Хочешь быть моим смыслом?

Послышался стук каблуков, стремительно приближающийся к нам. Я и Лена понимали, что сейчас нужно действовать очень быстро, не раздумывая - иначе нам обеим придёт пиздец. Когда шаги были слышны ещё чётче, то есть, находились где-то совсем близко к двери, я прижалась к стене, трясущимися руками удерживая стул. Лена стояла рядом и тихо плакала - от страха или от нервов, не знаю. Да и не было времени выяснять это всё. Дверь распахнулась. Я несколько раз бью наотмашь, не видя, кто это и куда попадаю. Да и какая разница? Скорее всего, Ира и была - больше некому. - Юля, мы же её убили!!! Крики Лены сейчас мне хотелось слышать меньше всего, а успокаивать её некогда - бежать и как можно скорее отсюда. Схватив её за руку, я побежала из этой комнаты в тускло освещённый коридор, где увидела впереди длинную лестницу. - Перестань реветь, пожалуйста! Сейчас это усугубляет ситуацию...

***

Ваня не на шутку бесился: время идёт, а девочек так и нет. Ни одной! Он, в общем-то, прекрасно помнил, что одна из них - синоним к слову "опоздание", это Волкова. Но Лена... Немыслимо! - Что-то немыслимое творится! - повторял про себя продюсер, расхаживая из стороны в сторону на студии, где кроме него, инструментов и бармена, которому не терпелось увидеть Тату, никого не было. - Что-нибудь случилось? - с глупой улыбкой спрашивает бармен, оглядывая студию. - Нет! Конечно, Федя, случилось! Тату пропали! - Да? А как думаете, куда они пропали? Иван резко обернулся на простака бармена, желая зарядить ему в тупой и абсолютно пустой лоб, но вовремя остановился - бить убогих он не привык. Да и толку? Девчонки от этого быстрее не появятся; надо не на глупость чужую тратить время, а звонить, звонить и звонить им, пока телефон не сядет или связь повсеместно не вырубят. Взяв себя в руки, Иван как можно спокойнее ответил: - А если бы я знал, куда они подевались, как ты думаешь, ходил бы я сейчас из угла в угол, как идиот и звонил бы им так, что у меня телефон в руках плавится? Дверь открылась. Ваня с надеждой взглянул в сторону, но моментально разочаровался - это были не Тату, а басист. Мужик тоже заметил подавленное настроение продюсера, о чем спросил его и, не получив внятного ответа, приступил к своим обязанностям. - А в их номерах вы были? Впервые от этого Феди Ваня слышит что-то дельное. Едва не расцеловав бармена, он кинулся бежать к выходу из студии. Точно, ведь в их покоях-то он и не был! Как ему самому это в голову сразу не пришло, а воплощению простоты и глупости - пришло?

***

Пробежав по лестнице, мы видим большой люк перед собой, достаточно тяжёлый. Я тяжело дышу, как и Лена, после этой пробежки. - Мы его откроем? - Я не знаю. Надо пробовать. И мы пробуем. Прилагая последние, казалось бы, силы для этой попытки - единственной, потому что иначе шанса выбраться больше не предоставится - мы навсегда тут застрянем. Подумав покрепче о возможных трагичных последствиях, я и Лена поднажали и таки открыли люк. Руки ужасно болели, как и ноги после бега и сидения в одном положении долгое время, но, главное, что мы выбрались. Довольные собой, мы вылезли...

***

- Девки, что за тупые шутки! Ваня уже ждал нас в номере Лены, закуривая очередную сигарету. По его лицу было понятно, как он рад нас видеть и что он хочет нам сказать сейчас. Непременно, поблагодарить за столь эффектное появление. Стоп... Под полом Ленкиных покоев был всё это время люк, ведущий в подвал? И что же нам делать с этой ценной информацией? Лена хотела уже начать объясняться, когда я остановила её, чуть сжав запястье ладонью. Нет, сперва нужно посоветоваться вдвоём и потом уже кому-то ещё рассказывать, наверное. - Мы были в уборной! Первая идиотская, но все-таки мысль, пришедшая в голову. А что ещё сказать? Были в туалете, понос прихватил. Ничего особенного. Ваня с недоверием посмотрел на нас и вышел, оставив вдвоём. Лена, наконец, дала волю эмоциям и разрыдалась так, как, казалось бы, никогда не рыдала раньше. На этот раз я не затыкала и не останавливала, а только сидела рядом и гладила по кудрявым рыжим волосам, понимая, что после такого, будь я на год раньше в этой ситуации, запила бы на неделю, а то и месяц. - Теперь нам нужно держаться вместе..., - робко начинаю я, - Понимаешь? Она поднимает на меня заплаканные глаза: - Понимаю. Я целую её в губы, обнимая за плечи и прижимая к себе. Что бы ни случилось, теперь нам надо быть друг с другом, а не друг против друга. У нас теперь есть общая тайна, держать которую мы обязаны, чтобы, как минимум, сохранить свои задницы на свободе...