Seeds

Для омеги, состоящей в паре с альфой, нормально желать, чтобы партнёр вошёл глубже и позволил узлу завязаться. Ощущение узла неописуемо как для омеги, так и для альфы по разным причинам. Но для желающих омег чувство переполненности, появляющееся каждый раз, когда что-то на члене альфы расширяется, всегда необходимо и востребовано. Ощущение наслаждения, когда завязывается узел, когда внутрь изливается поток спермы — вот чего жаждет омега, требующая к себе излишка внимания, ведь без них, без внимания и без узла, она готова умереть от переизбытка желания. Это все общие слова, которые можно сказать о большинстве занятых омег, но Хван Йеджи, вероятно, не была похожа на это большинство омег. Она любит секс со своей женой — Рюджин — так же, как и любая омега со своим альфой. Каждую течку она умоляет Шин об узле, ведь как и любая другая омега нуждается в этом, жаждет больше всего на свете, потому что это единственное, что уберёт жгучую боль внизу живота при течке. Но между Йеджи и случайной омегой есть различия. Йеджи — омега, которая хочет семени своей альфы так, как, наверное, не хочет ни одна другая омега. Йеджи заметила это за долго до их свадьбы, в начале отношений, в первый раз, когда почувствовала вкус Рюджин во рту. Это изменило её жизнь.

FLASHBACK

Темноволосая омега стоит на коленях перед Рюджин, в её квартире, в городе, оставаясь здесь на выходные, когда у альфы не было работы. Они с Рюджин вместе уже шесть месяцев, но, поскольку они ещё не обменивались метками, Йеджи во время течки приходится уезжать из города в целях безопасности, чтобы другие альфы не пытались пометить, если блокаторы ей не помогали. Сейчас идеальное время, когда у Йеджи нет течки и они могут наверстать упущенное. Йеджи сказала альфе, что хочет сделать ей минет, и, хотя Шин сказала, что в этом нет нужды, омега ответила, что хочет этого, потому что Рюджин всегда доставляет ей ласки орально и она давно хотела попробовать так же. Член Рюджин толстый и длинный, одна только головка умещается у нее во рту с чувством переполненности, но это не мешает ей двигать головой, пуская глубже. Йеджи нравится её вкус, ей нравится её цитрусовый аромат, ей нравится всё в Шин Рюджин сейчас, и, вероятно, в конце концов они обменяются метками. — Йеддон, — выдыхает Рюджин, — я сейчас кончу, ты можешь остановиться... Однако Йеджи не останавливается и позволяет альфе кончить ей в горло. Она не может проглотить всё, поскольку Рюджин кончает сильно и обильно. Хван сглатывает сколько может, но в итоге отдергивает голову, и горячие струи семени попадают ей на щеку, губы и грудь. Она вся в сперме своей альфы. Рюджин сидит с шоком и извиняется за то, за что, по сути, ей бессмысленно извиняться — за то, что обкончала все лицо омеги. Но Йеджи отвечает ей, что всё в порядке, и наклоняется, чтобы лизнуть головку члена своей девушки ещё раз. — Чёрт, почему ты такая вкусная, Рюддон?

END FLASHBACK

Йеджи не просто нравилось чувствовать семя Рюджин внутри себя во время течки — ей нравилось чувствовать семя в своём рту. Ей нравилось чувствовать семя своей альфы на своём лице. Ей нравилось чувствовать семя своей альфы практически на любой части своего тела, где Рюджин могла его оставить. Ей хотелось этого. Кратко говоря, Йеджи была омегой, которая пристрастилась к сперме своей альфы. Они обе заметили это со временем. Неважно как она могла было получить сперму Рюджин, лишь бы она могла, и, возможно, иногда это было экстремально, но кому до этого есть дело? Это ведь были их отношения — так в чем, собственно, проблема? Ей нравилось все в её милой, любящей, доброй и заботливой альфе. Шин Рюджин — альфа, о которой мечтала каждая омега. Альфа, которая не только уважала её, как партнёра, но и никогда не воспринимала как собственность. Йеджи с самого начала знала, что Рюджин — та, на которой она в конце концов женится и с которой обменяется метками. Она никогда не жалела об этом решении. Рюджин была единственной. Однажды Рюджин спросила, почему Хван все таки согласилась с ней встречаться, и Йеджи начала перечислять её бесчиленные положительные качества... Дело в том, что Рюджин была идеальной альфой. Йеджи сказала ей, что ей нравится её цитрусовый аромат, потому что он не только привлекателен и приятен ей, но и успокаивает её, и что не имеет значения, что она красива снаружи, если внутри она такая же невероятная. Шин была просто прекрасна, но в то же время сексуальна: её глаза, слегка загорелая кожа, подтянутое тело и добрая улыбка, в которую, должна признать Йеджи, она довольно быстро влюбилась. Конечно, Хван рассказала ей и другую правду — о том, что её семя вызывает привыкание. В тот момент Рюджин подумала, что Йеджи просто шутит, ведь она знает, что у Йеджи есть игривая сторона характера, но альфа быстро осознала, что омега не шутит, и поняла это довольно интересным способом.

FLASHBACK

Всякий раз, когда у Йеджи течка, всё, мягко говоря, становится интересным. Секс всегда очень интенсивный, потому что из-за того, что запах омеги куда сильнее, что он призывает к действиям, влечения становится больше. Рюджин, должно быть, кончила уже два раза за короткое время, что нормально и ожидаемо. Течки у Йеджи все равно длятся около четырех дней, так что это даже близко не конец. Несмотря на то, что альфа до предела возбуждена, они все равно должны были взять перерыв, по крайней мере, так думала альфа, пока кое-кто не начал сосать её член. — Йеддон… — Рюджин смеётся. — Что ты делаешь? Я думала, ты хотела отдохнуть. Разве ты не говорила, что хочешь отдохнуть? — Альфа удивляется и проводит пальцами по тёмным локонам. Она кивает. — Я просто хочу твой член. — Ты хочешь, чтобы я сошла с ума? —Спрашивает она с серьезным выражением лица. Весь смысл «отдыха» Рюджин в том, чтобы потом задержаться внутри своей омеги, чтобы узел помог ей во время течки. Но она должна признать, что прямо сейчас её омега так хорошо обхватывает её член своей грудью, что если Йеджи продолжит в том же духе, она точно быстро перевозбудится и кончит. — Почему ты так сильно хочешь мою сперму и мой член, а? — Я хочу твой член, потому что из-за него я схожу с ума, Рюддон. Пожалуйста, войди в меня. — Она смотрит на альфу своими красивыми кошачьими глазами, и от этого взгляда Шин хочет войти в неё всё сильнее. Рюджин бы трахала её до тех пор, пока вся её сперма в организме не закончилась. Особенно если Йеджи смотрит на неё так и говорит так сексуально, как сейчас. Как Рюджин могла бы не помочь ей?

END FLASHBACK

Йеджи была зависима от своей партнёрши и её семени. Она просто ничего не могла с собой поделать. Она не была похожа на типичную омегу. Единственные люди, которых это касается — это она сама и Рюджин. Говоря о ее альфе, Рюджин должна прийти к ней в любой момент, если Йеджи нуждается в ней. Она нужна ей больше всего на свете. Йеджи лежит на кровати, началась течка, и это начинает плавить ей рассудок. Омега выделяет сильный лавандовый аромат, чтобы привлечь внимание Рюджин, поэтому, где бы она ни находилась в доме — альфа придёт. Всё это время Йеджи вспоминала каждый их недавний секс, и от этого ей становилось только хуже. Наверное, ей не стоило так сильно думать о прошлом, но она ничего не может с собой поделать из-за течки. «Быстрее, Рюджин, поторопись» — думает про себя, скользнув двумя пальцами по влажным складкам. Сейчас она отчаянно ласкает себя. Мысль о том, что Рюджин, возможно, нет дома, внезапно пришла ей в голову. Единственная хорошая вещь в этом — это то, что ни один другой альфа не придёт к ней, пока Рюджин не появится здесь, если мысли о том, что её жены нет дома, окажутся правдивыми. Это преимущество брака: ты уже принадлежишь кому-то на природном уровне, она с гордостью носит на шее метку, указывающую на то, что она принадлежит одной-единственной Шин Рюджин. Йеджи начинает беспокоиться, потому что Рюджин бы ни за что не проигнорировала её. — Рюддон... Как только она начинает сильнее беспокоиться об одиночестве, дверь распахивается и в комнату проходит альфа. Шин бросает взгляд на омегу и видит, как Йеджи лежит в их постели совершенно голая и её красивые пальцы занимаются самоублажением. Она была не в доме, а на заднем дворе и не сразу почувствовала запах лаванды, только подойдя ближе к дому. Как только она почувствовала, что у Хван началась течка, никто и ничто больше не могло остановить её от времяпровождения с ней. — Йеддон, хей, как давно ты занимаешься этим? — альфа подходит к кровати и осторожно убирает с её лица тёмные пряди. — Я не думала, что течка начнётся сегодня... Ты поможешь мне? — Конечно, Йеддон. Рюджин всегда будет помогать своей жене, когда у нее течка и она в ней нуждается, иначе и быть не может. Член альфы уже активно требует к себе внимания, отреагировав на запах омеги. Все, что ей нужно сделать, это раздеться, и Йеджи охотно помогает ей, даже если жар туманит взгляд. Она заставляет Рюджин снять одежду. Йеджи, словно одержимая, хватает её за футболку и практически срывает с тела Шин. Рюджин успевает кратко поцеловать, прежде чем Йеджи расстегивает и снимает с неё джинсы. Ей нужно, чтобы альфа поскорее вошла в неё. Рюджин понимает и делает всё возможное, чтобы не заставлять её долго ждать. В тот момент, когда Йеджи видит, как из её боксеров появляется толстый и длинный член, у неё текут слюни, а вагина быстро пульсирует от желания. Ей очень нужна Рюджин. — Рюджин, — она смотрит на свою жену с вожделением в шоколадно-карих глазах. — Я помогу тебе, Йеджи. Рюджин впивается в её губы жарким поцелуем, и омега отвечает на него спустя несколько мгновений, прежде чем опустить взгляд вниз. Теперь, как бы сильно ей ни хотелось, чтобы он был внутри неё, это может подождать ещё немного, потому что сейчас её внимание приковано к набухшей головке, покрытой предэякулятом. Как будто эта влажность зовёт её. Рюджин наблюдает, как её омега наклоняется вперёд и начинает слизывать вязкую субстанцию с головки члена, в этом нет ничего нового. Это стремление Йеджи получить как можно больше семени уже не удивляет альфу. Хван действительно любит её так, как не любила ни одна другая омега, с которыми она была раньше, и Рюджин должна признать, что это сильно тешит ее самолюбие. Это очень развратно и приятно, когда твоя жена жаждет твоей спермы не только в своём лоне, но и в других местах. — Ты просто хочешь отсосать мне, Йеддон? — дразнит альфа. — На самом деле, мой член должен быть внутри тебя. — Ещё немного... — Чёрт… — разум Рюджин затуманивается от этих нежных прикосновений, которые Йеджи дарит её и без того чувствительной головке. — Эй, если ты продолжишь в том же духе, Йеддон, я кончу прямо на твоё милое личико, или ты этого хочешь? По правде говоря, в первый раз, когда Рюджин кончила на лицо Йеджи, это было случайностью. Она никогда раньше не делала такого и предупредила Йеджи, чтобы та перестала делать минет, но Хван продолжала. Рюджин не из тех альф, которые ставят своё удовольствие выше удовольствия своей жены. Она считает, что в первую очередь нужно заботиться о потребностях омеги, что она и делает, но с самого начала стало ясно, что Йеджи нравится немного иное. Йеджи сказала, что ей нравится её сперма на вкус. Её омега, по сути, давала ей право кончить на неё. Как только Рюджин тоже почувствовала себя достаточно комфортно, это стало легко. Она полностью повторяет действия Йеджи, по несколько раз вылизывая её мокрую вагину. Но Йеджи — настоящая экстремалка, она помешана на своей альфе, и Рюджин более чем довольна этим. Йеджи думает о том, что когда-то сказала ей Рюджин: некоторым омегам может не понравиться, если их альфа кончит им на лицо. Но она совсем не против, потому что ей очень нравится, когда кончает альфа, и неважно, где это происходит — Хван от этого без ума. Но сейчас ей нужно, чтобы её трахнули, потому что это ожидание начинает причинять боль. Она не может думать ни о чём другом, кроме как о члене своей жены, погружённом в неё. — Нет, не хочу, не сейчас. Мне нужно, чтобы ты трахнула меня. Рюджин кивает, меняет их положение и вскоре оказывается между ног омеги, около текущего входа. Она раздвигает эти красивые розовые внешние половые губки и входит в Йеджи медленным легким движением. — М-м-м, чёрт… — омега вскрикивает от мгновенного удовольствия, ей уже слишком хорошо — нет ничего лучше, чем почувствовать свою альфу внутри себя, этот первый толчок, особенно когда у тебя течка и ты нуждаешься в ней больше всего на свете. Рюджин на мгновение замирает, позволяя себе просто наслаждаться тем, как влажное влагалище её омеги плотно обхватывает её член. Это приятно и в обычное время, но когда это секс во время течки, как сейчас — это ещё лучше. Йеджи такая влажная. Намного более влажная, чем обычно. Она невероятно тугая и горячая. Рюджин наслаждается ощущением, которое сейчас охватывает её член. — Йеддон, — она произносит её имя низким голосом, который возбуждает омегу. Хван гордится, что именно она возбуждает Рюджин. Йеджи притягивает её губы к своим для поцелуя, и Шин начинает размеренно входить и выходить. Йеджи обхватывает бёдрами талию своей альфы, притягивая к себе альфу ещё сильнее. — Трахни меня, Рюддон, — умоляет её Йеджи, в голосе слышится нужда и желание. Рюджин врывается в омегу с такой силой, что их кровать начинает трястись, и в этом вновь нет новинки. За эти годы им пришлось сменить немало кроватей из-за того, что секс стал настолько интенсивным, насколько это возможно. Но самое важное — убедиться, что Йеджи справиться в течку. Альфа полностью погружается в свою омегу. Хван чувствует, как каждый жёсткий сантиметр наполняет её, думает о том, как чувствуется этот горячий поток спермы. Эта та часть тела, куда сперма Рюджин попадает чаще всего. Во время таких течек это лучше всего, потому что она чувствует каждую горячую каплю спермы и расслабляется. Не то чтобы в обычное время она не выпрашивала у Рюджин семя. Ей нравится сперма её альфы независимо от повода. — Думаешь об узле? — горячо спрашивает Рюджин с поцелуями. Она очень хорошо знает свою жену, и она догадывается, о чем думает Йеджи. Она ведь постоянно пытается добиться её спермы и узла. Та самая омега, которая умоляет Рюджин кончить в неё, несмотря ни на что, и та самая омега, которая с радостью сделает ей минет, заставит её кончить и с удовольствием проглотит столько спермы, сколько сможет, потому что она так сильно любит её семя. — Д-да, я чертовски сильно хочу твой узел... Рюджин целует свою метку на шее у Йеджи — чувствительную зону партнёра. То, как Хван стонет, когда ей целуют метку и трахают, мгновенно возбуждает альфу сильнее, ведь ей нравится слышать стоны Йеджи. Сам её голос сильно возбуждает, потому что в нём есть глубокая, сексуальная хрипотца. Рюджин слегка сжимает один из её сосков. От всех манипуляций Йеджи накрывает оргазм. Её громкие и прерывистые стоны наполняют комнату, она ещё сильнее сжимается вокруг члена альфы. — Как ты себя чувствуешь, Йеддон? —спрашивает Рюджин, несколько раз поцеловав её в плечо. Йеджи может только кивнуть. Ей слишком хорошо. Ей очень приятно, когда большой член Рюджин даже после оргазма находится в ней. Ей станет ещё лучше, когда Рюджин сможет завязать её, завязать узел. Она почувствует резкое облегчение во время течки, как только получит узел. Рюджин меняет позу. Она всегда делает так, чтобы Йеджи было удобно, прежде чем завязать узел, ведь они не смогут двигаться несколько часов, пока узел не развяжется. Рюджин меняет позу на «ложку», чтобы омеге было удобно лежать и альфа не давила на неё своим весом, пока они ждут. — Войди в меня, завяжи меня, — омега умоляет, яростно двигаясь, насаживаясь на член Шин. — Чёрт, Йеддон, — выдыхает Рюджин. — Тише, успокойся, он уже близко... Рюджин близко, она действительно близко. Йеджи медленно успокаивается. Она знает, что нужно довериться Шин и перестать двигаться в ответ, нужно позволить альфе контролировать ситуацию, особенно когда она чувствует спазмы члена Рюджин и слышит низкое рычание. —Не двигайся сейчас. — Альфа яростно рычит. — Рюддон... — Я близко, узел завяжется... Я знаю, что ты хочешь этого, потерпи секунду... — Она целует метку на шее Йеджи, и на этот раз это успокаивает её, заставляя омегу расслабиться. Йеджи хочет почувствовать, как сперма наполняет её, поэтому успокаивается и ждёт. Рюджин делает несколько медленных толчков, прежде чем выстреливают эти восхитительные горячие струи. — Чёрт, — ругаются-стонут одновременно по разным причинам. Омега не может насытиться этим выплеском спермы, который стремительно изливается в неё. Теперь, когда Рюджин связала их узлом, они какое-то время проделать вот так. Рюджин обнимает Йеджи за талию. — Как ты себя чувствуешь? — Потрясающе, — шепчет Йеджи и поворачивает голову, чтобы поцеловать свою вторую половинку. — С тобой всегда так хорошо, Рюддон. — С тобой тоже, Йеддон. Пройдёт какое-то время, прежде чем узел спадёт, а пока пара лежит в объятиях друг друга, связанные чем-то природным. Йеджи действительно самая милая на свете, она начинает скулить, когда Рюджин на мгновение прерывает их поцелуй. Рюджин считает, что это забавно — думать о том, какой милой может быть её жена для того, кто тоже зависим от её оргазма, но, опять же, Хван не была похожа на типичную омегу, и Рюджин это более чем устраивало. Она любила свою жену такой, какая она есть, и не хотела бы видеть её другой.