Something Like Comfort

      — И из-за чего ты расплакалась в этот раз? — раздался строгий голос, от которого стены будто вздрогнули.       Всхлипы резко стихли. Она обернулась.       У стены сидела, почти сливаясь с тенями и смотря на неё, двойник Рэны. Она замерла. Как странно… Такое лицо ей раньше не встречалось: одна половина — белоснежная, вторая — словно поглощённая чернилами. Белое и чёрное, сшитое по живому.       Рэна шагнула вперёд. Осторожно, несмело. Не ближе, чем позволено — особенно сейчас, когда Эна сжалась, обхватив себя за плечи, будто пыталась не распасться. Понимание эмоций никогда не давались им легко. Ни одной из них. Особенно боли.       — Уйди, пожалуйста! — вскрикнула Эна, и голос её надломился, словно стекло под пальцами. — Я ошибка, которую следовало бы стереть! Я не должна была существовать!       Рэна не впервые сталкивалась с такими срывами Эны — но каждый раз что-то внутри всё равно сжималось. Особенно сейчас. Слова, которые та произносила, отзывались в животе тяжестью, от которой невозможно было отмахнуться. Она шумно выдохнула носом, потерла виски — нужно было что-то сказать. Найти правильные слова. Или хотя бы те, что звучали бы уместно.       Правая половина её лица — та, что отвечала за работу, — оживилась, будто по сигналу.       — Ищете возможность улучшить свою отвратительную, разрушенную жизнь? — с энтузиазмом произнесла она. — В таком случае у меня есть несколько отличных предложений специально для вас!       Эна всхлипнула и закрыла лицо ладонями.       — Перестань издеваться и просто уничтожь меня! — простонала она. — Я вижу, будто ты этого хочешь!       Рэна щёлкнула пальцами.       — Ах, значит, имеем дело с трудным клиентом? — бросила она с деловым запалом и подошла ближе, опускаясь рядом с Эной на пол. Но не вплотную — между ними всё равно оставалось пространство. Безопасная граница. — Это нехорошо сказывается на продажах. Что же мне сказать, чтобы вас убедить?       — Прекрати! Прекрати! Прекрати! — голос Эны, двоящийся на высокий и низкий, словно разом два человека кричали из одного горла, утонул в её ладонях. — Я не хочу этого делать!       Очевидно, всё это ни к чему не вело.       Рэна бросила взгляд на жалкое состояние, в котором пребывала Эна. От этого внутри что-то кольнуло — чувство, которое трудно было описать словами. И уж точно не приятное. Она тихо застонала от раздражения, прежде чем сменить маску. Теперь в ней заговорила белая часть.       Голос её был холоден, почти металлический, но, вопреки привычке, она не стала кричать:       — Перестанешь, наконец? Я не для того пришла, чтобы тебя жалеть.       Эна всхлипнула:       — А зачем тогда?.. Зачем ты вообще пришла?!       Рэна не нашла, что ответить. Она и сама не знала, почему она была здесь. Особенно если подумать, сколько всего важного она могла бы сейчас делать вместо… этого.       Она провела когтистой рукой по мягкому запястью второй:       — Это не твоя забота.       Но эта фраза лишь вогнала Эну в ещё большую яму. С её чувствительностью и прямолинейностью Рэны это был заведомо плохой дуэт. Эна даже не могла вспомнить, с чего начался её приступ — всё внимание было захвачено уничтожающими мыслями. Очередной повод обозвать себя глупой.       Словно в контраст ее рыданиям вокруг царила тишина. Рэна молчала, не зная, какие слова не усугубят ситуацию. Эна молчала, потому что любое слово было бы только подтверждением её ничтожности.       Это выглядело как проигранная партия.       И всё же — только выглядело.       Рэна и сама не знала, что на неё нашло, когда она решила придвинуться ближе к Эне. Сантиметр за сантиметром она сокращала расстояние между ними, пока между ними не осталось буквально ничего. Всё это выглядело до невозможности неловко — движения Рэны были резкими и неестественными, будто тело действовало само по себе. Но что-то внутри подсказывало: так нужно.       Эна отняла руки от лица и с удивлением посмотрела на неё. Цифровые слёзы всё ещё блестели на пёстром лице.       Они молчали. Сквозь тишину слышалось только затухающие всхлипывания. Они смотрели друг на друга, не отводя взгляда. В этом молчаливом, незначительном жесте было нечто… успокаивающее. Эна не изменила облик, но её дыхание стало ровнее. Увы, этого было недостаточно. Простого касания — мало.       Рэна неловко изменила позу, теперь она сидела на пятках, и её глаза упорно избегали взгляда Эны — в отличие от нескольких секунд назад. Эна с недоумением наблюдала за ней, уже готовясь к худшему. Это предположение вызвало у неё судорожный вздох, и слёзы снова выступили в глазах.       Но Рэна вдруг среагировала — быстро, почти инстинктивно. Одним порывом она заключила Эну в лёгкое объятие сбоку.       Её руки крепко, но бережно сомкнулись вокруг Эны. Она старалась не переусердствовать — любое излишнее давление могло обострить состояние. Рэна зажмурилась от охватившего её смущения. Чёрт. Я действительно это делаю? Без предупреждения? Это же полное нарушение личных границ… Но в глубине души она знала — если бы она спросила, Эна бы отказалась. И всё осталось бы, как есть.       Тем не менее, Эна склонила голову и аккуратно положила её Рэне на плечо. Поступок почти неуловимый, крошечный… но Рэна опешила. Это что же, подействовало?       Эна закрыла глаза. Её дыхание стало глубоким и размеренным. Она громко выдохнула и устроилась в объятиях поудобнее. Её полигональная, угловатая ладонь скользнула вверх и мягко легла на руку Рэны — квадратные пальцы поместились на предплечье, будто прочно заняли своё место.       Когда Рэна вновь открыла глаза, перед ней была её «привычная» Эна — жёлто-синяя, знакомая и будто бы чуть спокойнее. Ну, наконец-то. Она не удержалась от лёгкой, усталой улыбки — несмотря на то, что по-прежнему пребывала в роли ворчливой части самой себя.       — Похоже, тебе уже лучше, — произнесла Рэна с усмешкой.       — Иcкренние извинения, Эна, — отозвалась она своим мягким голосом с жёлтой стороны. — Я и сама не вполне понимаю, что на меня нашло.       — Ты вообще редко что понимаешь, если по правде, — фыркнула Рэна, начиная отстраняться. Но тут же остановилась — Эна вцепилась в её руку, не желая отпускать.       — Эй! Ты что, совсем一       — Ещё чуть-чуть! — взмолилась Эна. В её голосе и взгляде было столько искренности, что сопротивляться было бы слишком неловко.       Рэна раздражённо поджала губы, но всё-таки вернулась в прежнюю позу, вновь обняв Эну:       — Это выйдет тебе в должок.       — Это вполне допустимо, друг мой! Несметное количество благодарностей! — Эна довольно прижалась к её груди, едва не мурлыкая.       Друг.