Теперь диктует сердце

День за днём тянется, остался последний месяц лета. Дилан бы с радостью провёл его иначе. Лучше. Ярче. Но как? Что нужно сделать, чтобы снова чувствовать вкус жизни? Он не знает. Он уже всё пробовал: рисовал, играл в видеоигры, пытался найти новых друзей — всё, что угодно. Но ничего не зацепило. Ни одно увлечение не принесло ни радости, ни покоя. Вот и очередной день. Он решился — хоть и без особого энтузиазма. Библиотека. Кто знает, вдруг там найдётся хоть что-то. Он вошёл. Сел на жёсткий стул. Потянулся к ближайшей книге. Мысли Дилана: Ну вот, только начал читать — и уже зевать тянет. Как всё поменялось… всё в неправильную сторону. Ладно, хватит. Надо хотя бы попытаться сосредоточиться. И тут... С верхней полки что-то глухо упало ему на голову. Тяжёлая, старая книга. Обложка в пыли, страницы пожелтевшие и потрёпанные, будто их кто-то листал веками. Толстенная — как праздничный торт. Дилан поморщился и вернул её на место. Не впечатлило. Он ушёл из библиотеки, как всегда — грустный, подавленный. Ничего не помогало забыться. Отвлечься от того самого дня — невозможно. Утро. Стук в дверь. На пороге — курьер. — Посылка, от родственников, — бросил мужчина. Дилан сонно выхватил коробку и захлопнул дверь. Что внутри? Книга. Та самая. Старая, массивная. Как будто единственный её экземпляр существует во всей вселенной. Точно та же, что вчера упала на него в библиотеке. Родственники? Какие? Из близких — только Лимо, отец. И он живёт здесь же. С подозрением Дилан поставил книгу на стол. Открывать не хотелось даже из любопытства. На следующий день — снова посылка. И опять — та же книга. Он взглянул на стол — книга исчезла. Цикл начал повторяться. День за днём, как по расписанию. Каждое утро — звонок в дверь. Каждую ночь — книга появляется во снах. Соблазняет. Мерцает в темноте. Шепчет без слов. Манит. Она словно пульсирует в его мыслях, заполняя пустоту, где раньше было тепло. И вот, ещё один день. Дилан встал, молча подошёл к столу. В голове промелькнуло: Когда я пытался признаться Райану, но не смог — это кончилось болью. А теперь… может, хоть с книго й я не стану тянуть? Он медленно открыл её. И... (Конец главы)