You and I

Аромат цветущей вишни тяжело висит в воздухе, горьковато-сладкий аромат, цепляющийся за свежий утренний воздух. Солнечный свет струится через окнa класса. Я сижу за партой, знакомое шорканье карандаша о бумагу — странно успокаивающий звук. Меня зовут Мадока Канаме, и... это все, что я знаю наверняка. Мелькающие обрывки воспоминаний —смех друзей, вихрь отчаяния, чувство... огромной силы, за которым следует мучительная пустота. Моя жизнь кажется….неполной. Как пазл с недостающим кусочком. Я помню свою школу, своих друзей, школьные будни. Моя лучшая подруга, Саяка, сидит рядом со мной, со своей, так знакомой мне, улыбкой.  Хитоми, тихо сидящая и осматривающая класс. Кёко, наверное, одна из обладательниц самого бурного характера, которых я знаю сейчас что-то обсуждала с одноклассницами.  Они все такие….обычные, приземлённые. Во мне есть какое-то растущее чувство неполноценности, чувство, будто чего-то не достаёт.  Чего-то невероятно важного. Отголоски невероятной силы и проблеск, непостижимой, ужасающий ответственности. Иногда, в минуты тишины, я чувствую, как по мне пробегает странный холодок, ощущение, что во мне пробуждается что-то глубокое, что-то одновременно пугающее и воодушевляющее. Как будто второе «я», скрытая часть меня, пытается вырваться на свободу. Тёмная часть меня, с невероятным чувством обиды, но на что конкретно я не могу понять.. Иногда в темноте я слышу тихий шёпот имени — Хомура, имя, которое несет в себе как тепло, так и леденящий душу намек на что-то иное. На что-то опасное. Обычный школьный день казался бесконечным. Казалось бы, ничего параномального, ты просто учишься как и все в этой школе, но.. все это кажется ничтожным по сравнению с этим невидимым давлением, растущим внутри. Я хочу онять, что происходит со мной... Это желание растёт с каждым днём. . Есть ощущение невероятно важной задачи, которую я дожна выполнить, скрытая часть моего истинного «я», желающая проснуться, проявиться. Разгадка кажется совсем неподалёку. Ослепляющая вспышка, яркие цвета, голоса и затем…ничего. Лишь мимолетный проблеск существа и величественного и ужасающего одновременно. На секунду я даже увидела себя. Богиня, от которой веет огромной силой и глубокой скорбью.. Она пропала также быстро, как и появилась. Я чувствовала, как моё сердце бьётся о грудную клетку, казалось, что оно вот-вот выпрыгнет. Я схожу с ума? У меня галлюцинации? Прозвенел звонок. Закончился урок. Я увидела Хомуру, идущую к моей парте. Её лицо спокойное, что контрастировало с тревогой и непониманием на моём лице. Она улыбнулась, что для неё не характерно, спрашивает, как у меня дела…Мне кажется, что она знает, что я хочу слышать от неё, хотя вряд ли она вообще понимает что со мной происходит. Мне жизненно необходимо понять что со мной происходит, кем или чем я была, что это за давлющее чувство у меня в груди. Хоть я и сомневалась, но решилась спросить её, может ли она знать что со мной и связанна ли она с моим прошлым или тем чувством. Она избегает зрительного контакта, отвечая коротким  «Ты всегда была той, кем являешься» Ее слова повисают в воздухе, наполненные недосказанностью, оставляя меня еще более сбитой с толку и напуганной, чем до этого. Слова звенят в моих ушах, холодное, леденящее подтверждение того, что она знает больше, чем говорит. Но что именно она знает? И что она скрывает? Сакура за окном, кажется, слегка дрожит, словно отражая беспокойство, которое теперь глубоко поселилось во мне. Чувство сначала едва уловимое, низкий гул под в моей повседневной жизни. Как далекое радио, едва слышное. Мучительно медленно, но воспоминания начали возвращаться ко мне. Фрагменты памяти, когда-то зарытые глубоко, в самой забытой части моего сознания начали всплывать. Теперь не просто вспышки, а осмысленные образы: тяжесть бесконечной ответственности, скорбь вселенной, которую я когда-то держала в своих руках и жгучий, безудержный гнев на…. Акеми Хомуру. Это пробуждение «Мадоками», эта сила, грозящая поглотить меня.. Это не просто забытая личность, это разгневанная Богиня. . Ощущение, будто мое тело захватила инопланетная, могущественная сущность. Я чувствую, как нарастает сила, ощутимая энергия резонирует в моих венах Контраст между этой огромной силой и моей относительно нормальной жизнью поражает. Из-за этого каждый мой день невыносим. Мне нужно с кем-нибудь этим поделиться. Я решила поделиться эти с Хитоми и Саякой, моими самыми близкими друзьями. Их лица, казалось, плыли перед моими глазами, смесь беспокойства и замешательства. Я поделилась тем, чем смогла, выбирая слова, скрывая самые тревожные аспекты, опасаясь их реакции. Я рассказала им о флэшбеках, о давлении в груди, о том, что «она» хочет проявиться. Саяка сказала, что мне бы не помешало бы обратиться к психологу, а может даже и к психиатру, Хитоми же терпеливо выслушала весь мой рассказ и говор, стараясь успокоить меня. Но я всё же могла видеть в их глазах страх, точно такой же, который я и сама чувствовала Они обе обычные девочки-подростки, я не могу винить их. Даже не смотря на то, что я рассказала им о многом, полная картина для них всё-ещё не была видна.  Хоть после разговора мне стало лучше, чувство той силы никуда не ушло. Мне казалось, что без своих друзей я совсем одна. Надвигающееся присутствие «Мадоками» отбрасывает длинную тень, омрачая даже эти драгоценные моменты общения. Присутствие Хомуры, когда-то источник тихого утешения, теперь действует мне на нервы.. Ее улыбка кажется снисходительной, ее внимательность раздражает. Это не просто чувство; это первобытное отторжение ее близости. ... Как будто каждая клетка моего организма отшатывается от ее прикосновения, это физическое проявление растущей обиды «Мадоками». Сила внутри меня больше не тихий гул; это ревущий поток, грозящий вырваться наружу и поглотить все на своем пути. Я чувствовала себя ужасно. Уже стоял вопрос не проснётся ли Мадоками, а когда. Опять воспоминания, опять ужасающие образы. : тяжесть бесчисленных миров, бесконечный цикл, агония жертвования всем ради блага других. Эти воспоминания полны гнева, обиды, жгучего желание возмездия. Это не мои чувства. Сейчас я чувствую гнев «Мадоками», ее обиду, ее отчаянную потребность в мести. Мир вокруг меня кажется тусклым, приглушенным, незначительным по сравнению с бушующей внутри меня бурей. Даже яркие цвета цветущей сакуры кажутся размытыми, лишенными той яркости, которая когда-то успокаивала меня. Обычные разговоры кажутся раздражающими, отвлекающими, барьером между мной и той силой, растущей внутри меня. Даже мои друзья кажутся далекими, их заботы и тревоги — всего ничто перед тем потрясения, что назревает в моей душе. Мне хочется кричать, разрушить ту иллюзию покоя, которую Хомура возвела. Но я не могу. Я застряла между своей человеческой оболочкой и тем, кто я на самом деле. Тревога растёт. Тонкая нить связывает меня с прежней мной. Я не уверена сколько ещё я смогу сдерживать это всё. Нарастающее напряжение, нависшая угроза полного пробуждения «Мадоками», удушающее присутствие Хомуры —это всё сломает меня. Даже самые простые действия кажутся наполненными значением, которым они не должны обладать. Наступает обед, краткая передышка от той бури внутри, и все же...это сейчас вся обстановка кажется мне абсурдной. Мама упаковала мне бенто. Я ценю всё то, что она делает, правда, но само усилие, которое для этого требуется, кажется... подавляющим. Всё произошедшее, все эти воспоминания эмоции, весь этот прилив сил выбил меня из колеи. Онигири соскальзывает из моих рук и летит через стол. Он приземляется прямо Хомуре в ланчбокс. Они молча смотрит на кучку риса у неё в бенто, я не могу сказать, злиться ли она. Хитоми ахает, Саяка же тихо хихикает. Ситуация абсурдна, короткий момент легкости перед лицом неизбежной судьбы..На секунду, все мысли о пробуждении Мадоками, её обиде, бури эмоций были забыты.Я невольно хихикую. Это напоминание о том, что даже среди хаоса и надвигающейся тьмы могут быть моменты неожиданного облегчения. Но даже так, это случайность кажется не к месту, мимолётный момент на контрасте с мои сюрреалистичным существованием.. Когда смех стихает, внутреннее напряжение возвращается, как суровое напоминание о моей судьбе, которая рано или поздно наступит. Отголоски смеха витают в воздухе. Чувство чего-то чужого возрастает, голос Мадоками становится громче. Мои глаза горят. Я поймала себя на том, что ищу Мами. Она всегда была источником силы, маяком спокойствия в хаосе жизни волшебницы. Я нахожу ее в библиотеке, ее обычное безмятежное выражение лица не нарушается обычным шумом учеников. Я нерешительно подхожу к ней, слова застревают в горле.  Мои глаза... Я не осознавала, что они светятся, яркимижелтым. Цвет, кажется, пульсирует странным, внутренним светом. Мами поднимает глаза, мои глаза сразу привлекли её внимание «Мадока» начала она. «….Твои глаза… они изменились. Они светятся!» потрясенно говорит она. Я сглатываю, пытаясь найти правильные слова, чтобы объяснить невозможное, необъяснимое. Я неопределенно жестикулирую, остро осознавая жгучую интенсивность своего взгляда. Мами наклоняется вперед, изучая меня со смесью беспокойства и любопытства. «Они... необычайно яркие», — подмечает она, ее голос пронизан нотками благоговения.