История одного па

В скромной комнатке на Бейкер-стрит, заставленной разномастной мебелью и украшенной выцветшими от времени плакатами рок-групп, повисла неловкая тишина. Чашки с недопитым чаем, немыми свидетелями, возвышались на низеньком столике между креслами, а в воздухе витал сладковатый аромат остывающего напитка и чего-то неуловимо уютного. Джон беспокойно поерзал на месте, взгляд его блуждал по комнате, избегая встречи с глазами гостьи. Как назло, ни одной годной мысли, способной разрядить атмосферу и продолжить прерванный диалог, не приходило. Ну, какой же дурак! Сам пригласил молодую особу, но столкнувшись с первой же трудностью, сдулся. Вероника, с которой они были знакомы чуть больше недели, сейчас сидела в его скромной обители и всеми силами старалась слиться с потертой оббивкой старого кресла. Тоненькие пальчики обхватили керамическую ручку так, что казалось стакан скорее добровольно треснет, чем Тетцлафф ослабит железную хватку. И все эти выводы Дикон сделал, не имея ни малейшего понятия о том, что, собственно, происходит в её голове. А там, внутри, творилось нечто, попытка структурировать, которое, напоминала бы попытку собрать ртуть голыми руками – скользко, неуловимо и, в конечном счёте, бесполезно. В тот момент, когда басист, красный от заливистого смеха и такой красивый от природы, предложил заглянуть к нему на выходных, девушку захлестнула почти забытая, ребяческая радость и жгучее любопытство: как там у него? Но, как водится, не обошлось без колких комментариев странных сверстниц. Вероника, воспитанная в строгости католических традиций понятия не имела, что те имели в виду. "Раз пригласили – отрабатывать прийдётся", – хихикнула одна. "Знаем мы, зачем к себе зовут" – поддакнул другая, многозначительно закатив глаза. Посредством чего нужно "отрабатывать" чашку зелёного чая, Тетцлафф даже думать не хотела, однако неприятные домыслы уже засели в голове. Червячок сомнения настойчиво точил изнутри, принуждая отказаться от приятного вечера и девушка даже набирала номер Дикона, силясь соврать про внезапную болезнь, но в последний момент остановилась. Не смогла. И вот теперь, она сидит напротив парня, закутавшись в повисшее молчание, боясь пошевелиться и запустить цепочку необратимых последствий... Неожиданно, в первую очередь для себя самого, Джон всё понял. Среди тысячи разрозненных мыслей, выцепил нужную. Не утверждаю, может не дословно, но суть уловил точно. Подорвавшись с места, он двинулся к стоящему на тумбочке радио и не раздумывая, крутанул стëршееся колёсико. По комнате незамедлительно разлилась мелодия, чем-то напоминающая великого Элвиса Пресли – мягкая, но энергичная, с характерным рок-н-ролльным ритмом. — Так... вставай. Вставай, вставай, – затараторил шатен, улыбаясь от уха до уха, и заставляя Верон невольно задуматься о том, что не помешает в будущем держать безопасную дистанцию от рокеров, – Ну, ты чего?.. Девушка пару раз моргнула, а затем подняла непонимающий взгляд на, буквально, светившегося изнутри Дикона. — А зачем? – голос, предательски дрогнул, выдавая волнение. Понимающая улыбка тронула уголки мужских губ, в ответ Джон протянул открытую ладонь. — Даже думать не хочу, что ты успела насочинять... Будем танцевать, конечно. Танцевать? Какой такой танцевать? Сейчас? Здесь? С ним? Она, конечно, догадывалась, как двигаться под музыку, но в момент, когда смущение достигает пика и ты почему-то уверена, что непременно споткнешься, сложно расслабиться и отдаться приятному занятию. — Ох, Джон... Я не... — Давай, давай. Ну, чего ты? – поданная рука настойчиво приглашала к танцу. — Я же не умею совсем, – замялась Вероника, всей душой надеясь, что Джон передумает и они продолжат сидеть в тревожной, но хотя бы предсказуемой тишине. — Не умеешь?.. – не понял парень, – Танцевать? Да брось! Разве для этого нужны особые навыки? Главное – сам процесс, – он ободряюще кивнул, без слов заверяя: "Ты точно не пожалеешь". Верон, судорожно вздохнув, медленно поднялась с кресла. Когда ее почти дрожащая рука робко протянулась к нему, и ледяные пальчики коснулись запястья, Дикки и сам ощутил нешуточное волнение. Едва Тетцлафф, забывшись, подняла свои огромные, по-детски испуганные глаза, шатен окончательно растерялся. Искушение приобнять красотку за талию было мгновенно отброшено, так не хотелось смущать невинную застенчивость. Посему они просто стояли, держась за руки, и неловко, но искренне улыбались друг другу. — Уже передумал? – произнесла Вероника, украдкой взглянув на Джона из-под опущенных ресниц. — Ещё чего. Даю тебе фору. Прежде чем, потащить гостью в центр комнаты, шатен задержался на ней изучающим взглядом: бледное личико, аккуратная челка и платье, явно купленное с рук – чистое воплощение британской сдержанности. Музыка набрала обороты, и рванный темп заставил пошевелиться. Первые движения скованы. Однако, Джон легонько тянет Тетцлафф за собой, показывая простые, придуманные на ходу движения. Они выходят нелепыми, забавными, почти неуклюжими, зато выбивают из Вероники тихие смешки и ответные жесты. Постепенно, под звуки гитарных риффов и ударных, девушка окончательно отпускает себя и новоиспечённый партнер, чувствуя перемену, делает несколько лёгких, почти головокружительных па. Если говорить откровенно, пару раз ребята чуть не поцеловались с блестящим паркетом, запутавшись в собственных ногах, однако теперь подобные промахи едва могли вызвать что-то кроме новых приступов смеха. Но хорошего в меру, и неизвестная доселе композиция, была бесцеремонно прервана бодрым диктором, а Джон... Джон с немалым удивлением заметил, насколько близко стоит к Веронике и, что ладонь его покоится на стройной талии подружки. Шатен отпрянул так, словно его застукали за чем-то запретным, и суетливо спрятал руки за спину. Девушка же заметив столь, скажем прямо, умилительную реакцию, тихо хихикнула, заправляя за ушко выбившуюся прядь. Уставшие и запыхавшиеся, ребята, свалились на свои законные места. Но, если Дикон часто дышал и взглядом выискивал предмет, которым можно обмахнуться и хоть немного охладиться, то Тетцлафф выглядела весьма задумчивой: смотрела так, будто несомненно скажет, что разочарована и ей пора уходить. Между тем, вопреки опасениям парня, девушка выдохнула, и уже без тени стеснения, заглянув ему в глаза, мурлыкнула: — Может ещё... потанцуем?