Сын дьявола

Дьявол не спит. С кем попало.

@Станислав Ежи Лец.

Если Вы отдаёте своё сердце дьяволу, Вам уже ничто не поможет. @Фома Аквинский. Первоначально это должно было стать поездкой в Роан для заключения союза с этим государством, после чего с чистой душой направиться обратно к себе, в королевство Каро. Но всë имеет свойство идти не по плану. Давно зная о столице виноделия, графство Хенитьюз, Валентино решил на неделю остановиться в Вестерне. В конце концов, ничего страшного случиться не должно, верно? По крайней мере, свято был уверен. До тех пор, пока не встретился в одном из баров, в лучшем из всех по рассказам местных жителей, с кем-то, кто вполне мог зваться если не самим дьяволом, так его сыном. Молодой юноша с прекрасными волосами, напоминающие на свету яркий огонь, был одет в самую роскошную одежду, а красновато-карие глаза смотрели с презрением и ненавистью ко всему живому, к роду человеческому. Рядом стояли пустые бутылки алкоголя, а на лице парня очаровательный румянец. Известный пьяница графства, первенец лорда этих земель. Кэйл Хенитьюз. Принцу говорили его избегать. Неуважительный, вечно пьяный, грубый и далее по списку. Но стоит отметить: внешне был весьма красив. А Валентино всегда был падок на внешность. И любопытным. Потому нет ничего удивительного, что несмотря на все уговоры подчинённых, пытающиеся предотвратить их столкновение друг с другом, Валентино оказался напротив медленно потягивающего вино Кэйла с искренней улыбкой и блеском в глазах. — Чего тебе? — грубо спрашивает первенец графа, поднимая свои очи от очередной бутылки. Валентино в иной раз мог бы оскорбиться. Как-никак, но он принц. Кронпринц. Но есть что-то крайне очаровательное в непочтительности юноши перед ним, чьи глаза вопреки всему ясны. Интересно. Эта игра. И причём весьма искусна. — Выпьем? — коротко спросил он, присаживаясь напротив Кэйла, что громко фыркнул. — Наливай, — и поставил неводомо откуда второй стакан для Валентино, что шире улыбнулся, открывая очередную стояющую на столе бутылку с вином. Подчинённых малость покоробило панибратское отношения непочтительного аристократа по отношению к их драгоценному принцу. Собутыльник из Кэйла оказался чудесным, а вот собеседником... уникальным. Нетипичный склад ума для аристократов. Валентино понравилось. Возможно дело в хорошей компании. Конечно компания была не то чтобы хорошей. И не то чтобы сам человек был хорошим. Но было что-то хорошее в этом вечере, в этом человеке. — Ваше Высочество, не пристало вам яшкаться со мной подобными, — пробормотал Кэйл, чье лицо изрядно покраснело, а глаза были чуть затуманены. — Отчего же? — искренне удивился принц. — Вы очаровательный молодой человек с необычным складом ума. И я люблю честных людей, нежели лицемеров. Тут, конечно, Валентино немного лукавил, но не сказать что солгал. — Давайте станем друзьями? — неожиданно для самого себя предложил принц. Первенец графа моргнул, брови дернулись, а губы подсознательно сложились в тонкую линию. Задумчиво рассматривал собеседника перед собой. — Как хотите, — выдал в итоге он.

***

Валентино покачал головой, читая письмо от Кэйла, что в кои-то веки сподобился вовремя отправить ответ. Кэйл точно сын дьявола, уверился в этом давно и бесповоротно Валентино, ещё в тот самый первый день знакомства с невыносимым аристократом, любящий выпить. Дружить с таким человеком оказалось сложно, но интересно. Кэйл не любил кислые вещи, такие как лимон. Не любил плести интриги, хоть и мог составлять схемы, просчитывать свои действия. Гангстеров и всяких подонков презирал. А к детям питал слабость. Роскошная одежда, что неизменно была на юноше, иногда оказывалась слишком тяжëлой для парня, который любил не только роскошь, но и удобство и комфорт. Не любит физический контакт, но для избранных делает исключение. Удивительно предан. Все эти факты Валентино скурпулезно собирал, обрабатывал и запоминал. Кэйл ужасно скрытный. Ему тяжело даются откровения. И тем страннее понимать, что тот готов пожертвовать собой ради семьи, ради близких, готовый идти в бой для них, сражаться до последнего вздоха, если это означает спасение графства. Кэйл не добросердечный и отнюдь на альтруистичный. Он тот ещё эгоист. Валентино не осуждает. Своя шкура всегда ближе всего. Чтобы впустить кого-то в своё сердце, требуется много времени. Валентино терпеливо ждал целых полтора года. Новая встреча состоялась ближе к осени. Первенец графа подрос, волосы стали длинее. То ли было лень подстригать, то ли в этом был сакральный смысл, то ли просто не хотел что-то делать со своими волосами, но Валентино оценил. Он завис на пару минут, рассматривая алые локоны, доходящие до плеч, пока в ответ на него уставились глаза, в которых горел опасный блеск, на устах насмешливо-приветливая ухмылка. — Что, красив? — ехидно поинтересовался парень, и принц мгновенно понял, что тот специально всë подстроил. — Конечно. Молодой мастер Кэйл может по праву считаться эталоном мужской красоты, что тогда что сейчас, — не растерялся Валентино, подходя ближе. Протягивает руку. — Рад вас встречать в моём скромном дворце, — искренне произнёс принц, смотря нежным взглядом. Кэйл пожимает её, оглядываясь. — Неплохо. Людей рядом перекосило от комментария пьяницы, что имел наглость сказать, что дворец — это неплохо. Однако Валентино рассмеялся и осторожно похлопал по плечу поморщившегося от прикосновения Кэйла, что даже не думал следить за своим выражением лица. — Ничего, найду чем тебя впечатлить. Вечером, закрывшись в покоях Валентино, они пили не изысканные вина редкого сорта, а обычное пиво. Кэйл уже красный, но взгляд оставался по обыкновению трезвым как стеклышко, а вот у Валентино постепенно сносит крышу. — Молодой мастер Кэйл, — немного заплетаясь зовёт парня. — Ваше Высочество? Валентино хмурится, пытаясь словить мысль в голове. — Ты когда-нибудь встречался? Кэйл поднял брови из-за перехода на неформальную речь. — Нет, но мог бы, не беги от меня люди как от тëмной маны. Валентино хрюкнул, невовремя делая глоток прямо из бутылки. Весь этикет рядом с алововосым юношей выбрасывается напрочь, откладывая сладкие речи до лучших времён. — Мог бы? И кто это потенциальная девушка? — Никто, — закатил глаза Кэйл, отбирая бутылку, сам выпивая почти до дна. Валентино игриво тянется к своей добыче, поддаваясь вперёд. Красновато-карие глаза вспыхнули на мгновение чём-то неузнаваемым для принца, что не обратил должного внимания, пытаясь выхватить содержимое из рук юноши. Секунда-две, Кэйл не удержался на месте и упал на пол. Валентино, уже изрядно опьянев, не успел среагировать вовремя и обнаружил себя лежащим сверху Кэйла. Бутылка откатилась в сторону, оба растрëпаны. — Прости, я... — принц запнулся, моргнул, пытаясь привести мысли в порядок. Он понимает, что ему нужно встать, но отчего-то тормозит. Кэйл смотрит своими невозможными красновато-карими глазами, губы приоткрыты, а само выражение лица столь очаровательно растерянное, что Валентино засмотрелся. Кэйл всегда выглядел либо до неприличия разодетым, несмотря на дорогую одежду, либо высокомерным засранцем. В остальных случаях парень был спокойным и тихим, но здесь и сейчас обнаружил в нëм новую сторону. Он внезапно осознал, что Кэйлу всего девятнадцать. — Ваше Высочество, — с неожиданной хрипотцой в голосе зовёт его первенец графа, не решаясь оттолкнуть руками, а потому и зависли они на полпути. Сам Валентино держал руки по сторонам от головы парня, длинные чëрные волосы свисали вниз, всматриваясь в чужое лицо своими тëмно-голубыми глазами, больше напоминающие бирюзу с морским отливом. — Или слезьте, — продолжает Кэйл, чей взгляд задумчиво скользит по принцу, — или целуйте. Моргнул. Затем второй раз. — Я не-! — начал Валентино, но тут же оборвал себя, широко раскрыв глаза, смотря пристальнее на румянец на щеках первенца графа. А что если этот румянец не от алкоголя? И что тогда? Фактически, это признание. Признание же? Наверное, со стороны Кэйла так оно и есть. — Его Высочество так легко смутить, — хмыкнул Кэйл, вернувшись к своему нахальномц поведению, за которое иногда хочется заткнуть его. Что Валентино и сделал, прижавшись к чужим губам. Руки Кэйла зарылись в его волосы. «Позже я возьму ответственность, — пообещал Валентино, пока одна из рук парня спустилась вниз, к его одежде, снимая верхние одеяния, — а сейчас можно и забыться». И углубил поцелуй, ощущая прилив жара по всему телу.

***

— Ребята, слышали? Молодой мастер Кэйл из Роана встречается с Его Высочеством Валентино! — Да ты что?! — Ложь, не мог такой человек позариться на ничтожество! — Тихо! Принц наказывает всех, кто смеет оскорблять юного господина. Услышит тебя кто, донесёт Его Высочеству и тебя ждёт суровое наказание, да такое, что тебе весь свет не мол будет! — Неужели правда встречаются...? — Ручаюсь за достоверность информации. — Надо же, во что превратилась их дружба... — Может юный господин, ну, того...? Соблазнил принца? — Но ведь Его Высочество выступил инициатором дружбы. — Тогда Его Высочество соблазнил юного мастера? Ему ведь только девятнадцать, а принц старше его аж на восемь лет. — Займитесь лучше делом, а не судачте о наших господах, — холодно вмешался пожилой мужчина, несомненно пользующийся уважением среди всех. — В наказание я увеличу вашу нагрузку, но это только на первый раз. Если посмеете ещё хотя бы раз вести столь неподобающие разговоры или распускать ложные слухи, придётся поднять вопрос об увольнении или ещё чего. Слуги резко выпрямились, смущённо промямлили «так точно, сэр» и разбежались по делам. Старик удручëнно покачал головой, а после развернулся на своих туфлях. Новость о том, что ничтожество из графского семейства и наследный принц Каро вместе разлетелась по всему континенту. Как же так?! Чтобы Валентино, принц целой страны, и встречался с отбросом из маленькой семьи из ничем не выдающегося королевства? Но Валентино затыкал слугам рты, увольнял их, наказывал поркой розгами и всячески намекал, что лучше не оскорблять его партнёра, а то и отхватить можно. Принцу пришлось заменить половину персонала за неумение хранить секреты и распускание слухов. Мало кто был не в курсе о том, как всячески Валентино балует новоиспечённого парня. Он разрешил Кэйлу взять с собой доверенных слуг и вот таким образом Рон оказался здесь. После стука и разрешения войти, низко поклонился Кэйлу, что лениво читал книгу, одолженную из библиотеки принца. — А, Рон, — незаинтересованно поздоровался с дворецким, — ты припозднился. Рон широко оскалился. — Проводил беседу с новенькими слугами. Молана назначили на ту же должность, что и в графстве Хенитьюз, — главный дворецкий, а всë потому, что Кэйл попросил, а Валентино с радостью исполнил просьбу красноволосого. Зная, что Рон не уйдёт без сына, Кэйл не поленился спуститься на кухню и спросить Бикрокса: хочет ли он устроиться во дворце шеф-поваром? Молан младший с лёгкостью ответил согласием, потому что во-первых, отец явно последует за юным господином, а значит и сам Бикрокс, во-вторых, работать во дворце новый и интересный опыт. Дерут долго уговаривал своего первенца повременить с переездом. Это был настоящий скандал, но Кэйл одержал победу. Графиня благословила их двоих и попросила писать что и как там. Басен и Лили поздравили брата. В общем, граф остался единственным недовольным. Рон взял написанное Кэйлом письмо со столика, в очередной раз посмотрев на юного господина. Волосы до плеч, заплетенные подаренной принцем чёрной лентой в хвост, спокойное выражение лица и солнечные лучи, падающие на юношу — создавало шедевр. Кэйл до странности уместно выглядел в ещё более вычурных нарядах в королевском дворце. — Что-то не так? — Нет, юный господин, — поклонился Рон с нежной улыбкой, — Его Высочество пообещал навестить вас позже.

***

Кэйл погладил белую лошадь по её чёрной гриве. — О, ты подружился с Изабель! — радостно сложил веер Валентино, накидывая синий плащ на Кэйла, — почему ты одет так легко? В Могору зима холоднее, чем в Каро. Уже двадцатилетний первенец графа, ныне жених принца, посмотрел на себя: чёрные брюки, белая рубашка с зелёным пиджаком. Фыркнул. Посмотрел на Валентино, чьи волосы завязаны в высокий хвост. — Вот бы и оставил меня в Каро, зачем взял с собой? — выгнул бровь Кэйл, вложив свою руку в чужую ладонь и позволяя вести себя к дворцу Солнца. — Как же? Познакомить со своим лучшим другом Адином, — пояснил Валентино, быстро клюнув в щëку. Кэйл демонстративно скривил лицо в отвращении, но оба знали, что это всë напускное. Принц тихо рассмеялся и, раскрыв веер, прикрыл их лица от любопытных слуг, что тут же в смущении отвернулись. — Всë ещё не могу не любоваться твоей красотой, — прошептал в чужие губы Валентино. Кэйл поднял брови, а после медленно провёл пальцами от груди принца к его воротнику, после чего прижал к себе и поцеловал. Валентино свободной рукой обнял за талию, отвечая на поцелуй. Они могли целоваться до звёзд в глазах и пока не устанут, не важно где и перед кем, ведь любили они друг друга до умопомрачения. Так, что губы набухали, а по венам растекался яд. Так, что сбивалось дыхание, если на кого-то падали лучи солнца. Так, что весь мир сужался до человека напротив. Валентино пришлось неохотно отстраниться. Прижавшись своим лбом к чужому, посмотрел на румянец на щеках парня, а после рассмеялся. Счастливо и искренне, так, как умеет только он. — Ты — сын дьявола, — шепчет принц. Недовольное лицо Кэйла сменяется весельем и блеском в глазах. — Скорее уж подарком дьявола, — и притягивает для очередного поцелуя. Валентино бесконечно слаб перед этим рыжим засранцем и позволяет ему что угодно. Адин может и подождать.