Михал Юрич

Князев быстро минует множество ступеней, довольно юрко для своей комплекции проносится по коридорам и, наконец найдя нужную дверь, заходит без стука. В гримерке всего несколько человек: Яша пытается настроить гитару, по-позерски поставив ногу на стул; Паша что-то активно втирает цедящему пиво Поручику; а Миха сидит у зеркала и безразлично наблюдает за своим отражением, пока юная девушка приводит его в божеский вид. А то круги под глазами такие, что можно уже считать Мишку не бурым медведем, а пандой. — Мне б с Михал Юричем поговорить, — подал голос Андрей, замирая недалеко от зеркала и внимательно вглядываясь в Мишу. Тот отреагировал на своё имя мгновенно: взгляд прояснился и сразу соскользнул с собственного отражения на отражение замершего недалеко Андрея. Миша тут же ожил, суетливо махнул рукой в сторону двери и девушка-гример поспешила покинуть помещение. — Наедине, — добавил со стальными нотками Андрей, на мгновение переводя взгляд на продолжающих заниматься своими делами музыкантов. Те нехотя замолчали, перевели взгляд на Мишу и, получив такой же жест, как и гримёр минуту назад, неспешно удалились. — А чего так официально, Князь? — усмехнулся Миша, разворачиваясь вместе с креслом и насмешливо уставился на Андрея. — Миха, отьебись. Не с тобой говорю, — отмахнулся от него Андрей, словно от надоедливой мошки и легко опустился на колени перед ним, положил ладони на колени и внимательно уставился на пах. — Михал Юрич, я прошу вас не подрывать наши выступления. — Ты чë творишь? — возмутился Миша, весь мгновенно подбираясь, и сбросил чужие ладони со своих колен. — Разговариваю с Михал Юричем, — закатив глаза сообщает Андрей, смотря на Горшка как на идиота. — Это ж хуй! Мой хуй! С чего я Миха, а он Михал Юрич? — продолжает возмущать Миша, но больше из-за того, что его член называют по имени-отчеству, а его нет. — Потому что по габаритам он на Мишку вообще не тянет, а на Михал Юрича — вполне, — хмыкнул Андрей, перенося свой вес с коленей и усаживаясь на пятки. — Какого хрена ты с моим хуем разговариваешь? — продолжил возмущаться Миша, дико вращая глазами, но ничего не предпринимал. Даже с кресла не соскочил, а продолжал сидеть, широко разведя колени. — Он более сговорчивый чем ты. А ещё очень приветливый. Даже сейчас поднялся, чтобы поздороваться со мной, — ровным тоном ответил Андрей, словно подобная ситуация не являлась крайне странной. Он опустил взгляд с раздражённого лица Михи, что аж пятнами начал покрываться, на его пах и хорошо заметную вздыбленную ширинку. Князь от вида чужого возбуждения весело прицокнул и с дружелюбной улыбкой ткнул указательным пальцем в чужой пах, ласково приговаривая. — Спасибо, Михал Юрич. Вы такой вежливый член. — Ты издеваешься что-ли? — тут же начал орать Миша, поспешно шлепая по чужой руке, чтобы тот её подальше убрал и перестал тыкать, будто Михаил вообще позволял когда-нибудь такую наглость. — С чего бы? Просто поговорю с Михал Юричем и уйду, — пожал плечами Андрей, хитро блеснув своими голубыми глазами из-под тонких бровей. Заметил паршивец, что Миша больше смущается, нежели злится. Врасплох его застали, вот он и не знает куда себя деть и как на такое вообще реагировать. Не каждый ведь день перед ним на колени опускается лучший друг, хотя с этим сейчас Миша готов поспорить, и просит поболтать с членом. Это ж абсурд какой-то, хоть и в стиле Андрея. Ведь тот всегда был припизднутый у них. Со своим миром в голове. Но никогда не опускался до такого. Или опускался, но Горшок об этом не знает? Андрей же тем временем осторожно сменил позу, неотрывно следя за лицом собеседника, чтобы тот не успел сообразить. Перетёк снова с пяток на колени, подползая поближе, чтобы ровнёхонько оказаться между разведённых ног и медленно опустил ладони на Мишины колени, мельком замечая, что тот вздрогнул, мгновенно сфокусировал свой тёмный взгляд на Князе, но препятствовать никак не стал. Возможно, ещё не успел сообразить. — Позволишь? — томно мурлыкнул Андрей, ладонью поглаживая напряжённую ногу от колена до паха и обратно. — Я всего ничего с ним поболтаю и всё. Больше докучать не буду. — Делай чë хочешь, — пробурчал в ответ Миха отчаянно краснея, хотя и так уже был как варенный рак. Даже взгляд отвёл, словно пытаясь отгородить. — Спасибо. Михал Юрич, я понимаю вас. Такое счастье, что спячка наконец прошла и вы можете гордо выпрямиться и показать себя миру. Но из-за ваших размеров, вы смущаете пять рядов зрителей. Кого-то вы пугаете, кого-то приводите в экстаз, а кого-то вынуждаете чувствовать себя неполноценным. Я вас не осуждаю. Вам хочется показать себя. Да и музыка очень нравится, что сложно не встать. Но прошу вас. Держите себя в штанах. Хотя бы не настолько сильно выделяйтесь. И ещё... — Андрей бросил быстрый взгляд вверх, на Миху и, чуть придвинув лицо ближе к паху, прошептал: — Присмотрите за ним. — Как мой хуй это сделает? Андрюх, ты реально уже двинулся! — если бы не такая опасная близость чужого лица к паху, Миша бы точно вскочил на ноги, но мордаха Князя находилась слишком близко, что была огромная вероятность при попытки подняться своим пахом в эту мордаху впечататься или впечатать мордаху в пах. Но ведь итог-то один будет! Поэтому Миша просто начал размахивать руками, злобно буравя взглядом лицо Андрея. — Ну извини, что доверяю твоему члену больше чем тебе, — хмыкнул Андрей в ответ и ведь ни на сантиметр не сдвинул свою морду. — А какого хрена ты вообще доверяешь моему члену? Чем он такое доверие вообще заслужил? — ввязываться в столь престранный диалог не хотелось бы, но пришлось. Должны ведь хоть какие-то границы быть у такого абсурда. Хоть какие-то... — Он не говнит как ты. Мои стихи и музыку не принижает. Даже вежливо приподнимается в моей присутствии, — принялся загибать пальцы Андрей, наконец отстраняясь от Михиного паха. — Нахуя ты на мой хуй смотришь вообще? — рыкнул Миша, зацепившись за другое. Чужое внимание к промежности попахивало не жаренным, а вполне ощутимым пиздецом. Это ж так по пидорски. Он ведь за Князем никогда не замечал какого-то интереса к себе или другим мужчинам в плане... Извращённом каком-то и низменном. Андрея ведь всегда бабы интересовали, а тут вдруг решил наблюдать за чужим членом. Странно это было и как-то не вписывалось в представления Горшка. — Оля упомянула, что твоё либидо восстановилось и теперь тело, точнее конкретно Михал Юрич, требует своё. А ты, сволочь распоследняя даже не уделяешь ему внимание, — фыркнул Андрей, снова обращая свой взор на чужую ширинку, позабавленно улыбнулся. — Игнорируешь его желание извергнуть из себя маленьких Мишек. — Если ты так его уважаешь, то протяни руку помощи, — не подумав, брякнул вдруг Миша, вскользь замечая как хорошо смотрится Андрей между его ног. Но опомнился сразу, да только поздно уже было. Сказал уже. Вечно язык быстрее головы. — А ты не против? Злиться ведь будешь, — глаза свои голубые Андрей насмешливо прищурил, руки опять расположил на чужих коленях. — Не буду, — поспешно помотал головой Михаил, ощущая неведомое томление, что щекотало его изнутри от одной только мысли. Низменной и неправильно, но отчего очень желанной. — Тогда Михал Юрич я сейчас же вам помогу. Сначала освободим вас из этого неприятного плена, — деловито забубнил Андрей, легко расправляясь с ремнём и молнией, приспустил резинку трусов высвобождая тяжёлый член с крупной бордовой головкой. Приветливо улыбнулся его члену, будто давнему приятелю. — Рад вас видеть Михал Юрич! Вижу вы тоже рады! Тогда приступим? — Перестань уже разговаривать с членом! — недовольно пробурчал Миша, испытывая противоречивые чувства: очень уж хотелось прикрыться, спрятать член обратно в штаны, чтобы Андрей не смотрел, а с другой — чтобы тот поскорее начал ему дрочить, чтобы доставить удовольствие. А может даже... — Хочешь, чтобы я рот занял чем-то более полезным? — фыркнул Андрей, совершенно без задней мысли отвечая подобным образом. — Да. Возьми-ка его в рот, Андро, — Миша решил, что раз начал, то можно уже и во все тяжкие. Андрей от такого предложения глаза растерянно округлил, даже чуть отшатнулся было, но быстро пришёл в себя от такого заявления и неожиданно покорно склонился к дернувшемуся от предвкушения члену, осторожно лизнул от яиц до уздечки и, собравшись с духом, заглотил головку. Отторжение это не вызвало и преисполненный тем, что у него выходит, Андрей взял до половины, но тут дело застопорилось. Головка упёрлась в стенку горла, организм захватила паника из-за нехватки кислорода и пришлось отстраниться. Набрать побольше воздуха, собраться с мыслями и ещё разок насадиться ртом на член. В этот раз получилось чуть лучше, но тоже до половины. Андрей вновь отстранился, решил немного отвлечься и пропустил за щеку, старательно очерчивая языком каждую венку. Обхватил пальцами у основания и принялся совершать поступательные движения, компенсируя таким образом отсутствует возможность взять всю длину. — Андрюх, ты прям заправская минетчица, — посмеялся Миша, роняя ладонь на чужой затылок и ероша русые волосы. — А в горло можешь? — Для первого раза сойдёт и так, — отстранившись, отмахнулся Андрей, продолжая сверлить член. — Андрюх, так мне не первый раз отсасывают, — посмеиваясь сообщил Миша, отчего совершенно не ощущая стыда или отторжения. Будто бы место Князя всегда была между его ног, а голова в промежности, чтобы рот приятно обволакивал член. — Зато я первый раз в жизни отсасываю, поэтому сделай мне скидку, — фыркнул Андрей, на пробу двинув рукой чуть жёстче, большим пальцем надавил на головку. Миша сразу зашипел, невольно сжимая в кулак влажные прядки. — Впервые? А разве ты не отсасывал в нашем туре по Америке у Ренегата? — теперь удовольствием как-то слишком стремительно отошло на второй план. Всё сущность захватил неподдельный интерес. — Ты двинулся что-ли? Я с ним даже не целовался и уж тем более не прикасался к его члену, — возмутился Андрей, отвлекаясь от гипнотизирования члена, и вскидывая голову, чтобы в глаза посмотреть, но рукой продолжил двигать. — Да я в жизни в руке член держал только свой и твой. — Сейчас? — уточнил Миша, не придумав ничего лучше, ведь новость для него стала неожиданной. Он отчётливо помнил, что в их туре по США Реник около Князя увивался каждую свободную минуту, копытами своими его приобнимал, волосы осветленные ерошил спокойно, ласково его называл постоянно, делал всё что пожелает, а Князь и не противился, принимал всё так, будто это нормально было. В порядке вещей у них. — Нет. Когда ты был угашенный и пьяный в начале двухтысячных, — поморщился Андрей, намеренно сжимая ладонь сильнее и вырывая из Горшка шипение. — Приходилось помогать, ведь поссать ты один нормально не мог. — Ренегат сказал, что вы трахались, — зачем-то брякнул ошеломлённый Миша, широко открытыми глазами пялясь на Андрея. Такого одновременно родного и чужого Андрея. — Если бы мы трахались, то я бы с ним селился, а не таскался за тобой как верная дворняга, — закатил глаза Андрей, снова принимаясь дрочить, а потом и вовсе взял в рот, чтобы избежать дальнейших разговоров. — Андро, ты не похож на дворнягу, — хмыкнул спустя минуту Миша, зачесывая чужие волосы со лба. Андрей поднял взгляд, блеснув потемневшей радужкой, чуть двинул головой на встречу руке, но член изо рта не выпустил. Продолжил держать головку в нежном плену, но никаких движений не совершал, будто издевался. — Ты такая блядь, Андро, — прохрипел Миша, смещая руку на затылок Князя и чуть надавил, чтобы он перестал глазеть и принялся за более важное дело. Князь и принялся, вобрал в рот ствол наполовину, покрутил головой, будто пытаясь подобрать более удобное положение, щеки втянул, чтобы было поплотнее и чуть не задохнулся, когда чужая крепкая рука с силой надавила на макушку, вынуждая взять ещё больше. Замычал Андрей протестующие, хотел двинуться назад, но крепкая ладонь властно надавила сильнее, вынуждая двигаться только вперёд. Андрей отчаянно схватился Мишину руку, пытаясь сбросить, а другой рукой упёрся в кресло, стараясь отпихнуть. — Андрюш, ты сам согласился. Теперь давай-ка до конца, ё-моё, — хрипло выдохнул сверху Миша, решая действовать по-другому и двинул немного бёдрами, надеясь хоть немного сдвинуться, но как-то так неудачно двинулся, что вздёрнутый Князевский нос упёрся ему в пах. Андрей замер, Миша замер, время будто замерло. Миша уже с перепугу хотел стянуть с себя Андрея, даже взмокшие русые прядки на затылке прихватил, но пальцы Андрея предупреждающе сжались на его запястье и тот вдруг шумно задышал носом, заметно раслабляя плечи. А потом медленно выпустил член изо рта, откашлялся и продолжил отсасывать, словно его ничего не волнует. Словно он минуту назад не начал паниковать из-за того, что его насильно до конца пытаются насадить. И стал ему сосать неожиданно технично, без всяких ненужных перерывов на панику, кашель и собственную неопытность. Процессу полностью отдался настолько, что Миша только и мог, что зажимать себе рот, лишь бы жалкий стон не сорвался с губ. Не то чтобы у Андрея получалось шикарно, Миша видал и получше в плане техники, но энтузиазма Князю было не занимать, да и одно только осознание того, что между ног у Горшка не очередная группиз или напористая театралка, а сам Князь... Княже его. Вот она макушка русая, вот серёжка в левом ухе блестит и вот глаза сказочные его, голубые, почти синие от похоти. Правда дорожки от слёз невольно хлынувших как-то сбивали, но это ведь была лишь реакция организма. И одна только эта информация, что такой пиздец горячий лишь для него одного, завязала внизу живота тугой горячий узел. — Андрюх, а можешь... — хрипло выдохнул Миша, ласково погладив того по головушке чудесной и тот сразу остановился, вскинул взгляд мутный. Волосы русые в полнейшем беспорядке, губы красные, взгляд... Тут описать сложно насколько этот взгляд многогранен, но определённо горячий. Сам вид Андрея стоящего на коленях и смотрящего на него, ждущего дальнейших слов или действий невольно подтолкнул его к черте. А последовавшее за секундным перерывом вопросительное мычание и вовсе за эту черту выкинуло и рука невольно, совершенно инстинктивно, опустилась с макушки на загривок, притянула вплотную к паху, нуждая снова взять полностью, а потом опешивший Андрей оказался не только нанизан ртом, но и заполнен чужой теплой спермой. Стоило ладони на затылке перестань давить, стоило Князю почувствовать хоть толику свободы, как он сразу же грохнулся на задницу, вскинул голову вверх и трижды громко сглотнул под ошалевшим взглядом Горшка. — Ну что? — тут же ершисто спросил Андрей, утирая губы тыльной стороны ладони. Мгновенно колючим стал, даже взгляд похолодел. — Сплюнуть надо было? — Бля, — хрипло выдохнул Миша и, напрочь забывая про растегнутые штаны, кинулся к Андрею, поспешно прижал его к себе. — Ну мог и сплюнуть. Хули проглотил? — Это общая гримерка, — выдал серьёзно Андрей, стараясь говорить тише из-за того, что с непривычки голос надсадил. — Ребятам хватит и моего разьебанного вида, зачем ещё и следы спермы находить? Тогда точно решат, что мы тут трахались. — А мы тут что тогда делали? — удивлённо спросил Миша. — У меня был конструктивный диалог с Михал Юричем, — приосанившись, выдал с серьёзной миной Андрей. — Он не закончил переговоры, — вдруг нервно прыснул Миша, опуская взгляд вниз. Будто это не его член снова начал наливаться. — Ни стыда ни совести. Тридцать семь лет уже, а восстановился как у шестнадцатилетнего юнца, — восхищённо выдал Андрей, с интересом рассматривая чужую промежность. — Завидно? — хмыкнул Миша, как-то не решаясь взгляд поднять. Вдруг между ними всё же что-то поменялось? — Очень. Прям так и хочется забрать Михал Юрича себе, — притворно-тягучим голосом с придыханием ответил Андрей, а потом вдруг продолжил уже своим голосом. — Слушай, Мих, а можно я с него слепок себе сделаю? — Зачем тебе? Меня что-ли мало? — опешил Миша, вскидывая взгляд со своего члена на мордаху Князя. Вот лучше бы и не смотрел. Вид у того был всё тот же затраханный. — Мне бы отдельно Михал Юрича. Без неугомонной лохматой башки, в котором застряла идея с театром. Точнее, с чуждой нам идеей для постановки, — на последнем Князь откровенно скривился, словно... Хотя ни разу не словно, ему реально было неприятно разговаривать о театре. О предстоящей постановке. — Ты опять?! — мгновенно набычился Миша, даже невольно, раздаваясь в плечах и нависая над растерянным Князем. — Вот об этом я и говорю, — хмыкнул Андрей, протягивая ладонь и бережно обхватывая колом стоящий член, отвлекал ведь гад, блаженно при этом улыбаясь. — А так, у меня будет свой собственный Михал Юрич. — Ещё чего! В комплекте он идёт со мной, — фыркнул Миша, старально маскируя за этим едва различимый стон, и поспешно подцепил чужой подбородок, напористо впился в припухшие губы. Андрей в его руках замер, но губы покорно разомкнул, впуская в рот юркий наглый язык, что тут же принялся хозяйничать. Не стал даже инициативу перехватывать, за что Горшок был ему благодарен. — Целоваться что-ли разучился, Андрюха? — посмеиваясь спросил Миша, нехотя отстраняясь. Уж слишком вкусным оказался этот паршивец, хоть и был привкус какой-то терпкий. Видимо, это уже его вкус. — Ты чего? Ответом ему была красная морда Андрей, что безуспешно пытался хоть как-то прикрыть лицо, но под рукой ничего нужного не оказалось и он судорожно натянул на лицо футболку. — Хули ты рожу прикрываешь-то? Смущаешься? И это я странный после такого? Значит как отсасывать, так это запросто. А как целоваться, так красно девицей сразу оборачиваешься! Не честно этом! — разразился тирадой удивлённый Горшок, ведь такого развития он точно не ожидал. Дело своё тёмное этот колдун недоделанный сделал спокойно, а из-за такой мелочи тут же помидоркой обратился. — Ну чего ты, дурак, сразу с поцелуями полез. Тебе делать больше нечего? — плаксиво выдал Андрей, не показывая мордаху из укрытия, но красные уши выдавали его с головой. И это-то Мишу и цапануло. Смущение чужое как горячей водой ошпарило внизу живота и развязало язык. Миша поспешно подполз к Андрею ближе, попытался футболку с морды стянуть. — Я тебя может поцеловать захотел! И ещё поцеловать хочу! И в трусы залезть хочу, чтобы почувствовать какой ты мокрый весь, — не стал молчать Миша, горячо шепча о своих желаниях. Видимо, Князь умудрился открыть коробочку Пандоры своим «разговором с Михал Юричем». — Не кончил ведь. А хочется. Вон как мнешься. — Я сам, — поспешно выдал Андрей, наконец показывая моську и предпринял даже попытку свинтить, однако был мгновенно остановлен. — Ну куда уж ты собрался, Андро? — легко перехватив этого горе беглеца бархатно зашептал Миша, наваливаясь сверху и с желанием взглянул в растерянные глаза напротив. — Я может тебе хочу тоже удовольствие доставить. — Спасибо, мне и так нормально, — поспешно выдал Андрей, не зная куда себя деть. Он тут без задней мысли устроил... Он сам понять не может что... Коньяк, видимо, в голову хорошо так дал, что инстинкт самосохранения напрочь отключил. Так ещё и моральные устои на хуй послал. Отлично. Ничего не скажешь. Гениально даже. — Я просто хотел поговорить с Михал Юричем, — обречённо пробормотал Андрей, уворачиваясь от настойчивых губ Горшка и старался не сильно реагировать на жадные руки, что по телу его скользили. — А Михал Юрич не наговорился ещё, — оскалился Миша, наконец устраиваясь ладони на мягких боках и решительно потянулся к притягательным губам. Последней здравой мыслью Андрея, пока им не овладел Миха, было чистое любопытство — «Через сколько дверь в гримерку отвориться и их застанут?»