За все надо платить

«Его вокал просто нечто!» — первая и единственная мысль, что крутилась в голове у Ильи Виногорского, с того момента, как начали снимать сцену с совместной игрой в теннис Николая 1 и Пушкина. Конечно, он знал, что двигать губами в любом случае надо и Шварц наверняка будет проговаривать текст, но чтоб он так чисто и красиво пел... И ведь даже не было завидно! Да даже если и было, сейчас Илья этого понять не может, да и вообще думать не может, ну то есть, думать о чем-то, помимо прекрасного парня, переодетого в царя всея Руси. Вот он ловко отбивает теннисной ракеткой шарик, а вот и подходит вплотную к Юре Борисову, который сейчас играет Пушкина, и на месте которого сейчас бы так хотел оказаться Виногорский... Отсутствие у себя гетеросексуальности Илья заметил не то чтобы давно, но пожалуй достаточно, чтоб не бояться такого...хм, излишнего восхищения другим человеком своего пола. Но вот моментов, когда от одного вокала возникали ощущение, что сейчас упадешь в обморок от слишком высокого давления он не замечал никогда. И возможно, возможно, он подумает об этом потом, чуть позже, когда Шварц закончит петь, но это будет потом... *** "Потом" так и не случилось. Когда сцена была снята, Женя сразу повернул голову на Илью и улыбнулся. Что-то сказал Юре, и направился прямиком к Виногорскому. Тут то и пришло осознание, что все это время он беспрерывно пялился и как бы актеры не были увлечены съемками и игрой, не заметить это было сложновато. Вот и настал час паниковать. Только вот времени на панику не осталось, потому что Шварц дошел уж слишком быстро. —Понравилась сцена? — с мягчайшей из всех улыбок, что доводилось встречать Илье, поинтересовался Женя. —Да, ты хорошо играешь. — Виногорский сам удивился тому, как же хорошо он связывает слова в целое предложение после того, как мозг совсем не работал на протяжении минут пяти. Но спасать же ситуацию было надо! — Сразу видно, что ты талантливый актер с большим опытом. Я стараюсь запоминать твое поведение на сцене, хочется ж когда-нибудь добиться хотя бы половины твоего успеха. —Да ладно, ты слишком меня хвалишь. Тем более, я практически не играл в этой сцене. Или тебя заинтересовала как раз музыкальная часть? Илье показалось, что сейчас его не спасет уже ничего. Лицо горело так, что внешне наверняка покраснело целиком, как в мультиках, да ещё и рядом с головой появилась та большая голубая капля. —Каюсь, именно твой вокал меня и зацепил. Хах, знаешь, я не очень талантлив в пении, поэтому все сцены с живым вокалом меня восхищают. А твой голос звучал так гармонично, даже несмотря на то, что ты бегал и неплохо играл в теннис, исполняя песню. —Приятно слышать. Может хочешь отойти в гримёрку и подробнее обсудить? Люблю тему музыки и потому люблю встречать разбирающихся в этом людей. — Шварц ему подмигнул и, не дожидаясь ответа, направился вглубь закулисы. Выбора не оставалось, а после жеста Жени голова по-тихоньку опять переставала варить, поэтому Виногорский поторопился догнать коллегу-актера. Илья искренне надеялся, что поймет и запомнит хотя бы половину того, что ему расскажут в гримёрке. Только вот, запоминать ничего и не понадобилось. Стоило лишь догнать Шварца и зайти в ту же дверь, его прижали к стене, с обеих сторон поставив руки. —Тебе же понравилось быть слушателем моего пения? Не хочешь отблагодарить? —Отблагодарить..? —За прослушивание красивых песен вживую обычно платят деньги. Но я разрешу тебе выбрать другой способ отплатить мне, за столь приятные впечатления — подари такие же впечатления. — Женя поменял их местами и оказался у стены, тут же слегка надавив на плечи Ильи, намекая, чтобы он присел. Парень опустился на колени, но в мозг все ещё не приходило понимание, как же именно ему надо отплатить Шварцу. Но к счастью, тот, кажется, понимал сконфуженное состояние Ильи и быстро помог тому сообразить одним простым действием — растегнул ширинку. Дальше осознание пришло само. Кажется, он сейчас впервые будет делать минет. Шварцу. И, кажется, вновь удостоится послушать как тот поёт. Жаль только, в гримёрке высокие ноты он брать не будет точно.