Глава 4
29 ноября 2025 г., 21:13
Хагрид был так велик, что без труда прокладывал себе дорогу сквозь толпу, от Гарри требовалось лишь не отставать. Они проходили мимо книжных и музыкальных магазинов, закусочных и кинотеатров, но ни одно из этих мест не было похоже на то, где можно было учиться. Это была обычная улица, забитая обычными людьми.
Гарри на мгновение показалось, что это сон. Ну разве может находиться где-то здесь волшебная школа? Может, все это ужасная шутка, которую придумали Дурсли? Если бы Гарри не знал, что у Дурслей нет чувства юмора, он бы так и подумал, но он почему-то верил Хагриду, хотя все, что тот говорил, было невероятно.
— Пришли, — произнёс Хагрид, остановившись. — Добро пожаловать в школу чародейства и волшебства Хогвартс!
Это было полуразвалившееся заброшенное здание. Если бы Хагрид не указал на него, Гарри бы его даже не заметил. Проходящие мимо люди тоже не обращали на него внимания. У Гарри даже возникло странное чувство, что только они с Хагридом видят его. Но прежде чем он успел спросить об этом, Хагрид завёл его внутрь.
Они попали в обшарпанное, прокуренное помещение, набитое хламом и нечистотами. Потолок провис и угрожающе набух, а в углах колыхалась густая паутина. Несколько жутко грязных людей сидели и лежали на полусгнивших матрацах. По грязному полу бегали крысы, а из щелей в стене доносилось мерное капанье — видимо, текла канализация. В углу ютилась парочка детей, одетых в какие-то тряпки. Пахло мочой и плесенью, смешанной с запахом старого жира и нестираных носков.
Это место сильно смахивало на убежище бездомных, но Гарри так не хотелось возвращаться к Дурслям, так хотелось верить в чудо, что он закрыл на всё глаза и полностью доверился своему новому другу.
— Пополнение, Хагрид? — осведомился один из мужчин, поправив треснутые очки-половинки. В его рту не хватало доброй половины зубов.
Хагрид ухмыльнулся и слегка толкнул Гарри вперёд.
— Как и обещал, сэр! Итак, знакомься, Гарри. Это профессор Дамблдор, директор школы.
Беззубый помахал Гарри рукой. Его длинная, спутанная и когда-то, кажется, белоснежная борода была вся в крошках и засохших пятнах, а тонкие пальцы, унизанные девчачьими, пластиковыми колечками, нервно сжимали баночку с дешёвым пивом. Он был одет в пиджак на голое тело и дырявые шорты.
— Это профессор Снейп, учитель… э-э-э… алхимии? Нет-нет, зельеварения, да!
Мужчина с землистым лицом и длинными, давно немытыми, жирными волосами, холодно кивнул. Он был закутан в зелёную простыню, из-под которой торчали костлявые, мозолистые ноги с нестриженными ногтями. Его орлиный нос был припухшим и красным от холода, а глаза-бусинки смотрели с презрительной, нескрываемой неприязнью, словно он учуял что-то особенно отвратительное.
— Это профессор Флитвик, преподаватель заклинаний и всего такого… Он… Он потомок… гоблинов, поэтому такой… В общем, такой.
Крохотный горбатый карлик задёргался и шаркнул ногой. Его глаза сильно косили, а из краешка рта сочилась слюна. Он был облачён в поношенный, но когда-то, видимо, щегольской фрак с рваным кружевным жабо, который делал его похожим на жалкую, тощую лягушку.
— Ну а это профессор МакГонагалл, преподаватель трансфигурации! — Хагрид указал на старую облезлую кошку, лежащую среди гор мусора. — Она научит тебя превращаться во всяких животных и тому подобное!
Кошка подняла голову и жалобно мяукнула. У неё гнил нос и не хватало одного глаза.
— Имей в виду, мальчик мой, — проникновенно сказал беззубый, мудро взглянув на Гарри. — За тобой охотится злой и очень опасный волшебник. Его зовут… зовут…
— Мы не называем его имя, — поспешно сказал Хагрид, перейдя на заговорщицкий шёпот.
— Да, верно! — Беззубый важно закивал и глотнул пива. Смачно рыгнув, он продолжил, пьяно ворочая языком: — Тот-чьё-имя-нельзя-называть или как там его… Короче, он хочет убить тебя. Да… Поэтому никогда не выходи из Хогвартса на улицу. И ни с кем не разговаривай, кроме нас. Повсюду враги, верить никому нельзя…
Закончив знакомство, Гарри торжественно отвели к остальным детям и усадили на перевёрнутый тазик. Чумазая девочка с волнистыми каштановыми волосами тут же протянула ему руку:
— Привет! Я Гермиона Грейнджер!
Её волосы были чрезмерно густыми, спутанными и торчали во все стороны, словно птичье гнездо, а голые локти и коленки были сбиты и покрыты засохшей кровью. Несмотря на очевидную нищету, она говорила с напористой, командной интонацией.
Рыжий веснушчатый мальчик тоже не остался в стороне:
— А я Рон Уизли. Классная школа, правда? Я до сих пор не верю, что мы настоящие волшебники!
Гермиона с изумлением посмотрела на него и покрутила пальцем у виска.
— Давайте начнём первый урок, — предложил Хагрид, нетерпеливо переступив с ноги на ногу.
— А как же учебники? — рискнул спросить Гарри.
— На моих занятиях они не нужны!
Хагрид облизнулся и начал снимать штаны…
⋆⁺₊⋆ ☠︎ ⋆₊⁺⋆
Гарри продолжал пожимать руки. Дорис Крокфорд подошла к нему во второй раз, а потом и в третий. Вперёд выступил бледный молодой человек, он очень нервничал, у него даже дёргалось одно веко. — Профессор Квиррелл! — представил его Хагрид. — Гарри, профессор Квиррелл — один из твоих будущих преподавателей. — П-п-поттер! — произнёс, заикаясь профессор Квиррелл, подступив вплотную к Гарри. — Н-не могу п-пе-редать, насколько я р-рад встрече с вами. — Какой раздел магии вы преподаёте, профессор Квиррелл? — Защиту от Т-т-тёмных искусств, — пробормотал Квиррелл, быстро взглянув на наручные часы. — Н-не то чтобы вам это было н-нужно, верно, П-п-поттер? — Профессор счастливо хихикнул и достал из-за пазухи потёртую книжку. — Д-д-держите. Это п-п-подарок… Гарри инстинктивно принял предмет. — Э-э, спасибо, сэр… Договорить он не успел. Как только пальцы Гарри сомкнулись на переплёте, Квиррелл вцепился в его плечо второй рукой. В то же мгновение воздух вокруг них сгустился и завибрировал. Вспыхнуло яркое, неестественное оранжевое свечение, ослепившее посетителей Дырявого котла. Раздался громкий звук, похожий на удар хлыста, и по залу пронёсся порыв ветра. Когда волшебники снова смогли видеть, место перед барной стойкой пустовало. Ни Гарри, ни профессора Квиррелла там больше не было. Хагрид несколько секунд тупо глядел на пустой участок пола, где только что стоял мальчик. В воздухе медленно оседали пылинки, подсвеченные угасающим оранжевым маревом. Великан моргнул раз, другой, потом растерянно повернул лохматую голову к бармену. — Это самое… Том? — прохрипел он, тыча пальцем в пустоту. — Что это сейчас было?! Том невозмутимо посмотрел на место исчезновения, потом перевёл взгляд на ошарашенного Хагрида. — Это был портал.⋆⁺₊⋆ ☠︎ ⋆₊⁺⋆
В глубине магазина на высокой скамеечке стоял бледный светловолосый мальчик с тонкими, заострёнными чертами лица. Он смотрел в потолок со скучающим видом, пока волшебница ползала у его ног, подгоняя подол мантии. Мадам Малкин поставила Гарри на соседнюю скамеечку. — Привет, — лениво бросил мальчик, не поворачивая головы. — Тоже в Хогвартс? — Да, — ответил Гарри. — Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — сообщил мальчик. Он говорил как-то очень устало, специально растягивая слова. — А потом я потащу их смотреть гоночные мётлы. Не вижу причин, почему первокурсникам запрещено их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую… а потом как-нибудь тайком пронесу её в школу. Гарри промолчал. Этот тон был ему хорошо знаком по Дадли, но в этом мальчике было что-то ещё — какая-то холодная уверенность в собственном превосходстве. — А у тебя есть собственная метла? — спросил мальчик, скосив на Гарри серые, серьёзные глаза. — Нет, — признался Гарри. — А в квиддич играешь? — Нет, — снова повторил Гарри, чувствуя себя полной невеждой. — Я даже не знаю, что это. Мальчик издал короткий смешок, больше похожий на фырканье. — Боже, ты словно из пещеры вылез. Квиддич — это единственная игра, достойная внимания. Отец говорит, будет преступлением, если меня не возьмут в сборную. И я с ним согласен. Нужно знать своё место — и моё место среди победителей. Ты уже знаешь, на какой факультет поступишь? — Нет, — тихо сказал Гарри, совсем впав в уныние. — Я буду в Слизерине, — заявил мальчик тоном, не терпящим возражений. — Там учится элита. Вся моя семья была там. Представь, если распределят в Пуффендуй? Я бы сразу ушёл из школы. Там место только для тюфяков и неудачников. Гарри слабо улыбнулся, отчаянно надеясь, что он не кажется тюфяком. Ему вдруг очень захотелось понравиться этому надменному мальчику. Внезапно мальчик скривился и кивнул на окно: — Ты только посмотри на это чучело! За стеклом стоял Хагрид, широко улыбаясь и указывая на два гигантских мороженых. Он выглядел немного нелепо на фоне изысканной витрины. Проходящие мимо люди посматривали на него с неодобрением. — Это Хагрид, — сказал Гарри. Ему вдруг стало стыдно за внешний вид великана. — Я слышал о нём, — отозвался мальчик, театрально проведя ладонью по идеально уложенным волосам. — Он в Хогвартсе вроде прислуги, верно? Живёт в хижине на территории школы и время от времени напивается и пытается творить чудеса, а всё кончается тем, что вспыхивает его собственная постель! Настоящий дикарь. Почему он с тобой? Где твои родители? — Они умерли, — коротко ответил Гарри. Мальчик перестал ухмыляться. В его взгляде появилось что-то новое. Интерес. — Прими мои соболезнования, — искренне произнёс он, слегка склонив голову. — Но они ведь были из наших, не так ли? — Они были волшебниками, если ты об этом. — Приятно это слышать, — сказал мальчик с одобрением. — Значит, в тебе течёт нормальная кровь. Честно говоря, я не понимаю, почему в школу пускают всякое отребье из магловских семей. Они же не такие, как мы. Тебе стоит держаться своего круга, а не водиться со слугами. Он повернулся к Гарри всем корпусом и, чуть задрав подбородок, протянул руку. — Я Малфой. Драко Малфой. Будем знакомы. Гарри посмотрел на бледную ладонь и с трудом проглотил неожиданно возникший ком в горле. Всю жизнь его считали пустым местом. Ненавидели, дразнили, обижали. А этот высокомерный мальчишка так запросто предлагал ему свою дружбу. Не из жалости, а потому что он, Гарри, показался ему интересным. Это было сродни чуду. Гарри вытер выступившие на глазах слёзы и решительно пожал протянутую руку. На его лице появилась робкая, но счастливая улыбка. У него появился друг. Первый. — А я Гарри. Гарри Поттер. Драко на мгновение замер. Его брови поползли вверх, а глаза округлились от удивления. — Поттер? — переспросил он, и в его голосе появилось уважение. — Тот самый? Вот как. Знаменитость. Это меняет дело… Слушай, мне тут родители навязали пару детишек своих знакомых. Крэбба и Гойла. Они тупы как тролли и выглядят точно так же. А мне нужен кто-то с мозгами. Так что я буду только рад, если ты станешь моим другом. Мы многого добьёмся вместе… Гарри счастливо закивал, чувствуя невероятное облегчение. Драко нравился ему всё больше и больше. — Всё готово, — объявила мадам Малкин. Гарри потянулся в карман за деньгами, но Драко остановил его небрежным жестом. — Оставь, — лениво бросил он. — Мадам, запишите обе мантии на счёт моего отца. Гарри Поттер теперь с нами. Они вышли из магазина. Драко шёл с гордо поднятой головой, и Гарри невольно старался подражать его осанке. На улице их встретил высокий мужчина с холодным, как лёд, взглядом и красивая, но надменная женщина. — Драко, — произнёс Люциус Малфой, брезгливо оглядывая улицу. — Мы ждём уже минуту. — Отец, — Драко указал на Гарри, — это Гарри Поттер. Мой новый друг. Люциус Малфой медленно перевёл взгляд на Гарри. Его глаза сузились, изучая шрам на лбу, а затем губы тронула едва заметная, нейтральная улыбка. — Мистер Поттер, — произнёс он учтиво, но от этого тона по спине бежали мурашки. — Какая… интригующая встреча. — Мы много слышали о тебе, — добавила Нарцисса. Она внимательно рассматривала Гарри, словно дорогой экспонат. — Прекрасно, прекрасно… Надеюсь, ты понимаешь, что твоё место в Слизерине? — Я… я понимаю, мэм, — пробормотал Гарри, заворожённый её красотой и грацией. — Я буду стараться попасть туда изо всех сил. — Похвальное рвение, — Люциус едва заметно кивнул. — Слизерин — это путь к величию. Идёмте. Негоже стоять посреди улицы. Они все вместе двинулись прочь по Косому переулку. Гарри шёл рядом с Драко, засыпая его вопросами, а Малфои с готовностью отвечали ему, окружая его вниманием, которого он был лишён всю свою жизнь. Гарри ни разу не обернулся.
