Фортэпье, епта

Жизнь полностью разочаровала. С некоторых пор, та совсем не развлекает его. Даже напротив, чаще огорчает и ломает. Выставляет козлом отпущения, не дает выплыть из днища дерьма в котором лично закапывала. Она вывернула все наизнанку, одновременно открывала глаза и смыкала в сон еще глубже.  Начиная с заключения контракта, время для Чимина стало течь мучительно долго. Месяцы и даже годы потраченные, не окупали те клеточки нервов которые бесследно канули в лету.  Обусловленные договоры были изначально не выгодны, учитывая положение молодого и совсем зеленого в этой индустрии парня. Стоит отдать должное, им легко все сошло с рук как только шквала разъяренных репортеров и судачевств в интернете затронули лишь ту малую часть тонущего айсберга его карьеры. Чего стоили пара низких поклонов о сожалениях, со стороны подосланных агентов, в образовавшемся скандале? Неужели не одна его компания планировала его «длительный» отпуск?  Проблемы одна за другой ложились поверх его плечи, разбираться самому становилось все труднее. Вдобавок, интриги плелись все напряженнее не давая ни вздоха втянуть в легкие от перенапряжения. С каждым новым шагом навстречу, пелена окутывала взор чтобы уже следующий - стал радикальным. Так почему бы просто не смириться? Перестать бороться за то, что уже давным давно угасло.  Эти мысли расцветали постепенно, безоглядно. С первыми пышными бутонами, одновременно такими искусственными, руки сами по себе тянулись к ним. Желания как такового не было. Лишь очередной повод раздуть новый вопрос для обсуждений.  Последние дни ощущались обманчиво сухими и тихими. Но разве не такие ли условия предпочитала обжигающая плоть пламя?  Слабое освещение вычурных люстр создавало впечатление уединения. Помещение было достаточно узкое, но ничуть не стягивающее движения. Тут в принципе было немноголюдно, что располагало ослабшее чутье. Этот вечер напрашивался посетить какое нибудь тихое заведение, в чем Чимин ему совершенно не отказывал. Бармен до этого молчаливо счищая пылинки тонкого хрусталя стакана, окинул Чимина коротким взглядом. Не заметить этого было бы не профессионально, учитывая среду в которой каждый мимолетно окинутый на тебя взор - имел вес. А каждое слово, было чревато неприятным слухам за спиной. Минувшие годы вяло подступались и ярко вспыхивали в голове, которая так обреченно хранила и помнила их. Чимин с трудом сдержал расслабленное лицо, не хотелось ему выдавать то спрятанное до того как мозг полностью утонет в беспокойных волнах спиртного. Сев на тонкий высокий стул, с бархатной подушкой темного красного оттенка, завис на мелочах. С интерьером тут явно не поленились заморочиться. В унылые вечера оно располагает. Вальяжно заняв место, Пак непринужденно вглядывался в забитые полки разноцветных стекляшек. Разнообразие алкоголя пьянило, с некоторых пор он часто забывался в дурманящем оттенке жгучих напитков. С некоторых пор, пристрастился. Не мог справляться иначе с неприятным недугом. Бессоница. Первые бодрящие ночи проходили спокойно, пока не беспокоили тем что ему бы высыпаться хотя бы в положенное время. Но все последующие не отрезвляли, а уничтожали потоками тревожных мыслей. Забивали новые кровоточащие гвозди в сознании, не до конца молотили, нет, именно проталкивали острый метал. Чтобы точно не зажили, чтобы блуждали тенью в каждом его уголке. Сбивали с толку. Обнаружив незаметно подступившее утро после проведенного вечера в баре, сил на то чтобы воспротивится больше не было. Не искал он, Чимин, обходных путей. Задолбался рыть новые дыры в бесконечной тьме, чтобы поймать ничтожно слабый лучик в гробу. Именно там он находился, по другому свое положение не смог принять.  В этот вечер Чимин воспротивился мысли напиться до полудрема в своем тихом уголке. Да и когда он в последний раз выходил из дома?  Неустанно вибрирующий в кармане телефон вывел Пака из сосредоточенного на стелажах внимания. Игнорировать его уже было невозможно, раздражают эти старые привычки. Вынув из заднего кармана обтягивающих джинс, стал копаться в сообщениях и понять срочность неутихающего гаджета. Десяток из них обнаружились из знакомого источника. На панели вспыхнул бурый фиолетовый цвет и в четкую белую полоску логотип. Это приложение когда то служило местечком тихой гордости и мотивационным коммуникациям между собой былых восхищенных людей проделанной работой  исключительно Паком. Жаль что его страничка быстро раздулась в вечно хмурую тучку, брезгливо поливающую его недовольными и даже агрессивными капельками дождя. Но от нее ему было уже ни горячо, ни холодно. Хотя присутствие все таки напрягало. Страничка небезустанно обновлялась новыми неодобрительными комментаторами под постами. Их он спешил проверять в последнюю очередь. Те были настолько однообразными что хватало только на равнодушный выдох да безучастный взгляд в поисках чего то новенького. В кои то веки постарались удивить его. На главном меню высвечивались незнакомые профили роющие новые слухи по поводу и без. Но взгляд его изначально зацепился за самый выбивающий себе дорогу популярности. Начало показалось ему занудным и ожидаемо приукрашенным. Красноречивость этого смазливого парня бесила, но тот заставил дослушать лишнюю болтовню.  « ..слухи правдивы. Вы не удивитесь, когда узнаете кое что щекотливое о Пак Чимине, — да не томи уже, лениво протянул про себя Чимин — Нам всем известно какое смазливое личико у хорошо известного персонажа танцевальной индустрии. Но далеко не все бы смогли предугадать сплывшую наружу правду. Догадывались ли вы, каким именно путем он заработал такую славу и, самое главное, «поддержку»? — Чимин заметно напрягся, тронутая тема была болезненной, изза чего слушать дальше заставил себя с трудом. Сейчас в нем бурлили тихая ярость и раздражение в перемешку с мерзостью, травоядно расползающуюся по всему телу. Тяжелый выдох ноздрей и продолжение невыносимой тирады этого болтуна — Разве заслуживал ли этот человек одобрения со стороны сообщества? Сейчас, я поведаю вам очевидную истину, на которую многие любопытные люди закрывали глаза — ехидная улыбка спрятанная тонким пальцем на губах вызывала скрипучий скрежет челюсти Чимина. Чем только его не обливали после утихшего скандала, в чем обвиняли и судачили плевая гадостями в лицо. Утечки видео с репетиций, поддельные интервью и даже кражы чужих хореографий, последний был настоящим триггером для Чимина. Сколько крови и пота он выжимал из себя на протяжении всей своей карьеры, выдавливал напускную вежливость когда с ним обращались как с тряпичной вещью и совершенно не брезговали взваливать всю ответственность за проступки других коллег или даже незнакомых людей. Он все сглатывал сжав зубы и ни единого гортанного стона беспомощности не позволял. Лишь бы проявить себя, достичь той недосягаемой мечты и показать всем что может, должен и покорит. Неужели все то над чем он годами горбился было напрасным? Не имело смысла и достойного отношения к себе. — Из проверенных источников, я узнал грязную тайну нашего невинного Чимина. Давайте будем честны, связь всем известного танцора с озабоченным о его будущем дяде-режиссера вас ничуть не удивила, так? Несколько раз мы даже засекли двусмысленные взаимодействия двух героев сегодняшнего обсуждения. Факты говорят сами за..» — на этом моменте телефон отлетел молниеносно из рук Пака. Пульсирующие виски таранили голову, коротко зашипев от раздражения взялся мять их в поисках тишины в бурлящие от безысходности мозги в сложившейся ситуации. В последнее время, голова часто его волновала. Как будто мысленной нагрузки ей не хватает, теперь еще мучается резкими вспышками по вискам. Новое клеймо было успешно принято зеваками социальных сетей. Оно было неизбежным. Ведь слух был действительно щекотливым, а эта индустрия не щадила никого кто мог бы попасться с такими постыдными сенсациями о себе.  — Добрый вечер, чем я могу вас угостить? — вежливый дежурный голос бармена заставил Чимина всплыть обратно на поверхность реальности. Но он не зря выбрал себе место вне дома для того чтобы забыться в разливающимся по телу жидкости. В тишине и одиночестве, в четырех стенах, он бы точно сошел с ума уже не от выпитого спиртного, а от переполняющих позвонки взрывы злости от безысходности и ненависти, в первую очередь к себе — Молодой человек, так вы что то будете заказывать? — повторился мужской голос.  — Да, да. Лонг-Айленд, пожалуйста. — видимо он не сразу понял, что к нему обращаются с вопросом и сторможенно озвучил предпочтения.  Заказ долго себя ждать не заставил, а желание напиться и кое как ретироваться домой не успело угаснуть. Осушив залпом первый шот, он уже не отдавал отчет своим действиям. Мысли по тихоньку испарялись, изза чего стало значительно легче воспринимать реальность. Но и это было ненадолго, шоты лились одна за другой на пустой желудок, Чимин не помнит когда в последний раз испытывал насыщение от вкуса еды. Когда он вообще в последний раз принимал пищу? Уже было неважно.  Взлохмаченный парень кое как вышел из душного помещения, шатко передвигаясь по практически пустым улицам он был благодарен тому что тусклое освещение дорог еще позволяло расплывчато обходить опасные зоны поражения «носом об асфальт». Медленно, но верно он шел своим путем. На то чтобы вызвать такси он достаточно убедительно, учитывая свое состояние, аргументировал бармену не делать. Передвигаться на своих хоть и шатких ногах, было всяко лучше, чем по турбулентному транспорту которое обязательно высосет из него все соки выпитого алкоголя. Не хватало ему еще облевать сиденье чужой машины. Одними оплаченными средствами не обойдешься, еще таких хлопот не на трезвую голову ему не хватало.  Дорога занимала от силы двадцать минут пешком меж высоток ночного города, Чимин уже мысленно распластался на кровати когда наконец дошел до узких райончиков тихих жилых домов. Уже отсюда было видно здание в пять этажей своего подъезда. Переулки, конечно, места не самые опасные. Но напряжение все равно не унималось, кто знает, его может уже ожидают с кислотой. Очередная вспышка боли, как будто точный выстрел в лоб. Он отчаянно скривился, рукой облокотившись об холодную стену в виде ограждения какого то жилого комплекса, вторая инстинктивно схватилась за волосы. Хотелось перенаправить пульсации в другое русло, обмануть сознание и сосредоточить внимание на натяжку в волосах. Но, очевидно, боль не утихала. А лишь добивала, изнывая и взбухая от фантомных импульсах в висках. Голова ощутимо тяжелела, но постепенно дискомфорт сходил. Подрагивающими руками и усилием воли продолжил свой путь, помирать как собака на улице в ста метрах от своего дома не прослеживалось в его планах сегодняшней ночью. Пак уже начал жалеть что выбрался куда то этим вечером.  Ноги автоматом привели его к двери с цифровым замком, он уже и не помнит как все это время добирался до своего этажа. Голова хоть и не утихала, но чуть ослабила напряжение. В пьяном состоянии набрать правильную комбинацию, ему с первого раза не удалось. Замаявшись Чимин вводил заторможенно, но с очень сосредоточенным видом лица. А попав в квартиру, сразу помчался(только в бреду пьяного человека, а так вялым червяком) в спальню. Уют этот дом больше не истощал, Чимин давно забил на чистоту и хотя бы поверхностную уборку в нем. Да и прошлый распорядок дня больше не вел. Не хотел оправдываться, но боль в голове мешала всякому восприятию чем то себя занять, каждый раз попытка проваливалась в приступе тихой истерики. Аптечка была полностью забита посредственными обезболивающими, а посетить больницу он долго откладывал. Возможно, завтра пойдет, ну или в крайнем - послезавтра. А сейчас, Паку хотелось наконец провалится в сон. И не думать больше ни о чем.  А не думать у него получалось так себе. Даже в забитом крепким алкоголем сознание, находились слепые зоны. Там и попрятались все его шальные чертята, которые уже вовсю плескались в мутной жидкости. Как на курорте, ей богу. Чимин не представлял свое будущее в отсутствии внимания публики, с детства мечтал о больших площадках. И исполнив эту мечту хоть и на половину, понял что даже в постоянных условиях недоброжелательности и ответственности за людей которыми руководит и с которыми работает, танцы были неотъемлемой частью его жизни. Частичкой души, которая занимала слишком большое пространство для такого мелочного названия. Оно дарило спокойствие, целостность и собранность. Уверенности в себе придавала, когда каждое движение сопровождалось восхищением и энтузиазмом. Последнее было настоящим рычагом слаженной работы с людьми, которые доверяли себя его профессиональности. И не обманывались, Чимин доказывал в последнюю очередь лишь себе, что достоин того внимания и фанатов. Хоть те и не заслужили взаимного уважения к себе, в конечном счете доверившись пагубным и неоправданным слухам о своей личной и профессиональной жизни.  Свернувшись клубком, Чимин заснул не удосужившись переодеться в удобную одежду. Слишком тонкой была нить сна, не хотелось ее обрывать. Мучительно долго борясь в запутанных мыслях, сознание потихоньку начало остужаться. Веки ощутимо тяжелели, а боль в висках постепенно сходила на нет, явно предупреждая о длительном сне.  🎩🎩🎩 Сон треснул в мгновение ока, стоило ему забыться наконец в желанном царстве где ничто его не могло обжечь или как либо затронуть хрупкое сознание. Ничто не вечно, промелькнуло в голове. С трудом до него доходили приглушенный шепот и расторопные шаги отдающиеся во всем помещение. Он, возможно, еще не до конца пришел в себя, предположил. Под собой он почему то не чувствовал мягкую, тонкую обивку постели, напротив, холодный пол из дерева, если чуть напрячь мозги. Чимин не до конца признавал пробуждение, он уже был готов провалится в сон на твердом полу, распластавшись звездочкой там же. Но почему то тело не подавалось контролю, как будто чуждым было. Таких последствий он еще не переживал после очередных запойных ночей. В глазах двоилось, стоило напрячься и попытаться открыть глаза, зрение было мутным, а проскальзывающий приглушенный свет дезориентировал вдвойне. Что за херня?  Слуху мерещились очередные разволнованные, но в то же время неспешные, шаги, те как будто набатом били по трещащему по швам сознанию. Хотелось закрыть уши и спрятаться подальше от всех этих бегающих вибрациями во всем теле звуков. Ах, точно, наконец тело начало отзываться на попытки Чимина совладать с ним. Рука скользнула по полу, только сейчас он понял что находится в сидячем положении.  — Совсем из ума выжил? Встань быстро на ноги, сколько же хлопот ты устроил. — в мгновение ока Чимин почувствовал крепкую хватку на запястье. С ним не церемонились, вытянув ее вверх как бы намекая что пора вставать с холодной поверхности. Ноги были ватными, но выбирать не приходилось. С трудом шевеля ими чтобы поспеть за незнакомым голосом, в ушах уже не так звенело при фантомном перешептывании вокруг, Чимин мысленно выдохнул с облегчением. Глаза были на мокром месте, в прямом смысле, картинка взмыленная, а сфокусироваться на чем то одном не выходило изза банальной спешке незнакомого человека, который все еще яростно выпроваживал его из огромного помещения. Погодите ка. А где он? Как вообще там оказался? Последнее что помнит перед тем как заснул, так это то что он успешно добрался до своего жилища. А сейчас, где же он?  Незнакомый человек захлопнул тяжелой дверью, перед этим выпустив из рук его запястье. Чимин проморгался несколько раз, попытка была не пытка, что ли. Но зрение все так же подводило. Появившуюся панику в дрожащих руках по этому поводу решил отбросить куда подальше, сейчас эта тревожность ни к чему. Нужно разобраться хотя бы в том, как он тут оказался. На похищение с трудом смахивает, как то тут все уж слишком иррационально выглядит для сценария пост-похищения.  — Ч-что происходит? — с трудом смог выдавить из себя Чимин с очевидной хрипотцой после внезапного пробуждения, голос чувствовался одновременно чужим, но своим. По крайней мере в своем слухе он пока не успел усомниться. Сглотнув вязкий ком в горле, мучился сфокусироваться лишь на одном расплывчатом силуэте, который едва выделялся в приглушенном освещении.  — Ты у меня спрашиваешь? — раздраженно шикнул, судя по тембру голоса, парень — Это с тобой что происходит, Чимин! Сколько раз я тебе говорил, не суй свой нос куда не надо. А ты опять взялся за старое. Как потом перед господином объяснятся будешь?  — Да что тут происходит? Какой, к черту, господин?! — истерично выскочил Пак, сам того не осознавая перешептываясь в ответ — И откуда ты знаешь мое имя? То есть, стой. Сначала объясни мне, что я тут делаю? — Следи же ты за своими словами, не дай бог кто услышит — дыхание заметно утяжелилось, незнакомый парень начал оглядываться по сторонам, а Чимин хоть и видел расплывчато, но поймать суть его действий преуспел — Так, давай сначала я доведу тебя до комнаты. Там очухаешься и прийдешь в себя, хотя бы на первое время.  Чимин нахмурившись бобром, не понимал толком что от него хотят, и во что он вообще ввязался. Оказался не пойми где и не пойми кем, хоть тут его знают если рассуждать по мере случившегося, это еще не повод довериться какому то незнакомому, да еще и не опознанному человеку. Вот тут то сердце заметно зашевелилось, отбивая несколько кульбитов в секунду. То что он фактически ослеп всего лишь за несколько часов проведенных в осознанной отключке, заставляет ощутимо напрячься. Сейчас даже стоит усомниться в том что все это время он спал, и сколько же заняло то время которым он не руководил пока не оказался тут?  В этот раз, его вели неспешно и с какой то скрытностью, как будто остерегались того что их кто то засечет между узкими коридорами. Большого количества коридоров. Как будто в каком то лабиринте, ей богу. Чимин мысленно решил для себя не сопротивляться, ему все равно в таком состоянии никуда не деться, тем более этот парень не вызывает кого то критического ощущения подозрительности. По крайней мере, стереотипно трудно судить человека, которого даже не видишь толком. Со вселенской терпимостью Пака, его все таки завели в какую то укромную комнатушку. Разглядеть куда именно его завел этот парень, очевидно(хотя бы голова у него рабочая) невозможно.  — Что с тобой? — точно в лоб. Тактичности в этом парне явно хоть ведром черпай — Ты мне вчера только клялся что завязал с алкоголем, и теперь что? Откуда ты его вообще достаешь? — Слушай, парень. Я конечно балуюсь стекляшками, но вчера у меня не было никаких знакомств, чтобы давать кому то обещаний в чем то — нахмурил брови Чимин, память его никогда не подводила, особенно в таких крайних случаях — И задавать вопросы тут должен я. Как я тут оказался? Это во первых, а во вторых — короткая пауза — Что с моими глазами?  — Чимин, ты в своем уме? Или тебе так спирт в голову ударил?  — Я сейчас в трезвом состоянии, и все еще жду ответы на свои вопросы — понимая, что случившееся взаимно сбивает с толку застывшего парня, продолжил — Я не знаю кто и чем тут промышляет, но я тоже в замешательстве. Откуда ты знаешь мое имя?  — Мы знакомы с тобой с детства, как только нас наняли рабочими в особняке господина — сдался незнакомец, проходя мимо него и заняв место, предположительно, на кровати — Естественно, я знаком с тобой и знаю твое имя. Даже знаю о том когда и из за чего у тебя ухудшилось зрение. Полтора года назад ты уже начал таскать с собой очки, а причина этому твоя зависимость. Крайности то, я надеюсь, ты помнишь. Так что с тобой? Почему ты так странно себя ведешь?  — Нет, подожди. Опустим тот факт, что я не ебу из за каких крайностей я подался в эту рутину. Возможно случилось какое то недопонимание, я никак не связан с тем человеком которого ты знаешь. И это чистое совпадение, то что у него такое же имя и образ жизни, частично, как и у меня. Хоть потерю зрения я даже сам себе объяснить не могу, но я никак не связан с этим вашим господином и тем за кого ты сейчас меня принимаешь.  — А-ах, ты точно из ума выжил. Ты себя сейчас слышишь? Понимаешь о чем говоришь? Твоя зависимость точно когда нибудь доведет тебя, и в том числе меня — пытаясь собрать мысли воедино, парень накрывает лицо руками, тут же встрепенувшись и открывает его заново. Хоть картина расплывчатая, но тот явно прожигает его убийственным взглядом — Передо мной стоит все тот же Пак Чимин, которого я знаю с самого детства. Я не знаю что с тобой стряслось за время, пока ты ускользнул из моего поля зрения, но ты сейчас несешь очевидную нелепицу. Ты не ударился головой когда упал прямо на колени перед господином? Или это произошло до твоего драматичного появления на мероприятии?  — О чем ты сейчас? — Чимин решил пропустить фрагмент, где даже фамилия оказывается совпала со своим, якобы, «двойником».  — О том, что ты только что прервал выступление нашего господина! За это тебе точно прийдется принять наказание, дворецкий Чон уже завтра пришлет слуг за тобой — парень заметно нервничал, вкратце поясняя свои опасения — Как ты вообще додумался прийти сюда в таком виде?  — Начнем с того, что меня сюда привели не по своей воле. Каким образом это исполнили, тоже не по моей части. Единственное что я помню перед тем, как лег спать, так это то как я провел свой вечер в баре. Добрался тоже без значительных происшествий — он сам не понимал для чего все это объясняет человеку, которого едва знал и видел. Но послушно проглатывать необоснованные обвинения, которые явно не ему должны были предьявить, он не собирался — Лучше подскажи мне краткий путь к выходу, дальше сам как нибудь разберусь. С такси тоже как нибудь договорюсь. Кстати, где мой телефон? — Чимин хлопнул слегка ладонями по бедрам.  В очередной раз услышав громкий выдох, Пак смекнул что этот разговор у них еще не мало времени займет.  — Ты понимаешь что ты творишь? Куда ты собираешься деваться? И что означают эти слова, откуда ты их взял? — не услышав ответ на свои упреки, взялся дальше убеждать непутевого друга прийти в себя — Чимин, возможно твой удар головой спровоцировал потерю памяти. Хоть я и не лекарь и у меня скудные знания в медицинском направлении, но по другому объяснить твое поведение у меня не поворачивается язык.  — В каком ты вообще веке живешь? Когда слово «лекарь», начали употреблять в современном лексиконе? Это у меня должны быть вопросы по поводу твоего словаря — возмущенно отчеканил Чимин, не понимая с чего на вид (образно вырисовавшийся в голове) молодой парень так изощрял свою речь.  — Чимин, очьнись! Прийди в себя уже наконец, мы живем в ХIX-том веке. 1821 год, мне может и твое день рождение напомнить? — возмущенно откликнулся парень, он явно не хотел признавать в Чимине другого человека.  — Что? — пораженно выдохнул Пак — Как такое возможно? Это какая то шутка? Тут скрытая камера? Нихуя не смешно, — даже если его сейчас снимают, ему было глубоко насрать на то как он выражается и что о нем потом скажут люди. Ситуация не из ординарных, ему ничего в голову больше не приходило кроме того, что над ним просто решили так подшутить, посмеяться над ним напоследок. И это какое то гребаное теле-шоу, а не реальность. Какой, к черту, ХIХ-тый век? Это физически невозможно, что уж говорить о том, что он предположительно не может принять слова этого парня. — Так, давай сначала. Меня зовут Пак Чимин, рожден 1995 года, 13 октября 2022-го мне исполнится 27 лет. Это какое то недопонимание, может я вообще сейчас сплю и это какой то конченный кошмар. — расставляя все по полочкам начал аргументировать Чимин, нисколько незнакомцу, сколько самому себе.  — Ты явно не в своем уме, Чимин. Что ты сейчас хочешь мне сказать? Что ты из вымышленного будущего, в бреду пьяного человека?  — Это ты что сейчас пытаешься мне сказать, какой ХIХ-тый век? Я уверен в своем уме, и в том как и где жил своей жизнью. Мне самому трудно принять всю эту чепуху. Еще вчера я был у себя дома, а сейчас пытаюсь разобраться в том каким ебучим образом застрял здесь. На двести лет в прошлое, — иронично высказался Пак, сейчас трудно в чем то разобраться и предпринять хоть какие то меры. Но почему сейчас его не беспокоит чувство безысходности? Почему ему не претит то, что он оказался на новом, совершенно незнакомом месте. Ах да, разве не потому ли что в той реальности его никто и ничто не сдерживал остаться восвояси? В одиночестве, поглощенный в свои мысли, страхи и опасения. Не интересовался кем и чем он является в настоящем, а лишь строили собственные грязные домыслы, не беспокоился что с ним станет в будущем. Если углубиться в самое ядро потерянной души, у него возникает легкое ощущение облегчения. Как будто он избавился от всех тех переживаний, что неустанно напоминали о себе с каждым новым проведенным днем с собой наедине. Кто сейчас посмеет тыкнуть пальцем в то, что он, хоть и не по своей воле, разрушил собственную карьеру? Кто то мог бы сказать что он просто сбежал как трус, сдался. Но кто этот кто то? Где он? Правильно, здесь такой не заявится. Когда то, Чимин был принципиальным, амбициозным парнем. Но слишком незрелым для таких коварных игр. Возможно, если бы у него был шанс поменять свое прошлое решение подписывать тот несчастный контракт с ублюдком, которого запомнил на всю жизнь, он бы непременно схватился за эту возможность. Но, очевидно, ему дали другой шанс. И было бы здорово учитывать и тот факт, что тот Пак Чимин который все это время проживал именно эту реальность, вполне может когда нибудь объявится. Но до того времени, почему бы ему не насладится тем что отныне предначертано ему?  — Проехали, — устало протянул Чимин, неловко переминаясь с ноги на ногу. Ему было ой как непривычно свыкаться со своим новым образом (во всех смыслах этого слова) жизни. Притихший до этого парень, наверняка сейчас сканирующий его с ног до головы в попытках найти подвох в незацензуренных словах, встрепенулся замечая скованность своего «друга». И уже мягче помог Чимину, держа под руку, найти кровать. Та была напротив той, на который до этого сидел его новый знакомый и Чимин не мог не расчувствовать твердый (как камень) и скрипучий матрас под ним. По сравнению со своими былыми удобствами, пройти первый этап ознакомления прийдется именно с ним.  — Где ты растерял свои очки? — обеспокоено — Мало того, что тебя застали куча гостей этого дома в неподобающим состоянии, с ними ты бы хоть самую малость любезности проявил. Так еще, наверняка, успел кому то наступить на ногу по пути. Что же ты творишь.. — Как будто это я их где то проебал, — на новом месте, где ты даже слепым убежден в том что за тобой никто не ведет слежку, удивительно быстро развязывается язык — У него нет запасных? — Не говори о себе в третьем лице, и перестань употреблять эти свои несносные слова. Есть у меня такое предчувствие, что у них не самый образованный подтекст — Чимин расплылся в довольной улыбке, его веселил этот парень. С первого взгляда было понятно, что эти двое давно были знакомы. Ладно, Чимин не забыл про тот факт что те держаться вместе с детства. И все же, где то в глубине души еще в прошлом «настоящем» времени, ему очень не хватало таких людей — Даже если ты и потерял память, перед дворецким тебе прийдется отчитаться за свои деяния и быть в ответе за них — его упреки сопровождались копошением, судя по очередному скрипу, в тумбочке напротив. Достав тонкую оправу линз, любезно протянул руку с предметом, которого Чимин избегал всю свою осознанную жизнь. Чем только не забавлялся со своими глазами, лишь бы избежать носку очков. Причина была банально проста. Дело было одним поздним вечером, еще в первый прошедший год после подписания контракта. Тогда ему наконец одобрили крохотную самовольность в том, чтобы самому запустить эфир один на один с небольшим количеством людей которые начали следить за его творчеством. Ничего не предвещало беды, он вел незамысловатые разговоры с самим собой, сердце тогда как проклятое избивало грудную клетку просясь наружу, такое пустяковое дело в тот момент дарило невероятную радость и гордость. Проделанная работа, тогда, казалась действительно стоящей пару часовой болтовни в пустоту и тихим хихиканьем на неуклюжие комментарии малознакомых людей. Время пролетало незаметно, но в силу загруженного дня его все чаще беспокоили глаза. Те слезились, то ли от переполняющих эмоций, то ли от мелкого шрифта на экране смартфона в которого приходилось жмурится для того чтобы разобрать о чем там еще сплетничают возбужденные комментаторы. Он особо и не задумался даже, чем были чреваты округленные линзы очков на своем уставшем лице. Довольная улыбка сразу сошла на нет, сместил ее обеспокоенный взгляд на обновляющиеся ряды сообщений. Те были достаточно безобидны, но явно не одобряющие подобную деталь образа Чимина. На следующий день, на него свалились упреки и обвинения от главного редактора их отдела, якобы как он додумался надеть эти чертовы очки и не согласовать это с ним. Застенчивый и избегающий любых конфликтов на тот момент Чимин, согнулся в виноватом поклоне и в немедленных извинениях за оплошность, находясь в замешательстве от повышенных тонов и давящем напряжении во всем коллективе, который наблюдал за тем как его отчитывают как пяти-летнего провинившегося ребенка перед родителем. С того момента, он избегал любой контакт с очками. И лишь в крайнем случае, заменял их прозрачными линзами которых ненавидел со времен начала старшей школы. Те доставляли дискомфорт хрупким глазам, изза чего часто слезились. И все таки очки были настоящим триггером для него. Прошлого. А сейчас кого волнует как и в чем сосуществует Чимин? Потому, он больше не будет отказывать себе в удобстве и беспокойстве о своем здоровье. Хоть это и кажется вынужденной мерой, Чимин решил для себя принять их как дополнение к его новому, осмысленному образу — Ну как? — Неплохо, всяко лучше размыленных пузырей в глазах — непринужденно вглядываясь в мелкие детали интерьера, признал что те ничуть не разочаровали его ожиданий. Было такое ощущение, что еще в прежнем состоянии ему были необходимы эти изменения, вероятно он так свыкся с тем что не видать ему больше нормального зрения, что совсем и забыл про то что это в первую очередь связано с его личным комфортом.  — Я рад. Ты наконец расслабился, потеря очков и памяти на тебя так повлияли, что ты даже меня остерегаться начал — отшутился парень, на которого Чимин только сейчас обратил внимание. У него были мягкие, но в то же время мужские черты лица. Если бы тот хотел произвести впечатление серьезного человека, ему бы это легко далось. В отличии от него, Чимин мог мерять на себя маски разного рода ролей только в рамках своей работы. В жизни же, он оставался мягок внешне, но заметно тверже характером спустя долгое время нахождения в двуличной среде своего обитания. — Айщ, ладно. Думай, что я потерял память. Я слишком устал от такого количества событий и разговоров за сегодняшний день — вздохнул Чимин, разлегшись на скрипучей и жесткой постели — Будет неприлично не узнать твоего имени. Ты то знаешь чуть больше о моем прошлом, в отличии от остальных. Как тебя зовут? — Неприлично вести себя так, как будто я действительно чужой для тебя человек. — проворковал парень, ничуть не кажущийся озабоченным тем что его не помнят. Либо он настолько тверд и непоколебим нравом, либо верный пес которого даже трех-этажным матом накрой, но он не отступится. А может, два в одном. — Меня зовут Тэхен, Ким Тэхен. День рождения тебе знать необязательно, для начала хотя бы свой освой. Придумал тут невесть что, будущее он повидал, чокнутый.  — В наше время, таких обзывают ебнутыми — в полудреме пробормотал Чимин, лыбящийся во все тридцать два.  И он ни за что не признается, что эта улыбка была вызвана ничуть собственной шуткой, сколько мыслью о том что у него наконец появился - друг.  👣👣👣 С раннего утра, когда Тэхен с большим усилием поднял его тушку на ноги с теплой (скрипучей) кровати, ему предстоял загруженный день как и каждой «слуги» этого дома. Тэхен потратил на общую часть ознакомления Чимина со своим рабочим распорядком не более пяти минут, второй же болванчиком расклеивал ресницы после самого лучшего в его жизни, учитывая и прошлую, сна. Чимину еще никогда не доводилось спать в таких удобствах, наверное этого ему не хватало тогда? Но убедительнее звучит мысль что теперь под его расположением чужое тело, если исключить несколько факторов сознания которые влияют больше в этом вопросе.  Вчера его все таки заставили переодеться в ночную рубашку и штаны из хлопка, Пак чувствовал себя таким вымотанным что препираться дальше с Тэхен просто физически не смог. А сегодня утром ему уже предстояла большая головоломка с классическим костюмом, который ну никак не поддавался его восприятию. Все было либо где то слишком туго, либо свободно. Нейтральная рубашка с прямым воротником еще угодила его завышенному чувству модника, а вот сверху накинутый камзол мозолил глаза. Возможно, есть в этом какая то эстетика. Но средневековая, которая ну не то чтобы равнялась с его новенькими вышедшими костюмчиками от коллекции Dior men.  Дальше, по нашептываниям Тэхена когда они сервировали семейный стол этого дома, помогал остальным аккуратно подносить сервировку с начищенными тарелками. Там работа была не трудная, но стоило Чимину взять в руки огромный столб фарфора в руки и кое как донести его до назначенного места, как тревога сразу пощеголяла по пяткам и потным ладоням, которые так не кстати препятствовали завершению этой пытки. Рабочие были удивительно молчаливые в главной части этого особняка, выполняли свою работу механически и по совести. Хотя стоило заглянуть на кухню, как обстановка сразу же улучшалась. Шеф повар Чхве, был улыбчивым дядюшкой для всех слуг. Наставлял и пропускал пару легких шуточек в спину, стоило ему заметить ответную доброжелательную реакцию на лице. Чимину хотелось подольше там задержаться. Но, увы, дела не ждут.  После сервировки стола, Чимин в более менее располагающем настроении поплелся на названные «уроки». Еще с утра он недоумевал, на кой им, взрослым парням, посещать эти занятия. Но Тэхен махнул рукой на его беспамятную необразованность зашнуровывая тонкий узелок на воротнике. Ну сама галантность, что сказать.  Прибыли они на не без пяти минут начавшееся занятие. Второпях заняли свободное пространство в первых рядах и не без внимания слушали наставления своего учителя. Тэхен еще кое как справлялся, выработав стойкость против широких зевак с раннего утра. Вот только Чимин с последних сил не мог устоять перед дурманящим сознание монотонный голос мужчины.  — Молодой человек, у вас вчера задался трудный день? — Чимин тут же встрепенулся, кому еще как не ему этот мужчина среднего возраста мог предьявить за неучтивость — Будьте любезны, встаньте и подойдите к доске.  Чимин встает со своего места сторможенно, пока не вдупляя с чего его вызывают. Бросает короткий взгляд на встречный тревожный Тэхена, выдавив легкую улыбку. В свое время он был лучшим учеником своего класса. Занимал первые места на экзамиционных досках и не пропускал ни одной дополнительной программы перед сдачей сунына. Хватку он еще не до конца растерял, по крайней мере ту что сейчас вжимает в кулак. Он сейчас даже не уверен какой урок сейчас ведет мужчина, но не спешит нервничать. Его же не отчислят или уволят за маленькую оплошность во время занятия. Чимину здесь еще трудно сориентироваться, а что будет за воротами этого особняка?  — Вы так и не ответили на заданный мной вопрос — спокойным тоном паясничает мужчина, — Во сколько вы, молодой человек, легли спать? — В положенное время, учитель. — Чимин пытается уйти от прямого ответа, ведь какой распорядок у них на вечер он еще не успел выяснить у Тэхена за что мысленно дает себе оплеуху.  — Как красноречиво, я вас понял — последнее растягивает совсем уж лениво, бормочет. Садиться за свой стол из черного дерева и листает тонкий журнал. — В последние недели, вы все сильнее скатились в учебе. Могу ли я предположить, что это как либо связано с вашим сном?  — Никак нет, учитель. Прошу прощения за свою невнимательность, — сгибается в легком поклоне, он еще не раскусил мысли своего учителя. Изза чего трудно подобрать правильные слова и мимику, как он обычно добивался расположения своих наставников в старшей школе — Я готов принять наказание за свою оплошность.  — О-о, вот как. Тогда не буду вас разочаровывать и проверим насколько вы грамотно приготовились к сегодняшнему занятию — ухмыляется учитель, ожидая реакцию Чимина. Тот, в свою очередь, незаметно вздыхает через нос чтобы не выдать свою легкую нервозность — На прошлом уроке, мы закончили изучать хангыль и свободно произносить слоги. Конечно, мы только недавно ввели полноценное обучение в вашу программу. И все таки, я бы хотел услышать хороший ответ на свой первый вопрос. — встав со своего стула, мужчина подошел к доске и стал начеркивать четкие слоги по поверхности. Чимин слегка опешил от того, какие предположения мимолетно пронеслись в его голове. Учитель же, оправдал их всех безоглядно, спросив: — Как они читаются? Сохраняем тишину, молодые люди.  — Мне нужно просто озвучить их? — выпучив огромные глаза, осмелился озвучить вопрос. Учитель с приподнятыми бровями и с благосклонной улыбкой кивнул ему — Ладно, допустим. — перешел на шепот себе под нос Чимин. Указав пальцем на верхний слог, озвучил его и все последующие ниже таким же образом скользя пальцем — Ка, на, та.  — Я слегка удивлен, но очень доволен — слегка опешил мужчина так как хотел занять свое место, но его опередил ответом Чимин, в конце концов облокотился на него бедрами. Скрепив пальцы на краю стола, задумался гуляя глазами по классу — Сможешь обозначить строение слога? — сам в это не веря, протянул задумчиво мужчина обратив свое внимания на главного героя этого занятия.  — Слог строится из начального согласного плюс гласный и затем из возможного конечного согласного. — Чимин увереннее стал озвучивать свои ответы. Вопросы учителя его одновременно сбивали с толку и смешили, ему изначально стоило ожидать этого, ведь в средневековье об образованности людей по статусу ниже аристократии никто не слышал. Чаще всего, сами приверженцы легкой ничем не обязанной жизни не торопились с осваиванием даже базовых знаний. А тут он уже был готов объяснять и считывать высшую математику, которая в свои годы ему не мало нервов покусала.  — Очень хорошо, возможно, я поспешил с выводами насчет твоей успеваемости. — выдавил из себя учитель, который ничуть не меньше был обескуражен вместе с остальными учениками, Чимином — Пока что мне достаточно того как ты справился сегодня, можешь быть свободным — отвернулся обратно в сторону своего стула, в добавок сказав: —После урока я хотел бы поговорить с тобой наедине, молодой человек, когда появится лишняя свободная минута.  Чимин удивился этой просьбе, но не согласиться сейчас не мог. Обошелся легким кивком головы и уже намного расслабленнее поплелся к своему месту. Не успел он занять его, как в двери послышались несколько стуков. Не дождавшись ответа, ту распахнули и зашли внутрь как ни в чем не бывало. Парень внешне не больше тридцати, оглянул всех беглым, но твердым взглядом. Ему не составило труда заметить все еще стоявшего в ступоре Чимина, который так и не решился сесть на свое место.  — Дворецкий Чон хотел бы видеть у себя уважаемого, по имени Чимин. Профессор Хан, надеюсь вы не будете против? — учтиво поинтересовался парень, а вот самого Чимина спросить никто не затруднился. Ну пиздец. Все таки прав был Тэхен, когда паниковал насчет того что ему не избежать разговора с этим дворецким. Профессор Хан замешкался и прошелся беглым взглядом по Чимину, но не смог воспротивиться и кивнул в знак согласия. — Ждем вас через десять минут в кабинете господина Чона, в левом крыле.  Чимин не успел и глазом моргнуть как дверь тут же закрылась, затем тут же обреченно занял, в кои то веки, свое место. — Куда мне вообще идти надо? — шепнул уныло Чимин на ухо Тэхена, все еще внимательно сканирующий закрывшуюся дверь.  — А? — недоуменно переспросил парень, наконец обратив свое внимание на Пака — Как только выйдешь, переверни на левую сторону коридора. Дальше поднимешься по лестнице, и опять в лево. А в самом конце, пред-последняя дверь с правой стороны. Не перепутай, либо еще больше себе проблем наживешь — протараторил Тэхен, прежде чем кое как запомнивший Чимин отпросился выйти у Профессора Хана.  Чимин расхаживал по большому дому его, так названного, господина Мина. Времени, казалось бы, у него было в достатке. Вот только обширность этого замка зашкаливала. Чимин с раскрытом ртом разглядывал возвышенные люстры с множеством элементов хрусталя и деталей, что аж голова кружилась. Картины были отдельным видом искусства, так как в эту эпоху особенно выделялись художники, как например Моне, Ренуара и Дега. Этот век так и прозвался «Эпоха романтизма, реализма и импрессионизма». Чимин не был ярым поклонником этих немало известных людей, но толк в этом понимал. Сам ведь залез в индустрию искусства, уже не попишешь. Побывал на множествах выставках, галереях и прочих мероприятий, чаще всего получал приглашения которые с радостью принимал. В остальном богатства этого дома дополняли вычурные статуи, явно недавно возвышенные, ведь Чимин даже пощупать несколько из них счел обязательным для полноценной разведки.  Пока никто не видел позволил себе маленькую шалость на ступенях лестницы, хоть это слово слишком скудно звучит по сравнению с ее масштабами, переступив по несколько из них в один шаг. Наконец выполнив это испытание на выносливость, взял перерыв в отдышке, какое то хиленькое это тельце. Хотя оно и видно, худобу Чимин еще с утра заметил, не кормят их тут что ли? Завтрак им конечно не подавали, но он заметил что на кухне пару закусок некоторые служанки стащили, предугадав правильный момент(на самом деле, дядюшка Чхве все заметил, но не стал их за это ругать). После чего, чуть менее любопытной Варварой поплелся дальше по длинному, но узкому коридору. А дойдя до конца и остановившись между двумя предпоследними массивными дверями, начал перематывать время вплоть до того момента пока не вышел из класса. Вот тут то он и пожалел, что не выслушал до конца лишнюю болтовню Тэхена. Почесав затылок, стал рассуждать логически. Значит, так. Что мы имеем. Влево. Влево..Очевидно что конечный выбор тот же?  Чимину было не по себе стоя перед дверью. Ему только полегчало от того, что его неожиданно бросили совершенно в незнакомую эпоху. Хоть у него и достаточно высокий бал по истории, но изучал он именно свою, корейского происхождения. История на эту тему было такой обширной, что времени на всякую мелочь вроде остальных стран, попросту не было. Это были лишь те крупицы которые строили поверхностную теорию, тем более их отсутствие на суныне с корня отрубили всякое желания вдаваться в том числе и в их сторону. Потому, Чимин может только предполагать особенности этих лет и в целом века. Чувство упущения его все так же не оставляет, но об этом поразмыслить у него еще есть время. Да и что это изменит? Недолго томя себя бессмысленными переживаниями хватается за антикварную ручку, так обработана очень изысканно и выполнена вплоть до мельчайших рельефах и изгибов. Чимин чуть дольше положенного прощупывает ее подушечками ладони, то ли из волнения, то ли из простого любопытства. Но вовремя себя себя сдерживает перед тем как открыть. Вот растяпа, опять Тэхен в уме всплывает. Любит же он потешаться над более ветреном нравом Чимина. Он же не привык к таким преувеличенным манерам и любезностям, будь то в общении или действиях. Но он же старается свыкнуться. Это уже успех для современного человека. И вот он снова Чимин, важно кашляет в кулак, им же стукнув пару раз по поверхности двери. Подставляет ухо туда же, вдруг не услышит и заставит деловых людей ждать. Но реакции так и не дождался. Последующая попытка тоже увенчалась провалом, но Чимин не сдается. Вдруг они на пару минут куда то отошли, не будет же он болванчиком у двери прохлаждаться. Собрав яйца в кулак (слава богу, образно), дергает ручку и делает первый нерешительный шаг внутрь. Ждите продолжения, голубки сладенькие мои)