son of man

Во всём мире, мне казалось, я не найду того, кто будет на все сто процентов понимать меня. Мне не нужен тот, кто высокомерно смотрит на меня под призмой жалости. Но как мне казалось прежде, все люди только так и смотрят на меня. Такое волнение охватило мое тело и душу, когда в толпе ликующих от моих шуток пара глаз смотрела на меня с предвзятым осуждением. Я шутил, горча над шутками сильнее, пока не осознал, что перешел все грани и уже шучу про тебя, Тим. Обычно переход на личность значил гордость со стороны жертвы, но в этот раз жертва оскорбилась так сильно, что во мне зашевелилось совесть, о существовании которой я и забыл. Тимми раскраснелся, дрыгал руками, желая весь мир раскрасить гневным красным. «eror» горит всюду побуждая идти по его сценарию. Но, милый, на этой сцене ты не один калека, и всё внимание приковано ко мне, ведь я искусно говорю. Кажется это оскорбило Тимми, да, Тим? Но это всего лишь шутка. – подливаю масла в огонь. Напрасно смеюсь, держась на палках. Вдруг чувствую нечто на лице. Жмурюсь. Ты кинул торт?       В этот миг в моей голове явно произошел страшный сдвиг, сдвиг на тебе, Тим. Но больше я не возвращался к мыслям, что в этом мире я один.       Перепалки с тобой моя единственная радость. Мне нравится смотреть в твои осуждения полные глаза и встречать сопротивление. Повторяешь имя свое подобно заклинанию. Но я понимаю каждое твое особенно раскрашенное «Тимми». Каждый раз мы заканчиваем ничьей, разочаровывая толпы людей. Ребята, пошли. – слышится голос Кайла. Я закрываю глаза после того, как нахожу тебя еще более поколоченного рядом с собой. Тим, я сегодня многое понял.       Очнулся я уже в больнице.       Сдвиг во мне был настолько неправильный, что мгновениями я думал, что совсем помешался на тебе. Твое отношение ко мне несколько меняется, ненависть прекращает сквозить в твоих взглядах и действиях, так часто приводивших нас к самым настоящим дракам. — Тимми, ты поедешь со мной прогуляться?       Я иду рядом, опираясь о палки. Смотрю то на тебя, то на дорогу. Доверчивое «Тимми!» служит мне благословением. Я веру окольными путями к себе и говорю обо всем на свете, что гипотетически людям нравится, когда над ними насмехается такой калека как он. Берч кивает, двигая пальцами навигатор.       Они движутся вперед. Они читают себя чем-то высшим по сравнению со мной и такая честь, якобы, оказанная мне воспринимается ими как благодетель. Парень улыбается, раскидывая свои вымышленные распальцовки, и кличит самого себя. Но в каждом из его имени скрывались ясные лишь мне слова. — Тимми, подожди, – ступаю скорее за тобой, опираясь о трость. Твоё бытие - моя радость. Раннее я жил с горькой мыслью о несправедливости, но видя то, с каким позитивом ты проживаешь каждое мгновение, я загораюсь положительной энергией.       Я иду рядом и рассказываю свои шутки. Ты не смеешься, но и не осуждаешь. Пальцем ведешь в воздухе, вырисовывая руны на неосязаемой глади и зовешь себя.       «Тимми» – в голове моей темный шум, перед закрытыми глазами отснятый на паралоид ты.       «Тимми, Тимми, Тимм», – на пробу шепчу без устали, душа твоя подобна картинам Брюлова. Яркие насыщенные цвета пестрят в тебе. И я бедный художник, очарованный палитрой. Тимми, не беги от меня.       Я иду до тебя. Опираясь о подлокотник твоей персональной машины, желаю коснуться рук, но ты прозорливый. Машешь рукой и отвадишь от меня. — Тимми, – доносится довольное наверняка до самых небес. Такими темпами ты никогда не узнаешь о половой жизни, Тимми, – горчу, лью соль на рану. Ты думаешь о таких вещах? Я смотрю тебе в глаза, но ты отводишь их. Нарочно. Злишься.       Я собираюсь до тебя и опершись о ручки твоего кресла, пытаюсь сам катить и чувствовать при этом опору.       «Мы связаны» , – мысль вдохновляет меня. Я опираюсь сильно, касаясь подбородком твоей головы. Светлые волосы приятны на ощущение. Тимми! – ты катишь далеко вперед, лишая меня опоры. Я смотрю тебе вслед, брошенный на землю. Возмущенно лепечу что-то.       Ты интуитивно чувствуешь сдвиг во мне и отталкиваешь меня. Я поднимаю взгляд до небес и говорю о том, как много мусора в космосе, хоть мы и видим чистое небо. Подобно тебе, Тимми.       мне       ***       Я жмурю глаза, касаясь себя. Все кажется таким нелепым в такие минуты. Голова пуста, перед глазами лишь твой светлый образ. Тимми, – распробываю на вкус, я улыбаюсь себе. Интуитивно ты ощущаешь грех и сбегаешь меня, но я остаюсь рядом. Я никогда больше не пущу тебя, Тим.       Я двигаю рукой, доводя себя до предела. Ощущаю как волны пронизывают мое тело и душу. Раз я калека, это не значит, что я лишен всего, лицемеры. Мысль за мыслью, я дохожу до самой странной. Чего бы я хотел от Тимми? Ничего(в..с..е)       Звучит в мыслях в один голос и я тону в отчаянии от собственного бессилия в этой ситуации.       Я тянусь за салфетками, но роняю стакан.       В этом мире нас лишь двое. Остальное жалкое подобие, как губка пропитанная лживой жалостью. В этом дребезге не только моя беспомощность, но и злость на несбыточные мечты.