За кулисами.

Помещение, дышавшее особым творческим хаосом, являлось старым театральным складом. Оно затаилось в недрах школьного здания, словно забытый Богом уголок вдохновения. Стены — театральные кулисы, хранили следы суеты и творческих исканий. Они были окрашены в ярко-красный цвет, манящий и таинственный. Кое-где из-под облупившейся краски поглядывала старая кирпичная кладка, словно напоминая об основе, на которой годами воздвигались театральные иллюзии. -Итак, Пиррип, давай спокойно и с самого начала. - Грегори неспеша водил пальцем по краешку белоснежной фарфоровой кружки, на дне которой остывал вкуснейший эрл грей без сахара. -Мне безумно, вот просто безумно нужна твоя помощь, дорогой Грегори! Никто больше не сможет дать мне более дельный совет, чем мог бы дать ты! - Филип, сидящий напротив, сжимал в руках, которые украшали белые перчатки с рюшками, аналогичную фарфоровую кружку. Такую же, какая стояла перед его товарищем по кружку. -Филип, я умоляю, ты актёр! - взмахнул руками блондин, театрально положив её тыльной стороной ко лбу. - Подключай фантазию! Вспоминай наши прошлые выступления! Филип, вспомни постановку на "Ромео и Джульетту". Подключи ту же страсть, эмоции.. -я попрошу, милейший друг, мне нужно вовсе не это! Мне нужен совет по началу свидания с леди Хэвишем! Грегори демонстративно отставляет кружку в сторону, вскоре возвышаясь над Пиррипом в полный рост. Британец был определено хорош собой: красив, галантен, умён и идеально знает правила этикета. А ещё Грегори умел деликатно обходиться с дамами, так что рад был дать пару уроков своему другу джентльмену. -Эстелла Хэвишем дама, как тебе известно, дерзкая. К таким нужен особый подход! Я покажу, а ты, Филип, внимательно запоминай! Грегори хватает оппонента за руку, поднимая его с места. Быстрым движением второй руки он задвигает стулья обратно к небольшому круглому столику. -Пиррип, попрошу, сейчас мы актёры. Твоя роль — Эстелла Хэвишем. Я — Филип Пиррип. Грегори ловко стягивает с макушки британца кепку, пристроив её уже на своей голове для полного вхождения в образ джентльмена из Лондона. Следом молодой актёр отходит на пару метров, оставляя Фила стоять ровненько рядом со столом. Пиррип делает глубокий вдох и, заправляя светлые волосы за уши, складывает руки на груди, что было в манере леди Хэвишем. -милейшая, обожаемая! Доброго вечера вам! Как же я счастлив видеть вас, ваше прелестное личико, голубые глаза.. Клянусь, я тону в них, моя леди! - Беллароуз ловким движением двух рук берёт в свои ладони рученьку джентльмена, крепко, но не больно её сжимая. - Эстелла, вы моя неизлечимая болезнь! Душа ноет от боли, когда я не рядом с вами! Актёр наклоняется к руке Филипа, оставляя на её тыльной части поцелуй. Звонкий, полный любви и положительных эмоций! Такой, что британец теряется. Щёки и уши начинают гореть, а губы, до этого поджатые в стиле Хэвишем, подрагивают, а следом искривляются в смущённой улыбочке. -Эстелла, да вы свет очей моих! Само очарование и изящество! Прошу, расскажите о вашем дне! -О дне? - Пиррип уже успел слететь со своего образа дамы и, признаться, окончательно потерялся после столь чувственного поцелуя! -верно-верно! -День, о.. День был весьма.. Хорошим! Но теперь, когда явились вы, стало ещё лучше! - бормочет Пип, прежде чем чужие руки ложатся на его горячие от нарастающего смущения щёки. -Я могу быть с вами более дерзок? -Вероятно! - скованно пискнул джентльмен, обхватив руками логти Беллароуза. Мягкие губы главы кружка ложатся на тонкие и сухие губы своего британского приятеля. Нежнейший, столь чувственный поцелуй пробирает до мурашек, заставляя дрогнуть и крепче сжать в ладонях логти Грега. Однако тот не думает отступать! Дорожка сырых поцелуев спускается до шеи, заставляя Фила тихонько ахнуть, закусив нижнюю губу, которая тут же трескается. Стоит Пиррипу прикрыть глаза, как чужие мягкие губы покидают его шею. В душе хаос эмоций, негодование и... Наконец, осознание всего происходящего. -Пиррип, запомнил? Примерно так. Дальше, если будет нужно, обнимешь леди за талию или что-то подобное. Даже такая характерная дама не сможет устоять перед уверенным в себе джентльменом. - совершенно спокойно заявляет Грегори, возвращая кепку на макушку её владельца. Этот наглый глава школьного театра даже не покраснел! Не смутился, не готов был сгорать от нарастающих эмоций, в то время как Филип, хлопая глазами, до сих пор не мог перевести дыхание. Хотя, может на то Грег и хороший актёр?