***
Пройдя пару часов, Лололошку записали в список "работники" и сказали приходить уже на следующий день, ибо рабочий сегодня уже начался. На улице ливень не прекращался. Голубой вышел с кафе и уже задумался, какие выходы ему искать в этой ситуации. Может быстренько кофту снять и на голову надеть? Не вариант, сейчас ещё весна и холодно что бы голяком бродить. — а может... — Лололошка запнулся. Поток мыслей перервал Люциус, который протянул парню красный, явно уже потёртый жизнью зонтик с оранжево-жёлтыми языками пламени на краях. — Возьми его - молвил тот, насильно заставляя Ло взять зонт в руки. Может и с посетителями беловолосый казался прям очеровашкой, то со своими коллегами он не пытался выставить из себя душку и миленьким пареньком. Взгляд был даже слегка противным. Напоследок, перед тем как уйти, Люциус что-то да сказал — и не облажайся завтра. прикончу. — …милый коллега... — усмехнулся Лололошка себе под нос. Он шёл домой под ливнем с новым временным зонтом. Пока машины ездили, брюнет думал. Как можно что-то из теста напитать чувствами. Да, Ло владел некой магией, но даже не подозревал что подобное, как в кафе, существует и нехило продаётся.***
Когда Лололошка наконец добрался до общежития, в коридорах было тихо. Только за стенкой кто-то негромко включил музыку — знакомая мелодия убаюкивала, растворялась в гулком шорохе дождя за окном. Он снял обувь, повесил зонт на крючок у входа, но прежде, чем отойти, на секунду замер. Зонт. Он выглядел совсем обычным — потёртый, тёмно-красный, со слегка стертым рисунком огненных языков у самого края. Но чем дольше Ло на него смотрел, тем сильнее ощущал… странное присутствие. Не угрожающее. Напротив — спокойное, почти заботливое. Брюнет машинально стянул кофту, но взгляд всё ещё не отрывался от зонта. Было в нём что-то — как будто он всё ещё слышал голос Люциуса. Или чувствовал его — в тепле, в запахе, в ощущении чего-то надёжного, пусть и колючего на первый взгляд. Рука застыла на молнии джинсов. Он только сейчас понял, что улыбается. — Чокнулся, — пробормотал он себе под нос, скинул джинсы, переоделся в свободную футболку и штаны. Но даже когда он прошёл в свою комнату, включил мягкий свет и завалился на кровать, уголком глаза он всё ещё ловил силуэт зонта в прихожей. Он стоял там, будто охранял. Будто запоминал. И как бы глупо это ни звучало — Лололошке стало чуть легче. Завтра снова в кафе. Снова к Люциусу. И, возможно, снова под этим зонтом. Ночь подкралась незаметно. За окном всё ещё моросил дождь, но теперь он звучал тише, словно устав. Лололошка сидел за столом, согнувшись над тетрадью, щёлкал ручкой и пытался сосредоточиться на формулировке очередной эссе — что-то по биологическим свойствах одного из животных н выбор, то ли сова, то ли конь. Сложно. Глаза уже слипались, а строчки плавали. Он хмыкнул, потянулся за кружкой с остатками остывшего чая и вдруг услышал щелчок дверной ручки. — Я дома, — тихо проговорил знакомый голос. Ричард. Лололошка повернул голову и увидел, как его сосед по комнате — вечно рассеянный, слегка взъерошенный Ричард — тащит в комнату рюкзак, увешанный брелоками. Капюшон свисал с головы, а на рукавах куртки блестели капли дождя. — Ты как всегда вовремя, — пробормотал Ло, возвращаясь к тетради. — У нас тут, между прочим, эссе на завтра. — Я знаю, — отозвался Ричард, ставя рюкзак в угол. — Я просто... гулял. Надо было проветриться. Голова кипит. Он скинул куртку, стряхнул воду и бросил короткий взгляд на стол Лололошки. — Уже пишешь? — Пытаюсь. Мозг склеился. — Хочешь какао? Я всё равно иду на кухню. — А если ещё и с корицей, я официально начну тебя уважать, — буркнул Лололошка, не отрываясь от бумаги. Ричард усмехнулся и исчез за дверью. А Лололошка, выдохнув, уставился в строчку, снова чувствуя рядом ритм жизни — пусть и тихий, усталый. Но всё равно уютный. Через несколько минут Ричард принёс две кружки. По запаху можно было предугадать что там. В одной - какао с тонким запахом корицы, а во второй - запах лимона. Лололошку тут же перенесло мыслями в кафе. Почти такой же запах как с той кухни. Лимонный. Сладкий. — Эй, Ло, ты меня вообще слышишь? Говорю кружку бери, а ты просто смотришь как вкопанный — именно этот голос перервал мысленные потоки, воспоминания очкастого. Труман вновь протянул кружку — Да не парься ты так из-за эссе. Справимся, напишем. — Да я не из-за него, дурында. — А чё тогда. Слушай, Ло, ты сегодня какой-то... рассеянный. — Да я тут на работу устроился. В кафе. - Признался брюнет и взяв кружку, немного отпил. Почувствовав горький вкус, тот скривился и посмотрел на друга - с ума сошёл... Какао и без сахара. Живодёр — Раз я живодёр, то ты животное. А чего так резко устроился. Ты даже не рассказываешь до сих пор что с прошлой работой случилось. — молвил черноволосый, садясь на кровать Лололошки и отпивая свой чай с долькой лимона. — Давай не сегодня. Атмосфера не та. — Каждый раз оставляешь на потом. Что ж там такого случилось. Может расскажешь лучше, и камень с души будет. — Там в основном ничего не случилось. Просто не понравилась работа и решил уволиться. Ты же знаешь, что я не постоянный. — И всё? Ты это скрывал так долго? — Три недели — это не так уж и много. — улыбнулся парень, отпивая какао — не, я это пить не могу. Скоро приду. Ло прошёл на кухню их общежития дабы насыпать в напиток хоть немного сахара. Уже стоя у стола, брюнет что-то начал думать и фантазировать, а если использовать свою магию с целью напитать какао чувствами, прям как в кафе. Голубой, подумав, что это хорошая идея, начал её воплощать в реальность. Как же он ошибался. Положив ладони на тёплую кружку, тот начал концертироваться на своих способностях. Но явно что-то пошло не так, послышался сперва треск, а потом маленький взрыв. Лололошку откинуло прямо в стену с громкий стуком, а сама кружка разбилась на очень осколки — Блять... Не рассчитал силы... — поднявшись, парень тут же упал. После взрыва осколки былой кружки со скоростью разлетелись по всей кухне, и не только кухни. Опустив взгляд, Ло заметил смачный осколок прямо в своей ляшке. Кровь немного просочилась через штанину — мама говорила с магией не играться... Лололошка не мог встать. Сознание помутнело. Всё плыло, а нога пульсировала. Неужели так всё и закончиться...