Скрытые чувства

Весь оставшийся день юный дух не мог найти покоя. Что-то в груди неприятно трепетало и не давало ясно мыслить, а точнее, заставляло думать только о Кромешнике. Неподдельное удивление оставило след после последней встречи. Он не понимал, почему Король кошмаров — их враг, вдруг снизошел и протянул руку помощи, ведь кроме обмана и лицемерия от него мало что еще было ожидать. Однако он смог подарить то, что Джеку не было ведано до сих пор. Тепло его руки, мягкость прикосновения еще теплились на холодной щеке и, казалось, не сойдут долго. Хранитель, что в жизни после смерти знал лишь необъятный холод, забыл, что значит тепло, ведь к нему никто не проявлял желания прикасаться, тем более надолго, но исключением стал Кромешник. Что же им двигало? Наверняка без корыстных целей не обошлось, и он теперь будет подначивать хранителя, вновь пытаться заманить на свою сторону. Но это навряд ли получится, ведь Джек не собирается оставаться в долгу у своего врага, иначе о спокойствии он будет мечтать. Устало посмотрев на небо, он наблюдал, как одна за одной появлялись звезды, вырисовывая знакомые созвездия. День пролетел незаметно из-за глубоких раздумий, но ночь была особым временем, которое опустошало голову и давало отдохнуть. Ледяной дух сидел на краю крыши дома и беззаботно болтал ногами. Щеку осветило теплое сияние. Нити золотого песка не спеша заполнили улицы города, даря маленьким подопечным добрые сны. Джек любил это время, когда мир словно замирает, становится лёгким и беззаботным. Но внутри него тяжёлый ком не давал покоя и он мечтал поскорее разобраться с этим. Отчего-то холодок обдал кожу до мурашек, как только взгляд заметил высокий чёрный силуэт, что скользил тенью от стены до стены между домов. Плащом за ним тащились тучи кошмаров, которые постепенно отсоединялись и залетали в окошки домов. Не оставалось сомнений — это Кромешник. Хранитель спрыгнул с крыши и с потоком ветра направился в его сторону, но, оглядевшись, от силуэта не осталось и следа. Показаться такое не может, уж явно не Джеку. Он мягко спустился на землю и тихими шагами направился вдоль проспекта улицы, освещенной фонарями. Посох был, как всегда, наготове в случае атаки, ведь, зная Короля Кошмаров, тот мог выкинуть что угодно в любой момент. Как, собственно, и в этот раз. Фонари начали тускнеть, их свет угасал один за другим. Лампы лопались, осыпаясь со звоном стекла на землю. Улица погрузилась во тьму, но, слава Луноликому, его свет освещал дорогу, и Джек прекрасно все видел. Он сжал посох покрепче, осматриваясь по сторонам, легкая паника начала настигать горла и остановилась там комом нехорошего предчувствия. Томный смех отразился эхом от домов и, казалось, звучит прям в голове. Тень силуэта вновь мелькнула перед юношей и тут же исчезла. Он понимал, что темный дух с ним играет в свою своеобразную, но такую предсказуемую игру. Уже проходили, когда Джек был в логове Кромешника и его перекидывало из одного коридора в другой по бесчисленным количеством лестниц и поворотов, но тогда он еще не имел представления, с кем имеет дело. — Ледяной Джек, какая встреча, — тень появилась на кирпичной стене и тут же растворилась, когда на нее наставили посох. — Хватит прятаться, Питч, ты ведь знаешь, зачем я здесь. — Ох, кажется, я не понимаю, о чем ты говоришь, — саркастично тень растянулась в ухмылке и, минув ответа, начала отдаляться в глубь домов по подворотням. Хранитель нахмурился и тут же ринулся за ним, отталкиваясь от стен и зависая в воздухе. Взгляд бегал из стороны в сторону, пытаясь найти злощастную тёмную фигуру, но как только ее находил, она вновь мчалась прочь все дальше. Поворот, поворот и снова поворот. Чувство дежавю накатило, как будто он снова в лабиринте под землёй. — Прекращай эту игру, — Джек успел поймать тень, наставив на нее посох. На удивление, та больше не собиралась бегать, и из стены образовался Кромешник в своем привычном обличии. Он довольно ухмылялся и разглядывал запыхавшегося мальчишку. — Сколько эмоций, Джек, — он опустил пальцем наставленный посох, — хранителю Веселья не нравится веселиться? Веселишься здесь только ты, — обиженно произнес юноша и притянул к себе посох, встретившись со взглядом янтарных глаз. — Может быть, — усмехнулся дух, — тогда позволь узнать, чего именно ты от меня хочешь? Парень замешкался, весь гнев куда-то делся и заменился неловкостью и вернувшимся неприятным чувством долга. Он отвел взгляд и оперся спиной к стене напротив Кромешника, будто повторяя его положение. — Зачем ты мне помог тогда у Северянина? Мужчина не торопился с ответом и лишь немного приблизился, изучая эмоции хранителя. Он ярко видел выраженное недоумение, смущение, прикрытое гневом, и, неужели, интерес? — Ах, ты об этом. Мне показалось, помощь тебе была весьма кстати. К тому же так сладко спать рядом с Королем кошмаров нужно осмелиться, Джек, — Кромешник протянул руку, которая служила в роли подушки ранее, и демонстративно покрутил ее перед лицом юноши. — Тебя никто не просил это делать, — отмахнув от себя бледную кисть, он нахмурился и отвел взгляд, чтобы не видеть этот насмешливый взгляд, — тем не менее в долгу оставаться не собираюсь. Хоть Джек и не видел, но прекрасно чувствовал, как Питч выпрямил спину и опрокинул голову назад, взирая в небо. Он явно наслаждался этим моментом, ведь кто бы мог подумать, что один из хранителей — этот несносный мальчишка — поведётся на уловку, которая образовалась сама собой в один миг. — Что ж, Фрост, ты прав. Оставаться в долгу у Короля кошмаров весьма неэтично и себе дороже, — Кромешник подошёл вплотную и, не обращая внимания на растерявшийся взгляд, продолжил, — если хочешь отплатить, то выполни небольшую просьбу: закрой глаза. Дух замешкался и несколько секунд переваривал сказанное. В голову совсем ничего не приходило, чего же от него хотят на самом деле, ведь он ожидал чего угодно, вплоть до предложения об объединении, которое неудивительно было услышать. Но такая просьба оказалась приятной неожиданностью, и, казалось, ничего в ней особенного нет. Джек прищурился, вновь пытаясь разглядеть обман во взгляде врага, но кроме привычной усмешки ничего не ждало, и он послушно прикрыл глаза, обостряя все чувства в случае неожиданной выходки. Чувства подвели. Резко прижав Джека к стене, Кромешник приблизился и накрыл его губы своими, бесцеремонно проникнув языком внутрь, по-хозяйски изучая язык и небо. Как он себе и представлял, они были горячими, в отличие от ледяной кожи. Фрост от изумления распахнул глаза и со всей силы начал вырываться из цепких рук, но такая тесная близость прерывала все попытки хоть как-то выбраться из этой ситуации. — Какого черта ты творишь?! — отстранившись от поцелуя, хранитель прикрыл губы тыльной стороной ладони. Сердце билось как бешеное, и его стук, наверное, доходил даже до Питча, который с удовольствием наблюдал за такой невинной реакцией. — Кажется, я ещё не сказал тебе открывать глаза, — шёпотом пронеслось возле ушка, — ты ведь не хочешь оставаться должником? Он в растерянности столкнулся с янтарным взглядом и не верил своим ушам. Как и ожидалось, от Повелителя кошмаров и ужаса ночи мало хорошего что можно ожидать, и теперь Джек стал жертвой обстоятельств. Тихо выдохнув и прикрыв глаза, мальчишка смиренно принял эту игру. Притянув к себе Кромешника за грудки, вовлекая в нежный и почти невесомый поцелуй, который для обоих стал неожиданностью. Тёмный дух властно схватил за серебрянные волосы и оттянул, дабы вырвать приглушённый стон у новобранца и вновь влиться в жадный и страстный поцелуй. Горячее дыхание обдало ледяные губы, казалось, была попытка их согреть. Тонкие серые пальцы изящно проникли под толстовку, кончиками задевая впалый живот, выступающие рёбра, выраженные ключицы. От прикосновений по коже побежали мурашки, Джек понял, что придётся играть по правилам Кромешника, и пресекал все желание открыть тут же глаза. Послышался томный и тихий смешок, как он и думал, это была провокация. — Хороший мальчик. Одним движением толстовка уже лежала на земле, и Кромешнику представился великолепный вид, и вновь то самое чувство, когда хранитель так беззаботно спал рядом с ним. Луна также нежно касалась белоснежных волос, а кожа, словно прозрачная, светилась изнутри. Призвав пальцем тьму, что приняла облик щупалец, двинулась в сторону мальчишки, зафиксировав того руки над головой. И всё же тот предпринял лёгкие попытки сопротивления, что могло только позабавить. — Ты же понимаешь, что это бесполезно, — шёпотом произнёс тёмный дух, изучая рукой юное тело. Пальцы скользили от подбородка до шеи, останавливаясь на груди, спускались ниже к солнечному сплетению и огладили тонкую талию. Юноша не дышал, а только немо ощущал, как тепло постепенно растеклось и нарастало с каждой минутой от этих прикосновений. И, о чёрт, поймав себя на мыслях, ему это нравилось, нравилось, что делает Питч и в каком он сейчас положении. Приятные чувства отразились в выступающем бугорке тесных брюк, что, конечно, сразу заметил мужчина, и изучающие прикосновения сменились на откровенные. Он коленом надавил на вступающий бугорок и незамедлительно услышал тихий стон, мальчишка тут же осёкся и сжал губы плотнее. — Не стоит сдерживаться, Джек, нас никто не услышит, — глубокий поцелуй смог его раскрепостить, и без доли стеснения он охотно уже на него отвечал. Отвлекающий манёвр сработал, и Кромешник успел снять с парня штаны вместе с бельём. Теплая рука коснулась возбужденной плоти и медленно заскользила от головки до основания. Джек больше не мог сдерживать стоны и уткнулся в темную шею. Его дыхание покрыло ее кожу легким ледяным узором. По ощущениям он понял, что Питч снял мантию. Хотелось бы увидеть его тело, прикоснуться к нему, ощутить больше, чем сейчас. — Питч, — выдохнул он, краснея от ласк, — развяжи. Мужчина ухмыльнулся и удовлетворенно изучил лицо парня, который неприметно перетер жгуты теней у запястьев. — Не сейчас, придется немного потерпеть, — он знал, что будет дальше, и освобождать мальчишку сейчас совсем не время, — расслабься. Собрав немного смазки с головки члена, Кромешник одним пальцем начал аккуратно входить в узкую дырочку. Постепенно продвигаясь глубже, он слышал недовольные стоны, которые тут же заглушались страстными поцелуями. Эти поцелуи отвлекали его от неприятных ощущений. Наконец, Кромешник почти полностью растянул партнера, и тот начал сам двигаться навстречу, не осознавая, насколько похотливо и сексуально он выглядит. Сдерживаться столько времени невыносимо тяжело, темный дух растворил на себе остатки одежды и заменил пальцы своим членом, подставляя головку ко входу. Тут же он почувствовал нотки страха от Фроста, но успокаивать его вовсе не собирался. Наоборот, его страх чем-то манил и затягивал, это чувство неизвестности, а даже исходящая безысходность еще больше возбуждали Питча и подогревали интерес. Не став больше медлить, он приподнял его за бедра и резко вошёл наполовину, вызвав сдавленный стон. Джек не в силах принять такие размеры начал извиваться и плотнее прижиматься спиной к стене. — Нет, нет, прекрати, вытащи его! И все же Питч снизошел и прижал парня к себе ближе, поглаживая того по волосам. — Постарайся расслабиться, я не буду резко входить, — слова противоречат желаниям. Конечно же, он хочет войти в того полностью и безжалостно вырывать из того крики и стоны, наслаждаться юношеским телом и давиться от наслаждения страхом. Но сама сущность не позволяет ему так надругаться над этим мальчишкой, что-то заставляет себя вести с ним гуманно. Почувствовав, что внутри стало не так узко, а вырываться хранитель перестал, постепенно начал двигаться все глубже. Вскоре Фрост сам ответно двигал бедрами и очень пошло стонал от такого натиска. Он сходил с ума от всех ощущений, которых никогда не испытывал, томный шепот Кромешника завораживал, оставленные засосы на шее пылали, а жгучее пламя внизу живота разрывало до безудержно приятного чувства. С каждым толчком по телу бежали мурашки, тело обдавало легким разрядом, а это чужое дыхание на холодной щеке... По щелчку пальцев путы из кошмаров растворились, и руки парня наконец были свободны, но, чтобы удержать равновесие, обнял Кромешника за шею. Как бы ему хотелось видеть сейчас все, что происходит. — Питч, я могу... — Открыть глаза? — успел перебить его дух. — Да. — Можешь, Джек. Фрост смущенно поднял глаза и встретился с пленительным взглядом янтарных глаз, которые без всякой усмешки и язвительности смотрели на него, прожигали и плавили одновременно. На столько Джеку понравилось держать зрительный контакт с Королём кошмаров, что он не заметил, как его развернули спиной и он прилегал лицом к бетонной стене. Он не успел рассмотреть все, что так хотел, но мысли точно выбили резкие и глубокие толчки. Наконец темный дух смог реализовать свои желания и по воле случая окунулся с головой в ощущения. Чувствуя скорую разрядку, он обхватил рукой член парня. Каким же чувствительным Джек оказался, когда через пару движений уже излился тому в руку и обессиленно обмяк. Но Кромешник вовремя смог среагировать и подхватил того, продолжая глубоко и быстро двигаться. Шепот мальчишки, когда тот назвал его по имени, не оставлял сил больше сдерживаться, и мужчина кончил внутрь, не вынимая. Крупные хлопья снега медленно падали с неба, добавляя этой ночи легкую атмосферу. Кромешник в очередной раз убедился, насколько красив Фрост, и готов был на него смотреть, будь на то воля, вечность. Юноша собрал с откровенными комментариями разбросанную одежду со снега и уже натягивал толстовку, как почувствовал пристальный взгляд к своей персоне. Кромешник также прилегал к стене в тени здания, а его присутствие отличали золотые глаза. Джек поднял с земли посох и направился в сторону мужчины. Ох, этот озорной взгляд и хитринка в нем, всем давно знакомы и явно не вещают ничего хорошего. Парень приблизился и крюком посоха подтянул Питча за шею к себе, чтобы между их лицами оставались считанные миллиметры. — Надеюсь, подобного рода мероприятия будут значительно чаще, — спародировал он в той же интонации ранее сказанные слова на собрании и выдохнул холодное облако тому в лицо. Кромешник удивленно поднял брови, уж явно не ожидал откровенной инициативы, но тому даже лучше, не нужно больше придумывать казусы для очередной встречи. — Безусловно, — ухмылка растянулась на бледном лице. Мальчишка отстранил посох и, кинув многозначительный взгляд, умчался с потоками ветра. — До встречи, Джек, — прошептал Кромешник исчезающему из вида духу, — до скорой. Темный силуэт растворился в тенях зданий, оставляя после себя пылевую дымку, что со снегом осела на землю.