в тот день, тот миг и после

самое сложное всегда - начать историю заново, не так ли? начинать историю заново, перелистывая страницы предыдущих книг, и снова накладывать всеобщие ярлыки на прожитые моменты. нырять одновременно в агонию, грусть и радость. непрерывно дышать и чувствовать, как сердце выпрыгивает из груди, когда подушечками пальцев проводишь по строчках давно забытых слов, и ощущать, как каждое прикосновение медленно делает надрезы. на сердце или всего лишь на коже? - ты все ещё пробуешь вернуться в прошлое? - захлопывается входная дверь и минхо моментально вздрагивает от резкого звука. ещё одна секунда, пару быстрых шагов и звонкий щелчок. кухня озаряется холодным освещением лампы на потолке от чего становится ещё более некомфортно. - ты снова здесь? - с тяжёлым вздохом, слова слетают из уст мужчины, и он лёгким движением руки стряхивает слезы со своих щёк. солёные дорожки неприятно щиплят кожу, но стоит пару раз проморгать, как становится легче. глаза привыкают к яркому свету и зрение более фокусируется на фигуре перед ним. - а где мне ещё быть? - краем глаза минхо замечает, как мужчина вешает свою кожаную куртку на крючок и только наклоняется с целью снять кроссовки, а следом пройти на кухню, но в тот же момент, на голову ему падает та самая вещичка. минхо способен только закатить глаза и молча наблюдать, как человек в коридоре борется со своей курткой, которую никак не может повесить на тот же самый крючок. это выглядит настолько смешно и нелепо, что мужчина издает неловкий смешок. по всей видимости, ему всего лишь не хватает мудрости перевесить её на другой кручок или же просто кинуть на пол. все равно она рано или поздно упадёт. проходит секунда, затем она сменяется на минуту, а минута занимает ещё мгновение прежде чем минхо занервничает всеми фибрами своей души, и с чувством раздражения в груди, сдвинется с места, дабы помочь мужчине. - о? - вопросительно смотрит на него друг и минхо замечает, как рефлекторно его глаза округляются, а затем губы скручиваются в трубочку при произношении всего одной буквы, которая так же сильно раздражает. человек взрослеет, но привычка остаётся с таких же детских времен. - ты совсем долбаеб, если с первого раза додуматься не можешь, что куртку просто можно перевесить или в принципе закинуть в шкаф и забыть? можно найти миллион и одно решение, всего лишь с этой твоей ебучей курткой. - с порога и настолько грубо? совсем манерам тебя не учили, - мужчина качает головой, забирает пакет с пола и проходит в кухню, где наблюдает, как минхо тянет рукава тонкой кофты и садится на стул. забавно. он не просил покупать что-то, но по всей видимости человек напротив с пустыми руками приходить абсолютно не умеет. лишнее присутствие кого-то на личной территории раздражает ещё сильнее, а звонкие голоса в сладкой тишине заставляют ёжиться и ощутить мурашки, пробежавшие по коже целым табуном. минхо просто живет с противным и вредным характером. минхо просто бы хотелось отдохнуть. в абсолютном одиночестве и в четырёх стенах, где только он и тихо спящий кот на диване. если бы у минхо была возможность также мирно спать, он лучше бы превратился в кота до конца своих дней и жил бы припеваючи со своим парнем в маленькой квартирке за городом. но, а так, приходится работать на невыносимой работе, жить в ебучем городе, где диалект вечно воспринимается, как резкость и агрессия людей, и чувствовать себя ужасно некомфортно. - а тебя вообще учили спрашивать разрешение перед тем, как прийти? - задаёт резко вопрос минхо и наблюдает, как парень напротив лишь недовольно смотрит на него и молча принимается разбирать пакеты. он привык к его резким сменам настроения. он научился просто не реагировать на это и давать личное пространство. пачка риса. сосиски. яйца. банка колы. ещё одна банка колы. две пачки чипсов. пачка ментолового чая, а за ней и пачка сахара. минхо качает головой на купленные продукты и про себя ухмыляется. он помнит. помнит, что это стандартное питание в периоды гиперфиксации и неприятной физической усталости. значит ли это, что он снова не отследил, как следует свое состояние? затем парень напротив резко начинает метушится. руками проверяет карманы и оглядывается по сторонам. на секунду он замирает, хмурится и запускает пальцы в волосы, практически хвастаясь за голову. в этот момент минхо может лишь ухмыльнуться и подумать про себя, что в принципе снова таки - ничего нового. он встаёт со стула и направляется в коридор, где на полу валяется сумка через плечо. берет её, быстро возвращается на кухню и следом передаёт хозяину в руки. - придурок, держи, - улыбается. раздражение мгновенно смягчается и возможно, это даже к лучшему. - тебя не учили, что у каждой вещи есть свое место? - слышь ты, придурок. забыл себя вообще на третьем курсе универа? не я тогда проебал свой диплом на столе перед тем, как ушёл на защиту, а кажется это был ты, - недовольно фыркает парень, и следом улыбается. они любят издеваться друг над другом. они любят напоминать друг другу о былых временах, когда все оставались юными, глупыми и безнадежными. - а я смотрю, у петуха голосок прорезался. раскукарекался мне тут, - минхо усаживается обратно за стол и глазами бегает между человеком напротив, который в свою очередь капается в сумке, и разложенными продуктами на столе. - глаза закрой, - приказывает ему парень и прижимает сумку к груди. - это ещё зачем? - я сказал закрой, и не выступай мне тут. минхо слушается. ещё бы. он томно вздыхает, прикрывает глаза и выжидает. минхо очень точно знает, что сейчас человек напротив очевидно вычудит что-то. и не ошибается. его глаза открываются испуганно, как только маленькая коробочка прилетает прямо ему в грудь. минхо дёргается и рефлекторно пытается поймать неизвестное, а следом от испуга отбрасывает предмет на пол. презервативы. - джисон! - минхо кидает злостный взгляд на друга и видит, как тот довольно улыбается и гладит себя по плечам. он качает головой и, в свою очередь, разочарованно выдыхает. - ты такой придурок. самый конченный придурок. - они с пупырышками. такие ребристые. вам зайдёт, - джисон так уверенно кивает, будто успел много раз опробовать это на себе. но, в принципе, это даже не является чем-то удивительным. им с феликсом скорее удалось попробовать больше чем кому угодно в этом мире за последние десять лет, сколько они вместе. - ты ради этого припёрся из тегу в мокпхо? - минхо кидает в него этой же коробочкой и смущается так, будто ему давно не больше чем тридцать, но и не меньше чем двадцать пять. он встаёт с места и чувствует, что в сердце значительно теплеет. он скучал. а раз скучал, то придётся порадовать друга от души. - ну не совсем, - садится на стул джисон и начинает говорить еще более уверенно. – моему любимому мужу захотелось камушков с морского пляжа в мокпхо. видители, другие ему не интересны. вот я и приехал, набить карманы и съебаться дальше, куда глаза глядят. но минхо в ответ лишь молчит. прежде чем окончательно сдвинуться с места, минхо приходится наклониться и подтянуть сползшие с пяток носки. в то же мгновение, только он замечает, что джисон хочет произнести хоть слово, пока присаживается на стул после того, как миллион раз поменял позу, то снова бросает угрожающий взгляд в его сторону. - только попробуй спиздануть хоть слово, и тапок прилетит тебе прямо в морду, - джисон прикрывает ладошкой рот и испуганно смотрит на друга. так просто и по детски. они знакомы уже столько лет и столько прошли, что дружеской взаимосвязи между ними позавидовать может любой. правда, в это все не входит любые споры и скандалы, когда минхо приходилось держать за две руки, дабы защитить от побоев бедного и зеленого джисона. но всего пару ласковых слов феликса и припоминание о том, что тот ведёт себя, как бешенная собака, делали свое дело. у минхо слишком развитое чувство агрессии и защиты в сторону близких ему людей, а у джисона попросту нет стопа в тупых шутках. вот на этом два придурка в этой жизни и сошлись – безвыходность, потому что выбор феликса требуется уважать, и безудержное веселье, потому что джисон плевал с высоты птичьего полёта на иерархию, а также необходимости уважения к старшим. по правде говоря, сошлись они дружески совсем по другой причине. именно в какой-то из весенних день, когда феликс заявился в дом минхо посреди ночи с джисоном (один накрашен под дамочку и с платочком на голове, а второй в костюме и стрижкой под ёжика) дабы укрыться от родительского, такого мощного подсрачника по случаю побега. молодые, зелёные и полоумные - такими их считал минхо много лет назад, пока заваривал на кухне малиновый чай и наблюдал за двумя придурками, что собрали маленькие рюкзаки и под покроем ночи сбежали в большой город в поисках счастья. минхо больше чем уверен, что всему голова и начало - это импульсивность феликса и уступчивость джисона, который соглашался во всем, но сидел невинно на стульчике и протирал края стола пальцами, будто виноватый ребёнок. старшему тогда показалось, что ещё немного и он сделает дырку. возможно, это были как раз таки, те самые времена, когда у феликса в выпускных классах начинало сносить башню по всем фронтам, а джисон постепенно начинал успокаиваться. но об этом окончательно мы и не узнаем. минхо не вдавался никогда в слишком глубокие подробности их отношений. поскольку ему хватало с головой собственные, такие профессиональные накрутки в пучине историй и переживаний. настолько классически. - хен, в любом случае, вам они пригодятся. у вас ведь годовщина будет скоро, да? - джисон говорит так уверенно, будто все помнит, но пролетает мимо. минхо подходит к холодильнику и достаёт две бутылки соджу, затем лёд и несколько контейнеров с закусками. соджу разливается по маленьким стаканам, добавляется лёд и ставится перед носом джисона, который тем временем открывает пачки чипсов, опаской кидая взгляд в сторону старшего. он просит у минхо одну большую миску и смешивает в ней разные вкусы. тем временем, тот с ухмылкой наблюдает и говорит: - извини, но мяса и риса нет для лучшего вкуса соджу, но тебе и так сойдёт. сегодня я не в настроении для традиций. - а где наш мастер по приготовлению рёбрышек? - спрашивает джисон и хватает двумя пальцами чипсину, пока минхо отворачивается к нему спиной и накладывает закуски. шумный выдох отдаётся звуком в стенах и джисон на месте вздрагивает. видеть уязвимым минхо - за пределами нереального. минхо всегда более скрытый в проявлении эмоций и чувств. причин тому может быть неизвестное количество. но все, что известно джисону - он очевидно боится и одновременно ненавидит то, когда ему лезут в душу или пытаются угадать настоящие чувства. это настолько любимые занятия других людей, что минхо сам сбился со счету сколько раз ему приходилось отдаляться от людей, дабы в душу руками никто не лез и не чернил своей грязью, а может тупым мнением. а возможно всему дело чрезмерная эмпатия и мнительность. минхо со раннего возраста был таким, но это настолько мешало повседневной жизни, что постепенно слабость превращалась в ненависть. ненависть сменялась на агрессию, а затем все перерождалось в напряжение и отдаленность ото всех окружающих его людей. - мистер мастер по приготовлению рёбрышек, все ещё на работе. составляет свои дебильные договорчики и не отвечает на звонки, - минхо садится напротив джисона за стол и даже не смотрит на него. его взгляд фокусируется на стакане с соджу, которое так хочется выпить залпом и захлебнуться. ему так сильно не нравится обсуждать свои личные вещи, и так напрягают тупые вопросы других людей о всем том, куда лезть им вообще не следует. - чан снова в рабочих проектах зависает, пока ты борешься с внутренней ненавистью ко всему миру? - джисон крутит стакан в руках и старается не поддерживать зрительный контакт. он знает, что минхо в такие моменты раздражается от чрезмерного внимания и абсолютно требует аккуратного подхода. спустя мгновение джисон улавливает короткий кивок вместо простого ответа, и сглатывает. внутренний демон протирает ладошки и понимает, что пора открывать портал для душевных откровений, пока домой не вернулся папуля чан. - когда вы были последний раз на свидании? - снова задаёт вопрос джисон и видит, как минхо залпом опустошает стакан соджу. затем берет палочками кимчи и закусывает. - а тебя ебет? - спустя минуту молчания, резко отвечает минхо с набитым ртом. все же пачка купленных сосисок оказывается открытой и пожаренной на скороде, а рис отваренный и разложенный аккуратно по маленьким мисочкам. минхо лучше сейчас cконцентрироваться на теплом паре, исходящего от горчего риса с щипоткой соли и всего лишь каплей кунжутного масла, чем на душевных разговорах. такие беседы утомляют. особенно когда дело доходит до обсуждения отношений. он привык избегать, а ещё лучше не обсуждать личное даже с близкими. потому, что чан настолько дорог сердцу и душе, что в этот мирок никого лишнего пускать не хочется. в такие моменты, минхо становится неимеверно поблагодарить чана за то, что с ним просто комфортно молчать. - или ты решился записаться в семейные коучи только потому, что вы живёте душа в душу с феликсом? - ясно, значит никогда, - подводит итог джисон и ухмыляется. ему не хочется перечить и влезать. иначе получить тапком по морде от пьяного минхо - неприятная затея. ну конечно, кто же, как не джисон, знает об этом лучше всех. джисон наблюдает за минхо и не успевает допить стакан, как друг тянется наливать следующий. в этой семейке не принято пить соджу из маленьких рюмок (потому, что в квартире попросту их нет), но это играет только на руку. один стакан абсолютно легко летит за другим, а затем, в принципе, и третьем. и минхо наконец начинает говорить: - аромантики, в нашем возрасте, уже не нуждаются в свиданиях. потому, что каждая встреча уже наравне с благословением свыше. он икает и затылком прислоняется в холодной стене. какая по счету идет бутылка - никто уже не знает и попросту не наблюдает. поскольку сил посчитать просто не хватает. тело абсолютно расслаблено, движения смазаны, но внутри настолько хорошо, что хочется раствориться в этой приятной слабости. минхо смотрит плывущим взглядом на джисона и пытается понять причину, почему однажды феликс выбрал именно его. хотя в самом деле, это минхо абсолютно не касается и даже не дергает в заднице. потому что чужие отношения не интересуют вовсе, но волнует, как его близкие ощущают себя в них. джисон сам по себе интересная натура, и вместе с феликсом в союзе спелся на ура. но все же, минхо даже спустя года относится к этому с подзрением, будто выжидая какого-то подвоха, не смотря на то, что они с джисоном довольно таки близкие друзья. наверное, всему причина его значительная помощь и поддержка во все времена - трудностей в работе, в отношениях и даже в кризисы личностного перелома. минхо лишь наблюдает, как джисон в сотый раз поправляет темную, прямую челку и трет глаза от попавших волос в глаза. комфортно, но при этом некомфортно. ему просто хотелось побыть в одиночестве и в тишине, пока чан не вернется домой. - вы с чаном вместе намного больше чем мы с феликсом сблизились, в принципе. сколько прошло времени уже? – спрашивает аккуратно джисон и выжидающе смотрит на минхо. - хм, пожалуй, уже около тринадцати лет прошло. - сколько, блять? тринадцать? – удивленно спрашивает джисон и еще секунда остается до того, как глаза вылетят из орбит. он берется за бутылку соджу и стучит по стакану минхо. – ну за это, мы обязаны выпить. джисон небрежно наливает соджу в стаканы немного разливая содержимое бутылки по столу, и тянется за несколькими чипсинами к миске. - как вы начали встречаться? тебе же только меньше тридцати и чуть больше двадцати.  - придурок, мне тридцать четыре в этом году будет, - напоминает минхо и смеется. хотелось бы, чтобы было именно двадцать семь, а может и намного младше, и та прежняя игривая романтика летала в воздухе, но увы, за столько лет вместе, он тоже редко вспоминает сколько прожили вместе с чаном. минхо чешет затылок и внутри души ждет, когда джисон произнесет еще хоть один звук. кажется, все очень даже безнадежно. но джисон, в свою очередь, все еще сидит, обжирается чипсами и думает о чем-то своем. поэтому парень снова облокачивается о стену и наслаждается тишиной. поверить в то, что ему уже за тридцать довольно таки сложно за счет того, что после двадцати пяти перестаешь считать свои прожитые года и просто двигаешься дальше, подстраиваясь под ситуации, события, простыми реакциями и восприятиями. даже когда, все таки, он абсолютно и полностью ненавидит весь мир. - так, все же, как вы познакомились с мистером? – прерывает тишину джисон и откидывается на спинку стула. – за наши отношения с феликсом вы знаете все вдоль и поперек, а для нас, вы равносильны ебучему сундуку пандоры. минхо ухмыляется и тихо смеется. алкоголь с пятой бутылки постепено начинает догонять и, в любом случае, заставляет расслабиться и просто отключиться от мира. ему ненароком приходится перенестись на времена тринадцатилетней давности и постучаться в двери к минхо, которому всего за маленький плевок за двадцать. отношения минхо с чаном длятся уже настолько долго, что кажется, словно прошли многие десятилетия с момента их встречи. абсолютно случайно, но настолько удачно, что они оба до сих пор не верят в это. май всегда было принято считать, как время, когда семена с мартовских времен начинают проростать из под земли и давать свои первые зелёные плоды. но как раз таки, зелёным тогда был именно минхо. учёба на бакалавриате забирала свои силы и метания между работой, а написанием итоговой дипломной работой сводили его абсолютно с ума. ему казалось будто еще мгновение и голова просто разорвется в щепки, если проснется утром. и он очевидно соврет, если скажет, что это были худшие времена в его жизни. потому, что среди повседневной загруженности, чувства долга и ответственности за свое будущее, он загнался настолько, что сбежал. побег был достаточно дальним, и стирал абсолютно все рамки в ощущении какого либо времени, но таким амбициозным и решительным решением, он не преобладал никогда. словно, это не ему со следующей недели нужно сдавать итоговые экзамены перед защитой диплома. поэтому минхо направляется быстрым, уверенным и таким гордым шагом в сторону пирона, пока маленький чемодан волочится за ним. именно тогда он подобрал свой самый лучший пароль для маленького замочка, после того, как аккуратно сложил в нем вещи, идеально подобраны под погоду и стиль. он все продумал до самых малых деталей. просто потому, что ему хотелось притвориться абсолютно другим, даже чужим для себя человеком, дабы только избежать унылой реальности, в которой находиться тогда было абсолютно невозможно. если бы кто-то остановил его за руку тогда и сказал, что все случается и проживается наилучшим для него образом, то он, очевидно, плюнул бы человеку в лицо и сбежал ещё дальше чем глаза глядят. эта поездка была решающей, словно, на кону стояла его жизнь. поэтому в самый последний момент, прямо на вокзале, оказалось, что паспорт благополучно проебанный. или гребанный старшеклассник феликс, который знал о планах минхо, предварительно спрятал его настолько в надёжном месте, что мир его друга мгновенно рухнул. весь план побега успешно провален. двери в новый мир для минхо безжалостно захлопнулись. он максимально расстроен утратой и возможностью, шмыгает носом и смотрит на всех людей, которые куда-то мчатся. почему у всех получается, а он так по предательски ощущает себя неудачником? наверное, всему дело стресс и напряжение, а может и абсолютная усталость от происходящего в его жизни, поэтому он воспринимает настолько близко к сердцу и продумывает следующий план более легкого формата. а если быть абсолютно точнее, то этот план непосредственно касается того, как пиздюлина прилетит феликсу по шапке за детские проделки. нельзя шутить с такими вещами, однозначно нельзя. минхо обреченно выдыхает и понимает, что бежать больше абсолютно некуда. поэтому плетется ватными ногами к перону и проводит там все последующее время с одинадцати утра до пяти вечера. поезда проезжают один за другим, одни пассажиры сменяются другими и все что ему остается делать, это только встречать и провожать их взглядом с угнетающей пустотой внутри. ноль агрессии, ноль обиды и самобичевания, просто тишина и разочарование смешанное с удовлетворенностью в какой-то мере. возможно, все и к лучшему? юноша тянется рукой к сумке и хочет достать мятные конфеты. начинает холодать, поэтому сладость будет лучшим видом самоудовлетворения в тишине и полным ощущением прохлады внутри. не сколько от эмоций, сколько от ментолового привкуса на кончике языка. но перерыв абсолютно все карманы, он не находит ни единого намека на то, что там были сладости в принципе. может, все таки, ему захочется булочку с кремом вместо конфет в таком случае? необходимость искать альтернативные варианты утомляет, поэтому минхо нехотя лезет в карман и ищет наличные. конечно же, он хочет стукнуть себя по лбу, когда понимает что ничего нет и продолжает пытаться найти хотя бы копейки на жвачку, но пальцами нащупывает маленькую карточку на глубине сумки. «только благодаря тому, что ты бережно хранишь в своем сердце воспоминания о прошлом, ты можешь по-настоящему наслаждаться настоящим и быть еще более счастливым. попробуй заменить минус на плюс, и посмотри, как всё вокруг начнёт подстраиваться под тебя.» аккуратный почерк и красиво выведена каждая буква. это точно дело рук феликса. маленький засранец, который все подстроил, разозлил и еще обратно в чувства привел по щелчку пальцев. за последние несколько часов ему пришлось очевидно миллион раз проклинать себя, свою мать, которая его родила, дурацкий универ, диплом и дебильную работу. все настолько сложно и настолько неприятно, что хочется раствориться прямо здесь в солнечных лучах и исчезнуть. ветер небрежно в щекочет волосы, спутывая их в маленькие узелки, которые вскоре будет достаточно проблематично аккуратно распутать расческой или пальцами. минхо старается сменить фокус внимания, прикрывает глаза и делает глубокие вздохи, запуская в легкие потоки немного прохладного воздуха. и практически, все идеальным образом получается. ровно до того момента, как вдали отдается шум поезда и смешанные голоса людей, что сменяют свой рейс и нарушают тишину природы. минхо не реагирует, отвлекатеся и, все таки, растворяется, а затем ровно в один прекрасный момент замечает, что становится темнее и прохладнее. глаза невольно открываются и пытаются приспособиться к яркому свету. парень хмурится и затем присматривается. мгновение и его глаза округляются. - прошу прошения, вы тоже на свой поезд опоздали? – спрашивает брюнет и улыбается, демонстрируя свои самые прекрасные ямочки. неосозанно минхо улыбается ему в ответ и анализиурет человека, стоящего перед ним, прежде чем дать конкретный ответ. синие джинсы, белая толстовка и кожанная куртка. типичный хипстер переросток – именно так подумал про себя минхо, но так и ничего не сказал в ответ. он лишь украткой перевел взгляд с одежды незнакомца на свою, и во мгновение ока осознал, что они одеты полностью одинаково. минхо захотелось ударить себя по лбу. - да, я опоздал уже как часа четыре. - ожидаете следующий? – вежливо обращается незнакомец и старается встать так, чтобы перекрыть ему солнце, которое режет глаза. – я могу присесть рядом? минхо лишь молча отрицательно кивает и возвращается в обратное положение – облокачивается спиной на лавочку, руки скрещивает на груди и прикрывает глаза. - вы похожи на кота, который ластится под весенними лучами солнца. так мило, - тихо смеется юноша, пока минхо бросает недовольный взгляд в его сторону. – меня зовут чан, кстати. а как я могу обращаться к вам? - котячье счастье. вас устроит? – язвит минхо и ухмыляется, ему интересно наблюдать сейчас, как темные глаза чана в солнечных лучах превращаются в карамельные. именно такие карамельки, как они в детстве с друзьями воровали в магазине у дедушки в пригородном городке. именно такие, которые перехватывали дыхание и распространяли тепло глубоко внутри. – можно просто минхо. приятно познакомиться. юноша подводит итог, и в голове появляется неудержимое желание, ощущение будто ему хочется снова услышать  голос незнакомца. хочется еще больше раствориться уже в нем, поскольку он полноценно поглотил перед ним солнце, создавая тень. - мистер котячье счастье, - минхо цыкает и слышит нежный смех чана. он поплыл. - почему вы так долго проводите время здесь вместо того, чтобы отдыхать и расслабляться в каком нибудь хорошем месте? - да так, всего лишь план побега провалился. вот и провожу самобичевание вместе с психоанализом, пока сижу тут, - минхо улыбается и чувствует, что между ними заводится легкая игра. где, в принципе, не нужно слишком много думать, а просто говорить. возможно больше никогда в жизни они не встретятся снова. но именно в тот день, в тот миг, это казалось полноценной картиной. а что последует после, минхо решает оставить на распоряжение уже судьбе. - план побега? звучит неплохо, - говорит чан и присаживается рядом с ним, придерживаясь безопасной дистанции. - я так понимаю, ты выпускник университета? - у меня прям на лбу написано? – удивленно спрашивает минхо и поднимает левую бровь. - у тебя рядом лежит обходной лист из университета, который необходимо заполнить перед защитой диплома. поэтому не так уж и сложно догадаться. почему рядом с чаном становится настолько комфортно и настолько тепло? почему он так просто поглощает все пространство собой и даже в непринужденном разговоре настолько расслабляет? минхо задается очень большим количеством вопросов за одну секунду и уже практически готов выволить все сразу на чана, а еще лучше схватиться за него, обнять и сбежать вместе. но к сожалению, он не находит сил что нибудь ответить на это, кроме как: - мне правда трудно сказать сейчас хоть что-то, извини, - минхо поджимает губы, но чан все так же продолжает с улыбкой смотреть на него и внимательно слушать. - тогда дай мне одну минуту, - говорит чан и указательный палец подносит к губам, дожидаясь одобрительный кивок от минхо. как только его получает, то быстро удаляется. что это было? минхо его отпугнул? он сделал что-то не так? почему как только чан уходит, то становится настолько пусто вокруг и более прохладно? и солнце уже не кажется таким теплым. минхо очень моментально растраивается, потому что до сих пор не может осознать, что произошло сейчас. он словно озарился светом и погас, вернувшись в стены реальности. в принципе, ожидать другого не приходилось. искорка азарта зажглась в нем также ярко, как и утихла. поэтому он просто протягивает ноги, устраивается удобнее и наслаждается тишиной. с другой стороны, так даже лучше. его хмурое и разочарованое настроение приятно улучшили, поэтому нахождение на улице ощущается совсем по другому. холодный ветер перестает его заботить, а уходящее солнце как-то подозрительно начинает припекать щеки. непривычно, хотя самое главное, что приятно. в следующе мгновение минхо тянется за телефоном, только чтобы проверить время и продумать свой абсолютно дальнейший план движений и то, как предстоит выбираться из всей заваренной каши. 17:17 тишина не длиться долго. потому что в сопровождении громкого сигнала поезда, минхо открывает глаза и видит в далеке приближающийся силует чана. тот бежит с двумя стаканчиками в руках из которых идет пар, и двумя кремовыми булочками в зубах. как только чан замечает глазами, что минхо неподвижно сидит на месте и смотрит на него холодным взглядом, он расплывается в улыбке, и в припрыжку старается идти в сторону нового знакомого. - заждался меня совсем? извини, пришлось побыть в очереди. ты ведь пьешь чай с мятой и лимоном? – протягивает ему стаканчик с теплым чаем чан и он кажется таким идеальным для минхо. юноша аккуранто качает головой и тихо смеется. – ого, у тебя такой милый смех. - спасибо. кстати, я люблю мятный чай с лимоном, как ты смог угадать снова? – принимает с его рук стаканчик и кремовую булочку минхо и кладет на лавочку рядом. - наверное, подсказала интуиция, - подмигивает чан и надпивает горячий чай. - а что еще она тебе подсказала? – задорно спрашивает минхо и подыгрывает новому знакомому в легком флирте. все кажется действительно таким простым и повсевдвневным, именно то, чего ему не хватало этого даже спустя года одиночества. - хм, ты правша или левша? – спрашивает чан и присаживается рядом на скамейку. только сейчас минхо замечает, что чан выглядит немного уставшим, когда тот моментами протирает запястья или старается прохрустеть шеей. как же ему хочется в этот момент просто погладить его по спине и облокотиться об плечо. наверное, это было бы чем-то каноничным и возможно романтичным, чтобы провожать закаты на вокзале именно так, если бы минхо не был бы аромантичным. - я могу писать двумя руками сразу, - смеется минхо и обращает на себя внимание чана. - о, правда? тогда проверь сейчас левый карман. минхо засовывает руку в карман и находит еще одну маленькую записку. бережно разворачивает и читает про себя: «ты сейчас счастлив?» - что? но как ты узнал, что у меня есть там записка? – говорит минхо, отсаживаясь немного дальше от удивления. настолько все просто и настолько приятно, что он сейчас разорвется на маленькие молекулы и растворится. потому, что это первый момент, когда кто-то попросил его обратить внимание на себя и свои искрение чувства. минхо все сразу понимает. - не задавайся такими вопросами, а просто наблюдай, как закатные лучи забирают солнце и все твои проблемы за собой. ты еще совсем юн и вся дорога ещё предстоит перед тобой, - проговаривает чан и прихлопывает его по спине. минхо не любит телесный контакт, ему всегда противно, но сейчас почему-то так хорошо и приятно внутри, что сердце тает и перехватывает абсолютно все дыхание. - обязательно будут поездки, встречи, смена обстановки, но сейчас нужно довести начатое дело до конца не смотря на то, как тебе трудно. запомни всего одну фразу навсегда, мой милый друг... и наступает долгожданный момент «после». входные двери захлопываются и минхо слышит родной, такой ласковый для себя голос. чан для него абсолютно весь мир, насколько пагубным бы это не было для него самого. но лучше мужчины в жизни - ему не видать, да и в принципе, другого совсем не хочется. - любимый, я дома. минхо подскакивает с места и таким пьяным взглядом смотрит на уставшего чана, который в свою очередь, аккуратно вешает пиджак на вешалке у входа в дом, снимает черные туфли и направляется на кухню. отросшие чёрные локоны достаточно выглядят небрежными и растрепаными, усталый, но тёплый взгляд в сторону минхо и кажется, его сердце растворяется вновь и вновь. минхо так сильно влюблён в чана. он так сильно хочет его всего и сразу. безумно хочет обнимать, приглаживая по сильной спине и утыкаться носом в шею. чувствовать приятный запах тела и кожи, который спустя года остаётся таким же родным и верным. чувствовать робкие и мягкие поцелуи по всему телу. и самое главное, ощущать каждой клеточкой полное счастье и безопасность. минхо настолько окован алкоголем в крови и минутой слабости, что от силы может только наблюдать, как чан тихонько посмеивается, качает головой и закатывает рукава белой рубашки до локтей, затем подходит к раковине и моет руки. - ты хочешь кушать? приготовить что нибудь? - спрашивает чан и вытирает руки вафельным полотенцем, специально предназначеным для этого. минхо помнит, как покупал его много лет назад для чувствительной кожи своего парня, и каждый раз, как в первый наслаждается видом перед собой. самые простые действия, но такие идеальные. минхо на мгновение не понимает совсем, как в одном человеке вместимость все самое потрясающее. - нет, все в порядке, - минхо все же поднимает пьяный, размазанный взгляд на парня и мягко улыбается. чан подходит ближе, всматриваясь в глаза минхо и мягко подушечкой пальца прикасается к кончику носа. ему хорошо. настолько хорошо, что именно в это мгновение больше совсем ничего не нужно, пока чан здесь. пока чан находится рядом. - а с джисоном что? я смотрю, вы хорошо присосались к алкоголю, - тихо смеётся чан, запуская пальцы в блондинистые волосы минхо и смотрит на джисона, который уснул за столом, приобнявши бутылку соджу. но смеётся ещё сильнее, когда видит, что пачка презервативов лежит рядом с его же рукой. за много лет чан знает постоянные шалости и проделки их друзей  настолько идеально, что он не удивляется и не выражает слишком яркие эмоции. он всего лишь посмеивается, качает головой, направляя взгляд в потолок. джисон и феликс такие сумасшедшие. - сними тапок и дай мне, - резко тишину прерывает минхо и ухмыляется. его абсолютно рандомные и неожиданные действия не удивляют никого. - что ты задумал? - снимай тапок, - с долей приказа говорит минхо и смотрит в глаза чану. завораживает, а может и колдует, пока тот прикусывает губу и улыбается. – ну, я же не прошу снять штаны вместе с трусами, хотя мог бы. дай мне просто свой блядский тапок. щеки минхо краснеют все больше и последние слова произносятся еще более невнятно. градус алкоголя в крови повышается с каждым движением (или же минхо уже настолько пьян, что начинает казаться, будто воздух даёт чувство опьянения.) и парень ещё сильнее впадает в прострацию. на утро он возможно и не вспомнит все, что было, но точно знает, что ему обязательно обо всем напомнят. вздох слетает с губ чана и он все таки повинуется. идеально слушается минхо, и за мгновение тёмный, мягкий тапочек оказывается у того в руках. раз. два. три. удар. - блять, - ругается сонный джисон, как только чувствует, что ему прилетает предмет в лоб, но даже не двигается. он настолько пьян, что окружающий мир не существует. с каких это пор хан джисона может перепить кто угодно? очевидно, что феликс на это все сейчас бы качал головой и вздыхал над спящим телом своего мужа. больше джисон не произносит ни одного звука. он будто бы в двадцать пять раз сильнее затих, пока две пары глаз пытаются наблюдать за хоть какими-то признаками жизни в его поведении. удивительно, как в школьные года ему удавалось напиваться до чертиков и собираться на уроки по утрам, когда сейчас просто даже не может сдвинуться с места. к сожалению, возраст абсолютно точно меняет переносимость алкоголя, и чан знает, что они полюбому пожалеют обо всем на утро. - вот паскуда, - хмыкает минхо и сразу икает. чан лишь смеётся громче и смотрит, как джисон прижимает бутылку ещё крепче. его друг мычит и бубнит невнятное под нос, а затем резко возвращает к абсолютно умиротворенному сну, так и не сдвинувшись с места. минхо закипает изнутри от чувства несправедливости. он же так сильно хочет внимание джисона, что повторно готовится нанести удар. во мгновение ока рука чана перехватывает тапочек и старается отобрать его, но тот на этом совсем никак не останавливается. поэтому следующим шагом со его стороны оказывается резкий переворот на 90 градусов и одним лёгким движением руки, но с такой мощной силой происходит глухой щелчок. минхо так сильно готовился, так напрягался, только чтобы щелбан на лбу джисона оказался просто невероятно идеальным. даже было бы еще лучше, если образовалась памятная шишка с надписью «заснешь пьяным – уебу, обидишь феликса – убью». минхо хныкает и прыгает на месте так, словно обиженный ребенок. чан перестает защищать, и просто облокитывшись об подоконник, наблюдает за его дальнейшими принятыми решениями. - чан, ну он снова пьян в дерьмо и снова спит за столом на нашей кухне. ну почему он такой болван? - все жалуется и жалуется минхо, активно жестикулируя руками и заедая многие буквы в словах. такой смешной и такой любимый. - конечно, еще скажи, что это только он всосал десять бутылок и вырубился, а ты вообще не причем, - чан наблюдает за минхо, пока тот переводит строгий взгляд и сразу меняется в лице, принимая на себя образ обиженного ребенка. он накидывает капюшон на голову и затылком снова прикасается к холодной стене. пелена постепенно  спадает перед глазами, становится легче дышать и в ушах пробивает затычки, словно, тот выбирается из груди. минхо слышит медленное сопение джисона с длительными перерывами мертвого молчания и тихо движующуюся стрелку часов на стене. его взгляд фокусируется на чане, который пристально наблюдает за спящим другом и выжидает следующие указания. парень устал, но все также продолжает возиться с каждым из них и ждать момента, как все остепенятся наконец, разойдясь спать по своим углам. - за что ты так с джисоном? почти его тут прибил на нашей кухне, - отходит от окна чан и приближается к возлюбленному. - а я его не прибил, а отрезвил, - уверенно заявляет минхо, пока чан подойдя ближе, наклоняется к нему и пристально смотрит в глаза. – не смотри так на меня. - не смотреть как? - влюбленно. - а, - коротко произносит чан и оставив мягкий поцелуй на губах, отходит. –  пора спать. тебе на работу завтра. минхо обиженно дует губы и опускает взгляд в пол. дурацкая работа и дурацкая жизнь. еще и джисон примчался из другого города, потому что камушки собрать на диком пляже ему захотелось. минхо так просто хочется жить с чаном и кружиться вокруг него днями и ночами. - сиди тут, я сейчас вернусь, - приказывает чан и выходит из кухни. по всей видимости, он направляется в сторону их спальни, чтобы расстелить кровать, приготовить одежду и вернуться обратно. чан всегда так делает, когда минхо напивается. он всегда заботится о нем больше, чем можно себе представить. тем временем, чан открывает окно и впускает холодный, свежий воздух апрельской ночи в комнату и плотно закрывает шторы, дабы свет уличных огней не беспокоил и без того тревожный сон. он ведь знает, как никто другой что минхо спит достаточно чутко и любые раздражители – залог его противного настроения на весь последующий день. поэтому обезопасить всех вокруг его самая главная задача. разворачиваясь в маленькой комнате всего лишь в противположную сторону, чан на какое-то время включает на столике тусклый, маленький светильник и откидывает белое одело на другой край кровати. у столика открывает ящик и достает хлопковую пижаму со звездочками, которую нужно будет попытаться натянуть на вредного минхо. перед тем, как выйти, он еще раз пробегается глазами по периметру комнаты и коротко кивнув, возвращается на кухню. минхо все также неподвижно смотрит в сторону спящего джисона на столе, хотя сам практически засыпает от усталости. кажется, уровень алкоголя в крови падает, поэтому чан смело направляется в его сторону и помогает встать. минхо встревожено смотрит на возлюбленного от резких движений и затем снова переводит взгляд на джисона. - не переживай, я позабочусь о нем, - приподнимает минхо за плечи и придерживая отводит в комнату. иначе уже главный щелбанчик, в свою очередь, поцелуется лбом с каким нибудь косяком или углом в квартире. минхо кивает на его слова и движется в сторону спальни. кажется, словно мужчина делает это максимально уверенно и непринужденно, но на самом деле, всему заслуга чана, который контролирует все его движения. шаг за шагом и они вдовоем оказываются в комнате. еще шаг и минхо приземляется спиной на кровать, прямо в мягкие подушки. холодный воздух немного помогает легче дышать и автоматически прикрывать глаза от усталости. минхо хорошо сейчас, но одновременно так трудно от ноющей усталости. он чувствует теплые руки на своем теле, мягкие и нежные поглаживания кожи, вызывающие миллионы мурашек по коже. чан нависает над минхо и упирается коленями между ног, оставляет мягкий поцелуй на губах и кончиком пальца дергает идеально ровный носик. затем он быстро возвращается в сидячее положение и ловко двумя руками снимает кофту, тем самым оставляя минхо абсолютно с обнаженным верхом. чан замечает, как его возлюбленный начинает ёжиться на месте и быстро тянется на противоположный край кровати дабы схватиться за пижамную кофту и натянуть на сонного парня. на мгновение он замирает и абсолютно не двигается, а затем сползает ниже и оставляет влажный поцелуй в области пупка. а затем еще один и еще один, пока не входит во вкус и не переходит на укусы. чану настолько сильно нравится полноценно владеть всем минхо в любом состоянии. настолько сильно нравится проводить кончиком языка по коже, касаться губами каждой маленькой родинки, каждого пятнышка; кусать, влажно облизывать и посасывать до слабых меток. все его и все настолько родное, что крышу сносит. чан оставляет последний поцелуй у краев нижнего белья и проводит губами, прежде чем схватиться зубами за мягкую кожу и присосаться всего на мгновение, пока минхо кучерявые волосы в пальцы запускает и сладко стонет. парень пропускает локоны сквозь пальцы и слышит отдаленько, как возлюбленный с тихим рычанием хватается за упругие его бедра и продолжает цепочкой оставлять невозможно влажные поцелуи. - любимый, как же я хочу всего тебя, - срывается с губ минхо и он выгибается в спине от очередного укуса на бедрах. он не заметил совсем, как чан умелыми движениями стянул штаны и губами спустился ниже. – я хочу только тебя всего и никого больше. - я здесь, котёнок. я весь только твой, - шепчет чан и отсраняется от минхо. – но котёнку пора спать, ты будешь очень уставший завтра. чан смахивает светлую челку минхо с глаз и целует в щеку, пока тот активно и увлеченно кивает. он уже невыносимо устал. поэтому быстро нужно переодеваться и ложиться. мягкая ткань легко проскальзывает через голову и чан аккуратно помогает просунуть руки в рукава. затем натягивает штаны повыше и перекладывает минхо на левую часть кровати. - сегодня снова был тяжелый день, любимый? – спрашивает чан и обнимает сзади минхо. он рефлекторно поднимает голову, чтобы парень мог просунуть руку и крепкой хваткой обнять за шею. минхо щекой облакачивается о предплечье и чувствует, что чан настолько близко, что его дыхание щекожит щею. - сегодня снова был невыносимый день, - повторяет минхо и тем самым, подводит итог. чан снова легонько качает головой и другой рукой поглаживает парня по животу. он знает, что временами стресс и проблемы накапливаются и знает, что вынести абсолютно все невыносимо. а еще он знает, что минхо не любит говорить об этом из-за глупых мыслей, что чан слишком занят своей работой, дабы беспокоиться о нем. Просто за все года, становится легко понятным в безмолвной тишине и теплых объятьях. - ты счастлив?, - на что минхо лишь кивает и устраивается удобнее. чан тихо смеется в шею. сердце пропустило сильный и заветный удар, как только чан продолжил свою речь, словно в их первую встречу: - моя любовь, помни, что самое темное время всегда наступает перед рассветом.