто ученик Лю был книжным персонажем». «Что?» Спросили несколько пиковых лордов. Их внимание переключилось с Лю Цингэ, который теперь был один, на то, где Шан Цинхуа сумел восстановить видение Шэнь Юаня.

– – – _ _ _ – – –

Поднявшись со стула, Шэнь Юань споткнулся о собственные ноги, когда понял, что его зрение принудительно перезапустилось. «Юань-бро! Так рад тебя видеть!» Кто-то сел ему на спину. «Воздух — Цинхуа?!» Шэнь Юань повернулся, чтобы посмотреть на своего друга. «Ага! Давно тебя не видел». Улыбнулся Шан Цинхуа, а потом занервничал. «А, простите, госпожа Шэнь, господин Шэнь. Ничего, если я возьму Шэнь Юаня? Он не очень хорошо выглядит. Думаю, это из-за толпы». «О, конечно!» Обрадовалась мать Шэнь Юаня. «Шэнь Юань, почему ты не сказал нам, что у тебя здесь есть друг?» «Отпусти его, мама». Шэнь Хаоюй ласково улыбнулся матери, все время удерживая Шэнь Цзю. «Повеселись, ЮаньЮань». «Спасибо, Да-гэ». Сказал Шэнь Юань, следуя за Шан Цинхуа. «Братан». «Братан». Прошипел ему в ответ Шан Цинхуа. «Ци Цинци из-за чего-то сошла с ума. Что, черт возьми, произошло?» «Я...» Шэнь Юань оглянулся на Шэнь Цзю, который сверлил Шан Цинхуа взглядом, от которого костяшки пальцев побелели на хватке ножа для стейков. «Понятия не имею». Им двоим удалось отойти как можно дальше от стола семьи Шэнь, стоящего недалеко от сцены, где группа готовилась к выступлению. «О, боже». Глаза Шан Цинхуа расширились, когда он увидел, кто собирается выступать. «Ты получил...!» «Тсс!» Заткнул его Шэнь Юань. «Чему ты так удивлён? Разве богатым людям не позволено любить K-Pop?» Шан Цинхуа попытался сдержать крик в горле, но преуспел лишь отчасти. Когда группа айдолов обернулась, чтобы посмотреть на этих двоих, Шэнь Юань просто помахал им с насмешливой улыбкой, в то время как одну из его рук обнял Шан Цинхуа за плечи, чтобы отвернуть его от группы. Спрятав лицо от посторонних глаз, Шан Цинхуа смог насладиться моментом фанатства с небольшим достоинством. Шэнь Юань усмехнулся, необычайно счастливый от этого момента нормальности после странности с Шэнь Цзю. «Эй, эй». Шэнь Юань похлопал Шан Цинхуа по спине. «Они сейчас выйдут на сцену». «О, боже мой, о, боже мой». Шан Цинхуа тут же обернулся, чтобы посмотреть представление. Шэнь Юань отвернулся, прижав кулак ко рту, чтобы не рассмеяться. Слава богу, это была иллюзия, а не его старая жизнь, потому что ему было бы так неловко стоять рядом с фанатом Шан Цинхуа. Движение за семейным столом заставило Шэнь Юаня обернуться. Шэнь Цзю и Шэнь Хаоюй немного подрались, и младший из них вырвал руку и направился к Шэнь Юаню. «Самолет». Шэнь Юань не мог оторвать глаз от своего Эр-гэ и хлопал по руке Шан Цинхуа. «Вытащи нас отсюда». «Что?» Глаза Шан Цинхуа все еще были прикованы к сцене. «Вытащите нас отсюда!» Запаниковал Шэнь Юань. «Что! Почему?» Шан Цинхуа повернулся, чтобы посмотреть на своего друга, а затем проследил за взглядом мужчины. «Вот дерьмо». «Самолет!» «Ух! Ах!» Шан Цинхуа был так взволнован угрожающим взглядом Шэнь Цзю, что забыл, как перемещаться между мирами зеркала. «Что вы делаете?» Прорычал знакомый голос, хватая Шэнь Юаня и Шан Цинхуа. Они оба обернулись и увидели полупризрачного Лю Цингэ, держащего их за руки. «Лю-шиди!» «ЛЮ ЦИНГЭ!» Последний крик был не от Шэнь Юаня или Шан Цинхуа. Но никто не мог ничего сказать, пока Лю Цингэ умудрялся вытащить их из сожалений в пустой ландшафт зеркала. За зеркалом, пиковые лорды с болезненным интересом наблюдали, как Шэнь Цзю сумел перевернуть стол с помощью атаки, подпитываемой ци, напугав людей вокруг него, пока они исчезали. Он был последним живым человеком в видении, выкрикивая проклятия Лю Цингэ. Затем фокус зеркала переместился туда, где находились Шэнь Юань, Шан Цинхуа и Лю Цингэ, стерев Шэнь Цзю с его поверхности.