Сквозь ноты и чувства

Недели шли. Тур продолжался — города менялись один за другим, залы взрывались овациями, и только одно оставалось неизменным: их двое. Их взгляды сквозь толпу, их случайные прикосновения, ночи в отелях, когда они тихо засыпали в объятиях, будто всё между ними — настоящее, и ничто не сможет это разрушить. Но в глубине души Сильвия чувствовала приближение чего-то… другого. В её телефоне лежало письмо от агента. Предложение, от которого нельзя отказаться: контракт с американским лейблом, запись сольного альбома в Лос-Анджелесе. Она не могла игнорировать его — это был шаг, которого она ждала всю жизнь. Только раньше ей казалось, что этот шаг будет радостным. После одного из концертов она тихо постучала в дверь его гримёрки. Он сидел на диване, сняв пиджак, в расстёгнутой рубашке, с бутылкой воды в руке. Его волосы были влажными от сцены, голос чуть охрипшим — именно таким она любила его больше всего. — Ты хорошо спела сегодня, — сказал он, глядя на неё. Она кивнула, на мгновение задумалась… и сказала тихо: — Мне предложили контракт. В Лос-Анджелесе. Запись, продвижение, альбом. Он не понял сразу. — На сколько? — Пока без срока. Возможно, надолго. Он молчал. Просто смотрел на неё, будто пытался осмыслить. — И ты уедешь? — Пьеро… — она сжала пальцы, — Я не могу отказаться. Это то, к чему я шла. Это шанс. Настоящий. Он встал, прошёлся по комнате. — А мы?.. — спросил он почти шёпотом. — Что будет с нами? — Я не знаю… — её голос дрогнул. — Возможно, нам нужно быть просто друзьями. Это будет правильно. Пьеро отвернулся. Она не видела его лица, но чувствовала, как в нём борются эмоции. Наконец он выдохнул: — Ну что ж… правильно — так правильно. И ушёл, даже не глянув на неё. Утро в аэропорту было серым. Всё казалось чужим — даже небо. Она сидела у выхода на посадку, пальцы дрожали над чашкой кофе. Она почти не спала. Её чемодан стоял рядом, билет в руках, а в сердце — пустота. И вдруг — знакомый силуэт. Он шёл быстро, будто боялся, что опоздает. В руках ничего, только он сам, такой, каким она его любила — настоящий, искренний, взъерошенный. — Ты правда хотела уйти без прощания? — сказал он, остановившись перед ней. — Просто исчезнуть? Она подняла глаза, и в них отразилось всё — любовь, боль, страх. — Я боялась, что если останусь — забуду про себя. Про то, чего хотела. Он кивнул. — Я понимаю. Ты должна ехать. Но только знай — я не могу быть твоим другом. Я не могу видеть тебя рядом… и не прикасаться. Не целовать. Не держать за руку. Он подошёл ближе, взял её за плечи, и она почувствовала, как внутри неё всё рушится. — Я люблю тебя, Сильвия. И если ты улетишь — я всё равно тебя найду. Потому что не могу иначе. Она не ответила словами. Просто сделала шаг, уронила голову ему на грудь и поцеловала — крепко, отчаянно, будто этот поцелуй был их единственным моментом.