Полина

      — Алабаев, ты чего разорался? — спросила девушка, открыв дверь квартиры, взглянув на Тимура. Выглядела девушка просто обворожительно, даже несмотря на то, что на ней была та самая растянутая майка и широкие домашние штаны.       — Да звонил, мало ли что случилось, — в своей привычной манере ответил казах, — а ты чего не открываешь?       — Занята раз не открываю. Чего тебе надо-то в воскресенье утром? — спросила Полина, облокотившись на дверной проем, внимательно наблюдая за бывшим мужем.       — Да я как-то к тебе заходил, футболку забыл, — объявил Алабаев, с легкой усмешкой смотря на девушку.       — Не мог позвонить? В больницу бы принесла, — пожала плечами девушка, все еще смотря на Тимура, как на идиота.       — Так могу я зайти ее забрать? Или ты принесешь? — спросил Тимур, пытаясь незаметно заглянуть в квартиру. Алабаев прекрасно знал, что раз у Полины такое хорошее настроение, то кто-то это настроение поднял.       — Соф, тут Алобаев про какую-то тряпку свою втирает, ты не находила? — Ульянова повернулась в квартиру.       — Нет! — последовал ответ. Нет, это точно был голос Софьи.       — Видишь, нет твоей одежды тут, — уверенно проговорила Полина, посмотрев на коллегу.       — Ладно, значит так где…       — У Глеба спроси, он в последнее время много чего знает о твоих вещах, — доброжелательно проговорила Софья, выйдя в коридор. Вид у нее тоже был домашний. Кудрявые волосы слегка неряшливо лежали на плечах. Тоже футболка и домашнии штаны.       — Он не секретарь, — буркнул Алабаев с интересом разглядывая девушек. Раньше Софья Полину на дух не переносила. Что изменилось сейчас?       — Что-то еще? Или ты так пытаешься на чай напроситься? — с легким сарказмом в голове поинтересовалась Полина.       — Нет, до завтра, — проговорил Алабаев и направился к лестнице. Он явно был разочарован.       — Странный он, — заметила Софья, когда они с Полиной вернулись в комнату.       — Он всегда такой был, — Ульянова села на диван, с восхищением наблюдая за девушкой. Она и сама не знала, чему восхищалась. Может тому, что у эта прекрасная девушка выбрала ее, а не Глеба? Или ее характером? Или красотой? Скорее все вместе. Да и этот домашний вид просто не мог не вызывать улыбку.       — Ты его не говорила? — Калинина сложила руки на груди, переводя взгляд с Полины на комнату. Софье было не сложно объяснить дяде, что она будет жить здесь. Это лучше, чем с Романенко. Только вот Купитман многого не знал, и, скорее всего, не узнает. Это будет для него шоком.       — Конечно нет, что я дура что ли? Тем более Алабаеву! Это же все равно, что по громкой связи на всю больницу! — Полина усмехнулась, облокотившись на спинку дивана. От такого ответа на лице Софьи появилась милая улыбка, которая делала ее еще более привлекательнее.       — Славно, — проговорила Калинина, сев рядом с девушкой. Та тут же приобняла ее за плечи.       — Но думаю, Алабаев так просто не отстанет, — задумчиво проговорила Ульянова, когда Софья положила голову ей на плечо, и они продолжили смотреть фильм.       — За этим будет весело посмотреть, — проговорила Калинина, подняв голову. Поудобнее усевшись на диване, закинув рядом ноги.       — Определённо, — Полина повернулась к девушке. Иногда ей нравилось просто смотреть в ее глаза. Не сдержавшись Ульянова поцеловала Софью в щеку.

***

      — Да я говорю тебе, спой ей! Романтично, просто, а главное ты на гитаре играть умеешь! — настаивал на своем Глеб, слелая глоток чая. Он об этом не говорил, но иногда Алабаев бесил его неимоверно. Вместо того чтобы перестать бегать за Полиной, которая явно к нему не вернётся, (это же Полина!) вместо того чтобы найди себе другую девушку. Хотя может это уже дело принципа.       — Да что спеть то? — Тимур поднял взгляд на Романенко, что стоял облокотившись на стол, попивая вторую кружку чая. Автомат с кофем по техническим причинам не работал, а другого места, где в больнице можно достать кофе не было… А взбодриться как-то надо было. Если Быков узнает, что Глеб вместо обещанного дежурства опять шатался по клубам… А потом расскажет маме, которой он утверждал, что перестанет таким заниматься…       — Да хоть песню «Полина»! Недавно вышла… Не помню группу, я на концерте был.       — На каком это концерте ты был, Романенко? — Быков магическим образом оказался в ординаторской. От такой неожиданности Глеб чуть не подавился чаем. Не сделал он это лишь по одной причине: если это произойдёт, то Быков будет визжать от радости.       — Ни на каком, — тут же ответил интерн, переставь улыбаться. С другой стороны у есть возможность не слушать эти гениальные идеи Алабаева, что просто не может не радовать.       — Ну раз у тебя полно свободного времени, то истории болезни в зубы и марш людей лечить! — со злобной улыбкой проговорил Быков. У него явно хорошее настроение. Неужели уже кого-то оскорбил по дороге?       — Хорошо, Андрей Евгеньевич, только чай допью, — отозвался Глеб, наблюдая за тем, как Быков направился к своему компьютеру. Алабаев пытался сделать вид, что его здесь нет. У него плохо получалось.       — И Алабаева с собой возьми! — заметив казака выкрикнул Андрей Евгеньевич, сев за стол. Глеб затил глаза и поставил кружку на стол, посмотрел на Тимура.       — Пошли, горе-любовник, — пробубнил Романенко и оправился к посту Любы.

***

      — Слушай, а может Полина тебе отказывает, потому что она с Софьей встречается? — задумчиво проговорил Глеб, наблюдая за тем, как девушки мило беседовали в коридоре. Иногда ему казалось, что Софья проводит время с Полиной больше, чем с Глебом, когда они встречались.       — Да не, она не такая, — отзывался Алабаев еще раз пробегаяст взглядом по истории болезни.       — Кто знает, от ненависти до любви один шаг, — с легкой завистью проговорил Романенко. Возможно, ему все еще нравилась Софья.       — Глеб, она не такая, — резко оборвал Тимур, подняв взгляд на девушек. Они проводили много времени вместе, но он точно был уверен, что Полине не нравится девушку.       — Тогда почему она тебя отшивает?       — Это же Полина, в этом раз точно получится! — похоже Алабаев был полон энтузиазмом. И непонятно откуда взявшейся уверенностью.       — Если нет, то она точно встречается с Софьей, — проговорил Глеб, покачав головой.       — Хочешь поспорим, что получится? — резко предложил Тимур, повернувшись к Романенко.       — Это бессмысленно, — закатил глаза Глеб, посмотрев на время. Нет, еще пару часов с Тимуром он не переживёт.       — Ну вот посмотришь, — на это Глеб покачал головой и отправился в уборную. Может там ему удастся скрыться.

***

      — Полин, Тимур просил тебя зайти в ординаторскую, — сказал Глеб, найдя Ульянову в столовой. Его не удивило, что и здесь она была с Софьей. Это вызывало ревность.       — Опять какую-то фигню придумал? — с набитым ртом проговорила Полина, посмотрев на Романенко.       — Понятия не имею, — задумчиво проговорил Глеб и перевел взгляд на Софью. — А тебя Купитман просил зайти.       — Хорошо, — кивнула Калинина, сделав глоток компота. Не то, чтобы Глеб им сильно помешал…       Романенко подумал, и направился к посту Любы, всё-таки нужно было проверить, получилось ли отвлечь Быкова. Если нет… То план Алабаева автоматически провалиться. А может…       — Чего встал, мишка кала, заняться нечем? — спросил Андрей Евгеньевич, подойдя к Глебу. Судя по недовольной рожи в компьютер ему поиграть не дали, ну или снова приехали шишки с министерства.       — Так обед, Андрей Евгеньевич, а в ординаторскую нельзя, там Тимур свидание устроил! — усмехнувшись произнес Глеб.       — Свидание? С кем? Неужто с Лобановым?       — С Полиной, — как ни в чем не бывало ответил Романенко, краем глаза замечая Любовь Михайловну.       — Так она с Софьей встречается! — удивлённо воскликнул терапевт, посмотрев на Глеба как на идиота. Будто он был единственным человеком на земле, кто этого не знал.       — Правда? — не удержалась Люба, всем видом показывая, что перебирает бумаги.       — Конечно нет, Любовь Михайловна, — ответил ей Быков, посмотрев. — Просто это единственная причина, потому она отказывает Алабаеву. Хотя я на ее месте тоже вы ему отказывал. Страшный он человек, еще и в имени буква «р» есть, так что… — Андрей Евгеньевич заметил, как в ординаторскую направляется Полина.       — Здравствуйте, Андрей Евгеньевич! — радостно воскликнула девушка, подойдя к посту старшей медсестры. — Вот два пациента, диагноз поставлен, лечение назначено!       — Удивительный ты человек, Ульянова, — с сарказмом проговорил Быков, забрав у ее истории болезни, быстро пробегаясь взглядом по написанному. Все действительно было правильно.       — Тебя Алабаев с ординаторской ждет, — напомнил Глеб, бросив взгляд на часы. Хотелось домой. Тем более Фил опять просил прибрать…       — Я помню, — кивнула девушка. И немного постояв, все же направилась в ординаторскую. Быков, ухмыльнувшись, посмотрел на Романенко. Это значило только одно — Андрей Евгеньевич знал про свидание и уже успел как-то его испортить.       — Вы что-то сделали? — не удержался от вопроса Глеб. Это было даже любопытно.       — Полина… — послышалось из ординаторской и последовал удар по струнам. По очень расстроенным струнам.       — Идиот, — посмотрев на дверь в ординаторскую, проговорил Глеб и направился в палату. Обед уже кончился, а пока Быков рядом за ничегонеделание можно получить. Как вообще можно было не заметить, что струны расстроены?       — А ты не меняешься, Алабаев, — усмехнулась Полина и вышла из ординаторской, направляясь к посту Любы. — Андрей Евгеньевич, есть еще пациенты?       — Конечно, — похоже, провал Тимура очень обрадовал Быкова. Он вручил девушке истории болезни и подождал, пока та скроется, направился в ординаторскую.       — Ну что, Алабаев? Не удалось свидание? — с явным издевательством проговорил Андрей Евгеньевич, направляясь к холодильнику. Будто бы он пришёл не ради того, чтобы подчеркнуть провал Тимура.       — Я уже не знаю, что делать!       — Во-первых, не устраивать свидания в рабочее время, Алабаев, — в холодильнике, естественно, не было ничего то, что могло заинтересовать Быкова, и он повернулся к Тимуру. — Во-вторых, ничего не надо. Если бы она тебя любила, то не развелась же.       — Но это же Полина!       — И что?

***

      — Может вас подвести? — поинтересовался Глеб, когда вместе с Софьей и Полиной вышли из больницы. Максим с Леша уже давно скрылись, а Тимур… Алабаев остался на ночное дежурство для обдумывании собственных действий.       — В такой ливень было бы хорошо, — заметила Полина. К тому же было довольно прохладно в отличии от того, что было утром.       — Тогда нам обратно в больницу, — задумчиво проговорил Глеб и развернулся обратно в больницу. В последнее время он редко пользовался машиной из-за отсутствия денег, но в такую погоду…       Только сейчас Романенко обратил внимание, что девушку держаться за руку.       — Это, конечно, не мое дело… — все же решил поднять эту тему Глеб, когда они зашли в лифт. — Но вы же живете вместе?       — Ну да, а ты не в курсе? Не буду же я с Алабаевым жить, а Софья с Купитманом, — ответила Полина. И почему-то, для Глеба данный ответ был ответом на все вопросы. Он был прав.       — Значит, Тимур идиот, — проговорил он, когда они доехали до нужно этажа.       — Да, а ты только понял?       Нет, Глеб понял это давно. Но только сейчас многое встало на свои места. Теперь все попытки Тимура были даже смешными, чем жалкими. Собирается ли Глеб говорить о том, что он уверен в том, что Полина встречается с Софьей, тем самым делая себя и Быкова развлечения? Конечно же нет. Девушки переглянулись, заметив довольную улыбку на лице Романенко.       — Я ему на скажу, — уверил их Глеб, садясь в машину.