Пока никто не смотрит
17 апреля 2025 г., 00:06
Кафе "Лунный свет". Амстердам. Май 2025.
Римус сидел, как обычно — чуть сгорбившись, будто извиняясь перед миром за то, что занимал столько места в пространстве.
На коленях — ноутбук, который держался в живых только потому, что Римус никогда ничего не выбрасывал. Даже когда стоило бы.
На экране мигал пустой документ с заголовком "презентация-срочная-финальная", которую он пообещал закончить ещё вчера. Но вместо цифр — только крошки круассана между клавиш.
Сладкое было его спасением.
Карамельный тарт таял во рту, лип к зубам и глушил те эмоции, которые он не успевал заглушить словами.
Сириус сидел напротив. Развалившийся на стуле, ноги — наполовину под столом, наполовину — на чужой территории.
Пальцы лихо плясали по телефону с какой-то странной утонченной грацией.
Каждое сообщение вызывало у него новую улыбку — то нахальную, то нежную, то нечто посередине.
Глаза светились. Он даже прикусил губу.
Римус тяжело сглотнул.
— Ты... серьёзно? — бросил он, не отрывая взгляда от экрана. — Мы тут, теоретически, работаем.
Сириус даже не поднял глаз.
— Я и работаю. Просто между делом флиртую. Так мысли идут лучше, — снова усмехнулся. Удар ниже пояса.
— И с кем, если не секрет?
— С Джеймсом. Мы кое-что вспомнили... про школу... Смешно было, не поверишь, — сказал Сириус, наконец поднимая глаза. Их взгляды встретились.Улыбка начала сползать с и без того бледного лица..
— Джеймс? — Римус кивнул. — Ну, тогда всё логично. Конечно. Почему бы и нет.
Пауза.
— Римус... — голос Сириуса стал мягче.
— Ничего. Я на перекур, — перебил тот, резко захлопнув ноутбук с такой силой, что тот жалостливо хрустнул, и поспешно встал.
Когда он вышел, Сириус уставился в экран, где висел незаконченный диалог.
И впервые за последние пятнадцать минут — он больше не улыбался.
Дверь кафе открылась, как всегда — с лёгким звоном. Но на этот раз — как будто чуть резче. Люди в зале даже не обернулись. А зря.
Римус вошёл, держа перед собой букет темно-красных пионов. Не магазинную пластиковую банальщину, а что-то дикое, растрепанное, страстное.
Букет был неровный, как будто собран в спешке человеком, который не знает, что хочет сказать.
Сириус застыл.
— Это что?.. — он осторожно поднялся.
— Это... Я вышел покурить. Но увидел эти цветы, и... — Ремус пожал плечами. — Знаешь, я не хочу сражаться с тобой, Сириус. Даже когда ты не..
Сириус взял букет. Его руки немного дрожали. Он посмотрел на лепестки, потом на Римуса.
— Ты...
Но так и не сказал ничего. Свободной рукой он притянул его за шею к себе и поцеловал. Без разрешения. Без плана. Просто поцеловал — так, как хотел уже несколько дней, недель.
Поцелуй был тёплым. Неуверенным, настоящим. Больше чем любящим. В нём был запах кофе, немного дыма и целое море невысказанного.
Когда они отстранились, оба молча оглянулись. Люди вокруг пили кофе, читали, печатали на ноутбуках. Никто не посмотрел. Никто даже не моргнул.
Они рассмеялись. Сначала тихо, потом громче.
— Боже, мы так драматизировали, — сказал Сириус.
— Мы всегда так делаем, — согласился Римус, возвращаясь на своё место.
Сириус опустился напротив, вытащил из рюкзака свой ноутбук.
Когда он наклонился, из-под футболки выскользнуло что-то блестящее. Маленький маховик времени. Точно такой, как в воспоминаниях — золотой, тонкий, пульсирующий магией, которая всё ещё дышит прошлым.
Он задержал его в пальцах.
Римус заметил, но ничего не сказал.
— Знаешь... — прошептал Сириус, убирая маховик обратно, — если жизнь дала нам второй шанс, я не собираюсь его просрать.
— Только не говори это словом «просрать», — усмехнулся Римус.
— Хорошо. “Проигнорировать с грубым неуважением и тревожным отсутствием чувственной перспективы.”
— Поэт.
Они снова улыбнулись.
Сириус открыл ноутбук. Римус — тоже.
Букет пионов лежавший на столе между ними , как доказательство того,
что иногда драматизм — это просто форма любви.
