Ты здесь

Комната утопала в полумраке, лишь отсветы от нескольких мониторов, окружавших Су Бона, рассеивали темноту. На стенах висели плакаты с его собственным изображением в образе Таноса, его альтер-эго на сцене — дерзкого рэпера, покоряющего сердца миллионов. Под потолком вилась светодиодная лента, меняя цвета в такт музыке, звучавшей из колонок. Сегодня был особенный вечер. Не только канун его дня рождения, но и день перед его первым большим сольным концертом. Ответственность давила, но вместе с тем, Су Бон ощущал невероятный прилив энергии, желание выложиться по полной и показать всем, на что он способен. Он глубоко вдохнул, настроился и повернулся к камере, приветливо улыбаясь. — Well, hi guys! Как вы там? Надеюсь, у вас все хорошо, и вы готовы провести эту ночь со мной, в предвкушении самого крутого дня в моей жизни! Чат буквально взорвался. Сообщения летели с невероятной скоростью, мелькая калейдоскопом цветов и эмоций. Сердечки, смайлики, поздравления с наступающим, пожелания удачи на концерте — все это обрушилось на Су Бона волной любви и поддержки.

SuperFan_007: Танос, мы с тобой! Порви завтра всех на сцене!

Thanos_is_my_dad: С будущей днюхой, легенда! Ждём новых хитов и огненных стримов!

Thanos_MyLove: Самый лучший рэпер во вселенной! Люблю тебя безумно!

KoreaNumberOne: От души поздравляю! Ты — гордость Кореи!

Су Бон смеялся, читая комментарии, стараясь выхватить из этого хаоса что-то конкретное. — Thanks, спасибо огромное! — кричал он, перебивая шум уведомлений чата. — Вы самые невероятные! Я вижу вашу поддержку, чувствую вашу любовь! Это просто нереально! Честно говоря, я даже не знаю, как вас отблагодарить! В этот момент на экране всплыло уведомление о новом донате. Потом еще одно, и еще… Денежный поток, казалось, не собирался иссякать. — Wow! Что тут у нас?! — Танос округлил глаза, увидев суммы. — Так, Avengers_Forever закинул аж 100.000 вон! SaleMan — 50.000! Frontman_001 — 300.000! Guys, вы просто безумцы! Я в шоке! Спасибо вам огромное! На что потратить… хммм… Может, куплю себе перчатку бесконечности, как у Таноса из Марвел? Или… лучше пицца и кола за мой счет! Кто за? Чат снова взорвался, но на этот раз в основном состоял из смайликов пиццы и колы. Танос заразительно смеялся, наслаждаясь этим моментом всеобщего ликования. — Wow, wow, fine! I'm understand! Будет пицца! И кола! I'm promise! Но хватит уже донатить! Не нужно столько денег! Лучше приходите завтра на концерт и зарядите меня своей энергией! Это будет лучшая награда! Несмотря на весь этот восторг, на всю эту благодарность, рэпера не покидало странное ощущение. Будто чего-то не хватало. Будто в этой картине всеобщего праздника не хватало какого-то важного элемента. Он окинул взглядом свой стол, заваленный оборудованием для стримов. Посмотрел на второй монитор, на котором обычно красовалось окно Дискорда. Нам Гю. Его лучший друг, его партнер по стримам. Нам Гю. Обычно он уже с самого начала стрима был в канале, подкалывал его, шутил, подбадривал, и вносил свой неповторимый вклад в атмосферу. Без него Танос чувствовал себя… как будто потерял один из камней бесконечности. Будто он потерял часть себя. Они познакомились еще в школе, были неразлучны. Вместе мечтали о славе, вместе осваивали азы рэпа, вместе начинали стримить. Именно Нам Гю предложил ему создать канал, и именно он всегда был его главной поддержкой, его вдохновением, его самым строгим критиком и самым преданным поклонником. Их дружба была особенной, глубокой, проверенной временем и расстоянием. Пять лет назад родители Нам Гю настояли на его учебе в Канаде, и с тех пор они виделись лишь изредка, во время звонка по Дискорду. Но, несмотря на это, они оставались на связи, поддерживали друг друга, и старались, по возможности, стримить вместе. Время неумолимо приближалось к полуночи. Танос знал, что они с Нам Гю всегда ждали этого момента, чтобы вместе, пусть и виртуально, встретить его день рождения. Это стало их традицией, их ритуалом, символом их неразрывной связи. И сейчас, когда до этого момента оставались считанные минуты, отсутствие Нам Гю ощущалось особенно остро. — Так, guys, — бодро проговорил рэпер, стараясь отвлечься от своих мыслей и вернуть внимание аудитории. — Кто чем занимается? Рассказывайте! Какие планы на выходные? Кто идет на концерт? Кто уже успел выучить мои новые треки наизусть? Чат охотно подхватил тему. Сообщения посыпались градом, рассказывая о планах на вечер, о любимых песнях певца, о предвкушении завтрашнего концерта. Танос старался отвечать на все вопросы, шутил, смеялся, развлекал публику. Но в глубине души он продолжал ждать. Ждать, когда на экране появится долгожданное уведомление о подключении Нам Гю к Дискорду. Прошло еще несколько минут. Часы показывали 23:50. Су Бон начал терять надежду. Может быть, Нам Гю забыл? Или у него какие-то важные дела? Всë таки разница во времени 13 часов, сейчас у него день… Он попытался успокоить себя, убеждая, что все в порядке, что Нам Гю все равно мысленно с ним, что он будет смотреть концерт онлайн, что он поздравит его завтра утром. Но ничего не помогало. Тоска становилась все сильнее, затмевая собой все остальные чувства. И тут, буквально за пять минут до полуночи, произошло чудо. На экране загорелась долгожданная иконка Дискорда. — О! Смотрите-ка, кто соизволил к нам пожаловать! — воскликнул Танос, не в силах скрыть облегчение. В его голосе звучала смесь радости, облегчения и легкой обиды. — Нам Су! Ты где пропадал? Уже думал, ты забыл про меня! В канал ворвался немного запыхавшийся голос Нам Гю. — Сколько повторять: Я — Нам Гю! И привет, Су Бон! Привет всем! — прокричал он. — Простите, что задержался, тут… комп что-то совсем перестал работать, мастер еле оживил! — Что с ним случилось? — нахмурился рэпер. — Ты же говорил, что у тебя он новый. Только недавно хвастался! Нам Гю немного замялся. Су почувствовал, как в нем снова нарастает беспокойство. Что-то было не так. — Да, новый… — неуверенно проговорил Нам Гю. — Наверное, какой-то вирус подхватил. Или… не знаю. В общем, сейчас вроде все нормально, по крайней мере так сейчас мастер говорит. — Почему ты не дома? — прямо спросил Су Бон. Нам Гю замолчал на несколько секунд, словно подбирая слова. — Дома я! Просто сменил обстановку, — ответил он немного нервно, — комп сломался, и его сейчас чинят в моей комнате. Мастер возится, так что я не могу там находиться. Сижу с ноутом в гостиной. Вот, пришлось перебраться. Су Бон не мог не заметить, как странно звучал Нам Гю. Он никогда раньше не слышал его таким взволнованным. Что-то он скрывал. Что-то, что он не хотел рассказывать. На самом же деле, Нам Гю находился в Сеуле. Он прилетел в город еще утром, и сейчас сидел в своей старой квартире, которую не успел сдать после отъезда. Он тщательно переставил мебель, чтобы создать иллюзию другого интерьера, и установил яркие лампы, чтобы сымитировать дневной свет. Он страшно волновался, что Су Бон догадается о сюрпризе, что вся его тщательно спланированная операция пойдет насмарку. — Okay, — протянул Танос, стараясь отвлечься от своих подозрений. — Главное, что ты с нами! Чат приветствует тебя бурными комментариями! И действительно, чат взорвался приветствиями Нам Гю. Фанаты были рады видеть его в канале, они знали, как важна была их дружба для Су Бона. Посыпались донаты, посвященные воссоединению «ТанГю». Шипперы были в не себя от счастья. Су Бон и Нам Гю начали общаться, как и раньше. Шутили, подкалывали друг друга, вспоминали смешные истории из прошлого. Нам Гю рассказывал о своих занятиях в университете, о своих друзьях, о том, как сильно скучает по Сеулу. Су Бон, в свою очередь, рассказывал о подготовке к концерту, о своих новых треках, о планах на будущее. Вскоре Су Бон почувствовал, как напряжение отступает, уступая место радости и легкости. Присутствие Нам Гю рядом, даже через экран монитора, давало ему сил и уверенности. Время пролетело незаметно. Они смеялись, отвечали на вопросы фанатов, обсуждали предстоящий концерт. И вот, наконец, наступил долгожданный момент. Часы на экране компьютера пробили двенадцать. — С днем рождения, Су Бон! — прокричал Нам Гю, его голос был наполнен искренней радостью и любовью. — Ты заслуживаешь всего самого лучшего в этом мире! Ты самый талантливый, самый харизматичный, самый крутой! Я горжусь тобой! — Thanks, boy! — ответил Су, его сердце наполнилось теплом. Он был тронут до глубины души. — Я заказал к тебе курьера, — добавил Нам Гю с загадочной улыбкой. — Но предупреждаю, он привезет подарок только после концерта. Так что придется немного потерпеть. — Ого! — удивился Су Бон. — Ты что, что-то особенное придумал? Что-то такое, чего я никогда не видел? — Увидишь, — загадочно ответил Нам Гю. — Не буду раскрывать все карты заранее. Надеюсь, тебе понравится. Я долго выбирал, чтобы подарок был по тебе. — Thank you, my boy! — искренне поблагодарил Су Бон. — Ты всегда знаешь, как меня удивить! Они еще долго разговаривали в ту ночь. О концерте, о планах на будущее, о друзьях, которых Су Бон пригласил в вип-зону: Сэ Ми, Гён Су и Мин Су — их старая школьная компания. Нам Гю с грустью отметил, что ему очень не хватает их общих посиделок. Он вспомнил, как они вместе хулиганили в школе, как вместе мечтали о славе, как вместе начинали стримить. Когда стрим, наконец, подошел к концу, Су Бон чувствовал себя одновременно счастливым и опустошенным. С одной стороны, он получил такую необходимую поддержку Нам Гю, зарядился его энергией и оптимизмом. С другой — разлука казалась еще более невыносимой, а желание увидеть Нам Гю вживую — еще более сильным. Он очень хотел, чтобы Нам Гю был рядом, не на экране, а в реальной жизни, чтобы он мог обнять его, почувствовать его тепло, посмотреть в его глаза. — Спокойной ночи, my Nam-Su, — прошептал Танос, с грустью глядя в камеру. — Спасибо, что был рядом. Спасибо за поздравления. Ты лучший! — Спокойной ночи, Бон, — ответил Нам Гю с теплой улыбкой. — Удачи завтра. Ты порвешь сцену, я знаю. Я буду смотреть на тебя из видосов Сэ Ми. И помни — подарок ждет тебя после концерта! Не забудь его забрать, как всегда, у твоего дома! Су Бон выключил компьютер и лег в постель. Но сон долго не приходил. В голове крутились слова Нам Гю, его образ, его голос, его загадочная улыбка. Он мечтал о том дне, когда они снова смогут быть вместе, без экранов и расстояний. Нам Гю ведь пытался приехать, но как на зло это не получалось. То рейсы отменены, то денег не хватает, то дела… И ему очень хотелось узнать, что же за сюрприз приготовил для него Нам Гю. Каким же будет его подарок? Он был в нетерпении.

***

Солнце настойчиво пробивалось сквозь щель между плотными шторами, рисуя на полу танцующие полосы света. Оно словно торопило, напоминая о том, что день настал. День концерта. День рождения. Он вскочил с постели, внезапно ощутив прилив невероятной энергии. Вчерашняя тоска по Нам Гю, ночные переживания и ожидание хоть и сгладились благодаря долгожданному появлению друга в стриме, но все еще не исчезли полностью. Сегодняшний день должен был стать лекарством, победой, триумфом. Сегодня он должен был выложиться на полную, доказать себе и всему миру, что он чего-то стоит. Быстро приняв душ, он облачился в спортивный костюм и направился на кухню. В холодильнике его ждал заранее приготовленный завтрак — протеиновый коктейль и фруктовый салат. Он быстро поглотил его, стараясь не думать о предстоящем концерте. Ему нужно было отвлечься, переключить внимание на что-то другое. Едва он закончил завтракать, как телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Это был Гён Су, его друг с компании. «С Днем Рождения, бро! Желаю тебе сегодня разорвать сцену! Мы с тобой!» Су Бон улыбнулся и быстро напечатал ответ: «Спасибо, my favorite fan! Увидимся сегодня в вип-зоне! Готовься к взрыву!» Затем посыпались другие сообщения. Сэ Ми, Мин Су, другие друзья, знакомые, коллеги — все спешили поздравить его с днем рождения и пожелать удачи на концерте. Он старался ответить каждому, выражая свою благодарность и признательность. Но среди всех этих сообщений и поздравлений особенно выделялось одно — от его матери. «Сынок, с Днем Рождения! Я так горжусь тобой! Ты мой самый лучший мальчик на свете! Береги себя и верь в свои силы! Я буду смотреть концерт в вип-зоне и болеть за тебя всем сердцем!» Су Бон почувствовал, как в его горле образовался комок. Он обожал свою маму, она была самым важным человеком в его жизни. Она прошла через многое, чтобы вырастить его, и он всегда старался ее не огорчать. К сожалению, в их жизни был и темный период, связанный с его отцом. Тот спился и ушел из жизни, оставив их одних. Су Бон старался не вспоминать о нем, но иногда прошлое все равно настигало его. Он позвонил матери. Она сразу же ответила, и ее голос звучал радостно и взволнованно. — Сынок, поздравляю тебя! — кричала она в трубку. — Я так счастлива за тебя! Ты заслужил этот успех! — Спасибо, мам, — ответил Су Бон, стараясь сдержать эмоции. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, мой хороший, — сказала мама. — Ты такой взрослый уже стал, 25 лет! Как будто вчера в школу пошел. Они еще немного поболтали, вспоминая детство Су Бона, смешные случаи из жизни, первые его шаги в музыке. Мама рассказывала, как он, маленький мальчик, бегал по дому с кастрюлей на голове, изображая барабанщика. В какой-то момент мама вдруг спросила: — Как Нам Гю? Он звонил тебе? Су Бон немного погрустнел. Он знал, что мама всегда любила Нам Гю, считала его своим вторым сыном. Она часто говорила, что Нам Гю — хороший парень, и что Су Бону очень повезло, что у него есть такой друг. — Да, мам, — ответил Су Бон. — Поздравил с днем рождения ещё на стриме. — Он приедет на концерт? — с надеждой спросила мама. — Нет, мам, — ответил Су Бон, опуская взгляд. — Мне бы самому безумно хотелось… — Жаль, — вздохнула мама. — Я тоже так хотела его увидеть. Он такой хороший мальчик. Всегда поддерживал тебя, всегда был рядом. Вы настоящие друзья. Су Бон ничего не ответил. Он знал, что мама права. Он скучал по Нам Гю, по его поддержке, по его дружбе. Ему очень хотелось, чтобы он был рядом в этот важный день. Он очень хотел его объятий и слов поддержки. Заметив его грусть, мама быстро перевела тему. — Ну ладно, не будем грустить, — сказала она бодрым голосом. — Я буду смотреть концерт в вип-зоне и танцевать от души! Я тебе покажу, как нужно зажигать! Су Бон рассмеялся. Он знал, что мама не шутит. Она всегда была очень энергичной и жизнерадостной. — Хорошо, мам, — ответил он. После разговора с мамой Су Бон почувствовал себя немного лучше. Она всегда умела поднять ему настроение, вселить уверенность, напомнить о том, что он не один. Днем он поехал к ней в гости. Она встретила его с распростертыми объятиями, расцеловала в обе щеки и погладила по голове, как маленького мальчика. Она приготовила его любимые блюда, и они долго болтали за обедом. Су Бон рассказывал о подготовке к концерту, о своих планах на будущее. Мама слушала его с вниманием и гордостью. Когда он уходил, она крепко обняла его и прошептала на ухо: — У тебя все получится, сынок. Я в тебя верю. Увидимся!

***

Время стремительно неслось к вечеру, неумолимо приближая час X. Су Бон чувствовал, как волнение нарастает с каждой минутой. Ему нужно было готовиться, настраиваться, собирать все свои силы в кулак. Он вернулся домой и начал проверять все личные сообщения. Незнакомцы писали ему в социальных сетях, чтобы пожелать удачи. Ближе к вечеру он направился в концертный зал. За кулисами царила суматоха. Техники настраивали аппаратуру, проверяли звук и свет. Танцоры разминались, повторяя движения. Стилисты колдовали над образом Су Бона, подбирая ему одежду, делая прическу и макияж. Он старался сохранять спокойствие, но волнение все равно прорывалось наружу. Он чувствовал себя, как перед экзаменом. Все его усилия, все его тренировки, все его мечты должны были воплотиться в жизнь сегодня вечером. Ему сделали макияж Таноса. Одели в дорогую брендовую одежду, который выгодно подчеркивала его подкачанную фигуру. Перед выходом на сцену он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Он представлял себе переполненный зал, горящие глаза фанатов, взрыв аплодисментов. Он чувствовал прилив адреналина, желание выложиться на полную, подарить людям незабываемое шоу. Когда зазвучала вступительная музыка, он почувствовал, как по телу пробегает дрожь. Он открыл глаза и шагнул в свет. Зал взорвался. Тысячи голосов скандировали его имя. «Танос! Танос! Танос!» Он взял микрофон и начал читать первые строчки своей самой популярной песни. Энергия толпы захлестнула его с головой. Он двигался по сцене, как зверь, отрываясь по полной и отдавая всего себя музыке. Он исполнил свои самые известные хиты, новые песни, танцевал с танцорами и много импровизировал. Аудитория сходила с ума. Каждый трек вызывал бурю эмоций. Люди подпевали, танцевали, кричали, плакали, смеялись. Танос чувствовал, что он на вершине мира. В вип-зоне он заметил Сэ Ми, Гён Су, Мин Су и свою маму. Они улыбались, танцевали и подбадривали его. Он был благодарен им за поддержку, за то, что они всегда были рядом. Он пропел большинство своих песен и, наконец, почувствовал, что пора передохнуть. Во время перерыва он начал общаться с публикой, спрашивал, как им концерт, какие песни им больше всего понравились. Он заметил, что фанаты как-то странно переглядываются и показывают куда-то в сторону. Он оглянулся, но ничего необычного не увидел. Потом он посмотрел в вип-зону и заметил, что Сэ Ми, Гён Су, Мин Су и его мама тоже на что-то смотрят и улыбаются. Он снова повернулся к залу и внимательно посмотрел на толпу. И тут его взгляд зацепился за необычную деталь. Вдалеке покачивался в такт музыке маленький человечек, сделанный из светящейся зелёной светодиодной ленты. Он ярко светился и привлекал внимание всех вокруг. Зрители вокруг человечка пытались привлечь внимание Таноса к этому креативному фанату. Они махали руками, кричали и показывали на него пальцем. Рэпер оценил костюм человечка и улыбнулся. Он был впечатлен изобретательностью и креативностью этого фаната. — Oh my God, I see у нас тут настоящий художник! — прокричал он в микрофон, обращаясь к светодиодному человечку. — Мне очень нравится твой костюм, bro! Это просто гениально! You cool! Толпа зашумела, подталкивая светодиодного человечка ближе к сцене. Танос решил, что пришло время поближе познакомиться с этим талантливым фанатом. — Hey, you! Ya, you, зелёный человек! Поднимись на сцену! — позвал он. — Хочу поближе рассмотреть твой костюм! И вообще, интересно узнать, кто у нас тут такой изобретательный! Толпа взорвалась аплодисментами, скандируя: «На сцену! На сцену! На сцену!» Человек из светодиодов, немного поколебавшись, пошёл в сторону выходов, к охраннику, дабы тот его провёл. Танос проводил его взглядом, ожидая, когда фанат придёт на сцену. Его аудитория всегда удивляла, особенно такие креативные люди. Толпа ревела, требуя появления на сцене загадочного светодиодного человечка. Танос, все еще улыбаясь и приветствуя публику, отступил на несколько шагов, давая возможность странному фанату подняться на сцену. Пока тот приближался, рэпер рассматривал его более внимательно. Человечек был собран из гибкой, ярко-зеленой светодиодной ленты, аккуратно сформированной в простую, но узнаваемую фигурку. Сама она была прикреплена к черному спортивному костюму. Лицо у человечка было схематичным, просто светящаяся лента по краям капюшона, но даже так, певца не покидало ощущение чего-то смутно знакомого. Поднявшись на сцену, человечек немного неуклюже поклонился. Вблизи костюм выглядел еще более впечатляюще. Свет ленты переливался и пульсировал в такт музыке, создавая завораживающий эффект. Танос уже собирался сделать какой-то остроумный комментарий, поблагодарить фаната за креативность, как вдруг… он увидел. Сквозь хаотичное свечение светодиодной ленты, в полумраке сцены, он разглядел… очертания лица. Знакомые до боли черты, которые он знал лучше, чем свои собственные. Форма подбородка, линия скул, изгиб губ… Нет, этого не может быть. Он, должно быть, ошибается. Это просто игра света и тени. Но сердце бешено колотилось в груди, подсказывая, что это не так. Светодиодный человечек начал медленно снимать с головы капюшон, и рэпер замер, затаив дыхание. В наступившей тишине, казалось, можно было услышать стук его собственного сердца. И вот, наконец, маска была снята. Су Бон остолбенел. Он не верил своим глазам. Мир вокруг словно перестал существовать. В поле зрения остался только один человек — тот, кто стоял перед ним, улыбаясь смущенной, но такой родной и любимой улыбкой. Это был Нам Гю. Время словно остановилось. Су Бон потерял дар речи, забыл, где находится, кто он такой. Он просто смотрел на Нам Гю и не мог поверить в реальность происходящего. Его лучший друг, его соратник, его… его любовь… стоял перед ним, после пяти лет разлуки, в смешном костюме из светодиодной ленты. Его Нам Гю. Яркое солнце заливало зал ожидания международного аэропорта Инчхон, но Су Бон чувствовал лишь холод. Холод, пронизывающий его до костей, холод, поселившийся в его сердце в тот момент, когда они узнали, что Нам Гю уезжает. Сегодня был тот самый день. День, когда их неразлучная связь должна была быть разорвана расстоянием в тысячи километров. День, который он старался не приближать, но который, как неумолимая волна, накрыл их обоих. Они стояли друг напротив друга, словно два заблудившихся ребенка, потерявшихся в огромном лабиринте жизни. Тишина давила, а в воздухе висело невысказанное. Слова застревали в горле, превращаясь в ком, который невозможно было проглотить. Су Бон смотрел в глаза Нам Гю, пытаясь запомнить каждую черточку его лица, каждый оттенок его радужки, каждую морщинку, появляющуюся вокруг глаз, когда он улыбался. Он хотел сохранить этот образ навсегда, чтобы он согревал его в долгие, одинокие ночи. Он видел в глазах Нам Гю ту же боль, то же отчаяние, ту же безысходность. Он чувствовал, как сильно они связаны, как много значат друг для друга. Но он также видел и решимость. Решимость следовать воле родителей, получить образование, построить будущее. Будущее, в котором, как казалось тогда, не было места для него. Мысль о том, что они расстаются, обжигала его, словно кипяток. Он хотел закричать, умолять Нам Гю остаться, сказать ему, что он не сможет без него жить. Но он молчал, понимая, что это будет эгоистично, что он не имеет права лишать Нам Гю его шанса. Внезапно, его взгляд упал на губы Нам Гю. Такие близкие, такие желанные… Его охватило безумное желание поцеловать его. Прямо сейчас. В первый и последний раз. Он поднял глаза и встретился взглядом с Нам Гю. Они оба хотели этого поцелуя. Они оба понимали, что он может изменить все. Но они оба боялись. Боялись, что этот поцелуй разрушит их дружбу. Су Бон боялся, что Нам Гю больше не захочет его видеть. Боялся, что он тогда точно никогда не вернется. Эта мысль пугала его, нагоняя еще больше печали и страха. Но если он сейчас признается в своей любви, что произойдет? Что, если Нам Гю не ответит взаимностью? Что, если он почувствует отвращение? Что, если он решит, что они больше не могут быть друзьями? Эти вопросы терзали его душу, не давая ему покоя. И чем больше он думал об этом, тем больше боялся. Тем сильнее сжимал губы, стараясь не выдать своих чувств. Он видел, как Нам Гю смотрит на него с тоской и надеждой. Он видел, как его рука тянется к его лицу. Но он не мог. Он не мог позволить себе рискнуть. Он слишком дорожил их дружбой. Страх разрушить их дружбу, страх признаться в чувствах, которые они оба старались отрицать, сковывал их движения. Вместо этого они обнялись. Долго, крепко, отчаянно. Су Бон вцепился в куртку Нам Гю, словно утопающий хватается за соломинку. Он чувствовал, как все его тело дрожит, как слезы подступают к горлу. Он не хотел показывать свою слабость, не хотел, чтобы Нам Гю видел, как ему больно. Но боль была сильнее его. Он не смог сдержаться. Слезы хлынули потоком, обжигая щеки. Он спрятал лицо в плече Нам Гю, прижимаясь к нему еще сильнее, надеясь, что тот не заметит его слез. Но Нам Гю заметил. Он почувствовал, как плечо Су Бона содрогается от рыданий. Он отстранился и посмотрел ему в глаза. Он увидел в них столько боли, столько отчаяния, столько невысказанной любви, что его собственное сердце сжалось от тоски. Он больше не мог сдерживаться. Он положил свои руки на щеки Су Бона, нежно поглаживая их большими пальцами. Он смотрел в его заплаканные глаза и не знал, что сказать. Слова казались пустыми и бессмысленными. Он начал стирать слезы с его щек, нежно прикасаясь к его коже. Он хотел облегчить его боль, забрать ее себе, но не мог. И снова, им обоим пришла одна и та же мысль: поцелуй. Но они снова не решились. Вместо этого Нам Гю прислонился лбом ко лбу Су Бона. Закрыл глаза и глубоко вздохнул. Он хотел почувствовать его близость, его тепло, его любовь. Он хотел запомнить этот момент навсегда. Они стояли так долго, казалось, целую вечность. Два сердца, бьющихся в унисон, два любящих человека, обреченных на разлуку. В этом прикосновении было больше, чем в тысяче слов. В нем была вся их история, вся их боль, вся их любовь. Рация в руках сотрудника аэропорта прорезала тишину. — Рейс KL789 в Торонто, посадка заканчивается. Пассажирам просьба пройти к выходу номер 12. Реальность нахлынула с новой силой. Время пришло. Им пора прощаться. Нам Гю отстранился от Су Бона и медленно отпустил его щеки. Он смотрел на него с грустной улыбкой, пытаясь подбодрить. — Все будет хорошо, Су Бон, — сказал он тихим голосом. — Мы будем на связи. Мы справимся. Тот ничего не ответил. Он просто кивнул, не в силах произнести ни слова. Нам Гю развернулся и начал медленно уходить. Су Бон смотрел ему вслед, словно завороженный. Он хотел остановить его, но не мог. Он знал, что это необходимо. Нам Гю обернулся и помахал ему рукой. На его лице сияла грустная, но искренняя улыбка. Он старался казаться счастливым, чтобы не расстраивать Су Бона. Он хотел, чтобы тот запомнил его таким — сильным и уверенным. Су Бон ответил тем же. Он тоже улыбался, хотя в душе у него бушевала буря. Он махал рукой, пока не почувствовал, что слезы начинают душить его. Они махали друг другу, стараясь сохранить на лицах счастливые выражения, обмениваясь взглядами, полными любви и тоски. Они старались запомнить этот момент, эту встречу, эти чувства. Ведь они не знали, когда увидятся снова. Вдруг Нам Гю скрылся за дверями контроля безопасности. И в этот момент, улыбка, которую они оба так старательно поддерживали на лицах, вмиг испарилась. Улыбка Су Бона, как будто от него оторвали половину сердца, оставив зияющую пустоту и всепоглощающую боль. Улыбка Нам Гю, как будто он оставил позади частичку самого себя, оставив незаживающую рану и нестерпимую тоску. Су Бон остался стоять на месте, как вкопанный. Боль пронзила его с новой силой, лишая сил и воли к жизни. Ему казалось, что он больше не сможет дышать, не сможет двигаться, не сможет жить без Нам Гю. Гю прошел через контроль безопасности, механически отвечая на вопросы и показывая документы. Он чувствовал себя как зомби, двигаясь по инерции. Он едва сдерживал слезы, которые так и рвались наружу. Пройдя через все формальности, он на мгновение остановился у дверей, ведущих к залу вылета. Он стоял, не решаясь сделать шаг. Ему хотелось вернуться, обнять Су Бона, сказать ему все, что он чувствует. Но он знал, что это невозможно. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдохнул. Собрав всю свою волю в кулак, он отвернулся от дверей и пошел к своему самолету. Слезы Бона снова потекли по щекам. Он больше не пытался их сдерживать. Просто стоял и плакал, не обращая внимания на проходящих мимо людей. Он подошел к панорамному окну, выходящему на взлетно-посадочную полосу. Он увидел, как к терминалу подъезжает самолет. Это был тот самый рейс. Рейс, который должен был увезти Нам Гю далеко, навсегда. Он смотрел, как пассажиры поднимаются на борт. Вскоре он увидел и Нам Гю. Он медленно прошел по проходу и занял свое место у окна. Он посмотрел в сторону зала ожидания и увидел Су Бона. Их взгляды встретились. Нам Гю грустно улыбнулся и помахал ему рукой. Су Бон ответил тем же, стараясь сохранить улыбку на лице. Но ему было невыносимо больно. Он провожал взглядом самолет, который отъезжал от терминала. Он видел, как Нам Гю все еще смотрит на него из окна. Он махал ему рукой, пока самолет не выехал на взлетную полосу. Су Бон стоял, прижавшись лбом к стеклу, и смотрел, как самолет набирает скорость. Он чувствовал, как с каждой секундой его сердце разрывается на части. И вот, наконец, самолет взлетел. Он оторвался от земли и начал набирать высоту. Су Бон видел, как Нам Гю все еще смотрит на него из окна, пока самолет не превратился в маленькую точку в небе. Су Бон остался стоять на месте, не в силах пошевелиться. Он смотрел в пустое небо, словно пытаясь вернуть Нам Гю обратно. Но самолет улетел. Улетел вместе с его любовью, с его надеждами, с его мечтами. Он чувствовал, что от него оторвали кусок души. Он чувствовал себя опустошенным, потерянным, одиноким. Он не знал, как жить дальше без Нам Гю. Он стоял у панорамного окна, глядя в пустое небо, пока не стемнело. В этот момент он был абсолютно одинок в целом мире. Его сердце было разбито на миллионы осколков. И он не знал, сможет ли он когда-нибудь склеить их обратно. Этот день, день прощания с Нам Гю, остался в его памяти навсегда, как самый трагичный день в его жизни. День, когда его мир рухнул. День, когда он потерял свою любовь. Вокруг поднялся невообразимый шум. Толпа взревела от восторга, осознав, кто скрывается под маской светодиодного человечка. Фанаты узнали Нам Гю. Они помнили его по стримам, по фотографиям в социальных сетях Су Бона, по редким совместным видео. Они знали, как важен он для Таноса, как много он для него значит. В вип-зоне тоже царило не меньшее оживление. — Афигеть, Нам Гю! — закричала Сэ Ми, подпрыгивая на месте. — Да ладно вам! — Вот так сюрприз! — радостно воскликнул Гён Су. — Заметьте, — едва пнул их по плечам, чуть придвигая обоих к себе. — Су Бон от счастья светиться. Наша парочка воссоединилась. Все трое переглянулись, усмехнулись и победно отвесили друг другу «пять». А мама Су Бона не могла скрыть своего волнения. Она была в не себя от счастья, встала с места, слегка подпрыгивая и махая руками. Но Танос ничего этого не слышал и не видел. Он был полностью поглощен любимым человеком. Он просто не мог отвести от него взгляд. Нам Гю стоял на сцене, немного смущенный, но счастливый. Он смотрел на Су Бона и улыбался. Он знал, что ему удалось сделать самый лучший подарок в мире. Су Бон сделал первый шаг. Потом еще один. И вот он уже бежал к Нам Гю, не в силах сдержать своих чувств. Он бросился к нему и крепко обнял, прижимая его к себе так сильно, словно боялся, что он исчезнет. Он чувствовал, как по щекам текут слезы. Слезы, которые он сдерживал в себе все эти пять лет разлуки. Он уткнулся лицом в плечо Нам Гю, вдыхая его знакомый запах. Запах, который он помнил наизусть, запах, по которому он так сильно скучал. — I.i-i don't believe it, — прошептал Су Бон, задыхаясь от эмоций. — It's true? Ты настоящий? Ты здесь? — Да, это я, — ответил Нам Гю, обнимая Су Бона в ответ. — Я вернулся. Объятия становились все крепче и крепче. Казалось, они хотели слиться в одно целое, стать одним человеком. Мир вокруг перестал существовать. Остались только они двое, наедине друг с другом, в вихре эмоций и чувств. Толпа продолжала ликовать, но Су Бон не слышал ничего, кроме биения сердца Нам Гю. Он чувствовал его тепло, его близость, его любовь. И это было самое главное. Он отстранился от Нам Гю и посмотрел ему в глаза. В них он увидел все, что хотел увидеть: любовь, нежность, заботу, преданность. — How… как ты здесь оказался? — спросил Су Бон, все еще не веря в происходящее. — Почему ты мне ничего не сказал? — Хотел сделать сюрприз, — ответил Нам Гю, улыбаясь. — знаю ведь, как ты их любишь. Да и у меня была небольшая идея, как ты можешь среагировать увидев человечка из светодиодной ленты. — Сюрприз? — повторил Су Бон, словно во сне. — Это самый лучший сюрприз в моей жизни. — Я решил вернуться навсегда, — тихо сказал Нам Гю, глядя ему прямо в глаза. Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Су Бон замер, не в силах поверить в то, что слышит. — Навсегда? — переспросил он, затаив дыхание. — Да, — подтвердил Нам Гю. — Я закончил учебу в Канаде. И понял, что не могу без вас больше жить. Я хочу быть рядом, поддерживать. Всегда. В глазах Су Бона снова появились слезы. Но на этот раз это были слезы абсолютного счастья. Он снова обнял Нам Гю, прижимая его к себе еще крепче. Су был счастлив. Безумно счастлив. Его любовь была рядом, его мечта сбылась. Толпа снова взорвалась аплодисментами. Су Бон и Нам Гю стояли на сцене, обнявшись, и наслаждались моментом всеобщего ликования. Наконец Танос отстранился от Нам Гю и посмотрел на него серьезным взглядом. — Ты больше не уедешь? — спросил он, с тревогой в голосе. — Обещаешь? — Обещаю, — ответил Нам Гю, глядя прямо в глаза. — Я больше никогда тебя не оставлю. Нам Гю перевел взгляд на ликующую толпу. Су Бон, казалось, забыл, где он находится, кто он такой, что он — Танос, рэпер, кумир миллионов. Он просто стоял, прижавшись к Нам Гю, и чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле. И вдруг, ликования стихли, наступила недолгая тишина, а затем… Сначала робко, неуверенно, словно пробуя почву, а затем все громче и увереннее, из тысяч глоток вырвались знакомые слова:

«Happy birthday to you,

Happy birthday to you,

Happy birthday, dear Thanos,

Happy birthday to you!»

Толпа фанатов, осознав, что сейчас на сцене творится нечто особенное, что сейчас происходит нечто настоящее, что сейчас они являются свидетелями воссоединения, решила присоединиться к этому моменту. Они, всем своим многотысячным хором, решили поздравить Су Бона с днем рождения, выразить ему свою любовь и поддержку. Су Бон остолбенел. Он не ожидал такого. Он чувствовал, как в его глазах снова собираются слезы. Видел в глазах фанатов столько любви, столько поддержки, столько искренности, что его сердце наполнилось теплом. Он поднял руку в знак приветствия и попытался что-то сказать, но слова застряли в горле. Он просто не мог говорить. Эмоции захлестнули его с головой. И тут он увидел маму. Она стояла в вип-зоне, счастливо улыбаясь и подпевая вместе со всеми. В ее глазах он увидел гордость, любовь и облегчение. Он знал, что она всегда мечтала о его счастье, и сейчас, видя его таким счастливым, она тоже была счастлива. Нам Гю, видя, как Су Бона захлестнули эмоции, нежно прижал его одной рукой к себе, вжимая его макушку себе в плечо. Он чувствовал, как тело Су Бона содрогается от рыданий, и ему хотелось защитить его от всего мира, укрыть его от всех бед и невзгод. — Тише, тише, — шептал Нам Гю ему на ухо. — Все хорошо. Он гладил его по спине, пытаясь успокоить, передать ему свою любовь и поддержку. Сейчас ему нужно было чувствовать, что он не один, что у него есть кто-то, кто рядом. Толпа продолжала петь, и Су Бон, постепенно успокаиваясь, почувствовал, как в его душе зарождается новая сила. Он приблизил микрофон к лицу. — Спасибо вам всем! — крикнул он, и его голос прозвучал громко и уверенно. — Спасибо за вашу любовь, за вашу поддержку, за вашу веру в меня! Я люблю вас всех! Толпа взорвалась аплодисментами. Су Бон улыбнулся и посмотрел на Нам Гю.

***

Энергия концерта все еще пульсировала в венах Су Бона. Даже после всех объятий, поздравлений и восторженных криков фанатов, ощущение нереальности происходящего не покидало его. Нам Гю был рядом, дышал с ним одним воздухом, и это казалось невероятным сном. После оглушительного финала, когда отгремели последние аккорды и погасли прожектора, Су Бон и Нам Гю, окруженные друзьями и коллегами, спустились за кулисы. За кулисами царила атмосфера радостного оживления. Техники и танцоры собирали оборудование, но все улыбались и поздравляли Су Бона с успешным концертом и воссоединением с Нам Гю. В небольшой гримерке, обычно предназначенной для самого Таноса, собрались Сэ Ми, Гён Су, Мин Су и мама Су Бона. На столе стоял небольшой тортик, украшенный свечками и надписью «С Днем Рождения, Су Бон!». Сэ Ми, Гён Су и Мин Су набросились на Нам Гю с объятиями, выражая свое изумление и радость. — Вот это ты устроил! — воскликнул Гён Су, похлопывая Нам Гю по плечу. — Мы все были в шоке! — Как? — изумилась Сэ Ми. — Никто и подумать не мог, что ты здесь! — Это было непросто, — ответил Нам Гю, смущенно улыбаясь. — Но я очень хотел удивить Су Бона. Миссис Чхве, сияя от счастья, подошла к Нам Гю и крепко обняла его. Су Бон наблюдал за этой картиной, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. Он был окружен самыми дорогими ему людьми, и все они были счастливы. — Ну что, хватит обниматься! — скомандовала Сэ Ми. — Давайте задуем свечки и съедим тортик! Су Бон подошел к столу и посмотрел на тортик. Он был простым, но очень милым. Он вспомнил, как в детстве мама всегда пекла ему торты на день рождения. И как они вместе задували свечки, загадывая желания. Он закрыл глаза и загадал желание. Затем он открыл глаза и улыбнулся. Он знал, что его желание обязательно сбудется, набрал в грудь побольше воздуха и задул свечки. Все дружно зааплодировали. Они разрезали торт на кусочки и раздали всем присутствующим. Они ели, смеялись, болтали и вспоминали смешные истории из прошлого. Маленький праздник за кулисами прошел в теплой и дружеской атмосфере. Су Бон чувствовал, как его сердце наполняется любовью и благодарностью. Он был окружен самыми дорогими ему людьми, и все они были счастливы. Он был благодарен судьбе за то, что она подарила ему такую замечательную семью, таких верных друзей, и, конечно же, такую прекрасную любовь, как Нам Гю.

***

После небольшого празднования за кулисами, Су Бон и Нам Гю решили вернуться домой. Друзья обещали навестить их ещё и завтра, а сейчас им просто хотелось побыть вдвоем. Дома царил творческий беспорядок. Разбросанная одежда, пустые бутылки из-под воды, смятые листы бумаги с текстами песен — все это свидетельствовало о напряженной подготовке к концерту. Но Су Бон и Нам Гю не обращали на это внимания. Они были слишком заняты друг другом. — Может, запустим стрим? — предложил Су Бон, с нетерпением глядя на Нам Гю. — Как в старые добрые времена. — Отличная идея! — ответил Гю, с энтузиазмом подхватив его инициативу. — Чат наверняка соскучился по нам. Они принялись за дело с энтузиазмом, словно и не было этих пяти лет разлуки. Су Бон занимался настройкой микрофона и камеры, а Нам Гю возился с освещением и проверял подключение к интернету. Все движения были отточены годами совместной работы. Наконец, все было готово. Они уселись перед камерой, улыбаясь друг другу. — Ну что, let's go? — спросил Танос, с предвкушением глядя на друга. — Поехали! — ответил Нам Гю, подмигивая ему. Су Бон нажал на кнопку «Начать трансляцию». И мир снова увидел их вместе. Мгновенно чат наполнился сообщениями. Фанаты приветствовали Нам Гю, поздравляли Су Бона, благодарили их за стрим. Цифры зрителей росли с каждой секундой, достигая невероятных отметок. Но среди обычных приветствий и поздравлений все чаще стали мелькать комментарии другого рода.

Thangyu_Army: Наконец-то парочка воссоединилась! Мы так этого ждали!

Avengers_Forever: Вы такие милые вместе! Просто созданы друг для друга!

SuperFan_001: Шипперю их со школы! Люблю эту парочку!

KoreaNumberOne: дети ТанГюнов — перекличка!

Thangyu_is_my_dads: Это канон!

Су Бон и Нам Гю не могли не заметить эти комментарии. Они смущенно переглядывались, чувствуя, как краска заливает их щеки. Никто из них пока не решался признаться в своих чувствах, и все эти намеки со стороны фанатов заставляли их чувствовать себя немного неловко. — Эм… — промямлил Танос, пытаясь отвлечь внимание от темы. — Ну, что ж, спасибо вам за комплименты! Мы очень ценим вашу поддержку! Нам Гю лишь смущенно улыбнулся и опустил взгляд. В этот момент на экране всплыло уведомление о новом донате. — Ого! Что тут у нас?! — воскликнул Су Бон, удивленно глядя на экран. — VIP_Fan закинул 1.000.000 вон! Thank you so much! You're fucking crazy! Нам Гю вдруг встрепенулся. — Я сейчас вернусь, — сказал он, внезапно встав со стула. И он быстро вышел из комнаты, оставив Танос наедине с чатом. Су Бон немного растерялся, но быстро взял себя в руки. Он продолжал общаться с фанатами, рассказывать истории из жизни, шутить и смеяться. Он старался не показывать своего волнения, но в глубине души ему было очень интересно, что же такое Нам Гю мог заказать. И, конечно же, он не мог не думать о комментариях в чате. Фанаты что, их давно шипперят? Неужели это так заметно и очевидно?! Через несколько минут Нам Гю вернулся, держа в руках большую коробку. — Ну что, готов к подарку? — спросил он, загадочно улыбаясь. — Подарок? — переспросил Су Бон, с любопытством глядя на коробку. — Какой еще подарок? — перехватил у парня коробку. Танос поставил коробку на стол и начал ее распаковывать. Внутри оказалась роскошная упаковка, из которой он достал… микрофон. Это был не просто микрофон. Это была последняя модель, самая дорогая и качественная, о которой Су Бон давно мечтал. Он остолбенел. — Это… это невероятно, — прошептал он, не в силах подобрать слова. — Откуда… как ты узнал? — Я же говорил, что приготовил тебе особенный подарок, — ответил Нам Гю, сияя от счастья. — Я знаю, как ты любишь музыку, как ты ценишь качественный звук. Я думаю, этот микрофон поможет тебе создавать еще более крутые треки. Су Бон не смог сдержать эмоций. Он бросился к Нам Гю и крепко обнял его. — Боже, Nam-Su, ты меня сегодня в край расстрогать решил? Обожаю тебя! Нам Гю немного покраснел от этих слов. Они еще долго стояли, обнявшись, наслаждаясь моментом. Чат ликовал, поздравляя Таноса с новым приобретением и продолжая шипперить парочку. После этого они продолжили стрим. Су Бон сразу же подключил новый микрофон и начал петь свои самые известные песни. Звук был просто потрясающим. Голос звучал чисто, мощно и выразительно. Фанаты были в восторге. Они засыпали рэпера комплиментами, восхищаясь его талантом и новым микрофоном. Комментарии о том, какие они милые, тоже не прекращались. Стрим длился несколько часов. Су Бон и Нам Гю пели, шутили, рассказывали истории, отвечали на вопросы. Они просто наслаждались обществом друг друга и обществом своих фанатов. — Спасибо всем, что были с нами этой ночью, — сказал Су Бон, устало улыбаясь. — Мы любим вас! — До скорой встречи! — добавил Нам Гю, подмигивая зрителям. Они выключили камеру и откинулись на спинки стульев, обессиленные, но счастливые. В комнате воцарилась тишина. Усталость давала о себе знать. Они чувствовали себя выжатыми как лимон. — Пойдем на балкон? — предложил Су, потягиваясь. — Покурим, подышим свежим воздухом. Нам Гю согласно кивнул. Они вышли на балкон, закрыв за собой дверь. Ночной Сеул предстал перед ними во всей своей красе. Городские огни мерцали, словно россыпь бриллиантов, создавая завораживающий вид. Су Бон достал пачку сигарет и протянул ее Нам Гю. — Будешь? — спросил он. Нам Гю взял сигарету и зажигалку. Они закурили, наслаждаясь тишиной и свежим воздухом. Разговор клеился как-то не очень. Они обсуждали обыденные вещи, концерт, фанатов, новый микрофон. Оба чувствовали назревающую бурю, но никто не хотел первым идти на штурм. — Спасибо, — сказал Су Бон, после долгого молчания. — За все. За сюрприз, за подарок, за то, что вернулся. — Не за что, — ответил Нам Гю, выпуская кольцо дыма. — Я просто хотел сделать тебя счастливым, в кои-то веки. — Ты сделал, — сказал Су, улыбаясь. — Я сейчас самый счастливый человек на свете. Они помолчали еще немного, глядя на ночной город. — И знаешь… — начал Су Бон, запинаясь, — я… я очень скучал. — Я тоже, — подхватил он, глядя на него с нежностью. — Все эти годы… они были такими пустыми без тебя. Наступила долгая пауза, заполненная лишь тихим потрескиванием сигарет. В воздухе висело напряжение, которое становилось все более невыносимым. — Нам Гю… — тихо сказал Су Бон, — а что… что между нами? Этот вопрос повис в воздухе, словно бомба с часовым механизмом. Нам Гю замер, словно статуя. Он молчал, собираясь с мыслями. — Я… — начал он, но запнулся. — Я не знаю. Дружба? Су Бон покачал головой. — Я так не думаю…уже как пять лет, — прошептал он. Нам Гю посмотрел на него с вопросом в глазах. Су Бон набрался смелости и сделал шаг вперед. Их губы встретились в нежном, робком поцелуе. Они отстранились друг от друга, глядя друг другу в глаза с нежностью и обожанием. И потом поцеловались снова, на этот раз более страстно и уверенно. Они целовали друг друга жадно, словно боялись, что этот момент ускользнет. Они ласкали друг друга, касаясь щек, волос, шеи. Их руки дрожали от волнения. Поцелуи становились все более требовательными, все более страстными. Су Бон притянул Нам Гю к себе ближе, обнимая его крепко-крепко. Они целовались так долго, что у них перехватило дыхание. Они прерывались лишь на мгновение, чтобы перевести дух, а потом снова бросались друг к другу, словно утопающие, ищущие спасения. Губы скользили по щекам, по шее, по ключицам. Руки трогали друг друга без стеснения, словно пытаясь наверстать упущенное время. Они трогали друг друга, обнимались и вдыхали запах друг друга. Это было так прекрасно. Нам Гю провел рукой по волосам Су Бона, слегка оттягивая его голову назад, чтобы поцеловать в шею. Су Бон промычал от удовольствия. Они никак не могли насытиться друг другом. Их тела были прижаты друг к другу, словно две половинки одного целого. Наконец, они отстранились друг от друга, тяжело дыша. Их лица были красными, их глаза блестели от страсти. — Я… — начал Су Бон, но запнулся. — Я тоже, — ответил Нам Гю, предвосхищая его слова. Они снова поцеловались. Стояли на балконе, обнявшись, и смотрели на ночной город. Были счастливы, были вместе. И это было самое главное. Руки трогали друг друга без стеснения, словно пытаясь наверстать упущенное время, вдыхали запах друг друга. Это было так прекрасно. Вдруг Су Бона словно обожгло воспоминанием. Аэропорт. Пять лет назад. Этот же аэропорт, гул объявлений, толчея спешащих людей… и их двое, растерянные и сломленные, стоящие перед неминуемой разлукой. Вернувшись в реальность, он отстранился от Нам Гю, тяжело дыша. — Помнишь аэропорт? — спросил он, глядя тому в глаза. — Как я могу его забыть, — ответил Нам Гю, с грустью улыбаясь. — Я тогда хотел поцеловать тебя, но испугался. Су Бон замер. Он удивленно распахнул глаза, не веря своим ушам. — Ты… ты тоже? — прошептал он, словно боясь нарушить хрупкую тишину. — Мы были такими дураками, — прошептал он. — были просто молодыми и испуганными, — ответил Нам Гю. — Но сейчас все по-другому. — Я так переживал первые месяцы после твоего отъезда, — проговорил Су между поцелуями. — Разные часовые пояса, мы почти не могли разговаривать. Я не понимал, зачем твои родители так поступили? Зачем им понадобилось забирать тебя так далеко? — Они думали, что делают лучше для меня, — ответил Нам Гю, целуя его в плечо. — Они хотели, чтобы я получил хорошее образование, построил карьеру. Они не понимали, что мое счастье — здесь, с тобой. — А как ты там… обустроился? — спросил Бон. — Было трудно, — ответил Нам Гю. — Я скучал по тебе, по нашим друзьям, по Сеулу. Но я старался не показывать этого. Я учился, работал, пытался найти новых друзей. Но никто не мог заменить вас. Бон обнял Гю крепче, прижимая его к себе. — Я тоже очень скучал, — прошептал он. — Мне было так одиноко без тебя. Я даже думал бросить музыку. — Не говори так, — ответил Нам Гю, целуя его в лоб. — Ты очень талантливый. Ты должен заниматься музыкой. Это твое призвание. — Но без тебя… — начал было Су Бон, но Нам Гю прервал его. — Теперь я здесь, — сказал он. — Я больше никуда не уеду. Они целовались так долго, что у них перехватило дыхание, никак не могли насытиться друг другом. Наконец, они отстранились друг от друга, тяжело дыша. Их лица были красными, их глаза блестели от страсти. Нам Гю медленно отстранился, заглядывая Су Бону в глаза. В его взгляде плескалась целая буря эмоций: любовь, обожание, нежность… и желание. — Пойдем внутрь, — прошептал Нам Гю, и его голос дрожал от волнения. — Там теплее. Су Бон кивнул, не в силах произнести ни слова. Он чувствовал, как в его животе зарождается какое-то странное, волнующее предчувствие. Он знал, что произойдет дальше. Он знал, что они перейдут черту, что их отношения перейдут на новый уровень. И он был готов. Они, не разрывая зрительного контакта, медленно вошли обратно в квартиру. Дверь за ними закрылась, отрезая от внешнего мира, от всех забот и проблем. Теперь существовали только они двое, в этом маленьком, уютном пространстве, наполненном любовью и желанием. Они стояли посреди комнаты, словно заколдованные, не зная, что делать дальше. Сердца бешено колотились в груди, дыхание сбивалось. Су Бон протянул руку и коснулся лица Нам Гю. Его пальцы нежно скользнули по его щеке, по его подбородку, по его губам. Нам Гю закрыл глаза, наслаждаясь его прикосновением. Медленно, очень медленно они начали раздевать друг друга. Сначала худи, потом футболка, джинсы… Каждая снятая вещь приближала их к заветной цели, разжигая огонь страсти все сильнее и сильнее. Наконец, они остались в одном нижнем белье. Они стояли напротив друг друга, рассматривая тела, которые знали наизусть, но которые сейчас казались такими новыми и желанными. Су Бон провел рукой по торсу Нам Гю, чувствуя его упругие мышцы, его горячую кожу. Нам Гю застонал от удовольствия. Он ответил тем же, проведя рукой по торсу Су Бона. Он чувствовал его сильное сердцебиение, его учащенное дыхание. — I love you, Nam-Gyu, — прошептал Су Бон, и его голос звучал хрипло и страстно. — Я тебя тоже, — ответил Нам Гю, и его голос звучал так же хрипло и страстно. Они снова поцеловались, и на этот раз их поцелуй был наполнен не только страстью, но и нежностью, и любовью, и обещанием. Нам Гю подхватил Су Бона на руки и понес его в спальню. Су обвил руками его шею, целуя его в губы, в шею, в плечи. Наконец, они добрались до кровати. Нам Гю осторожно опустил Су Бона на мягкие подушки, нависая над ним сверху. Они смотрели друг другу в глаза, и в их взглядах читалось все: и любовь, и страсть, и желание, и обещание. Нам Гю нагнулся и начал целовать Су Бона в шею, спускаясь все ниже и ниже, к его груди, к его животу. Су Бон стонал от удовольствия, выгибаясь в его руках. Он чувствовал, как его тело охватывает дрожь, как в нем зарождается новая, неизведанная доселе страсть. Нам Гю медленно снял с него оставшееся нижнее белье, открывая его тело для себя. Он рассматривал его с обожанием, целуя каждый дюйм его кожи. Они были нетерпеливы, жаждали друг друга, но в то же время старались доставить друг другу как можно больше удовольствия. Они знали, что этот момент особенный, что он запомнится им на всю жизнь. Их тела двигались в такт, сливаясь в едином ритме. Они стонали, кричали, шептали слова любви. Они отдавали себя друг другу без остатка, не жалея ни сил, ни чувств. Это была не просто страсть. Это была любовь. Любовь, которую они хранили в своих сердцах годами, любовь, которая выдержала испытание временем и расстоянием. И вот теперь, наконец, они могли отдать ее друг другу. Без остатка. — Я думал, мы просто полежим и отдохнем, — прошептал он, с хитрой улыбкой глядя на Су. — Я тоже так думал, — ответил Су Бон, — пока ты не начал так соблазнительно дышать мне в шею. Нам Гю рассмеялся, нависая над ним. — Что если я продолжу? — прошептал он, целуя его в губы. Су Бон чувствовал, как теплое дыхание Нам Гю продолжает щекотать его шею. В его глазах плескалось такое нежное, любящее обожание, что сердце Таноса затрепетало. Они целовались, ласкались, стонали, кричали… Они отдавались своим чувствам без остатка, не жалея ни сил, ни эмоций. Они были единым целым, двумя половинками одной души. То Нам Гю был сверху, лаская тело Су Бона, доводя его до исступления. То Су Бон нависал над ним, отвечая ему той же страстью, тем же желанием. Они менялись местами, словно в страстном танце, ведомые лишь своими чувствами, своими желаниями. Они касались друг друга везде, где только могли дотянуться. Язык скользил по коже, вызывая мурашки. Укусы были нежными, но властными, словно о метки принадлежности. Всхлипы наслаждения переплетались с хриплыми шепотами, полными любви и страсти. Время потеряло всякий смысл. Они просто были вместе, здесь и сейчас, в этом моменте абсолютного счастья. И ничего больше не имело значения. В какой-то момент, Су Бон почувствовал, что больше не может сдерживаться. Он был на грани. Он крикнул имя Нам Гю и излился в его руки, содрогаясь от удовольствия. Нам Гю последовал за ним, изливаясь одновременно с ним. Их тела содрогались в унисон, их сердца бились в одном ритме. Наконец, все стихло. Они лежали в кровати, обнявшись, и смотрели в потолок. Их тела были мокрыми от пота, их дыхание было прерывистым, но в их сердцах царила тишина и умиротворение.

Они были счастливы. Они были вместе. И это было самое главное.