Glück

Кода парень прошел в дом, было довольно тихо, везде был выключен свет. Меняя обувь на желтые тапочки, не отрывая их от пола, шоркая и постанывая, Кавех дошел до кухни и рывком открыл старый холодильник, что чуть-ли не сыпится от обилия магнитов и выуживает баночку энергетика. Так же не отрывая ног от пола, он проходит в комнату. Будучи подростком, мать могла бы ворчать за беспорядок, мусор, уже несколько недель не меняную постель. Сейчас же, некому ему предъявить за хаос, который блондин раздвигает ногой и садится на пол. На фоне играет музыка с телефона, в такт которой дергает ногой он, склеивая макет дома, пачкая ламинат клеем пистолетом и красками. Уже несколько дней в груди странное чувство, словно органы давит невидимая рука, а тошнота с электрички так и не прошла. Легкие сжались, когда в коридоре послышался звон ключей, громкий хлопок дверьми, на что музыка с динамика перешла в проводные наушники. Утром горечь от сигарет смешивалась со вкусом зубной пасты, мята и подсластителя, - Черт... – выругался Кавех, случайно царапая зубной щеткой десну и прикрывая рот рукой, чувствуя боль и легкий привкус крови. Пройдя на кухню, где уже сидел аль-Хайтам в наушниках и залипал в телефон, «Да что он там постоянно делает…?» задаваясь вопросом, нахмурился он и кивнул, получая тем же жестом «Доброе утро», что всегда хотелось услышать словами. Сразу же наклоняясь к холодильнику, парень выуживает пачку готовой карбонары, закидывая в микроволновку и уходя на балкон покурить. Через некоторое время он возвращается, но встречает его только холодная и пустая кухня, чашка уже помытая стоит на столе, а из коридора с треском ударил шум закрывающейся двери. Кавех даже выдохнул, падая на шатающийся стул и вилкой, довольно лениво, начал есть холодную местами пасту. Холод зацепил Кавеха при выходе из электрички, забираясь под куртку, охлаждая ткань джинс и неприятно прилипая к ногам. Дрожа, почти прилипая влажной ладонью к металлической ручке, парень быстро ныряет в кофейню, теплую, пахнущую свежим кофе, выпечкой, лавандовым сиропом. Кивая Сайно, он скидывает куртку и исчезает в комнате для персонала, быстро стягивая с себя толстовку, что зацепила футболку, почти оголяя торс, - Вау... Бесплатно? – Кавех шугается и чуть-ли не падает, поворачивается и через полу-стянутый ворот смотрит на сидящего Скарамуччу между коробок с приемкой. спокойно жующего списанный сендвич и его одноразовую электронку рядом. Кавех чертыхается в возмущении и почти ногой снимает толстовку, вылезая из нее, он приглаживает волосы, похожие на одуванчик от статическогоэлектричества, - Если камера не смотрит в этот угол, это не значит, что можно прятаться тут пол смены, - «…Скарамыш…»  добавил про себя парень, но поджал губы и вышел посмеиваясь, торопясь поделиться своим гением с Сайно, что точно оценит эту шутку юмора. Через пол часа Скарамучча вышел из своего укрытия под дикий смех гиен, пугая своим лицом девочку подростка у кассы, а после сразу начал принимать заказ. Ближе к концу обеда, парниша уходит и показывает за спину средний палец, ведь его калит не сколько тупая шутка, сколько «тупые рожи и пошли к черту, вот уволюсь и сдохните тут вообще без меня». Два брата по разуму еще долго хихикали и пытались повторить его в пантомиме, но внезапная толпа разрушила их «вайб», по словам Сайно, закатывая в драме глаза и имитируя смерть, что предсказал самый потешный в команде. - Не, как он вообще сюда попал? Живет на другом конце города, учится там же, сам иногородний, - рассуждает блондин, скидывая кофейную плюшку в мусор к остальным, а Сайно пытается впечатлить мелкого пацана своими навыками жонглирования, но роняет один из сиропов и ловко ловит его ногой, как только замечает Тигнари, чьи глаза явно выражают ауру скорого убийства, - Его родственница или кто она ему, тут работает через пару улиц и Скар остается у нее иногда. Челу уже… Сколько ему? А все еще вайбит пубертатом, - вроде серьезно говорит Сайно, видимо, найдя новое прикольное слово и пихает его куда не надо, - Сайно, отдай малому уже какао, - командует Тигнари. Кавех уже ловит эту ноту задорности, смеется и шутит, внутренняя пустота наполняется чем-то теплым, светлым и согревает, словно проблем у него вообще нет. Он наблюдает, как Сайно задирает рукав рубашки, где виднеется татуировка, на которую лупит явно с интересом Тигнари. Однажды неудачно пошутил, теперь этот юморист гуляет с непонятными символами на предплечье, а между, реалистичная лилия, крашенная в черный. Кавех осмотрел свои чистые руки, длинные, худые и бленые, - Тоже хочу-у-у…- тянет он, растекаясь по барному стулу, - Я три раза практически, вот, стоял у дверей салона, но что-то мешает, - Здравый смысл? – осекает Тигнари, получая наигранный обиженный взгляд и мини-постановку инсульта от Сайно. Тут открывается дверь и в проходе материализуется невысокая девушка в светлом пальто и двумя рыжими хвостиками, что светится, словно то самое летнее солнышко и огромная фигура сзади. Если кому-то черное пальто чуть-ли не по щиколотки, то этому кадру в длине чуть выше колена, - Какие люди, э, - здоровается Тигнари, а все еще оскорбленный Сайно просто салютует знакомому, пока Кавех стоит у мойки и не оборачивается. Легкие опять сжало, словно одно движение и смола, что застыла и осела по стенкам, даст о себе знать и порвет ткани, если тот повернется, - Кавех! – звонко растеклось по ушам, - Кавех.. – липко, обжигающе говорит второй голос, сопровождая все это звоном ключей, - Я поздно сегодня, решил не писать и сразу занести, так как по пути, - буднично сообщает он, пальцем указывая в меню перед Сайно, выбирая два капучино, кивая, когда Нилу просит добавить себе сироп и оплачивает. Закончив, блондин передает два стакана, забирая ключи со стойки.