Соблюдение традиций

- Зачем звал? Ответ на свой вопрос Сяо знает и сам. В такой день Итэр может позвать его только по одному поводу, заставляя затаить дыхание в сладостно-волнительном трепете. Ощущать подобное всё ещё кажется неправильным, странным и непривычным, ведь за свою долгую жизнь Защитник Якша испытывал подобные эмоции так редко, что столь краткие моменты можно пересчитать по пальцам одной руки. Но встреча с Путешественником многое изменила в его жизни в лучшую сторону. Они не виделись с Праздника морских фонарей, но того короткого времени, когда они оба не были обременены делами, было слишком мало, чтобы в полной мере насладиться обществом друг друга. Для Сяо праздник в этом году выдался особенно нервным из-за полнейшего, по мнению адепта, безрассудства и безграничного героизма возлюбленного. Он помнит приступ первобытного страха, когда узнал, что его Итэр отправился вслед за хозяйкой ритуального бюро. Хотя, чего ещё от него стоило ожидать? Но всё это уже в прошлом, ещё не совсем далёком, но им двоим кажется, что с тех событий прошли годы…Архонты…как же давно они не виделись. На лице Итэра виднеется лёгкий след от загара, оставшийся после его недавнего приключения в Натлане, о котором он упоминал в своём последнем письме. Он смотрит на Сяо влюблённым взглядом. В нём заметна вся радость от их долгожданного воссоединения. Улыбается и довольно щурится, словно пригревшийся на солнце кот. Сяо подходит ближе, не в силах устоять перед его обаянием. Любой бы захотел оказаться рядом, погреться в лучах этого юноши. Что уж говорить об адепте, так крепко связанному с ним обещанием, душами, взаимными тёплыми чувствами – эту связь нельзя ослабить, нельзя разорвать. Сяо давным-давно отдал своё сердце в его руки – самые бережные и нежные во всём Тейвате. - Что ты прячешь? – спрашивает Сяо, косясь на спрятанные за спиной руки Итэра. Ответ на этот вопрос он тоже уже знает. Его догадки оказываются верны, когда юноша с восторженным «Тадам!» демонстрирует ему тарелку с идеально приготовленным миндальным тофу. Сяо не может не улыбнуться своей крохотной улыбкой от столь милого зрелища. Не может не смутиться, когда следом Итэр приближается вплотную, проводит носом по его щеке и шепчет в самое ухо: - С днём рождения, Сяо. Сяо чудом не роняет тарелку с тофу. Даже спустя столько времени он всё ещё не до конца привык к таким неожиданностям со стороны Путешественника. А сам Итэр очень доволен своей маленькой шалостью и как ни в чём не бывало интересуется, понравился ли подарок. Сяо очень доволен. Только вот своим подарком он считает не тофу, а самого Итэра. - Не обязательно поздравлять каждый год… - говорит Сяо, прочищая горло, сгоняя с себя последнее смущение, вновь становясь тем холодным адептом, которого все знают. Итэр, привыкший к подобным заявлениям, беззлобно закатывает глаза с коротким вздохом. Без лишних слов утягивает Сяо за локоть к ближайшему бревну, чтобы тот смог спокойно насладиться своим десертом. Миндальный тофу от Янь Сяо, без споров, хорош. Один из лучших, что Якша пробовал. Но тофу Итэра – совсем другое. Он превосходит все ожидания и дело совсем не в уникальных ингредиентах или способе приготовления. Дело в самом Итэре. В его чувствах, что пропитали десерт настолько, что в каждом кусочке можно распознать весь калейдоскоп эмоций, все старания, что были вложены в блюдо. Всё то, что светловолосый юноша испытывает к адепту. Страсть. Нежность. Забота. Трепет. Сильная, необъятная любовь. Голова у Сяо кружится от сладости, которую, как он думал, невозможно испытывать к такому, как он. Итэр оспаривает это раз за разом. - Вкусно? «Безумно вкусно» - думает Сяо, но в ответ лишь согласно мычит, держа всю испытываемую им бурю внутри себя. Но Итэр понимает без слов. Щёки уже слегка побаливают, а скулы сводит от улыбок, но рядом с Сяо по-другому не получается, и он привычно укладывает свою голову на чужое, не скрытое острым наплечником, плечо. Он слышит лишь шелест травы и тихий звон посуды. Для него сейчас – это самая настоящая идиллия, в которой он готов забыться на какое-то время. Отложив опустевшую тарелку в сторону, Сяо наслаждается безмятежными пейзажами Ли Юэ и присутствием Итэра. Тяжесть его головы на плече, мягкие волосы, что щекочут открытые участки кожи – драгоценные ощущения. Их хочется сохранить в памяти подольше, ведь совсем скоро его Путешественник с головой окунётся в новое приключение, и их снова будет разделять расстояние. Поэтому Сяо не спешит уходить. Демоны могут подождать. Это неправильно по всем стандартам и правилам, что когда-то были прописаны в его, уже давно недействительном, контракте с Мораксом и в клетке которых он заключил сам себя на века. Но…сегодняшний день ему хочется провести с Итэром…как и любой другой, если говорить откровенно. Возможно, когда Итэр воссоединится с сестрой, закончит своё путешествие, а Сяо полностью исполнит свой долг перед Ли Юэ, они в самом деле смогут проводить каждый день вместе. Думать о таком, представлять столь счастливое, желанное будущее…Сяо никогда бы и не подумал, что ему это будет разрешено. Руки его находят молодые листочки, только что опавшие с деревьев из-за ветра. Погружённый в мечтания о мирной жизни с Итэром, он и сам не замечает, как пальцы сами по себе начинают переплетать листья между собой, сгибать, складывать в маленькую, но вполне узнаваемую фигуру бабочки. - Ого! Какая красота! Крылья у поддельной бабочки слегка порваны по краям, а усики получились кривыми, но Итэр восхищается, как мальчишка. Словно перед ним настоящее чудо и его искренность влюбляет Сяо снова и снова. Сердце готово лопнуть от переполняющей его нежности, а юноша даже и не подозревает, что творит с бессмертным адептом. Или… - Вот. Возьми. Сяо с лёгкостью дарит ему своё творение, вспоминая об одном из значений подобного подарка только когда бабочка оказывается в чужих руках. Щёки мгновенно краснеют. - Сяо? Ты чего? - Всё нормально! Итэр пытается узнать причину столь внезапного смущения, но Сяо упрямится, молчит на все попытки его разговорить. Юноше остаётся только сдаться, досадливо смириться с тем, что возлюбленный ничего ему не объяснит. Но, убирая бабочку-красавицу в рюкзак, он делает мысленную пометку разузнать о ней у Чжун Ли. Уж мудрый консультант обязательно расскажет ему что-нибудь интересное за чашечкой чая. А сейчас Итэр вернётся к куда более интересному – времяпрепровождение с одним смущённым адептом. Он целует розоватую от румянца щёку, наслаждается чужим тихим фырканьем, вновь удобно устраивает голову на плече и погружается в раздумья, устремляя взгляд к небу. Умиротворённый и беспечный, в лучах заходящего солнца он похож на отдыхающее божество. Настолько прекрасный, что таким неземным юношей невозможно не залюбоваться, даже безграничной выдержки Якши оказывается недостаточно. Сяо повторяет за ним, смотрит туда же, куда и он, пытается угадать, о чём думает Итэр. Но его разум часто уносится за пределы Тейвата. Куда-то далеко в прошлое, к другим мирам, где Сяо ещё не присутствовал в его жизни, поэтому поймать ход мыслей Путешественника не всегда удаётся. Вот и сейчас Сяо видит лишь голубое небо с мазками перистых облаков. Переплетает свои пальцы с чужими, чтобы не дать полностью забыть о реальности. Как будто Итэр мог про него забыть. Невозможно. - Знаешь, - задумчиво начинает Итэр всматриваясь во что-то далёкое – Я вспомнил кое-что интересное про миры, в которых был раньше. Хочешь послушать? Сяо хочет. Всегда ждёт его историй, слушает с таким вниманием, будто они могут перенести его во все пережитые юношей приключения, чтобы стать с ним ещё ближе. - В одном мире есть традиция украшать торт свечами на день рождения. - Как глупо, - Сяо озадачено хмурится. Ему, несмотря на все старания Итэра, всё ещё чужда человеческая еда. То, как смертные раз за разом исхитряются усложнить что-то столь примитивное. И ему никак не понять, зачем, ко всем прочим ненужным действиям, пихать в еду несъедобные вещи. Люди – странные существа, наверное, всей бессмертной жизни не хватит, чтобы понять их. Итэра озадаченный вид Сяо смешит. Он прикусывает губу, сдерживая срывающийся смешок и разглаживает пальцами морщинку между чужих бровей, случайно – не случайно – задевая фиолетовую метку. - Я хотел сделать так же, но подумал, что ты бы не оценил такое… Это точно! Миндальный тофу – единственное блюдо, что так им любимо. Уродовать его равносильно оскорблению. Хотя, серьёзно злиться на Итэра он не может. Вечер недовольных бурчаний и колких взглядов – максимум, что ожидало бы провинившегося юношу. Сяо ему об этом, конечно же, не скажет. - А ещё в этом мире есть ещё одна традиция, – взгляд Итэра становится хитрее. Он заправляет тёмную прядь волос за ухо, опаляя своим дыханием – Именинников дёргают за уши. Сяо отстраняется и отодвигается почти на другой конец бревна так быстро, будто Итэр перед ним превратился в хиличурла, размахивающего перед лицом уродливой палкой. На этот раз Путешественник не сдерживает смех, пока на него косятся с подозрением. Кончики заострённых ушей настороженно подрагивают. Такого он точно никогда не поймёт и желания, если честно, нет. Это не традиции, а настоящая дикость! - Какой же глупый мир с бессмысленными традициями! – выпаливает Сяо, под чистый смех Итэра, от звука которого вся раздражительность потихоньку отступает. Его смех звучит как мелодия. Насмеявшись до икоты, Итэр постепенно успокаивается, утирает с лица выступившие слёзы и просит Сяо пододвинуться к нему поближе, обещая, что его ушам ничего не угрожает. По крайней мере, дёргать их не собираются. - Тогда, думаю, традиция другого мира тебе понравится куда больше, - говорит Итэр с лукавой улыбкой, вновь пробуждая интерес. Итэр берёт его за руку, гладит костяшки через плотную ткань перчаток, смотрит томным взглядом и продолжает рассказ: - Там принято, во время поздравлений, выражать и показывать свою любовь при помощи поцелуев, - он медленно стягивает перчатку с чужой руки – Ровно столько, сколько имениннику исполнилось лет. В прошлом Сяо незамедлительно бы одёрнул руку и оставил после себя лишь анемо частицы. Но сейчас он доверяет Итэру сильнее, чем себе и своим потаённым страхам, поэтому лишь заворожённо наблюдает за его действиями. За тем, как Путешественник заботливо прячет оголённую руку от весеннего ветра между своими тёплыми ладонями. Итэр видел его руки множество сотен раз и его уже давно не смущают ни их тёмный цвет, ни острые когти. Он подносит их к своему лицу, трётся щекой о ладонь и лишь улыбается, когда коготь случайно задевает нежную кожу. Сяо шумно выдыхает. - Раз, - тихо говорит Итэр не отрывая взгляда от лица напротив, и адепт вздрагивает от ощущения горячих губ на своём запястье. - Что ты делаешь? – хрипло спрашивает Сяо. - Два, - весь воздух покидает его лёгкие, когда обжигающе-горячие губы целуют снова, уже чуть выше – Поздравляю тебя с днём рождения. Три. Лицо Сяо пылает сильнее пиро слайма, а дрожь в теле усиливается с каждой новой цифрой – новым поцелуем. Итэр всерьёз вознамерился расцеловать Сяо с головы до ног, каждую его родинку, каждый шрам, столько раз, сколько адепту исполнилось лет. Но это бессмысленно! Возраст – всего лишь цифра, размытая ходом времени. Даже сам Сяо не знает сколько ему лет на самом деле, так откуда Итэру об этом может быть известно? Или ему всё равно, и он готов просто стирать губы в кровь, целуя своего любимого адепта до самой ночи и дольше? - Десять, одиннадцать, двенадцать…- считает Итэр, беспрерывно расцеловывая фаланги, подразнивая, проводя кончиком языка по подушечкам пальцев, прикусывая огрубевшую кожу. - Т-ты! – Сяо не выдерживает, второй рукой закрывает горящее лицо, чтобы спрятаться от чужого пристального, пронзающего до самых костей взгляда – Никакого уважения к адептам! Итэр лишь посмеивается, ни на секунду не прерываясь от своего увлекательного занятия. Ему ещё многое нужно успеть, но он не спешит, ведь у них впереди всё время этого мира.