Мираж

      Руки Эндрю скользят по нежной коже, испещренной шрамами. Удивительно, но после всего он всё ещё выглядел обычным, ничем не примечательным парнем. У него кристально-чистый взгляд голубых глаз, спокойный, принимающий Эндрю всего. С его выжженной начисто душой, с руками по локоть в крови и неспособностью сказать хоть что-то.       Зачем он приходит? Эндрю не знал.       Эндрю с ленцой опытного хищника наблюдал за жертвой, растягивая момент. Он наслаждался охотой вплоть до того времени, как увидел мелькнувший в окне противоположного дома силуэт. Вот же ублюдок… Куда он лезет?!       Больше не играя, Эндрю прицеливается. Пару мгновений он сосредотачивается, до такой степени, что забывает дышать. Тихий вжик стрелы. Охрана суетится, а маленькое заклинание скрытое в наконечнике стрелы вгрызается в плоть жертвы. Мужчина падает на колени (Эндрю презрительно кривит губы: выходит у человека слишком уж картинно на его вкус). Мельтешение внизу усиливается. Жалкие, слабые люди. Вам давно надо было свалить с наших земель.       Пусть это и был их осколок мира, но… Он на территории земель народа Эндрю.       Впрочем, ему стало плевать на всё уже очень давно. Для него остались только заказы и объекты устранения. Эндрю уже даже не радовался, что чаще всего ему заказывают именно людей.       Он был призраком, скользящем на периферии сознания Эндрю. Он всегда дышал ему в затылок. Эндрю даже не помнил, когда впервые почувствовал его присутствие. Просто однажды смутное подозрение превратилось в твердую уверенность: он рядом. Он настигает. Или пытается настичь…       Эндрю легко находит его, даже в первый раз, он словно и не пытался спрятаться от него. Он прижался к обшарпанной стене заброшенного многоэтажного дома, который медленно поглощали родные джунгли Эндрю.       Этот понимающий, проникающий в душу взгляд в ответ на его раздраженный…       Удар приходится в корпус, и он сгибается пополам, но смотрит на Эндрю снизу вверх слегка насмешливо, с вызовом, словно спрашивая: «Это всё что ты можешь?». Эндрю хочется скрипеть зубами от того, насколько он красив, оставаясь слишком чуждым для этого мира. Он словно иллюстрация к тому, чужому миру, его осколку занявшему земли народа Эндрю, — странный, непонятный и… глупый.       Как же он бесит Эндрю.       Зачем он берёт те же задания, что и Эндрю? Он ведь уже знает, что проиграет. В любом случае проиграет, Эндрю всегда успевал первым выпустить стрелу точно в цель, чем он успевал выпустить пулю. Ему никогда не обыграть Эндрю, лучшего наемника своего народа.       Огрубевшие руки наждачкой проходятся по его коже. Он послушно подчиняется и выгибается под руками. Он прижимается, словно доверяет Эндрю. А Эндрю… молчит. Берет своё и уходит. Он думает, что однажды ему надоест приходить к Эндрю снова. Но он раз за разом возвращается.       Зачем?..       Уходя от погони после очередного задания, Эндрю скользит между квартир бездушных домов. Как кто-то мог в них жить? Мерзость. Эндрю так хочется просто выпрыгнуть в давно выбитое квадратное окно, зацепиться за ближайшую ветку и оказаться далеко в диких джунглях. Но вместо этого, как подкошенный, он рухнул на диван.       Эндрю прикрыл глаза, концентрируясь на внутренней энергии. Он костерил себя: «Забытые боги, где я просчитался?». В этот раз его смогли зацепить на задании. Проклятые люди с их странной техникой.       Эндрю чувствует как под пальцами болезненно пульсирует рана. Его вырубает.       Его ладони мягко скользят по напряжённым плечам. Он вновь пришёл.       Как всегда.       Эндрю неглядя на ощупь опускает ладони на чужой торс, и мысленно ругается: «Чтоб у меня были такие верные друзья, как ты, мой соперник и враг».       Парень легко садится на колени Эндрю, и последний едва разлепляет веки. Он улыбается и проводит ладонью по щеке Эндрю, с отросшей за время последнего задания щетиной. И вновь этот вырывающий душу взгляд…       Он накладывает на Эндрю заклинание, которое тягуче-медленно выжигает кровь своей чужеродностью, но возвращает силу. Парень прижимается к Эндрю, шепча что-то на своем языке. Эндрю не понимает ни слова. Но звучание языка другого мира похоже на него: ломано-прекрасное в своей чуждости.       Парень берёт ладонь Эндрю и кладёт себе на грудь:       — Нил, — говорит настойчиво, словно Эндрю должен понять. Он не понимает, но предполагает, что вероятно это его имя. Почему-то эта откровенность злит до безумия.       Эндрю ненавидит этого парня, его мир, его язык. Всё в нём отвратительно. И одновременно так притягательно...       Эндрю опрокидывает его и вжимает в диван. Его рука с легкостью пережимает горло парня. И даже когда его глаза начинают закатываться, он не отвечает ударом, хотя инстинктивно рука Нила и легла на кинжал.       Эндрю было бы гораздо легче, если бы Нил его пырнул. Он разжимает свои пальцы, выпуская парня на свободу. Тот трёт шею и смотрит недовольно, но всё ещё не уходит.       У Эндрю нет больше сил бороться. Он целует его, пытаясь губами сказать: «Мне жаль».       Эндрю кажется, что губы парня произносят то же самое.       Вновь задание, вновь он. Он. Он. Он. И снова он. Нил был повсюду. Куда бы Эндрю не шёл. Где бы он ни был. Парень преследовал его всюду. Его присутствие раздражает. И Эндрю срывается с задания, чтобы вновь прижаться губами к губам и израненной коже, тело к телу. И молча уйти после. Уйти не оглядываясь, чтобы не видеть, как он опустошенно замирает на краю дивана. Уйти, чтобы не видеть голубые глаза, слишком живые для презренного человека.       Когда приходит ночь, он вновь появляется в дверном проёме с вынесенной дверью, очередной давно заброшенной квартиры. Нил, опираясь по стенке, доходит до матраса Эндрю и падает рядом. Он ранен. А Эндрю так устал…       От него устал.       От себя.       Но Нил, словно в насмешку, снова почти невесомо прикасается к Эндрю. Так, словно парень ждёт его согласия, чтобы прижаться к Эндрю всем телом, наплевав на собственные раны, доверяя Эндрю всего себя.       Эндрю мечтает о его смерти, потому что он слишком слаб рядом с ним.       «Исчезни, прошу тебя!».       Нил прижимается, ластится, а Эндрю внезапно понимает, что больше не может. Просто не может. Закрывает глаза. И позволяет ему прикасаться к себе. Даже небезосновательно подозревая, что именно в этот самый момент Нил его и прирежет, — позволяет. Эндрю слишком от него устал.       Открыв утром глаза, Эндрю встречается с прозрачно-голубыми глазами парня. Любопытным, довольным и слегка насмешливым. Нил усмехается и впивается в губы Эндрю поцелуем. В первый раз сам. Если бы Эндрю умел смеяться — он бы начал хохотать от нелепости происходящего.       Каждый раз он был слишком близко. Эндрю чувствовал его на уровне инстинктов. Он рядом. Нил не просто дышал ему в затылок, он уже крепко оплел руками в его плечи, прижимаясь всем телом.       Изменившееся поведение Эндрю заметили, не могли не заметить. Глава клана был недоволен. Эндрю поставили условие, которое он не мог ни выполнить, если хочет и дальше получать заказы.       Он должен был умереть.       Очередное задание. Почти на двоих. Он вновь где-то рядом. Эндрю кажется, что он даже слышит дыхание Нила в соседней многоэтажки. Бред, но это было так. Эндрю вновь успевает на доли секунды раньше, и его стрела пронзает цель до того, как Нил успевает выстрелить. Очередная жертва падает на асфальт. А затем Эндрю срывается с места, чтобы найти его в считанные минуты.       Вновь нагнал. Эндрю всегда было интересно, зачем Нил позволяет это сделать? Зачем берёт те же задания? В чём вообще смысл всего этого?..       Эндрю привычно натягивает тетиву лука, удар сердца. Заказ наполовину выполнен. Большая часть охраны уже полегла, защищая своего очередного главу.       После он привычно уходит по многоэтажкам. Ему так хочется сорваться вниз с десятого этажа, чтобы зацепиться за родные ветви, а затем уснуть в кроне дерева, как когда-то в детстве.       Но вместо этого он вновь находит заброшенную квартиру, в которой имелось жалкое подобие лежбища: старый, в клочья разодранный диван. На нем застарелые пятна крови. Наверняка когда-то один из лесных хищников забрёл в этот негостеприимный дом.       Нил тихо входит следом. Его пальцы нежно касаются, даря мимолётную, почти невесомую ласку. Диван натужно скрипит пружинами под его телом. Парень разваливается на нём и призывно похлопывает по сиденью рядом. Нил смотрит на Эндрю так, словно видит его насквозь. Словно?..       На его губах появляется дерзкая ухмылка. Нил смело бросает вызов, как и всегда. Но…       Эндрю рухнул на диван рядом, подгребая его в жалкое подобие объятий, и почти тут же отключился, чтобы проснуться часа через три. Кажется он впервые не хочет, чтобы Нил исчез…       Эндрю опускает усталый взгляд на руки. Они в крови. В его крови. Эндрю не нравится как мелко подрагивают его собственные пальцы. Медленно он отвёл от них взгляд и опустил его на пол.       Его тело.       И кровь, кровь, кровь, так много крови…       Нет. Тряхнув головой, Эндрю отгоняет остатки сна. Нила нет.       Он лично отнёс его голову заказчику.       Уже очень давно…       Но он приходит. Всегда. Нил всё также дышит в затылок. Он рядом.       Глава клана доволен работой Эндрю. Они почти сломили сопротивление людей. Иномирцы стали бояться. У людей заканчивается техника и оружие из своего мира, так что сопротивление становится всё меньше. Их главари мрут как глупые насекомые.       Эндрю не зря получает свои деньги.       Эндрю уже привычно ищет пустую квартиру, в которой можно переночевать. В такие моменты он почти радуется, что в его мир рухнул такой огромный город. Всегда найдется каморка для сна.       В этот раз Нил уже в квартире. Стоит к Эндрю спиной, солнце из разбитого окна очерчивает его силуэт.       Полуобернувшись, он проказливо улыбается. А затем его руки медленно начинают расстёгивать на рубашке пуговицу за пуговицей, пока одежда медленно не сползает с плеч. И Эндрю абсолютно плевать на сетку белесых шрамов и грубых рубцов, у него перехватывает дыхание от его невероятной, слишком иной красоты…       Эндрю хочется спросить, почему он всегда приходит к нему? Да и есть ли он на самом деле? Эндрю не знает. Он уже давным-давно потерялся. Куда бы он не пошёл — Нил уже там, а если Эндрю его не видит — он прячется за спиной. Эндрю слышит его тихое дыхание, но каждый раз оборачиваясь, не находит его взглядом.       Он убил его.       Но так ли это?       Был ли Нил когда-либо?       Эндрю не уверен. Он уже ни в чём не уверен.       Эндрю размышляет, торжествовал бы Нил, увидев его сейчас? Ведь он победил. В этот раз победил всё-таки он. Даже умерев, Нил смог выполнить своё задание.       Забавно, что им заказали друг друга, да?.. Только Эндрю Нилу заказали очень давно.       Эндрю всё ещё задаётся вопросом, почему же тогда он успел раньше?!       Раньше ли? Он не знает.       Вновь ночь. Вновь он и его голубые глаза. Как у обычного человека могут быть такие прекрасные глаза?       Руки Эндрю скользят по нежной коже, испещренной шрамами. Удивительно, но после всего он всё ещё выглядел обычным, ничем не примечательным парнем. У него кристально-чистый взгляд голубых глаз, спокойный, принимающий Эндрю всего. С его выжженной начисто душой, с руками по локоть в крови и неспособностью сказать хоть что-то.       Эндрю будет вечно думать, зачем Нил всё ещё приходит к нему?